home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



ГИБЕЛЬ МАЙОРА ГВОЗДЯ

На следующий день я, Володька и майор Гвоздь встретились у Центрального телеграфа. Сюда же должен был подъехать и миллионер Муромцев. Мы зашли в ближайшую подворотню, и Петр Трофимович быстро залез в свой чемодан. Мы с Воробьем подтащили чемодан к телеграфу. И стали ждать Муромцева.

Вдруг куда-то пропали все слова. Мы топтались на месте, не зная, о чем говорить.

— Ты уж, Володька, постарайся Катьку найти, — наконец сказала я. — А заодно и остальных девяносто девять девочек.

— Постараюсь, — буркнул Воробей.

Мы снова замолчали. «Что бы такое еще сказать?» — подумала я.

— Прохладно сегодня.

— Да, — ответил Володька, — прохладно.

— И вчера было не теплее.

— Угу, — согласился он, — не теплее.

— Прощайтесь шустрее, орлы, — подал голос из чемодана майор Гвоздь. — Скоро Муромцев приедет.

Я легонько щелкнула Воробья по носу.

— Чао-какао, парнишка.

— Будь осторожна, Мухина, — глядя в землю, сказал он.

— Я всегда осторожна.

— До свиданья… милое созданье. — Повернувшись, Володька быстро пошел прочь. Я смотрела ему вслед. А он уходил все дальше и дальше.

— Володя! — закричала я, бросившись за ним.

— Что?! — мгновенно обернулся он.

— Ты тоже будь осторожен. Хорошо?

— Хорошо.

Я медленно побрела к чемодану.

— Эмма! — закричал Володька.

— Что?! — мгновенно обернулась я.

— Да так, — замялся он. — Ничего.

— Ну скажи.

— Ты, в общем… это… не выходи замуж за Муромцева.

Вот смехота! Я и не собиралась.

— Не выйду, Воробей, — сказала я. — Он ведь недалекий человек. Только и умеет, что деньги делать. А ты мой лучший друг.

Володька даже покраснел от удовольствия.

— Ты, Мухина, тоже мой лучший друг.

— Ладно, Воробей, иди, а то сейчас и правда Муромцев приедет.

Володька ушел.

А вместо него, на своем серебристом «континентале», подкатил миллионер Муромцев. На этот раз он сам сидел за рулем.

— Добрый день, Эмма, — сказал миллионер, вылезая из машины. — Разрешите за вами поухаживать.

Он открыл багажник, собираясь легким движением руки закинуть туда мой чемодан. Естественно, у него ничего не вышло.

— Ого, — присвистнул он. — У вас там что, кирпичи?

— Какие кирпичи? Купальник да пара платьев.

Муромцев, ухватившись за ручку обеими руками, еле-еле запихал чемодан в багажник.

— Ничего себе купальничек. В нем килограммов девяносто будет.

«Пожалуй, что будет», — мысленно согласилась я с ним, припомнив упитанную фигуру Петра Трофимыча.

Мы сели в «континенталь» и поехали. Но явно не в Шереметьево.

— Разве мы не в аэропорт? — спросила я.

— У меня свой личный аэропорт, — усмехнулся миллионер.

Вскоре мы подъехали к летному полю, на котором стоял красивый белый самолетик с синей полосой. Около него суетился механик.

Муромцев остановил машину.

— Люблю самолеты, — сказал он. — В детстве я собирал разные модели аэропланов. «Тайгер Мот», «Сопвит Кэмел», «Спитфайер»…

К нам подбежал механик.

— Все готово, Илья Ильич. Можете лететь.

— Спасибо, Егор. Возьми, голубчик, в багажнике чемодан и отнеси в кабину.

Механик бросился выполнять приказание. Мы вылезли из машины.

— Ну вот, Эмма, сейчас и полетим, — разминая ноги, произнес миллионер. — Над Польшей, Германией, Бельгией…

— А нас по дороге случайно не собьют? — спросила я. — Ракетой типа «земля-воздух».

— Не собьют. Я приобрел специальный пропуск на пролет через все европейские воздушные границы.

— Илья Ильич, — крикнул механик, — чемодан в кабину не помещается! Может, его веревками к фюзеляжу привязать?

— А не оторвется?

— Да не должен.

— Эмма, — обратился ко мне Муромцев, — давайте оставим чемодан. Все необходимое я вам в Англии куплю.

— Нет, нет, — отказалась я. — Там мои любимые наряды.

— Тогда привязывай, — приказал миллионер механику.

Егор привязал. Мы забрались в крохотную кабинку.

— От винта! — шутливо крикнул Муромцев, хотя никакого винта не было и в помине.

— Есть от винта! — откликнулся Егор и помахал нам рукой. — Счастливого полета!

Самолет взмыл в синее небо.

Когда мы набрали высоту, Муромцев отпустил штурвал и откинулся на спинку кресла.

— Дальше — работа автопилота, — сказал он. — Автопилот рассчитает курс и доставит нас на Гебридские острова… Или все же в Арабские Эмираты полетим?

— Нет, я хочу в старинном замке пожить.

— Хорошо, — сдался миллионер. — Поживем в старинном замке; по правде говоря, я еще и сам там не был. А затем милости прошу к моему шалашу, на берег Персидского залива. Договорились?

— Договорились.

— Вот за этот договор и выпьем. — Он достал из портативного бара бутылку «кока-колы» и разлил пенящуюся жидкость по двум хрустальным бокалам. — За наше счастливое путешествие в эмират Уллаухия.

Мы выпили. А после я принялась за кокосовое мороженое, которое тоже оказалось в баре; а Муромцев, щелкнув золотой зажигалкой, закурил дорогую сигару.

Я облизывала вкусное мороженое со всех сторон.

— Илья Ильич, а правда, что вы самый богатый человек в России?

Миллионер дымил сигарой.

— Правда, Эмма.

— А откуда у вас деньги?

— Заработал честным трудом.

— Разве у нас в России можно честным трудом заработать миллионы долларов?

— А почему бы и нет?.. Во-первых, не надо попусту тратить время. Тайм из мани. Время — деньги. Ну а поначалу, когда у меня еще не было денег, я занимался бартерными сделками. То есть обменом. Ты мне, я тебе. Когда я ходил в детский садик, то менял там спичечные этикетки на значки. В школе менял конфеты на жвачку. В институте — книги на радиодетали. Потом я стал директором маленькой фабрики в городе Большие Грязи. Фабрика выпускала глиняные свистульки для детей. И я начал менять эти свистульки в Марокко на апельсины. Апельсины вез на Украину и менял на сало. Сало менял в Германии на пиво. Пиво менял в Японии на телевизоры… Короче, сделался бизнесменом. А там пошло-поехало. — Он стряхнул пепел за окно самолета. — Я стал уже не менять, а продавать и покупать. Вся хитрость заключается в том, что надо покупать дешево, а продавать дорого. Вот такая арифметика.

— И все на свете можно купить и продать?

— Конечно, — уверенно ответил Муромцев. — То, что нельзя купить за деньги, можно купить за большие деньги.

— И даже лучшего друга можно купить? — победно глянула я на миллионера.

Муромцев задумался.

— Лучшего друга?.. Нет, лучшего друга, пожалуй, купить нельзя. — Он выкинул недокуренную сигару в окно. — Зато его можно продать.

…Мы летели уже второй час.

Внизу стояли малюсенькие домики, ехали малюсенькие машинки, поблескивали подо льдом малюсенькие озера… Я начинала потихоньку клевать носом.

И вдруг самолет сильно тряхнуло…

Я больно ударилась лбом о ветровое стекло. Муромцев, схватив штурвал, потянул его на себя. Но ничего не изменилось.

Самолет тряхнуло еще раз…

И еще…

— Что такое?! — забормотал миллионер, дергая все рычаги подряд. — Ничего не могу понять.

А я, выглянув в окно, сразу все поняла.

Чемодан с майором Гвоздем уже не был привязан к фюзеляжу, а раскачивался на веревке туда-сюда.

— Илья Ильич! — закричала я, показывая пальцем. — Смотрите!

Муромцев посмотрел.

— Ах ты черт! Видно, моя сигара попала на веревку и пережгла ее!

— Что же делать?!

— Надо срочно отвязать и второй конец!

— Ни в коем случае!!

Самолет резко бросило вправо.

— Если мы не освободимся от чемодана, то разобьемся!

Самолет резко бросило влево.

— Давайте сядем!

— Нам не сесть! Чемодан висит ниже шасси! Болтанка становилась все сильнее и сильнее. Самолет уже не летел, а падал. И мы падали вместе с ним.

— Держите, Эмма! — Муромцев протянул мне парашют. — Придется прыгать!

И тут болтанка неожиданно прекратилась. Самолет опять полетел ровно и плавно. Я выглянула в окно и от ужаса закрыла рот руками.

Веревка оборвалась.

И чемодан, кувыркаясь в воздухе, несся к земле.

На душе стало тоскливо-претоскливо. Ай-ай-ай. Бедный майор Гвоздь! Так нелепо погибнуть. Из-за недокуренной сигары. Как бы он сам сказал в таком случае: «Вот так номер, чтоб я помер». Вот ты сейчас и помрешь, бравый майор Гвоздь…

На мои глаза навернулись слезы.

— Он упадет, — заплакала я. — И разобьется.

— Да не печальтесь вы, Эмма, о своем чемодане. — Муромцев закурил новую сигару. — В Лондоне я владею фирмой дорожных принадлежностей. Хотите, я вам десять фирменных чемоданов подарю?

Я ничего не ответила. Впереди показался густой туман.

— Вот и Англия, — бодро сообщил миллионер.

Самолет пошел на снижение.


ПРИЗНАНИЕ В ЛЮБВИ | Тайна танцующей коровы | ЗАМОК ЛИТЛ-МИНЧ