home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава 18. Сила дома



Перрин мчался сквозь темноту. Капли тумана омывали его лицо и оседали на бороде. Его мысли были смутными, отстранёнными. Куда он бежит? Что он делает? Почему? Перрин взревел и рванул вперёд, продираясь сквозь покрывало тьмы на открытое место. Он глубоко вздохнул и опустился на вершину обрывистого холма, местами покрытого короткой травой. Подножие холма кольцом опоясывали деревья. Небо, напоминая кипящий котел со смолой, грохотало и вспенивалось тучами.

Он находился в волчьем сне. Его спящее тело оставалось в реальном мире на вершине этого холма рядом с Фэйли. Глубоко дыша, он улыбнулся. Проблемы нисколько не уменьшились. На самом деле, учитывая выдвинутый Белоплащниками ультиматум, они только возросли. Но с Фэйли всё уладилось. Этот простенький факт так много менял. Когда она рядом, он может справиться с чем угодно.

Перрин спрыгнул со склона и пересёк поле, на котором разбила лагерь его армия. Они пробыли здесь уже достаточно, чтобы это отразилось на волчьем сне. Палатки находились на тех же местах, что и в реальности, хотя их пологи при каждом новом взгляде оказывались в разном положении. Кострища, разбитая колея, мусор или сломанные инструменты то появлялись, то исчезали.

Он быстро пересёк лагерь, преодолевая за один шаг расстояние в десять обычных. Прежде отсутствие в лагере людей могло показаться ему жутковатым, но он уже привык к волчьим снам. Это было естественно.

Перрин оказался у статуи, возле которой был разбит лагерь, и взглянул на выветрившийся камень, поросший чёрным, оранжевым и зелёным лишайником. Должно быть, изначально статуя была установлена как-то странно, раз упала подобным образом. Даже казалось, что такой она была задумана - в виде торчащей из-под земли гигантской руки.

Затем он повернул на юго-восток, где должен был находиться лагерь Белоплащников. Ему нужно с ними разобраться. В нём всё больше крепла уверенность, даже убеждение, что, не разобравшись с этими призраками из прошлого, он не сможет продолжить путь.

Был один способ решить всё наверняка: тщательно расставленная при помощи Аша’манов и Хранительниц Мудрости ловушка. Перрин мог нанести Детям такой удар, от которого те бы оправились не скоро. Возможно даже, что он навсегда уничтожит их орден.

У него есть способ, есть возможность и повод. Не будет больше страха в этих землях, не будет притворных судилищ Белоплащников. Он прыгнул, пролетев тридцать футов, и мягко приземлился. Затем бросился вперед вдоль дороги на северо-восток.

Он обнаружил их лагерь на прогалине у леса. Здесь плотными кольцами были расставлены тысячи белых шатров - почти десять тысяч Детей Света и около десяти тысяч наёмников и прочих солдат. По оценке Балвера, здесь были почти все оставшиеся Белоплащники, хотя он и не признался, откуда у него подобная информация. Остается надеяться, что ненависть этого тусклого человечка к Белоплащникам не сказалась на его суждениях.

Перрин прошёл через лагерь мимо шатров, пытаясь обнаружить хоть что-нибудь, что могли упустить Илайас с айильцами. Это было маловероятно, но стоило попытаться, раз уж он всё равно здесь. Кроме того, ему хотелось своими глазами посмотреть на это место. Переходя от одной группы палаток к другой, он заглядывал внутрь, осматривался, пытаясь почувствовать это место и его обитателей. Лагерь был устроен весьма упорядоченно. Содержимое шатров было менее стабильно, чем они сами, но всё, что он видел, также находилось в полном порядке.

Белоплащникам нравились опрятные и аккуратно сложенные вещи. И им хотелось отполировать и начистить до блеска весь остальной мир, а людей чётко расставить по своим местам, классифицировать и дать им определение в одно или два слова.

Перрин покачал головой и направился к шатру Лорда Капитан-Командора. Благодаря организации лагеря в виде концентрических кругов, его было легко найти в центре. Шатёр был ненамного больше прочих, и Перрин заглянул внутрь, пытаясь найти там что-нибудь полезное. Обстановка была простой - походная кровать-скатка, которая при каждом взгляде оказывалась на новом месте, и стол, предметы на котором случайным образом то исчезали, то появлялись.

Перрин шагнул к нему, взяв нечто, только что появившееся. Это оказалось кольцо-печатка. Он не смог узнать герб - крылатый кинжал, но успел запомнить за мгновение до того, как кольцо исчезло из рук - оно было слишком неустойчивым, чтобы надолго задерживаться в волчьем сне. Хотя он уже встречался и обменивался посланиями с предводителем Белоплащников, он всё ещё мало знал о его прошлом. Возможно, кольцо поможет узнать подробности.

Он ещё немного осмотрелся в палатке, и, ничего не найдя, направился к большому шатру, где, как утверждал Гаул, содержалось большая часть пленников. Здесь он на мгновение увидел шляпу мастера Гилла. Затем она исчезла.

Удовлетворённый увиденным, Перрин вышел наружу. Сделав это, он почувствовал какое-то беспокойство. Не следовало ли точно так же поступить во время похищения Фэйли? Он отправлял в Малден множество разведчиков. Свет, он изо всех сил старался удержаться от самостоятельных поисков Фэйли, но даже не попытался навестить то место в волчьих снах!

Возможно, это было бы бесполезно. Но он даже не подумал о такой возможности, и это его обеспокоило.

Проходя мимо телеги, стоявшей рядом с одним из шатров Белоплащников, он замер. Задняя её часть была открыта, и внутри, наблюдая за ним, лежал матёрый серебристый волк.

- Я позволяю себе слишком увлекаться, Прыгун, - произнёс Перрин. - Направляясь к цели, я становлюсь беспечным. Это может быть опасно. Как и в битве, сосредоточившись на противнике перед собой, ты не замечаешь лучника сбоку.

Прыгун приоткрыл пасть, улыбаясь по-волчьи. Он выпрыгнул из телеги. Перрин чувствовал неподалёку других волков - ту стаю, с которой он бегал раньше. Танцующая в Дубах, Искристый, Свободный От Оков.

- Ну ладно, - сказал он Прыгуну. - Я готов учиться.

Прыгун уселся на задние лапы и уставился на Перрина.

«Следуй», - мысленно позвал волк.

Затем он пропал.

С проклятьем Перрин огляделся. Куда тот исчез? В поисках волка он обошёл весь лагерь, но нигде не почувствовал Прыгуна. Он попытался найти его мысленно. Тоже ничего.

«Юный Бык, - Прыгун внезапно возник у него за спиной. - Следуй». И снова исчез.

Перрин зарычал и в мгновение ока обежал лагерь. Не найдя там волка, он вернулся в поле, где повстречал Прыгуна в прошлый раз. И там волка не оказалось. Расстроенный Перрин остался стоять среди колышущихся колосьев.

Прыгун появился несколькими минутами позже. От волка пахло досадой. «Следуй!» - позвал он.

- Я не знаю как, - признался Перрин. - Прыгун, я не знаю, куда ты направляешься.

Волк сел. Он мысленно послал Перрину образ щенка, который присоединяется к стае. Волчонок наблюдает за старшими и повторяет за ними.

- Я - не волк, Прыгун, - сказал Перрин. - Я не смогу так научиться. Ты должен объяснить мне, что мне делать.

«Иди туда» - как ни странно, волк послал образ Эмондова Луга. Затем он пропал.

Перрин последовал за ним и оказался на знакомой лужайке. Но окружавшие её дома выглядели странно. Эмондову Лугу следует быть небольшой деревушкой, а вовсе не городом с каменной стеной и мощёной дорогой, идущей мимо гостиницы мэра. За короткое время его отсутствия здесь многое изменилось.

- Зачем мы здесь? - спросил Перрин. Посреди площади развевалось знамя с волчьей головой. Это могли быть причуды волчьего сна, однако сомнительно. Он слишком хорошо знал, с какой охотой двуреченцы подняли штандарт «Перрина Златоокого».

«Люди - странные», - передал Прыгун.

Перрин повернулся к старому волку.

«Люди мыслят странно, - продолжил Прыгун. - Мы не пытаемся их понять. Почему олень бежит, воробей летает, а дерево растёт? Просто это так. И всё».

- Хорошо, - согласился Перрин.

«Я не могу научить воробья охотиться, - продолжал Прыгун. - А воробью не научить волка летать».

- Но здесь ты можешь полететь, - возразил Перрин.

«Да. Но меня не учили. Я просто это знаю». От Прыгуна пахло смятением и другими эмоциями. Каждый волк помнит всё, что знает хотя бы один из них. Прыгун был разочарован, потому что ему хотелось научить Перрина, но он не умел делать это по-человечьи.

- Пожалуйста, - попросил Перрин. - Попытайся объяснить, что ты имеешь в виду. Ты всегда повторяешь, что я здесь «слишком сильно». Ты говоришь, что это опасно. Почему?

«Ты спишь, - ответил Прыгун. - Другой ты. Тебе нельзя оставаться здесь надолго. Ты должен всегда помнить о том, что ты здесь понарошку. Это не твоё логово».

Прыгун повернулся к окружающим их домам. «Вот - твоё логово. Логово твоих предков. Это место. Помни о нём. Оно поможет тебе не потеряться - когда-то твоё племя так умело. Ты поймёшь».

Это не был вопрос, скорее это казалось похожим на мольбу. Прыгун не знал, как объяснить лучше.

«Я могу попробовать», - решил Перрин, пытаясь понять суть послания. Но Прыгун был неправ. Это место не было его домом. Дом Перрина - там, где Фэйли. Значит, чтобы не оказаться слишком сильно затянутым в волчий сон, ему следует помнить об этом.

«Я видел твою самку в твоём разуме, Юный Бык, - наклонив голову, передал Прыгун. - Она похожа на пчелиный улей - со сладким мёдом и острыми жалами внутри». В переданном Прыгуном образе Фэйли походила на очень странную волчицу. Сперва она игриво хватает за нос, а затем рычит, отказываясь разделить свою добычу.

Перрин улыбнулся.

«Память - только часть, - продолжил Прыгун, - но другая часть - ты сам. Ты должен оставаться Юным Быком». Отражение волка в воде - мерцающее и становящееся размытым, когда его касается рябь.

- Я не понимаю.

«Сила этого места, - Прыгун направил образ волка, целиком вырезанного из камня, - это твоя сила. - Волк задумался на мгновение. - Держись. Оставайся. Будь собой».

Передав это, волк встал и подался назад, словно приготовился прыгнуть на Перрина.

Сбитый с толку Перрин вообразил себя самого, изо всех сил стараясь удержать этот мысленный образ в голове.

Прыгун разбежался и прыгнул, всем телом врезавшись в Перрина. Так же он делал и раньше, каким-то образом выбрасывая Перрина из волчьего сна.

Однако, на сей раз Перрин этого ждал. Инстинктивно он отступил назад. Волчий сон вокруг Перрина исказился, но потом снова стал стабильным. Прыгун отлетел от него, хотя тяжёлый волк должен был придавить его к земле.

Прыгун, словно оглушённый, помотал головой. - «Хорошо, - довольный Перрином, передал он. - Хорошо. Ты учишься. Ещё раз».

Перрин едва успел выпрямиться, когда Прыгун наскочил на него снова. Человек зарычал, но устоял.

«Сюда», - и Прыгун передал образ хлебного поля. Волк исчез, и Перрин отправился следом. Едва он появился, как волк ударил в его разум и тело.

В этот раз Перрин упал, всё взволновалось и замерцало. Он почувствовал, что его выталкивают, выбрасывая из волчьего сна в обычный.

«Нет!» - подумал он, удерживая мысленно образ - как он стоит на коленях посреди колосьев. Он стоит в поле. Перрин убедил себя в том, что это твёрдо и реально. Он почувствовал аромат овса, запах влажного воздуха с нотками глины и опавшей листвы.

Окружающая картина упрочнилась. Тяжело дыша, он опустился на землю, но всё-таки он сумел остаться в волчьем сне.

«Хорошо, - передал Прыгун. - Ты быстро учишься».

- У меня нет иного выхода, - ответил Перрин, поднимаясь.

«Скоро Последняя Охота», - согласился волк, передав образ лагеря Белоплащников.

Собираясь с духом, Перрин отправился следом. Атаки не последовало. Он огляделся в поисках волка.

Что-то ударило в его разум. Движения не было, только мысленная атака. Она не была столь мощной, как прежние, но оказалась неожиданной. Перрин едва смог её отразить.

Прыгун грациозно опустился с неба на землю. «Всегда будь начеку, - предупредил волк. - Всегда, и особенно, когда ты в движении». - Этому соседствовал образ настороженного волка, пробующего воздух перед тем, как выйти на открытое место.

- Понимаю.

«Но не оставайся здесь слишком сильно», - пожурил Прыгун.

Перрин тут же заставил себя вспомнить Фэйли и место, где он спит. Его дом. Перрин… немного потускнел. Он не стал прозрачным, и волчий сон остался таким, как и прежде, но Перрин почувствовал себя уязвимее.

«Хорошо, - передал Прыгун. - Будь всегда готов, но и не будь здесь слишком сильно. Словно несёшь щенка в зубах».

- Так балансировать будет непросто, - признался Перрин.

От Прыгуна донёсся запах лёгкого замешательства. Конечно, это трудно.

Перрин улыбнулся.

- И что теперь?

«Пробежимся, - ответил Прыгун, - и ещё позанимаемся».

И, превратившись в серебристо-серое пятно, волк умчался прочь по направлению к дороге. Перрин отправился следом. Он почувствовал уверенность Прыгуна - запах, странным образом похожий на тот, что исходил от Тэма, когда он муштровал новобранцев из числа бывших беженцев. При этом воспоминании Перрин улыбнулся.

Они бежали вдоль дороги, и Перрин упражнялся в сохранении баланса - не погружаться в сон глубоко, но в любой момент быть готовым укрепить себя. Время от времени Прыгун нападал, пытаясь выбросить Перрина из волчьего сна. Так они продолжали, пока внезапно Прыгун не остановился.

Перрин машинально пробежал немного, вырвавшись вперёд, и остановился. Впереди что-то было. Какая-то перекрывавшая всю дорогу полупрозрачная фиолетовая стена. Она поднималась к небу и далеко уходила в обе стороны.

- Прыгун? - спросил Перрин. - Что это такое?

«Неправильность, - ответил Прыгун. - Этого здесь быть не должно». От волка пахло гневом.

Перрин подошёл и поднёс руку к поверхности стены, но медлил с прикосновением. Она была похожа на стекло. Никогда прежде он не встречал в волчьем сне ничего подобного. Возможно, это нечто подобное пузырю зла? Он посмотрел на небо.

Внезапно стена мигнула и исчезла. Перрин моргнул и отшатнулся. Он оглянулся на Прыгуна. Волк сидел на задних лапах, уставившись на место, где только что находилась стена.

«Идём, Юный Бык, - поднимаясь, передал волк. - Позанимаемся в другом месте».

Он убежал. Перрин оглянулся на дорогу. Если стена и была, то после неё не осталось и следа. Встревоженный Перрин последовал за Прыгуном.



* * * | Башни полуночи | * * *