home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ

— Я не серийный убийца, поверьте. Просто жаль было упускать такой случай.

— Ох, — сказала я. — Платили бы мне десять центов каждый раз, как слышу это…

Лиам — парень, купивший свидание, — засмеялся и открыл передо мной дверцу машины. У него был шикарный черный «лотус элис», привезенный из Великобритании. Меня это впечатлило. Машина выглядела свежевымытой, и это тоже впечатляло, хотя и печалило немного — дождь мог хлынуть в любой момент.

— Нет, правда, я слышал очень хорошие отзывы, — добавил Лиам, заводя двигатель. — Поэтому надеюсь, вам понравится, хоть и мрачновато для праздников.

Идти на благотворительное свидание я не жаждала, но все равно пришлось бы, рано или поздно. И, когда Лиам позвонил и сказал, что купил билеты на спектакль по рассказам Эдгара По, я рассудила, что для уплаты долга день сегодняшний подходит не хуже любого другого. К тому же По мне нравился. Свидание предстояло провести в обстановке и впрямь несколько страшноватой для этого благословенного, самого радостного времени в году, но то был промах не Лиама, а театра. После спектакля мы собирались еще поужинать.

По дороге в театр Лиам показал себя именно таким, как я и ожидала. Неглупым. Милым. Довольно остроумным. Работал он в какой-то инвестиционной компании, но был так добр, что не стал грузить меня деталями. Мы обменивались шуточками, анекдотами и забавными случаями из жизни. Конечно, с Сетом мне в любом случае было бы приятнее, но на один вечер и Лиам вполне годился, к тому же заплатил он столько, что имел полное право провести этот вечер весело.

Спектакль оправдал мои надежды. Начался он с «Маски красной смерти», продолжился «Бочонком амонтильядо». И завершился «Сердцем-обличителем» — конечно, куда же без этого гвоздя…

— «Маску красной смерти» я раньше не читал, — сказал потом Лиам.

Машину мы оставили у театра, решив пройти пешком шесть кварталов до ресторана, где был заказан столик.

— Хотя увлекся По еще в школе. Это аллегория, видимо подразумевающая, что смерти избежать невозможно? Запрись на все замки, не поможет…

— Да нет, даже и не аллегория. — Я задумалась. — Люди всегда поступали так во время эпидемий. Запирались. Или уезжали. Порой выгоняли заболевших из города и закрывали ворота.

— Ужасно, — сказал Лиам, заходя в ресторан.

Итальянский, в который без записи было не попасть. К свиданию он, надо отметить, подготовился основательно.

— Других способов уберечься они не знали, — пожала я плечами. — Как и того, что вызывает болезнь. Личная гигиена и упование на судьбу — вот и все средневековые средства борьбы с эпидемиями.

— Аукционист не сказал, что вы знаток истории, — поддразнил он.

— А если бы сказал? Вы не стали бы торговаться?

— Смеетесь? Красивая женщина, которая на первом свидании произносит такие слова, как «эпидемии», «средневековые»… Я предложил бы еще больше.

Я улыбнулась, и мы направились вслед за метрдотелем к нашему столику. Приятно было, что Лиам оценил мои исторические познания, но увлекаться не следовало. Я знала куда больше, чем положено обыкновенной девушке, и могла нечаянно упомянуть какие-то подробности, которые и вовсе никому не известны. Поэтому я сменила тему:

— Аукциониста, видно, отвлекли другие участницы.

— А, вы про ту воинствующую феминистку, что выходила перед вами?

Я нахмурилась.

— Нет, про высокую блондинку в серебряном костюме, которую он купил.

— О, эта могла, — согласился Лиам. — Чумовая девица. Красивая, но чумовая.

— Красивая?

— Да. Хотя до вас ей, конечно, далеко, — поспешно добавил он, неправильно истолковав мой вопрос. — Но парень считал иначе. Рук от нее оторвать не мог.

— Что вы. Он к ней не притрагивался.

— Это на сцене. А после аукциона…

— Что?

Тут к нам подошел официант, и пришлось ждать, пока Лиам сделает заказ.

— Я видел их после аукциона, — объяснил он, покончив с этим. — Задержался, чтобы помочь Динне. Она — подруга моей бывшей жены… Так вот, эти двое друг от друга не отлипали. И ушли вместе.

— Не может быть…

По словам Тауни, ушла она одна. И вечером после аукциона ничего между ними не было. На следующий день она появилась у меня вся в слезах. И если даже соврала, что дело с Ником расстроилось — а зачем ей врать? — то энергии, да еще недавно взятой, у нее точно не имелось. Сжечь ее за такой короткий срок Тауни могла только многократным перевоплощением… причем на уровне нечеловеческих обличий, а этого она, как новенькая, пока не умела. Выходила какая-то бессмыслица…

Лиам моей озадаченности, разумеется, не понял.

— Почему не может? — спросил он.

Я покачала головой.

— Нет… это я так… неважно. Надеюсь, время они провели неплохо. А… какое вино вы заказали? Я прослушала…

Не желая портить ужин, новую загадку я отложила на потом и сделала все для того, чтобы Лиам не жалел о потраченных деньгах.

Выйдя из ресторана, мы снова прогулялись пешком до машины. На улице было чудесно, хоть и сыро, — воздух прогрелся почти до десяти градусов. Зима в Сиэтле преподносит порой такие подарки. Ненадолго, к сожалению, — на день-два.

Лиам взял меня за руку. Отнимать ее я не стала. Хотя и попала в несколько затруднительное положение.

Встречаться с ним еще я не собиралась. В случайные связи в этом обличье я не вступала, не желая осложнять себе жизнь. Да и Сету тоже. Поэтому вечер следовало завершить всего лишь дружеским рукопожатием. Но я вдруг остро ощутила нехватку энергии. Так хорошо было после Саймона… однако меня опустошили прежде, чем я успела сделать хоть что-то с его энергией. Хотелось это чувство вернуть, пойти с Лиамом и получить свое. Мы подошли к машине, он развернул меня к себе.

— Что дальше? — спросил.

— Не знаю. — Я все еще разрывалась. — Что вы предлагаете?

Он озорно улыбнулся. Голубые глаза блеснули.

— Это, например?..

Наклонился и поцеловал.

Ах, Лиам… Он оказался хорошим человеком. Очень, очень хорошим. Почти как Сет. Когда наши губы соприкоснулись и его энергия заструилась в меня, я ощутила сладость. Прижалась к нему, чувствуя, как просыпается желание. Не стоило, конечно, делать это в постоянном обличье… но обстоятельства вынуждали. И я приняла решение. Переспать с ним и расстаться. Он славный парень, не будет меня преследовать. Скажу ему утром, что ничего, кроме дружбы, между нами быть не может, он огорчится, но на этом все и кончится.

Он прижал меня к машине. Столько энергии от одного поцелуя… ночь обещала чудеса.

«Да, да. Еще. Еще! Накорми меня…»

Я резко отстранилась от Лиама.

Он посмотрел на меня с вполне понятным удивлением.

— В чем дело?

Дело было в… голосе, прозвучавшем вдруг у меня в голове. Чуть слышном, но отчетливом. То мог быть голос моего желания, отчаянной жажды энергии Лиама. Но он был чужим. Принадлежал кому-то — или чему-то — другому. Мне разом вспомнилось все. Разговор с Данте и Эриком. Некое существо, захватившее меня и вытягивающее энергию. Конечно, я тоже делала это с мужчинами… тем не менее снова почувствовала тошноту. По спине побежали мурашки. Я наполнюсь энергией, и ночью оно явится. Ладно, использует меня. Но через меня — еще и Лиама…

Я посмотрела на него. Такой милый, добрый… И покачала головой, поняв, что не могу допустить этого. Да, мне нужна энергия, но придется тянуть с ее получением сколько удастся. Кормить эту тварь я не хочу.

— Лиам… — начала я медленно. — Мне нужно сказать вам кое-что. Я совсем недавно рассталась с другом… и на аукцион пошла, думая, что смогу… ну, понимаете…

Он вздохнул. Скорее грустно, чем обиженно.

— Вы не готовы.

Я снова покачала головой.

— Простите. Хотела детям помочь и думала… но… Он сжал мою руку и отпустил.

— Ладно… мне жаль, конечно, но я вас понимаю. Вы мне нравитесь… на самом деле я был бы не против даже и серьезных отношений. Но они невозможны, пока вы не готовы. И принуждать вас я не хочу.

О господи. Какой же он хороший.

— Мне тоже очень, очень жаль, — сказала я вполне искренне.

Так хотелось его энергии…

— Не жалейте. — Он улыбнулся. — Поехали, отвезу вас домой.

И отвез, и я поцеловала его в щеку перед тем, как выйти из машины. Он попросил позвонить, если буду готова встретиться еще раз. Я обещала.

Потом он уехал, но домой я не пошла. А позвонила Данте.

Когда он ответил, сказала:

— Это твой любимый суккуб.

И услышала, как он зевнул.

— Так уж и любимый. Чего тебе? Ночь на дворе.

— Поговорить надо. Произошло еще кое-что странное.

— Я в постели, суккуб. И гостей принимать не расположен, если только не хочешь присоединиться.

— Пожалуйста, Данте. Это важно.

Он вздохнул.

— Ладно, приезжай.

— Где ты живешь?

— Ты прекрасно это знаешь. Была здесь тыщу раз.

— Ты живешь в своей лавочке?

— А зачем платить аренду за два разных места?

И я поехала.


На двери висела табличка «Закрыто», но внутри виднелся слабый свет. Я постучала, Данте открыл. Он был в джинсах и тенниске, словно не ложился, но, судя по всклокоченным волосам, я и впрямь подняла его с постели.

— Извини, — сказала я. — Наверно, надо было все-таки дождаться утра.

— Поздно извиняться. Заходи.

Он провел меня через заднюю дверь. За ней оказалась большая комната — сочетание гостиной, кабинета, продовольственного склада и… рабочей мастерской.

— Эрик правду сказал. — С этими словами я подошла к полкам, заставленным кувшинами и банками с травами и какими-то неизвестными жидкостями. — Ты маг. — Немного подумав, добавила: — Или выдаешь себя за мага.

— Никакой мне веры. Обидно. — Он показал на кресло-мешок и кушетку с пледовой обивкой. — Выбирай, если в постель не хочешь.

Я села на кушетку.

— Да нет, я не то чтобы не верю… просто видела пока одно жульничество. Эрик-то явно за дело тебя не любит и никогда меня к тебе не послал бы, если бы ты ничего не умел.

— Интересная логика. Может, он меня не любит, потому что я обаятельный.

Он зевнул еще раз, протер глаза. И я заметила на сгибе локтя следы уколов, которых раньше под длинным рукавом видно не было.

— А может, за пороки?

Данте проследил за моим взглядом. И пожал плечами.

— Нет, у Эрика причины посерьезней, чем какие-то разовые приходы.

— Опыт мне подсказывает, что не такие уж и разовые.

— Ты пришла меня воспитывать, суккуб?

— Нет, — признала я.

Ни времени, ни желания это делать у меня не было.

— Я слышала голос сегодня вечером.

— Я тоже. Он разбудил меня звонком.

— Данте!

Я торопливо рассказала, что со мной произошло.

Он выслушал с неизменной насмешливой ухмылкой, но в глазах появилась озабоченность.

— Хм. Интересно. Чудовище высунуло голову.

— И что это, по-твоему, значит?

— Понятия не имею. Мы же не знаем, кто это. Могу предположить только, что оно по какой-то причине потеряло терпение. Раньше скрывалось весьма успешно… если не считать воровства энергии, конечно. — Данте улыбнулся. — Оно сейчас не здесь, случайно, не требует, чтобы ты на меня набросилась?

— Извини.

— Не за что. Видать, не такая я жирная добыча, как семисотдолларовый ухажер. Твой хищник не дурак.

Я вздрогнула. Пугала сама мысль о хищнике. И вид у меня, должно быть, сделался несчастный, потому что Данте тоже посмотрел на меня с испугом.

— Помоги мне, пожалуйста, — сказала я. — Да, пока мы ничего не знаем… и я боюсь. Боюсь, что чудовище вернется, поэтому с мужчинами быть не могу. Даже спать боюсь.

Серые глаза уставились на меня изучающе, и в них, к моему изумлению, появилось сочувствие. Лицо смягчилось.

— Суккуб… сегодня можешь спать спокойно. Энергии нет, значит, тебе ничто не угрожает. Одного поцелуя наверняка было маловато.

— Но… мне же все равно придется когда-нибудь взять энергию… и Джерома нету, чтобы ему рассказать…

— Что ж, я могу, наверное, сделать какой-нибудь амулет. Защиту от этой твари.

— Вправду можешь? — Я изо всех сил пыталась скрыть скепсис, но не удалось.

Данте снова скривился.

— Не хочешь, так и…

— Хочу! Прости. Сама не знаю, что говорю. Прошу о помощи и тут же сомневаюсь…

— Да я уже понял, что доверия тебе не внушаю.

— Я приму любую помощь, — сказала я честно.

Он встал, потянулся. Подошел к полкам и принялся разглядывать банки и кувшины.

— Примешь ли? Тебе может не понравиться то, что я должен сделать для изготовления амулета. Он тебе точно нужен?

Я вспомнила голос, жажду неведомого существа.

— Очень. Если только это будет не ожерелье из козлиных кишок, думаю, договоримся.

Он все еще задумчиво смотрел на полки. Потом сказал:

— Потребуется время, боюсь. Знай я, с кем мы имеем дело, было бы легче. А так придется мастерить защиту от всего сразу. Такие амулеты — широкого спектра — самые сложные.

— Значит, сегодня… не получится?

Он повернулся ко мне.

— Сегодня ты в безопасности, забыла? Если хочешь, на всякий случай ночуй здесь. Я спать не буду, покараулю тебя.

Я невольно улыбнулась.

— Как я Кейлу…

— Кого?

— Племянницу моего друга. — Мне снова вспомнился наш странный разговор. — Она сказала кое-что забавное. Не знаю, детские фантазии это… или у девочки, возможно, дар медиума.

— У детей между ними тонкая грань, — заметил он. — Если дар и есть, в школе его быстро выбьют. И что она сказала?

— Что я «волшебница». И что в воздухе летают чудовища, которые проникают в сны.

Он промолчал, и меня вдруг осенило:

— Думаешь, она могла бы помочь?

Но Данте покачал головой.

— Нет. Даже если она медиум, то слишком еще мала и неопытна, чтобы знать, что именно из ее видений может оказаться полезным.

— Но она может почувствовать того, кто меня преследует.

— Да. Имея дар, девочка должна быть восприимчива к аномалиям мира духов и магии.

Интересно… малышка Кейла, возможно, будет когда-нибудь обладать огромной духовной силой.

— Что бы ты посоветовал?

— Кому?

— Ей, например. Чтобы развить дар и не дать школе его выбить.

— Что бы я посоветовал? — Он резко рассмеялся. — Дать выбить. Окажешь ей услугу.

Некоторое время я сидела молча, глядя под ноги. Потом подняла взгляд на него и спросила:

— Почему ты несчастлив?

— Я несчастлив? Имею деньги, ничего не делая…

Я обвела жестом комнату.

— Все об этом говорит. Твое поведение. Следы уколов на руках. Пивные бутылки в углу. То, что ты притворяешься недовольным, а на самом деле рад меня видеть и готов помогать.

— Страдальцы друг к другу тянутся. Ты тоже не особо счастлива.

— Меня в моей жизни все устраивает, — возразила я.

— Ну и живи ею в таком случае и дай мне поспать. — Он демонстративно подошел к двери, распахнул ее. — Когда сделаю амулет, привезу.

Я хотела ответить какой-нибудь колкостью, но передумала. Вид у него и впрямь был усталый. К тому же я знала, что не ошиблась. Данте Мориарти был очень несчастлив и скрывал это при помощи цинизма и наркотиков. Что же мучило его… что омрачало душу?

— Ты скажешь мне когда-нибудь, за что тебя не любит Эрик? — спросила я тихо.

Данте указал на дверь.

— Спокойной ночи, суккуб. И сладких снов.


ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ | Сны суккуба | ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ