home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава 5

Ни градоправитель, ни его охрана меня, естественно, ждать не стали – так орать, по мнению любого здравомыслящего человека, можно, только прощаясь с жизнью в когтях жуткого монстра. Самое противное, что и хромавший всю дорогу мерин тоже кудато исчез. Сам ли он ушел или ему «помогли» выяснять было некогда. Не чуя под собой ног, я бежал до самого дома мэтра Куббика.

Дверь распахнулась сразу, едва мой кулак коснулся вделанного в нее кольца. На пороге возник некромант собственной персоной. В одной руке свеча, в другой – обнаженный меч. Он был полностью одет, в сапогах, словно и не ложился спать. Впрочем, так оно и оказалось.

– Згаш? Что случилось? На вас лица нет!

Пошатнувшись, я шагнул через порог, и мэтр тут же, приткнув свечу в угол, подставил мне плечо. Как же приятно было на него опереться – только сейчас стало понятно, что ноги совсем не держат. Если бы не помощь начальника, последние метры до кресла в гостиной пришлось бы ползти.

– Я беспокоился, Згаш. – Усадив, а точнее, свалив мою несчастную тушку в кресло, мэтр запер дверь на засов, прошел к стенному шкафу и одной рукой плеснул в кубок вина из первой попавшейся бутыли. – Уж полночь близится, а вас все нет и нет. Неужели вы наткнулись на упыриное гнездо?

Принимая из его руки бокал с вином, я одновременно сделал глоток и помотал головой, так что разбрызгал жидкость. Ойёй! Ну и крепость! Да деревенская самогонка по сравнению с этим – родниковая вода! Однако свое дело напиток сделал – примерно через минуту организм перестало трясти, а по клеточкам разлилась блаженная истома.

– Вот так. – Мэтр устроился в кресле напротив, утвердил меч между коленями и водрузил на яблоко ладони, а на них положил подбородок. – Теперь рассказывайте. От кого вы так летели?

– Если бы я сам знал от кого!

Рассказывать пришлось с самого начала – с того момента, как вошел в дом с затаившимся мроем. На этом настоял мой начальник, который слушал и кивал с умным видом в продолжение всего разговора. Эпизод на жальнике он тоже выслушал с неослабевающим вниманием, а когда я упомянул про разговорчивую нежить, лишь хмыкнул както странно и покрутил головой, но ничего не сказал.

– У вас был тяжелый день, Згаш, – только и промолвил некромант в конце. – Идите отдыхать. Завтра можете на работу не выходить.

Ха, легко сказать – отдыхать! Столкновение с градоправителем не шло у меня из головы. Как назло, мэтр Куббик ни словом, ни жестом не дал понять, что его этот эпизод както взволновал. Утром он отправился на вызов один, оставив меня на хозяйстве – и на взводе.

Сказать, что меня расстроили, – значит не сказать ничего. Забытый в четырех стенах, я не находил себе места. Госпожа Гражина, видя, что творится, пробовала утешать: «Не тушуйтесь так, Згашик, усе образуется! С кем ни бувало…» Но ее жалостливые слова возымели обратный эффект. И гдето после полудня я принял решение.

Да, это факт – работа некроманта не для всех. Учеба и практика – это одно, а жизнь совсем другое. Припомнились все ошибки и недочеты – и то, как я проговорился о печке, в которой покойный ростовщик хранил свои сбережения, и то, как повел себя в больнице, и первый самостоятельный вызов (воскрешение того, кого сама Смерть хотела бы видеть мертвым!), и «поход» на жальник… Хорош некромант! Драпать сломя голову от какогото существа, которое просто спало в яме. И ведь так летел, что не подумал о градоправителе и его охране.

Градоправитель Анджелин Мас! При одном упоминании этого имени меня словно прошиб холодный пот. Эти прищуренные глаза я не забуду до конца своих дней. Это были глаза врага. Первого в жизни настоящего врага среди рода человеческого. А если учесть влияние и положение Анджелина Маса, то и последнего. Таких ошибок не прощают. Не зря же мэтр оставил меня дома. На кой ему такой помощник, который только все портит! Ему тут еще жить и работать – городокто маленький, каждый человек на виду! А я?

Да, надо быть мужчиной и посмотреть правде в глаза.

В путь отправился пешком – мерина же пришлось бросить на жальнике! Конечно, больно возвращаться к родителям несолоно хлебавши, да еще и с известием о том, что они зря пять лет тратили деньги на мое обучение, но лучше признать ошибку поздно, чем никогда.

Заявление о приеме на работу я составлял в ратуше – массивном здании из темнокрасного камня, которое стояло недалеко от площади. Когдато именно здесь был замок лордавладетеля, но по мере роста городка жизнь в этом месте становилась все менее уютной. И за городом построили новый замок. А здесь осталось нечто среднее между классической ратушей и зимней резиденцией графской династии. То есть нечто среднее в прямом смысле слова – ратуша состояла как бы из двух зданий, соединенных общей галереей и имевших общий внутренний двор. В одном строении была графская резиденция, а в другом – ратуша. Большие Звездуны – не слишком крупный город для того, чтобы позволить себе отдельное административное здание.

Стоявший на воротах охранник в вороненой кольчуге, надетой поверх кожаной куртки (ему было явно жарко, но он старался не подавать вида), сообщил, что его светлость Анджелин Мас сейчас в ратуше, работает с бумагами. Отлично. Значит, не придется носиться по городу и можно решить все неприятные вопросы сразу.

Внутри царили приятные после летней жары прохлада и полумрак. От каменных стен веяло свежестью. Шаги гулко отдавались под мрачными старинными сводами. Под ногами лежали старые вытертые плиты пола.

Широкая каменная лестница, покрытая старым ковром, вела на второй этаж. Тут веяния времени ощущались сильнее – полы оказались деревянными, а стены были обшиты шпалерами.

Градоправитель сидел в просторном кабинете за массивным письменным столом, бегло просматривал какието бумаги. Кроме пары сундуков, двух высоких, под потолок, стеллажей с книгами и гроссбухами, кресла для посетителей и лавок у входа мебели не имелось. Отсутствовал даже камин, так что зимой тут было, наверное, прохладно.

Взгляд невольно зацепился за витражи на окнах – коленопреклоненные рыцари в старинных одеждах словно нависали перед рабочим столом градоправителя, который оказался как раз между ними. Случайно или нарочно, но взоры изображений были устремлены в одну точку – на сидевшего человека.

Я даже вздрогнул, услышав его голос:

– Ну?

– Что? Простите, задумался…

– Вы вошли и застыли, хлопаете глазами. Что случилось?

Резкий, холодный голос, в котором явственно слышалась неприязнь, вернул мне способность рассуждать и подхлестнул к действиям.

– Ваша светлость, я пришел написать заявление…

– Может быть, сделать заявление? – Градоправитель отложил бумаги, которые держал в руках.

– Нет. Написать. – Чеканным шагом подошел и встал перед столом. – Я пришел, чтобы написать заявление об уходе.

– Что?

– Я хочу уволиться и уехать отсюда.

– Почему? – Он смотрел снизу вверх, не шевелясь и, кажется, даже не моргая. От этого пристального взгляда становилось жутко.

– Понимаете, ваша светлость, я понял, что… ну… в общем… я ошибся. Профессия некроманта не для меня. Я… считаю, что не обладаю всеми нужными качествами для того, чтобы… ну… выполнять свои обязанности… И лучше уж сделать это сразу, чем… ну… потом, когда… ээ… пока не поздно…

Под его пристальным взглядом я смешался окончательно и замолк.

– То есть вы признаете, что допустили ошибку пять лет назад, когда выбирали профессию?

– Да! – выдохнул, чувствуя облегчение от того, что самое главное сказали за меня. – И сейчас я считаю себя не…

– Непригодным к дальнейшему прохождению службы?

– Ну… да! Сами понимаете – то, как я повел себя вчера на жальнике…

– Понимаю. – Градоправитель наконецто опустил взгляд и снова взялся за бумаги. – Вы хотите сказать, что вчера повели себя, как дурак?

Наверное, я покраснел – во всяком случае, ушам внезапно стало горячо.

– Да…

– Не нужно большой смелости, чтобы признать это. Вы на самом деле хотите уехать?

– Да, пока не поздно.

– Понятно. – Градоправитель некоторое время копался в бумагах. – Но проблема в том, что я не могу вас отпустить…

– Что? – Голос сорвался на визг. – Как это?

Анджелин Мас болезненно поморщился:

– Где вас учили перебивать собеседника? Я не договорил… Я не могу вас отпустить, так как я вас не нанимал! Нанимал вас город, соответствующее распоряжение было подписало ее светлостью леди Лавиной Байт, так что пока прошение пройдет по всем инстанциям… Кроме того, по закону вы должны отработать еще полтора месяца! Раньше этого срока вас никто не отпустит. Отработайте – и можете быть свободны. А мы тем временем подыщем вам замену.

Я посмотрел на окно. Взгляд рыцаря на витраже упирался в затылок градоправителя.

– Хорошо.

– Тогда пишите свое заявление! – В мою сторону полетел чистый лист бумаги.

Пока я, умостившись бочком в кресле, торопливо царапал нужные слова, Анджелин Мас встал и отвернулся к окну. Вся его мощная фигура излучала презрение, и в глубине души мне хотелось с ним согласиться. Я ведь бежал, как трус, испугавшись трудностей. Или всетаки трезво оценивал ситуацию и понимал, что могу не выдержать более серьезного испытания и подвести в трудный момент?

Так или иначе, но дело было сделано.

Мэтр Куббик отнесся к моему демаршу подозрительно спокойно, презрением не облил, не кричал и не ругался. Лишь философски пожал плечами – мол, каждому свое.

Вот только совесть среагировала своеобразно. Мне начали сниться кошмары – как мэтра Куббика, госпожу Гражину и еще какихто людей рвут на части, а я стою и смотрю. Неудивительно, что, когда ночью на третьи сутки нас разбудил громкий стук в дверь, я скатился с постели с воплем ужаса.

За все время, которое прожил тут, нас еще не поднимали посреди ночи. Судя по положению луны, только что миновала полночь – самая пора для всяческой нежити и нечисти.

Заметавшись по комнате, как случайно залетевшая внутрь птица, я коекак, на ощупь, нашел оружие и выскочил в коридор вслед за мэтром, который уже как ни в чем не бывало спускался на первый этаж. Впрочем, у него тоже был обнаженный меч, кончик которого мерцал голубоватым светом.

– Кто там? – послышался его спокойный голос.

Лихорадочный стук (ктото молотил в дверь кулаками) прекратился.

– Сударь, вы дома?

– А где мне еще быть? Любовниц не держу…

– Вы должны немедленно поехать со мной!

– Вот как? – Некромант сделал несколько шагов по коридору, провел рукой перед лицом, нейтрализуя охранные заклинания. – А что случилось?

– Несчастье!

– Ну разумеется! Когда случается «счастье», некромантов не зовут!

Дойдя до двери, он распахнул ее, и я, шагавший следом, испустил такой вопль ужаса, что у соседей отозвались бдительные собаки. В коридоре показался один из тех двух телохранителей, которые несколько дней назад сопровождали меня и градоправителя на жальник! Рассматривать тогда было некогда, но ошибка исключалась. Вон он как скользнул по мне взглядом!

– Сударь, вы должны немедленно поехать со мной! – твердо повторил воин, переступив порог.

– Куда?

– В замок графини!

Опа! Вот так поворот сюжета!

– Что случилось?

– Все узнаете на месте. – Посланник градоправителя нервно оглянулся по сторонам, словно вокруг притаились враги.

– Ктото умер? – прозорливо предположил мой начальник. Дождавшись ответного кивка телохранителя, сделал успокаивающий жест: – Извольте подождать. Мы сейчас будем!

«Мы»? Я не ослышался? Короткий «отпуск» закончился? Так и есть – проходя мимо, мэтр похлопал меня по плечу, без слов приказал следовать за ним.

Несколько минут спустя мы втроем ехали по уснувшему городу. Охранник, кстати, привел на поводу моего хромого мерина (знал, оказывается, где тот находится!), и два всадника были вынуждены подстраиваться под его ход. Я мысленно прощался с белым светом: выманить в чистое поле под предлогом срочного ночного вызова в замок и там арестовать – что может быть проще и примитивнее?

В молчании мы проследовали через весь город, но не в сторону крепостных стен, а в ту его часть, где стену еще не достроили и можно было проникнуть в Большие Звездуны незамеченными. Под луной расстилалось поле, на котором тут и там торчали кусты и небольшие кочки.

Примерно через полчаса скачки (или тряски на хромоногом мерине, который шел мерной рысцой) впереди показалось еще одно селение. Оно огибало холм, на котором высился замок. Это и были Малые Звездуны – небольшой городок или большая деревня, выстроенная вокруг графского замка.

Я к тому времени успел узнать, что Большие Звездуны со всеми прилегающими землями принадлежали семейству Байт. Сам граф скончался лет десять назад, и с тех пор правила его вдова, леди Лавина – вернее, от ее имени всем распоряжался приснопамятный Анджелин Мас. Это по инициативе графини стали возводить крепостную стену вокруг города. Она же повелела устроить больницу, при ней завершилось строительство нового храма, при ней же на площади возвели тюрьму и гостиницу – точнее, леди Лавина заставилатаки строителей завершить работы, совсем остановившиеся незадолго до смерти ее супруга. Саму ее я никогда не видел, но слышал, что графиня растит единственного сына, который этой весной женился на наследнице какогото богатого, но менее знатного рода. Мой начальник сказал: «Увидев ее в первый раз, я понял, что жениться не стоит!» Больше он не прибавил ни слова, пустив таким образом мою фантазию в неконтролируемый полет. Воображение рисовало то образ некой богини, озарившей эту мрачную землю светом своей неземной красоты и неимоверной доброты, то сгорбленную старую ведьму, при одном взгляде на которую лошади падали в обморок. Неужели с нею чтото случилось?

Я терзался предположениями до самого замка. Ворота были закрыты, но подъемный мост опущен. Сопровождавший нас всадник назвал пароль, и одна створка приотворилась – как раз настолько, чтобы нам троим проехать гуськом.

– Вы вовремя, мэтр. – Навстречу шагнул градоправитель. – Прошу следовать за мной!

И все! Ни слова, ни жеста, ни намека на то, что заметил меня!

Громада замка была освещена огнями. У входа в массивных гнездах горели факелы, яркий свет струился из верхних окон. Добрая половина широкого двора была уставлена каретами. Когда мы, миновав парадный вход, через дверь для прислуги проникли в замок, до моего слуха донеслись слабые отголоски музыки. Праздник? Мы попали на праздник?

Этот вопрос и задал мэтр Куббик шагавшему впереди Анджелину Масу. Тот бросил быстрый взгляд через плечо.

– У виконта Ладиана гости, – только и обронил он.

Мы шли какимито закоулками, и я, всегда мечтавший побывать в настоящем старинном замке, мог одновременно испытать разочарование и порадоваться исполнению желания. Судя по архитектуре, построено здание было всего полтора века назад. С одной стороны, вот он, настоящий замок, а не бутафория для иностранных гостей, а с другой – так хотелось увидеть парадный зал с колоннами, открытые галереи, нависающие над внутренним двором, высокие башни, с которых открывается великолепный вид на окрестности. То есть посмотреть именно на то, что приезжим обычно и показывают… Но, судя по всему, наше появление должно было сохраниться в тайне. Что же такого произошло?

На одном из погруженных во мрак поворотов на нас налетел какойто худощавый мальчишка.

– Это они? – воскликнул парень, едва не врезавшись в Анджелина Маса.

– Да, милорд, – ответил градоправитель.

– Вас никто не видел? – Мальчишка завертел головой, схватил Маса за локоть двумя руками.

– Нет. Я позаботился об этом. Позвольте представить вам – виконт Ладиан Байт.

Я разинул рот. Несмотря на то что знал о недавней женитьбе наследника, в сознании всетаки жил образ маленького мальчика лет десяти – двенадцати, худощавого, угловатого подростка, а у нетерпеливо топчущегося на месте юноши не имелось с ним ничего общего. На вид ему было лет двадцать, а может, и восемнадцать, если судить по чертам лица и фигуре. Градоправитель рядом с виконтом казался настоящим великаном – выше на голову и раза в полтора шире в плечах. Да этот хлюпик сразу упадет, если на него наденут турнирные доспехи. Он же в них не сможет даже шевелиться без посторонней помощи! Хотя, надо признать, лицо у него симпатичное.

– Для меня это честь, ваша светлость. – Мой начальник вежливо склонил голову. – Чем могу быть вам полезен?

– Пойдемте, я покажу. А этот… человек… – Быстрый взгляд серых глаз нашел меня. – Он кто?

– Згаш Груви, мой новый помощник. Обычно я езжу на вызовы один, но сегодня может понадобиться подмога. – И ни слова о том, что мне осталось тут работать чуть больше месяца. – Так что у вас случилось?

– Следуйте за мной! Только тихо. Там внизу еще веселятся. И если они о чемнибудь пронюхают – мне конец!

Озираясь по сторонам, словно предатель, ведущий захватчиков к тайному проходу в крепость, виконт рысью потрусил по коридорам замка. Мы последовали за ним.

– Я сам не знаю, как это получилось, – испуганным шепотом говорил по дороге наследник имени Байтов. – Мы собирались немного поразвлечься… ничего особенного… так, минутное увлечение… Это вышло совершенно случайно! Я сам не сразу все понял… Но я ни в чем не виноват! Я тут ни при чем…

– Я в это верю, милорд, – тепло и ласково, как если бы беседовал с маленьким ребенком, ответил ему мой начальник.

– Ой, я так переживаю! Просто ужас, какой будет скандал, если все откроется! – причитал виконт. – Прямо не знаю, что делать…

– Я постараюсь вам помочь!

– Не переживайте так, – произнес градоправитель, – мэтр Куббик и мастер Груви – специалисты высочайшей квалификации.

Я от неожиданности чуть не споткнулся: это когда он успел узнать о моей квалификации? Ведь не на жальнике же… И как тогда быть с заявлением? Специалисты не бегут от работы!

За разговором незаметно дошли до жилых покоев. Тут было все отделано довольно современно, не как показывают приезжим – никаких голых каменных стен и плетеных циновок на полах. Ковровые дорожки, портьеры мягких тонов, колонны, лепнина по потолку, всякие там напольные вазы и кушеточки для отдыха… Полумрак скрадывал очертания предметов – в высокие узкие окна, украшенные витражами, светил месяц. Откудато доносились музыка и голоса. Гости виконта развлекались, не подозревая ни о чем.

Забежав вперед, наследник громкого титула самолично распахнул двери одной из комнат:

– Вот…

Это была просторная спальня – по углам несколько шкафов и сундуков, столик, дверь в умывальню, лавка с грудой одежды, какието мелочи, разбросанные тут и там. Я не смотрел по сторонам – все мое внимание, как и взоры моих спутников, приковала широкая постель под балдахином.

На постели лежала обнаженная девушка. Темные волосы разметались по подушке, на шее виднелось ожерелье. Темнокрасной грудой валялось на полу ее небрежно сброшенное платье.

Признаться, какоето время я тупо хлопал глазами, пытаясь понять, что же не так. И лишь присмотревшись, понял и похолодел.

Девушка была мертва.

Широко раскрытые глаза в ореоле длинных ресниц… Приоткрытый маленький рот с чувственными губами… Неестественная белизна щек… Странная поза и… и…

– Я сам не понимаю, как это случилось, – бубнил рядом виконт. – Мы так весело проводили время… и вдруг… вдруг… Если ктото узнает – это будет такой скандал!

Чисто машинально я сделал шаг вперед, всматриваясь в распростертое на простынях тело. Чтото странное было в ее позе. Наклонившись, внимательно посмотрел на запястье покойницы. Вернее, на ссадины, видневшиеся на нежной коже. Весьма странные и даже знакомые ссадины.

– Может быть, можно… ну… чтонибудь сделать? – пролепетал юноша. – Поймите, если узнают, что она умерла здесь… маменька меня со свету сживет! И Гемма тоже… она такая… такая нежная…

Последнее слово он произнес с какимто странным придыханием.

Небрежно сбросив плащ прямо на пол, мэтр Куббик шагнул к кровати.

– Что это такое, милорд? – ледяным тоном промолвил он, тоже сразу заметив следы веревок. – Она была привязана к постели? Но зачем?

– Понимаете. – Лорд Ладиан внезапно покраснел. – Мы… ээ… мы играли… это не всерьез… шутка была такая! Она сама согласилась, правдаправда! Я же не глупец, чтобы… ну…

Бегающие глазки, нервно прикушенная губа и напряжение свидетельствовали как раз об обратном. Впрочем, кто я такой, чтобы делать замечания высокородным господам! Он, конечно, не дурак, чтобы нарочно убивать изнасилованную девушку! Даже когда в столице разгоряченные вином и вседозволенностью сынки столичных лордов устраивали ночную «охоту», хватая на улицах всех девушек подряд, они и то не оставляли после себя трупов. Другое дело, что девчонки потом лезли в петли сами, не выдержав издевательств группы пьяных дебоширов, но чтобы нарочно когото уничтожать?.. Несколько лет назад разгул подобных «охотников за сладеньким» достиг таких размеров, что понадобился новый закон, сурово карающий насильников. Коекого даже обезглавили, чтобы заставить задуматься остальных. А тут, судя по одежде, девушка происходила далеко не из бедной семьи. Мда, как бы то ни было, скандал виконту предстоял нешуточный.[13]

– Вы мне поможете? – Он с просительной интонацией заглянул моему начальнику в глаза. – Вы ведь можете чтонибудь сделать?

– Хм. – Некромант некоторое время глубокомысленно созерцал труп. – Это будет очень трудно… Згаш, какова, по вашему мнению, причина смерти этой несчастной?

Давненько мне не приходилось чтото делать! Но установление причин смерти – одно из самых легких испытаний. В свое время я сдал зачет по этому предмету на «отлично». Достаточно было посмотреть на девушку повнимательнее… Но для пущей важности мне пришлось некоторое время водить руками над телом, чтото шептать одними губами и притворяться, что распутываю невидимый клубок.

…А ведь девушка умерла не здесь! Особые пятна в ауре говорили об этом. То есть ее сначала убили, а потом уже перетащили сюда и обставили дело так, словно она скончалась в результате «любовных игрищ». И (тут мне стало слегка нехорошо!) коекакие следы на теле даже не знающим некромантии говорили о том, что перед нами жертва черной магии. Скорее всего, сам виконт или ктото из его окружения интересовался запретными знаниями, но немного не рассчитал свои силы. Обряд по какойто причине пошел не так, и незадачливые чародеи бросились заметать следы преступления.

Я бросил взгляд на своего начальника. Мэтр Куббик, прищурившись, смотрел на распростертое тело. «Он знал! – оглушила мысль. – Знал все с самого начала! И поэтому решил не подставляться – дескать, помощник все равно скоро уедет, какой с него спрос? А мэтру тут еще жить и работать…» Надо же, как ловко мною прикрылись! В душе поднялась отчаянная злость. Вот вы как, значит? Вы, значит, смелые, а я так – трус и слюнтяй? А самито…

– Судя по следам на ауре и особенно по нитям, связывающим душу с телом, по тому, как они провисли и изменили свой цвет, могу предположить, что смерть была частично насильственной, – произнес я с самым умным видом, на который был способен. – Если говорить короче и понятнее, то в момент наивысшего нервного напряжения, вызванного возбуждением вследствие приступа сильной страсти, произошел сбой ритма сердечной деятельности вследствие сильного учащения работы сердечной мышцы, совпавший с перенапряжением мозговой активности и сопровождавшийся перекрытием каналов кровотока такой степени, что не могло не отразиться на функционировании всего организма…

– Ты самто понял, что сказал?

На меня уставились три пары глаз. Казалось, даже покойница удивленно напряглась.

– Ну ээ… если говорить проще, то у нее остановилось сердце вследствие…

– Достаточно! – вскинул ладонь мой начальник. – Благородные господа все услышали, не так ли?

Все, и я тоже, закивали. Ни одного лишнего слова сказано не было, но мыто с мэтром Куббиком прекрасно поняли друг друга. И сейчас оба, не сговариваясь, врали и подыгрывали этому бледному мальчишке со следами юношеских прыщей на вытянутом лице.

– Вы чтонибудь сделаете? – настаивал тот. – Мне скандалы ни к чему! Это же такой позор… такое пятно на репутации… маменька никогда…

– Успокойтесь, – жестко сказал мэтр Куббик. – Я здесь, значит, все будет хорошо. Згаш, – кивнул он мне, – будьте подле меня и приготовьтесь. Если подам сигнал – тут же возьмите все на себя!

Я кивнул, доставая нож и пробуя остроту лезвия пальцем. Что мне придется «брать на себя», начальник не удосужился сообщить. Но в любом случае подводить его я не собирался.

Тем временем мэтр Куббик ненадолго застыл над покойницей, задумчиво и пристально глядя на бледное лицо. Я уже совсем было решил, что он не знает, что делать, когда некромант вдруг быстрым движением выхватил из ножен висевший на поясе кинжал и полоснул себя по запястью.

– Ой! – пискнул виконт, слегка зеленея.

Будущий граф Байт покачнулся, осел на пол, и я вполне мог понять и его, и застывшего в некотором замешательстве Анджелина Маса: мертвая девушка вдруг шевельнулась и села на постели. Совершенно не стесняясь своей наготы, она огляделась по сторонам, несколько раз хлопнула ресницами, после чего молча спустила ноги на пол (а красивые, надо сказать, ножки!), потянулась к валяющемуся на полу платью и стала его натягивать. Откровенно говоря, я даже почувствовал разочарование – у девушки было красивое тело, и прятать такую красоту под тяжелую парчу казалось по меньшей мере кощунственным. Мне с моей заурядной внешностью не светило внимание красивых женщин, но хоть полюбоватьсято дайте!..

– Ну, – неожиданно донесся женский голос из складок платья, – чего уставились? Лучше бы ктонибудь помог…

Мэтр Куббик и бровью не повел, виконт еле держался на ногах, хватаясь за градоправителя, так что пришлось действовать мне.

– Осторожнее, – произнесла девушка, когда я попростому дернул платье за подол, – знаете, сколько оно стоит?

– Ээ… чутьчуть…

– Хорошо. – Ее слегка растрепанная головка вынырнула из складок. – А теперь затяните сзади шнуровку. Да потуже!

Я добросовестно выполнил все, что от меня требовалось. Кивнув, девушка быстро расчесала волосы, закрепила на них обруч и в первый раз посмотрела на собравшихся.

– Я больше не могу тут оставаться! – громко и четко заявила она и направилась к двери.

– Э, погоди, – очнулся виконт, – неужели ты в самом деле…

– А что? – Она резко развернулась в его сторону. – Ты еще хочешь продолжения… после того, что было?

С этими словами красавица неожиданно шагнула к собеседнику и вытянула губы трубочкой. Надо было видеть, с каким выражением лица белый как мел Ладиан отшатнулся прочь! Зажав себе рот руками, он кинулся бежать, но не успел, и его стошнило прямо на пол. Сама же девушка быстрым шагом покинула помещение.

В молчании и некотором напряжении мы последовали за нею. Я, честно говоря, боялся, что нас заметят и зададутся вопросом: кто эти люди? Но обошлось. Мы с мэтром Куббиком вышли на крыльцо и увидели, как «покойница» села в карету, на прощание одарив подавшего ей руку Анджелина улыбкой. Вот ведь железная выдержка у человека! Нет, я бы так не смог. Но я, кажется, говорил, что ошибся с выбором профессии?

– А мы разве не последуем за нею дальше? – поинтересовался у начальника, заметив, что он повернулся и собирается войти в замок.

– Зачем?

– Ну надо проследить, чтобы она…

– Чтобы она – что? Не прикажете ли вы мне, Згаш, таскаться за кадавром несколько дней?

– Как – за кадавром? Но разве вы…

– Милый мой, – некромант рассмеялся, – вы же прекрасно все видели и знали, что девица была полностью и безнадежно мертва уже несколько часов! В теле произошли необратимые процессы, справиться с которыми невозможно, кроме того, там имела место магия, которая сводила на нет все наши усилия! Я не воскресил ее, если вы об этом. Я лишь на некоторое время сообщил ее телу некое подобие жизни. Все знают, что она села в карету… только вот, скорее всего, по дороге домой девушка «скончается», и кучер доставит лишь ее труп. В лучшем случае она успеет войти в свой дом, ляжет на постель и уже там «умрет во сне». Репутация виконта Ладиана спасена! Беспокоиться не о чем!

Когда карета скрылась в воротах, мой начальник спокойно направился к лошадям. Тихое «кхм!» – возвестило о появлении градоправителя.

– Это вам, сударь, – промолвил он, протягивая некроманту небольшой полотняный мешочек. – За труды.

– Ну что вы! Это моя работа! – с какойто странной, вежливонасмешливой интонацией ответил тот, забирая мешочек. – Репутация лорда Ладиана превыше всего!

– Счастливого пути, – кивнул Анджелин Мас и отошел.

Больше нас в замке ничего не задерживало, но я уже у подъемного моста не удержался и оглянулся на темную громаду. Облако наползло на месяц, и все было погружено во мрак. Чтото не так с этим замком. Ой, чтото не так! Черная магия, говорите? Хотя мнето что с того? Через месяц с небольшим я уеду, и все здешние проблемы останутся позади.

Лошади мягко трусили по проселочной дороге. Судя по положению звезд, до рассвета было всего несколько часов. Эх, жаль, выспаться не успею! Это неправда, что некроманты любят работать по ночам. Да, бывает, приходится не спать, подкарауливая какуюнибудь особо зловредную нежить, но это скорее исключение, чем правило. Вообще у нас ненормированный рабочий день, но несколько часов отдыха мы заслужили!

– Не хотите посмотреть упыриную лежку, Згаш? – нарушил ход моих мыслей мэтр Куббик.

– Что? – Сон как рукой сняло.

– Я за несколько дней до вашего приезда как раз обнаружил упыриную лежку всего в паре часов пешего хода от предместий. Несколько дней убил на то, чтобы вычистить ее и обеззаразить! Так хотите взглянуть?

Еще бы! Упыри и их разновидности – самая распространенная нежить, с которой приходится иметь дело некроманту. Они же и самые опасные, ибо не ведают усталости, не чувствуют боли и обладают огромной силой. Справиться с упырем в одиночку очень трудно – нужно либо ухитриться застать его врасплох, либо подкараулить в момент вылупления, когда он еще не сориентировался в пространстве и не понимает, где находится. Слюна упырей ядовита, а нанесенные их ногтями царапины воспаляются и начинают гноиться так быстро, что самым действенным способом до сих пор является ампутация пораженной конечности. Я уж не говорю о том, что те, кого убил упырь, сами пополняют ряды нежити!

Не дожидаясь моего кивка, мэтр Куббик развернул коня и направил его в чистое поле.

Мы пересекли его в молчании и через несколько минут оказались на опушке небольшого леска. Под деревьями было довольно темно, и лошади перешли на шаг.

– Это здесь, – произнес некромант.

Впрочем, пояснений не требовалось. В лесу скрывался овраг с крутыми склонами, густо поросшими колючим кустарником. На дне было еще темнее – кроны деревьев надежно защищали ложбину от дневного света. Гдето поблизости неумолчно журчал ручеек, верещал сверчок, из чащи послышался крик какойто ночной птицы.

– Здесь. – Мэтр не спешил вылезать из седла. – Это случилось именно здесь.

– А… сколько их было? – задал я мучивший меня вопрос.

– Четверо.

– Сколько?

– Четверо, – повторил мой начальник. – Почти трое суток их караулил, высчитывал время и место так, чтобы не попасть на глаза остальным. Потом спускался вниз, шарил по дну, искал место захоронения – вдруг там ктото еще остался. Вы ведь знаете, что некоторые упыри почемуто вылупляются позже остальных!

– Угу…

– Мне удалось отыскать еще двоих – совсем уже были готовы вылезти. Я поспел вовремя. Хотите, покажу вам это место?

Спрыгнув с седла, мэтр Куббик стал довольно ловко спускаться на дно. Пришлось последовать за ним.

Внизу толстым слоем лежали опавшая листва, ветки и прочий лесной мусор, пружинивший под ногами. Приходилось тщательно выверять, куда поставить ногу. Споткнувшись о незаметно пристроившуюся под валежником корягу, я чуть было не вывернул лодыжку. А вот мой начальник топал с таким видом, словно находился у себя дома! Ну еще бы! Он, наверное, тут каждую пядь земли изучил!

– Вот, смотрите!

В овраге пахло мертвечиной, упырями, гнилью и плесенью, но в этом месте запах был такой сильный, что захотелось удрать куда глаза глядят. Горка земли, перемешанная с прелой листвой, слабо светилась зеленоватым светом.

– Вот тут они все и лежали вповалку, – помолчав, произнес мэтр. – Пришлось помучиться, упокоить всех до единого… А нора у них располагалась чуть дальше. Вон, на склоне!

Я послушно поднял глаза. В зарослях ежевики впрямь чтото темнело.

– Хорошо устроились, – озвучил мои мысли некромант. – Вот и говори после этого, что у нежити нет никакого разума! Тут все было загажено! Пришлось чуть ли не со всей округи валежник таскать, чтобы хоть немного прикрыть следы.

Так вот почему тут так много веток!

– Через несколько лет они перегниют, и природа залечит раны.

– А вы их сожгли?

– Ну да. А почему вы спрашиваете?

– Да, собственно, так… Просто. – Мой взгляд зацепился за светлое пятно среди веток. Мерещилось или нет, но оно мне чтото напоминало. Чтото настолько знакомое, что захотелось протереть глаза, ущипнуть себя и вообще проснуться как можно скорее. – Почему вы показываете мне все это? Никак нашу встречу забыть не можете?

Некромант насмешливо фыркнул.

– Такое не вдруг забудешь! – Рассмеявшись, он опять посерьезнел. – А дело в том, Згаш, что это неспроста.

– Что? – Я крепко зажмурился, помотал головой и снова распахнул глаза, но светлое пятно со знакомыми очертаниями никуда не делось.

– Все! Эти покойники, труп возле «Яблоньки», найденный третьего дня прямо на улице изуродованный молодой человек… Все это звенья одной цепи! Я чувствую, но доказать пока не могу. Знаю только одно: все жертвы жили в Больших Звездунах или соседних деревнях. Тела находили в разное время, в разных местах. Эти люди были убиты поразному, но я больше чем уверен, что за всеми этими убийствами чтото кроется!

– И что? Ято тут при чем? Я приехал в городок уже после того, как появились вот эти упыри! Им ведь для вылупления нужно несколько дней! Вы сами сказали, что вернулись с лежки за неделю до моего приезда!

– Не горячитесь так, Згаш. – Некромант покровительственно потрепал меня по плечу. – Никто вас ни в чем не обвиняет! Просто хочется, чтобы вы все знали.

Упыриная лежка поражала своим размером. Существует несколько видов упырей, и некоторые ведут себя вполне разумно – во всяком случае, это далеко не бездумные кадавры, которые бредут куда глаза глядят, уничтожая все на своем пути. Упырь выбирается на охоту с наступлением ночи и уходит за несколько часов до рассвета, чтобы переждать день в укромном месте. Здесь, по словам моего начальника, обитали четыре упыря.

– А сколько их было вначале?

Мэтр обернулся через плечо:

– Молодец, догадался! Их и было сначала четверо. Двое других… как бы сказать… это личинки !

Опаньки! Вот уж не знал…

– Что, не думали, что мы тут в провинции в курсе последних научных открытий? – откровенно рассмеялся мой начальник. – Да, личинки . Упыри попытались размножиться. Правда, я заметил это вовремя и успел принять меры.

Он развеселился, как мальчишка, которому удалось провести приятеля, но лично мне было не до смеха. Обычно упыри разрывают свои жертвы на куски, питаясь кровью, мясом и жизненной силой. Но если труп останется целым, а в раны попадет слюна или трупный яд, то через девять дней вылупится новый упырь. Дабы этого не случилось, подозрительный труп стоит заранее обезопасить – достаточно отрубить ему голову и положить к ногам, а в живот вбить кол. Есть и другие рекомендации, но эти самые действенные.

– То есть вы хотите сказать, что эти двое были личинками ?

– Да. Один совсем приготовился к вылуплению. Даже попытался сопротивляться. Второй оказался совсем свежим, день или два от силы.

Настроение у меня испортилось. А мэтр Куббик, ничего не замечая, топал по оврагу и взахлеб рассказывал, что и как тут происходило.

– Представляете, Згаш, ну и странные они оказались твари!.. Уверен, что о подобном ученые еще не знают. Одного поселяне подранили – он хотел личинку утащить! – так его свои не бросили, подкармливали… Я с ним больше всех промучился. Воон, видите, дыра?.. Туда, гад, забился! Пришлось так и сжечь – забил отверстие сушняком, залил маслом и подпалил. Горело плохо – вытяжки никакой… Зато потом он выскочил эдаким факелом, мотаться начал… чуть совсем не сбежал! Я его в спину ударил, на дно сшиб, тут уж дожег… А вот тут они вылуплялись… Осторожнее!

Куббик крепко схватил мой локоть, дернул назад, и вовремя – в следующий миг моя нога должна была по щиколотку погрузиться в рыхлую землю. От нее так несло гнилью и падалью, что напрочь отшибло обоняние.

– Тут они валялись. – Мэтр встал над могилой. – Здесь я сапоги испачкал – лазил проверять, не осталось ли когото… Было бы очень здорово уничтожить всех – и упустить последнего!

Я невольно бросил взгляд через плечо:

– Ббес!

Матюгнувшись, мэтр Куббик как копье, за рукоять, метнул в белую тень свой меч. Невольный вскрик вырвался из груди, когда подраненный упырь покачнулся, рухнул на бок и кубарем скатился на дно оврага.

А в следующий миг какаято тень с залихватским воплем упала на него сверху, ломая кусты. Сцепившись, они покатились на дно, путаясь в зарослях ежевики.

Мы с мэтром переглянулись. В отличие от своего начальника, я сразу узнал того самого обитателя жальника и поразился.

Тем временем сцепившиеся упырь и неизвестный докатились до дна. Оказавшись сверху, наш нежданный помощник несколько раз от души врезал извивающейся нежити по голове – во все стороны полетели ошметки кожи и мяса, – а потом полоснул по горлу когтями. Крови не было (откуда она у мертвого тела!), но все равно упырь задергался, как любое живое существо, которому порвали артерии. Ему удалось сбросить своего противника, но победы это не принесло – в отличие от стоявшего столбом меня, некромант ринулся вперед, схватил меч, ловко крутанул в одной руке и с хеканьем рубанул упыря по горлу.

Тот отчаянно замолотил конечностями по земле, разрывая дерн. Мэтр Куббик пинком откатил голову подальше и, примерившись, всадил меч точно в грудь все еще живого трупа. Клинок вонзился так глубоко, что, наверное, пригвоздил тело к земле.

– А вы тут какого беса стоите, глазами хлопаете?

– А ты что тут делаешь?

Лучшая защита – это нападение, и победитель упыря, шлепнувшись на задницу, полез в затылок когтистой конечностью:

– Если скажу, что природой любовался, ведь не поверите!

– Только не ври, что ты за нами нарочно крался! – фыркнул некромант, озираясь по сторонам. Обезглавленный упырь еще дергался, но слабо. В принципе, если выдернуть меч и обложить тело ветками, то уже можно сжигать – никуда не денется.

– Не крался я. Спал! – Наш спаситель зевнул с подвыванием, едва не своротив набок челюсть.

– Точно спал? – прищурился мой начальник, как бы невзначай поудобнее перехватив меч.

– Точно. Я вообще не собирался сегодня безобразничать. Но раз вы разбудили и настаиваете…

Он подмигнул некроманту, и тот неожиданно рассмеялся.

– Простите, – подал я голос, – но вы что, знакомы?

Мое удивление и столь долгий ступор объяснялись простым фактом – в нескольких шагах от меня на земле как ни в чем не бывало сидел волкодлак[14] собственной персоной.

– Первый раз его вижу, – в один голос сказали оба моих собеседника и расхохотались.

– Кстати, а вы что тут в такую пору делаете? – отсмеявшись, как бы невзначай поинтересовался волкодлак.

– Показывал помощнику упыриную лежку. – Мэтр Куббик выдернул меч и пинком подкатил к останкам трухлявое бревнышко. – Как чуял, решил завернуть сюда! Сколько, интересно, ему до вылупления оставалось?

– Деньдва, не больше.

– Свежий еще…

– Вы хотите сказать, что это не личинка тех, первых упырей? – воскликнул я.

Две пары глаз уставились на меня.

– Не дурак, – констатировал волкодлак с непонятной интонацией. – Надо же, как обманчиво первое впечатление… Ну ладно. – Он опять зевнул, разинув пасть почти до самых гланд, и не спеша встал. – Пойду я, пожалуй…

– Куда?

– Опомнился. – Полузверь встал на четыре конечности и одарил меня взглядом через плечо. – Досыпать. Вы мне со своей «прогулкой по занимательным местам» такой сон перебили…

– А вот это? – Я кивнул на труп упыря. Тот уже не дергался.

– А это не моя проблема.

– Он прав, Згаш. – Мэтр все это время хрустел валежником на склоне оврага, а сейчас подошел и свалил кучу сухих веток прямо на обезглавленное тело. – Наша задача – как можно скорее ликвидировать эту нежить…

Голос его оборвался на полуслове, но я и без того легко закончил недосказанную фразу: «И попытаться выяснить, кто и зачем продолжает подкладывать сюда новые, готовые к вылуплению личинки упырей».


Глава 4 | Как начать карьеру | Глава 6