home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава 11

Называя Корнуолл «глушью», Алан Маркби не учел последствия пасхальных праздников и широкой туристической популярности. Машина еле ползла по забитым дорогам. В салоне было душно. Мередит опустошила бутылку воды, леденцы были сгрызены полностью.

— Впереди еще один караван, — предупредил Тоби, когда они застряли в очередной пробке. Дорога представляла собой практически одну полосу между высокими склонами с яркими розовыми цветочками.

— Спасибо. Далеко еще до коттеджа Элисон?

Тоби сверился с картой:

— Недалеко. Миль пятнадцать.

Мередит застонала. Пятнадцать в данных обстоятельствах все равно что пятьдесят. Она взглянула на часы. Вся эта авантюра — чудовищная ошибка.

Тоби, напротив, был в отличном настроении, и никакие дорожно-транспортные проблемы не омрачали его энтузиазма.

— Люблю эти места. Часто ездил сюда с родителями в школьные годы. Помню, как валялся на пляже в Деймер-Бич, потом осваивал серфинг в Ползите. Конечно, тогда был уже гораздо старше. Раньше лазал с братом по скалам, мы что-то искали в заводях, сколько раз чуть там не застревали во время прилива… В том месте на побережье вода поднимается очень быстро.

— Где теперь ваш брат? — поинтересовалась Мередит.

— Занимается морской биологией. Целиком приписывает выбор профессии тем самым летним каникулам в Корнуолле. Сейчас работает в Австралии.

— А родители?

— Поселились на самом краю Португалии, оставив работу. Разумеется, с огорчением услышали о Фионе. Только вряд ли приедут на похороны.

Мередит впервые услышала о подготовке к похоронам Фионы Дженнер.

— Коронер разрешил забрать тело?

— Пока нет, но Джереми старается поднажать. Дело в том, что Шанталь не уедет, пока достойно не проводит Фиону в последний путь, с чем всем нам придется мириться. По-моему, Джереми через пять минут после встречи приготовился вышвырнуть ее из дома, но Элисон даже слушать не стала. Похороны будут сплошным кошмаром. Еще эта девушка из Лондона, Тара… Хочет на службе присутствовать. Я предупредил Джереми, он пробурчал, что рассчитывал только на членов семьи. Объяснение принято не было, а я не приготовил должного ответа. Думаю, она ему звонила.

— Тара Сил?

— Да. Я почти уверен. Хотя трудно точно сказать, Джереми мне не докладывал. По-моему, он теперь сердится, что я был в квартире и встретился с Тарой. Но ведь это была его идея! Я случайно услышал, как он разговаривал с Элисон. Упоминалась Тара и что-то насчет ее несуществующих прав. Подозреваю, Джереми пытается отфутболить ее, а это несправедливо. В конце концов, они были партнершами. По-моему, он хочет выставить ее из квартиры. Похоже, Фиона не оставила завещания. В сущности, Джереми проявляет мелочность. Я всегда считал его щедрым, по крайней мере, придерживающимся современных взглядов. А он, похоже, превращается в горюющего главу викторианского семейства. Думаю, мы с ним придем к полному несогласию по этому поводу, только пока не хочу ссориться, у него хватит других забот. Все равно, не позволю ему прогнать Тару. Это нечестно. Фионе не понравилось бы. Если хотите знать мое мнение, это просто жестоко. Ничего у него не выйдет. Не дам ее в обиду, — решительно кивнул Тоби.

— Он тяжело страдает, — напомнила Мередит. — Горе глухо к доводам рассудка. Дайте ему неделю-другую.

— В данный момент никто никого не слушает, вот в чем проблема. — Тоби старательно свернул карту. — Мне в любом случае некогда ждать, пока Джереми переменит свое отношение. Необходимо заставить его сейчас же включить в список Тару. Элисон наверняка хорошо ее примет, как постаралась принять Шанталь. Но тут я не могу просить ее помощи. С приходом последнего письма она дергается, как кошка на раскаленной крыше. Боюсь, неподходящий момент заводить с ней разговор о Таре. Здесь направо!

Мередит, повернула, с великим облегчением обнаружив, что поток машин остался позади. Теперь они ехали по узкой извилистой колее, сначала вверх по склону, потом вниз в долину, где стоял паб, два-три коттеджа и убогий гараж.

— Вот и деревня, — уверенно объявил Тоби.

— Точно? — Мередит с сомнением вгляделась в две бензоколонки, горделиво красовавшиеся перед развалюхой с вывеской: «Дж. Мелвиш. Ремонт. Шиномонтаж, выхлопные трубы, техосмотр».

— На карте указано. Надо проехать еще четверть мили в сторону моря.

Солнце начинало садиться, когда они, наконец, доехали до цели. Дом стоял на утесе с великолепным видом на устье реки Кэмел внизу. Когда Мередит вышла из машины, ветер бешено растрепал волосы, до нее долетел соленый привкус моря, накатывавшего на берег. Кругом не было ни души, красноватое заходящее солнце окрасило пейзаж незнакомым неземным светом. Коттедж оказался необычным, наполовину каменным, наполовину бревенчатым. Видимо, начинал жизнь как амбар. Мередит поделилась догадкой со спутником.

— Мне тоже так кажется. — Лицо Тоби восторженно пылало в гаснущем солнечном свете. — Элисон рассказывала, что, по преданию, контрабандисты в восемнадцатом веке хранили в нем запрещенный товар. Хотя про любую старую постройку на побережье говорят то же самое. Не подумайте, контрабанду здесь выгружали повсюду в старые недобрые времена, в маленьких бухточках вроде Требарвита, Тингателя, Боскасла и, конечно, в Полперро. Иногда появлялся акцизный чиновник, контрабандистов арестовывали, а потом они просто перебирались в другие места. У информаторов век был короткий, поэтому местные жители держали язык за зубами. Никто не видел в контрабанде ничего плохого. Самые респектабельные леди покупали чай поздно ночью на заднем дворе. Юго-западные графства никогда не ладили с властями.

— «Бренди пастору, понюшку клерку», — процитировала Мередит Киплинга, но Тоби вытаскивал из багажника вещи и не услышал. Она оглянулась на маленькую причудливую постройку, которой предстояло стать их базой.

Вид заброшенный, как у всякого дома, где никто не живет, разве кто-нибудь на неделю заедет. Впрочем, жизнь продолжается: в саду прыгает десяток кроликов. Завидев подходивших людей, они рассыпались, заскакали по сухому торфу в разные стороны.

— Видно, садок рядом, — предположила Мередит.

Другим, кроме кроликов, признаком жизни служили морские птицы, кружившие время от времени над головой. В качестве дома для отдыха, чтобы избавиться от суеты, коттедж идеален. В качестве места для постоянного проживания после ухода от дел, чтобы провести в нем последние годы, совсем не годится. Наверняка Фреда Кемп чувствовала себя ужасно одинокой к концу своей жизни. С нетерпением ждала внучатую племянницу Элисон. Даже ежедневные визиты уборщицы миссис Тревис играли важнейшую роль.

— Миссис Тревис, — вымолвила Мередит, открывая дверь. — Мы должны отыскать миссис Тревис.

— Думаете, она еще жива? — спросил Тоби.

— Почему бы и нет? В то время, двадцать пять лет назад, у нее был десятилетний сын. Возможно, сейчас ей под сорок, как мне. Максимум шестьдесят. Мы должны найти ее.

— Она не любит Элисон, — напомнил Тоби.

— Ну, так не станем упоминать про Элисон.

Они занесли в дом провизию, разложили в буфете и в холодильнике. Внутри оказалось комфортабельно и симпатично, комнаты обставлены современной сосновой мебелью. На аккуратной чистенькой кухне стандартные наборы посуды из шести предметов. Видно, Элисон выбросила все оставшееся от тетки. Только в гостиной остались два старых красивых ковра. Имелся превосходный телевизор с широким экраном. В серванте на случай плохой погоды богатый выбор настольных игр и зачитанных романов в бумажной обложке.

Мередит легла спать в тот вечер под рокот прилива, волны бились у самых скал под коттеджем. Скрип дома сливался со звуками моря. Она еще острее почуяла одиночество, от которого страдала Фреда Кемп. Вот именно, страдала. Почему бы не продать имение, перебраться в какое-то оживленное место? Может, она решила остаться из-за болезненного упрямства. Сделала выбор и не отступила. Впрочем, люди по-разному понимают одиночество. Возможно, Фреда Кемп не ощущала полной изоляции. Некоторые вполне счастливы наедине с собой. Может быть, Фреда из их числа.

Настало прозрачное ясное утро. Прежде чем отправиться на поиски миссис Тревис, Тоби настоятельно потребовал спуститься на берег.

— Вода уже почти ушла, — просто объяснил он.

Мередит не знала, когда прилив сменяется отливом, а Тоби оказался прав. Вода уходила в открытое море, медленно обнажая желтый песок. К счастью, не пришлось карабкаться по камням — вниз вела бетонная лестница. Песок был усеян червями, ракушками, кое-где валялись дохлые крабы, длинные плети водорослей. То тут, то там громоздились крупные валуны. Скалы здесь были светло-серые с розоватым и голубоватым оттенком. Мередит обнаружила, что, когда смотришь сквозь солнечные очки, голубое и розовое буквально ослепляет. Вдали кто-то прогуливал пару крупных собак, которые радостно скакали у кромки моря, то забегая в воду, подняв тучу брызг, то снова выбегая на берег. Тоби, видимо, вернулся в детство. Он перелезал через валуны, радостно восклицая над крошечными крабами и креветками в заводях. Мередит сурово пресекла его забавы.

— Слушайте, мы приехали, чтобы найти какой-нибудь ключ к событиям в поместье Овервейл. Не надо никакой ерунды.

Тоби с сожалением последовал за ней к лестнице, и вскоре они выбрались на дорогу.

— Куда сначала? — спросил он.

— В паб еще слишком рано. Доедем до гаража. Я заправлюсь, задам пару праздных вопросов.

Однако гараж оказался пустым. Они вылезли из машины, огляделись.

— Должен быть кто-то, — пробормотал Тоби. — Двери открыты.

В этот момент из покосившейся рахитичной постройки донесся грохот и крепкая ругань. Компаньоны направились на шум.

Мередит шагнула внутрь с яркого солнца, и перед глазами как будто захлопнулись ставни, замкнув ее в темном с сильным запахом машинного масла и смазки пространстве. Потом глаза привыкли к сумраку, и она разглядела разнообразное содержимое автомастерской. Что-то в дальнем конце шевельнулось, материализовалась медвежья туша, которая двинулась к ним, вытирая лапы грязной тряпкой.

— Здравствуйте, — поприветствовал их незнакомец в немыслимо грязном комбинезоне и крепких ботинках. — Чем могу помочь?

Вблизи он казался еще крупнее. Кудрявая грива и очень яркие голубые глаза напомнили об Алане. Мередит предположила, что это и есть Дж. Мелвиш, владелец и, возможно, единственный механик.

Она попросила заправить машину горючим и сделала попытку завести беседу на общие темы. Хозяин гаража только рад был поговорить с неожиданными посетителями.

— Отдыхать приехали? — доброжелательно осведомился он, протягивая запачканную руку к ближайшей колонке.

— Нет… — начал Тоби.

Мередит перебила:

— Не совсем. Всего на пару дней.

— И где остановились? — Мужчина переводил взгляд с одного на другого, как бы запечатлевая их в памяти.

— В коттедже на утесе.

— А, в старом доме Кемп… — Мужчина почесал подбородок, запачкавшись смазкой.

— Насколько я понимаю, он принадлежит миссис Дженнер, — осторожно заметила Мередит. — Кто такие Кемпы?

Мужчина бросил на нее внимательный взгляд.

— Всего одна старушка. Жила там много лет назад.

— И коттедж до сих пор ее именем называют? Почему? — Мередит изобразила невинное любопытство, хотя чувствовала, что не слишком хорошо.

— Она умерла. Не скажу, чтобы я ее знал, — объяснил мужчина, отойдя от колонки. — Ну, у меня дела. Надеюсь, хорошо отдохнете.

Желание поболтать у него явно испарилось. Он направился обратно в гараж.

— Не скажете ли, есть поблизости какой-нибудь магазин? — громко спросила вслед ему Мередит.

Дж. Мелвиш оглянулся:

— Бакалея в Ползите. У нас в почтовой конторе дальше по дороге кое-чем торгуют. Если нужен супермаркет, лучше съездить в Уэйдбридж. — Кивнув, он пошел дальше.

— Знает про Фреду Кемп, — взволнованно заключил Тоби, садясь в машину. — Просто с нами не захотел говорить.

— Вполне понятно, — согласилась Мередит. — Мы остановились в коттедже. Известие о случившейся там необъяснимой смерти может испортить нам отдых.

— Н-ну… — задумался Тоби. — По крайней мере, ясно, что наш приезд не шальная авантюра. Люди помнят, что здесь жила Фреда Кемп.

— Пока что один человек, — поправила Мередит. — Пока мы больше ничего не узнали. Возможно, он сказал правду. Это было практически до него. Он был мальчишкой двадцать пять лет назад. Едва ли много знает.

— О предполагаемом убийстве? — воскликнул Тоби. — В таком месте? Могу поспорить, ни о чем больше деревенские и не говорили. Если б я очутился здесь в десять лет, ходил бы по пятам за полицией вокруг места происшествия, щелкал фотоаппаратом, составил альбом. Мальчишки настоящие вурдалаки.

— Поэтому я и надеялась на местный магазин, — вздохнула Мередит. — Там можно было бы поспрашивать, найти кого-то с долгой памятью. Что ж, попытаем счастья на почте.

Однако служащая почты не помогла им при всей своей приветливости. Она жила тут всего пару лег.

Они вернулись в коттедж, выпили кофе, поспорили, что делать дальше. Поскольку уже минул полдень, решили пойти пешком в паб чего-нибудь съесть.

— И раздобыть какую-нибудь информацию, — с надеждой добавил Тоби. — Пабы — самое подходящее место. Понимаете, там собираются все старожилы. Любят посплетничать, и если угостить их пинтой…

К несчастью, ничего не вышло. В пабе подавали только сэндвичи. Хозяева, подобно служащей с почты, жили здесь два года. Перебрались в Корнуолл из Бейсингстока. Жителей старшего возраста в пабе не было, только пара туристов и накачанный молодой человек с серьгой и татуировками.

— С ним говорить бесполезно, — шепнул Тоби. — Как только поймет, что нам нужна информация, скажет за пятерку что хочешь, руководствуясь исключительно своей фантазией.

— Вечером еще раз попробуем, — сказала Мередит на выходе. — Может быть, будет больше народу. В конце концов, зачем местным ходить на ланч? Наверняка все где-то работают.

Они снова пошли по дорожке вдоль края утеса. Не разговаривали, не обменивались идеями, просто шли против крепкого морского бриза. Мередит вдруг осознала, как сильно тоскует по Алану. Возможно, когда все это кончится, они в конце концов поженятся, вместе приедут сюда, отдохнут, погуляют. А с Тоби она отправилась в Корнуолл не за тем. Должен быть другой способ выяснить, что случилось двадцать пять лет назад.

— Полагаю, Алан не обронил намека, — горестно проговорил Тоби. — Не бросил нам ниточку?

— Ничего. Не сказал ни слова о следствии с той минуты, как мы решили ехать в Корнуолл. И раньше особенно не рассказывал, кроме того, что нашлась резинка для волос.

Мередит остановилась.

— Но у меня есть идея.

— Какая? — спросил Тоби, вытряхивая из туфли камешки.

— Есть один человек, которого можно найти и который все знает о Фреде Кемп. Полицейский, который вел дело.

— Он, должно быть, в отставке, — заметил Тоби.

— Все равно, возможно, живет где-то рядом. Если работаешь в Корнуолле, разве уедешь куда-нибудь, выйдя на пенсию? Больше того, я знаю, как его зовут. Барнс-Уэйкфилд. Сколько в местном телефонном справочнике абонентов с такой фамилией? Нам нужна местная библиотека.

Идея понравилась Тоби, он оживился. Они доехали до Уэйдбриджа, отыскали библиотеку с полным набором справочников, как и надеялась Мередит. Там значился всего один Барнс-Уэйкфилд.

— Что мы ему скажем? Нужен повод для расспросов о таком деле. — Тоби с надеждой ждал ответа.

— Скажем почти правду, — просто ответила Мередит. — Вы кузен Элисон. Ну, более или менее. Через столько лет она по-прежнему стремится обелить свое имя. Понимает, что судебного вердикта недостаточно. Очень любила тетку, хочет знать правду о ее смерти. Барнс-Уэйкфилд клюнет, поверьте. К нему обратились за помощью, за сведениями, которые только ему известны. Он будет польщен. Даже если не захочет помочь Элисон, все равно с нами встретится и побеседует. Получит возможность показать себя. Такова человеческая природа. Не откажется.

Отставной старший инспектор Барнс-Уэйкфилд жил в безупречном бунгало на окраине Ньюки. Передний сад в основном занимала альпийская горка и крошечный пруд для рыбы. Возле него две ярко раскрашенные фигурки с миниатюрными удочками.

— Гномы! — воскликнул Тоби. — Глазам своим не верю! Неужели их до сих пор ставят в садах?

— Слушайте, — сказала Мередит. — Вы должны относиться к старшему инспектору Барнс-Уэйкфилду как к высокопоставленному представителю дипломатического корпуса не совсем дружественной державы. Следите за каждым своим словом, ладно? Вам его сад понравился . И особенно гномы. Поведайте о своем счастливом детстве в этих местах. Перетяните его на нашу сторону.

— Не надо меня учить, — обиженно насупился Тоби.

Барнс-Уэйкфилд предупредил Мередит по телефону, что может не услышать дверной звонок и в таком случае надо пройти к черному ходу. Они обогнули бунгало и очутились в ухоженном заднем саду. В дальнем конце теплица, в которой кто-то был.

Тоби шагнул вперед, опередив Мередит, сунул голову в открытую дверь теплицы.

— Старший инспектор Барнс-Уэйкфилд? Меня зовут Тоби Смайт. Как я понял, вы нас ожидаете? Очень благодарен за согласие встретиться. — Он протянул руку.

Барнс-Уэйкфилд оказался жилистым седовласым загорелым мужчиной, проводящим почти все время под открытым небом. Глаза, некогда темные, выцвели с годами, приобрели цвет кофе с молоком. Однако взгляд из-под густых бровей острый. Он всесторонне оценил Тоби.

— А это Мередит, — поспешно продолжал Тоби, — моя приятельница и коллега по министерству иностранных дел.

— У вас очаровательный сад, — без промедления объявила коллега.

Старик улыбнулся, подозрительность слегка ослабла.

— Неплохо, правда? Воздух очень соленый, приходится тщательно выбирать растения, которые это терпят. Садоводство всегда было моим хобби, а после кончины жены в прошлом году стало образом жизни.

Мередит с Тоби выразили соболезнования.

Барнс-Уэйкфилд слушал, глядя в пространство, а когда речи завершились, осведомился:

— Желаете в дом зайти или здесь останемся?

Тоби покосился на Мередит.

— По-моему, здесь будет очень приятно. Довольно тепло. В детстве я проводил много времени в Корнуолле и буду страшно рад посидеть, подышать здешним воздухом.

— Тогда устраивайтесь поудобнее на той скамейке. Я только руки вымою.

Они проследили, как он идет по лужайке, скрывается в доме.

— Похоже, вполне готов поболтать, — заключил Тоби. — Вряд ли у него много гостей.

— Довольно печально, — вздохнула Мередит. — Жену потерял, кроме хобби, ничего не осталось… Надеюсь, Алану не уготован подобный конец.

— Посмотрите с другой стороны, — предложил Тоби. — Вы за него еще не вышли, значит, не овдовеет.

Вернулся Барнс-Уэйкфилд с тремя кружками на подносе, который поставил на деревянный столик.

— Кофе приготовил. Выпьете? Сахар принес отдельно. Себе сыплю три ложки.

Посетители согласились, Барнс-Уэйкфилд уселся, устремив на них обманчиво безмятежный взгляд.

— Итак, вы хотите спросить меня о деле Кемп. — Это утверждение, а не вопрос.

— Я уже пыталась объяснить по телефону… — начала Мередит.

— Элисон Харрис, ныне Элисон Дженнер, — перебил ее Тоби, — вышла замуж за моего кузена. И получила несколько угрожающих анонимных писем.

Барнс-Уэйкфилд хлебнул кофе.

— Вам неприятно слышать такое о члене семьи, но я и тогда был уверен, и до сих пор убежден, что доказательств было достаточно. Присяжные решили иначе. Я огорчен, что мы проиграли.

— Послушайте, сэр, — честно сказал Тоби, — мне не хочется вступать в дискуссию на эту тему. Мы с вами явно расходимся во мнении о виновности жены моего кузена в смерти мисс Кемп. Кстати, она решительно предполагает несчастный случай.

Барнс-Уэйкфилд медленно покачал головой:

— Нет. Не несчастный случай. Убийство, замаскированное под несчастный случай. Так я смотрел на дело тогда… и сейчас. Мы живем в стране, где признается вердикт присяжных. Но я не изменил свое мнение и долго после отставки раздумывал о деле Кемп. Ни один следователь не любит проигрывать.

Есть что-то пугающее в этом пожилом джентльмене, думала Мередит. Заранее решил, что Элисон виновна. До сих пор верит. Возможно, решимость обвинить ее отразилась на следствии. Возможно, он не хотел слушать контраргументов. И сейчас не хочет. Слава богу, Алан не такой. В любых обстоятельствах старается рассуждать непредвзято.

— Автор анонимных писем к Элисон знает о деле, — объяснил Тоби. — Но с тех пор прошло двадцать пять лет. Может, оно подробно описано в какой-нибудь книге?

— Не слышал, — пожал плечами Барнс-Уэйкфилд. — В газетах в свое время много писали.

— Особенно в местных? — подсказала Мередит.

Бесцветный взгляд упал на нее.

— О да, у местной прессы был праздник.

— Как я понимаю, — вставил Тоби, — экономка в то время охотно высказывалась.

— Имеете в виду уборщицу миссис Тревис?

Мередит почувствовала, как пошатнулась уверенность Барнс-Уэйкфилда.

— Да, — подтвердила она. — Именно так. Элисон кажется, что эта женщина относилась к ней неприязненно.

— Тревис… — медленно протянул Барнс-Уэйкфилд, дав себе время подумать, по мнению Мередит. — Да, помню. Она много чего говорила и действительно недолюбливала Элисон Харрис.

— Почему, не догадываетесь? — спросила Мередит.

Барнс-Уэйкфилд определенно избегал смотреть на нее.

— Ну, она очень любила старую леди, можно сказать, опекала. Мисс Харрис была городской девушкой, несколько дерзкой, развязной. В каждый свой приезд огорчала мисс Кемп. Миссис Тревис местная женщина старой закалки…

Мередит быстро соображала. Вряд ли у миссис Тревис имелось транспортное средство, кроме велосипеда. Она должна была жить рядом с местом работы.

— Миссис Тревис жила в одном из коттеджей на краю деревни, неподалеку от мисс Кемп?

Бесцветный взгляд упал на дотошную собеседницу.

— По-моему, да. Но мы не полагались на одни ее свидетельства, если вы это имеете в виду. — Бывший следователь опять обратился к Тоби. — Хотелось бы помочь, однако, к сожалению, нечем. Я долго беседовал по телефону на эту тему с одним молодым человеком из ваших мест. С суперинтендентом Маркби. По мере сил ответил на вопросы, отправил свои соображения по электронной почте. Коротко говоря, сообщил ему то же, что вам. Вряд ли вы здесь найдете разгадку нынешних неприятностей мисс Харрис… миссис Дженнер. Некоторые просто притягивают к себе несчастья. Увидите, когда наберетесь такого же опыта, какой есть у меня. Не удивляюсь, что ваша кузина вновь попала в щекотливое положение.

— Вы послали электронное сообщение? — удивленно переспросил Тоби.

Барнс-Уэйкфилд самодовольно усмехнулся:

— О да, идем в ногу со временем. Компьютер сильно помогает. Сижу в Интернете. — Он поставил кружку. — Что касается писем, вряд ли смогу сказать что-либо существенное.

Подтекст ясен: аудиенция подошла к концу.

— Нам хотелось бы поговорить с миссис Тревис, — рискнула Мередит.

— Вот как? Не знаю, что это вам даст. Отыскать ее будет стоить труда. Вряд ли она живет на прежнем месте. Вам придется стучать в каждую дверь, как полиции в прежние времена в ходе следствия. — Он улыбнулся, но блеклые глаза остались холодными.

— Уф!.. — выдохнул Тоби, когда они уехали. — Что скажете? У Элисон не было ни единого шанса.

— Да, и, что хуже всего, он действовал с благими намерениями. Хотел найти убийцу Фреды Кемп. И решил, что нашел.

— Не хотел проигрывать дело, вот это точно! — Тоби забарабанил пальцами по приборной доске. — Думаете, может быть автором писем?

— Барнс-Уэйкфилд? — опешила Мередит.

— Почему бы и нет? Милый старик, возится с горшками в теплице, вдовец и так далее, а под всем этим внешним обличьем скрывается мститель. Бьюсь об заклад! Может быть, смерть жены еще больше его обозлила. Кроме сада, нечем заняться. По его же словам, после отставки он долго раздумывал о деле Кемп. Скажем, пришел к выводу, что справедливость не восторжествовала. У него есть компьютер. Ему превосходно известно, как направить полицию по ложному следу. Чувствует себя в полной безопасности. Поэтому начинает писать Элисон, давая понять, что дело не забыто и есть некто не согласный с оправдательным вердиктом присяжных.

— Письма отправлены из Оксфорда, — возразила Мередит.

— Попросил кого-нибудь отправить. Возможно, отправитель вообще ни о чем не догадывается. Барнс-Уэйкфилд нашел убедительное и невинное оправдание. Может, это какой-нибудь бывший его подчиненный. Старший инспектор приказал, он сделал. Без всяких вопросов.

— А как он установил, что Элисон Дженнер та самая Элисон Харрис? И вы забыли про Фиону. Не считаете же, будто Барнс-Уэйкфилд убил девушку в ходе вендетты?

Энтузиазм Тоби немного увял.

— Нет. Но, может быть, нас ввело в заблуждение то, что тело было брошено в озеро. Возможно, смерть Фионы вообще не связана с анонимными письмами.

— В одном он прав, — заметила Мередит. — Надо стучаться в двери. Нутром чую, что у миссис Тревис есть ответы. Барнс-Уэйкфилд явственно забеспокоился, когда мы о ней заговорили. По-моему, он чересчур положился на ее свидетельства и со временем понял ошибку. Гонит от себя эту мысль, а она не уходит.

Днем, решившись на новый поход, они отправились по коттеджам поблизости от дома Фреды Кемп.

«Простите за беспокойство, — начинал Тоби, — в детстве я часто сюда приезжал на каникулы и теперь пытаюсь найти семью Тревис, которая жила здесь в то время…»

Первый коттедж принадлежал супружеской паре из Бристоля, которая переселилась в Корнуолл, выйдя на пенсию. Приехали четыре года назад.

«Простите за беспокойство, в детстве я часто сюда приезжал на каникулы…»

Второй коттедж принадлежал людям, которые бывали в нем только на отдыхе — в данный момент на пасхальных каникулах.

«Простите за беспокойство, в детстве я…»

Третий коттедж принадлежал священнослужителю, ушедшему на покой, — седовласому жаворонку, который внимательно выслушал Тоби.

— Боюсь, ничем помочь не смогу, — сказал преподобный Симмонс, когда тот умолк. — В принципе посоветовал бы обратиться к местному викарию. Возможно, он знает людей, которые, возможно, знают, если вы меня понимаете. Только мне известно, что нынешний викарий принял приход лишь полгода назад.

— Очень жаль, — уныло вздохнул Тоби. — Мысль хорошая.

Мистер Симмонс просветлел.

— Сейчас у жены спрошу. Всегда обращаюсь к ней в затруднительных случаях. Как правило, она что-то придумывает. Заходите.

Миссис Симмонс была в уютной гостиной, обставленной мебелью с ситцевой обивкой.

— Простите, не встаю, — сказала она после церемонии знакомства. — Артрит не позволяет. Садитесь, пожалуйста, а Пьер чай приготовит.

Тоби с Мередит обменялись виноватыми взглядами.

— Позвольте, я вам все расскажу? — неожиданно выпалил Тоби. — Я действительно приезжал сюда на каникулы и действительно хочу найти миссис Тревис. Только есть и еще кое-что.

Видимо, супруги слышали нечто подобное бесчисленное множество раз. Миссис Симмонс приветливо улыбнулась, а мистер Симмонс предложил:

— Выкладывайте!

За чаем с фруктовым пирогом Тоби с Мередит поочередно рассказали про Элисон, Фреду Кемп, анонимные письма, наконец, про смерть Фионы.

— Что думаешь, Филлис? — обратился к жене мистер Симмонс.

— Н-ну… — медленно протянула она. — Думаю об Эйлин Хэммонд. Говорите, у той миссис Тревис был сын?

Мистер Симмонс с гордостью взглянул на визитеров.

— Вот! Я же говорил, жену надо спросить. Всегда что-нибудь придумает. Вам нужна именно Эйлин Хэммонд!

— Кто… — начал Тоби.

Мистер Симмонс взмахнул рукой в синих венах.

— Ах да! Мисс Хэммонд много лет была директрисой местной начальной школы. К сожалению, школы больше не существует. Но мы знакомы с Эйлин, будучи прихожанами одной церкви. Если у миссис Тревис был сын, он, скорее всего, учился у нее, а если так, то она его помнит.

— Эйлин никогда не была замужем, — объяснила миссис Симмонс. — Ученики были ее семьей.

— Я ей позвоню, — сказал муж. — Немедленно.

Эйлин Хэммонд жила в опрятном бунгало, очень похожем на жилище бывшего инспектора Барнс-Уэйкфилда, за исключением пруда с гномами.

— Слава богу! — с облегчением выдохнул Тоби.

Мисс Хэммонд — худенькая угловатая женщина с седыми волосами, забранными в неаккуратный пучок, как видно, была страстная любительница вышивания. Незаконченная работа валялась в кресле, на стенах гостиной висели многочисленные показательные образцы в рамках, главным образом с цветочными и растительными мотивами. Покончив с чаем, фруктовым пирогом и прочими формальностями, Мередит с Тоби получили разрешение изложить свое дело. Мисс Хэммонд внимательно слушала, склонив набок голову, не сводя глаз с собеседников. Возможно, привычка школьной учительницы, хотя Мередит предположила, что хозяйка слегка глуховата.

— Эдмунд Тревис, — провозгласила мисс Хэммонд и помолчала. Она заговорила не сразу, перебирая воспоминания, как картотеку. Отыскав желаемое, удовлетворенно кивнула. Архивная система сработала. — Мальчика звали Эдмунд, семью я хорошо помню. Нельзя сказать, что проблемная — никаких неприятностей они не доставляли. Ничего подобного. Однако отец ушел из дома, мать из сил выбивалась, чтобы прожить вместе с сыном. Район у нас глухой, сельский, а в то время тем более. Жизнь меняется медленно. Тот факт, что муж кинул миссис Тревис…

Мередит вытаращила глаза, с некоторым удивлением услышав жаргонное выражение из уст деликатной мисс Хэммонд.

Та заметила и усмехнулась:

— Так здесь говорят. Верите ли, в те времена это был скандал в своем роде. Викторианцы утверждали, что брошенная женщина не заслуживает уважения. Люди ее сторонились. Понимали, что надо бы чем-то помочь, а чем — неизвестно, и сами себя компрометировать не хотели. Боялись как бы заразиться несчастьем. Хотя миссис Тревис была образцом добродетели. Приходилось, будучи брошенной. Боролась за существование. Эдмунд получал бесплатные завтраки, ездил в школу на страшном ржавом велосипеде. Должно быть, на свалке нашел.

— Элисон помнит его угрюмым, замкнутым мальчиком, — вставил Тоби.

Мисс Хэммонд не согласилась и твердо сказала:

— Эдмунд всегда был вежлив. Никогда не безобразничал в классе. Внимательно слушал. Умом не блистал, но упорно трудился, получая средние баллы. Больше всего искусство любил, неплохо рисовал. Мать его обожала, поэтому он не испытывал недостатка в любви, хотя отец их бросил.

— А мать? — спросила Мередит. — Что вы еще о ней помните?

— Да почти ничего, — покачала головой мисс Хэммонд. — Я ее знала хуже, чем мальчика. Понимаете, меня дети больше интересуют, — улыбнулась она. — Как я уже говорила, трудолюбивая, весьма достойная женщина, несколько старомодная по своим убеждениям. Деревенская жительница, несколько старше других матерей моих учеников. По-моему, Эдмунд поздно познакомился с жизнью. У них не было времени на забавы и развлечения.

— А что потом стало с матерью и сыном, знаете? — Мередит затаила дыхание, а сидевший с ней рядом Тоби нетерпеливо подался вперед.

Мисс Хэммонд пожала плечами:

— Простите, не знаю. Мать снова вышла замуж и уехала с новым мужем… не помню фамилию… забрав с собой ребенка. Больше мне ничего не известно.

— Снова вышла замуж? — неделикатно воскликнул Тоби. — По описанию Элисон, она сильно смахивает на мегеру!

— Немного суровая, — поправила его мисс Хэммонд, — но не мегера. По-моему, вышла за человека старше ее. Даже этого не могу точно сказать. Такое у меня впечатление. Так или иначе, они уехали.

Наступило молчание.

— А дело Кемп помните? — поинтересовалась Мередит.

Эйлин вздернула брови:

— Конечно. Я была слегка знакома с мисс Кемп. Очень милая женщина и, по-моему, одинокая. Была сильно привязана к своей племяннице.

— И вы верите, что племянница убила ее? — напрямик спросил Тоби.

Мисс Хэммонд опять качнула головой:

— Не имею понятия. Надеюсь, что нет, ибо Фреда любила девушку. Всякое могло случиться. Очень странный случай.

— Миссис Тревис служила у мисс Кемп уборщицей…

Услышав замечание Мередит, мисс Хэммонд строго на нее посмотрела:

— По-моему, да. Я знаю, как тяжело она переживала смерть мисс Кемп. Делала какие-то довольно безумные заявления, обвиняла племянницу… Пожалуй, полиция уделила ей слишком много внимания. По моему личному мнению, которое я сообщаю вам конфиденциально, миссис Тревис слегка помешалась на этом. Она претерпела столько несчастий и со смертью мисс Кемп потеряла работу, в которой нуждалась отчаянно. Очередной удар переполнил чашу терпения.

— Эдмунд обрадовался замужеству матери? — осведомилась Мередит.

— О да. Я абсолютно уверена. Финансовое положение укрепилось. Он получил новый велосипед. — Мисс Хэммонд взглянула на фигурные часы на каминной полке. Гостям пора уходить.

— Значит, так, — подытожил Тоби, когда они отъехали от дома Эйлин Хэммонд. — Я смотрю, мы не сильно продвинулись.

— Еще в паб сходим вечером.

Но и вечером паб оказался столь же скудным источником информации, как и во время ланча. Пара пенсионеров из Бристоля, умеренно выпив, приветствовала Мередит с Тоби вежливыми улыбками и удалилась. Дж. Мелвиш из гаража весь вечер проторчал у стойки, так и сидел, когда они уходили. Кивнул, однако не проявил никакого желания вступить в беседу. Прочие посетители прибыли отдохнуть на пасхальных каникулах.

На следующее утро Мередит повезла Тоби обратно в Бамфорд.

— Немногого добились, — вздохнул он. — Вы собирались расколоть Барнс-Уэйкфилда, а оказалось, что Алан уже с ним общался. Я ехал в Корнуолл не за тем, чтоб плестись по следам Алана. Хотелось найти что-то новое…

— По-моему, мы нашли не так мало, — возразила Мередит. — По крайней мере, выяснили, почему Элисон заподозрили и обвинили. У нее не было шансов против миссис Тревис и Барнс-Уэйкфилда.

— Все-таки он пишет письма? — Тоби не желал отказываться от своей гипотезы.

— Не знаю, — задумчиво ответила Мередит. — По-моему, вполне способен, хотя это не означает, что пишет. И ему незачем было убивать Фиону.

— Бедняжка Фи, — пробормотал Тоби. — С ее смертью дело перешло совсем в другую категорию, правда?

Примерно в то же время, когда Мередит с Тоби покинули Эйлин Хэммонд, Алан Маркби шел по Бамфорду, думая о Мередит, и почему-то вдруг вспомнил Барнс-Уэйкфилда. Собственно, оба объекта как-то связаны в сознании. Он скучал по Мередит. Она всего пару дней в Корнуолле, а он уже соскучился, черт побери. Отчасти понятно одиночество Барнс-Уэйкфилда после смерти жены. Первый брак Алана Маркби завершился разводом. В свое время казалось, что он с облегчением оставил позади бесконечные упреки и ссоры. А потом, как ни странно, тосковал по Рейчел. Скорее, не по ней, а по дому, куда приходил в конце дня. Даже если слышал, что вновь опоздал и ужин можно выбросить на помойку. Тосковал по общей постели, не любил входить в пустую комнату. Не любил сидеть один перед телевизором, когда никто не жалуется на идиотские программы. На официальные и светские мероприятия снова пришлось ходить одному, как в двадцать лет. В двадцать лет это нормально. Жизнь полна возможностей для свободного мужчины. В тридцать возникает легкое беспокойство, потому что ты до сих пор не нашел себе пару. В сорок приходится объясняться насчет холостяцкого статуса. Становится страшно стареть в одиночестве. Нечто подобное предвидит Тоби, что привело его к дикой идее сделать Фионе брачное предложение. К счастью, не сделал.

— Ох, — пробормотал Алан, — говорит , что не сделал. А на самом деле? И так ли это дико? Богатая невеста…

Не разговаривай сам с собой, одернул он себя. Дурная привычка. Для копа вообще опасная.

Одиночество кончилось, когда в его жизнь вошла Мередит. До сих пор удивительно, что судьба расщедрилась, предоставила еще один шанс. Он скучает по ней. Хочется, чтобы она была рядом, а не моталась по Корнуоллу с Тоби Смайтом.

Тут Алан неожиданно осознал, что ему кто-то машет с другой стороны улицы.

— Мистер Маркби!..

Стеббингс стоял у бровки тротуара в своей грязной прорезиненной куртке, махал длинной рукой, как взбесившийся семафор. Волосы и борода взлохмачены сильнее обычного. Прохожие обходили его стороной. Видя, что привлек внимание суперинтендента, он рванул через дорогу, все еще размахивая руками, словно они вышли из-под контроля.

— На пару слов!..

— Давайте, — разрешил Маркби.

— Где мой парень?

— Не знаю, — без промедления ответил суперинтендент. — А где он должен быть?

— Дома, вот где! — выкрикнул ему в лицо Стеббингс.

Люди оглянулись.

— Пойдемте, — успокоил его Маркби, — и вы мне все расскажете.

Шагая с ним рядом, Стеббингс утратил воинственность, хотя все-таки дергался.

— По всему городу его ищу.

— Еще семи нет, — указал суперинтендент.

— Его со вчерашнего вечера нет, черт возьми! — заорал садовник.

— Ясно. Раньше он не ночевал дома без предупреждения?

— Нет! — Стеббингс остановился, вынудив остановиться и Маркби. Они очутились возле букмекерской конторы, что было не совсем удачно. — Никогда ничего подобного не случалось. Жена с ума сходит. Думает, с ним что-то стряслось.

Маркби лихорадочно соображал, перебирая в уме возможные сценарии.

— Может, он с девушкой. Естественно в его возрасте.

— Я к ней заходил, — сообщил несчастный отец. — К Черри Бассет. Ума у нее не больше, чем у ее мамаши. Она его не видела. Вчера вечером дома была, мать клянется. И тот самый тип, что с ними живет.

— Проверим больницы, — решил Алан. — В полицию сообщили?

— Местным сообщил. Думаете, заинтересовались? Нисколько! Тоже говорят, либо у девчонки, либо с дружками. — Стеббингс всхрапнул. — Даррен никаких компаний не водит. Одиночка, весь в меня.

— Я заинтересовался, — объявил Маркби. Его интересуют все, кто связан с поместьем Овервейл, даже Даррен Стеббингс. Возможно, отсутствие парня легко объяснимо, только момент для исчезновения в высшей степени неудачный. Возникает дурное предчувствие. — Отправляйтесь домой, — посоветовал он, — успокойте миссис Стеббингс. Мы постараемся его найти.

Садовник бросил на него бешеный взгляд, ткнул его в грудь грязным пальцем:

— Поторопитесь, — и удалился, тряся длинными волосами.

Маркби, погруженный в раздумья, очнулся, когда кто-то толкнул его под руку. Оглянулся, увидел обращенную к нему сморщенную физиономию, покорно поздоровался:

— Привет, Ферди.

Ферди Ли — мелкий мошенник, или, по его собственному определению, мелкий предприниматель, — обрадовался, что его узнали, оскалил в улыбке сломанные зубы, пожелтевшие от никотина.

— Если рискнуть желаете, дам наводку.

— Что?.. — Алан вдруг сообразил, что стоит перед букмекерской конторой. — Спасибо, не надо.

— Не хотите светиться, вас каждая собака знает, — понимающе кивнул Ферди и любезно предложил:

— Могу вместо вас сделать ставку.

Маркби снова поблагодарил и поспешно удалился. Он шел куда глаза глядят и со временем очутился на улице, где, если правильно помнится, снимала квартиру Джесс Кемпбелл. Выудил из памяти номер, позвонил в дверь.

Она так удивилась, увидев его, что он смутился и принялся многословно извиняться.

— Заскочил по пути с сообщением, которое, возможно, связано с делом Дженнеров, а возможно, и нет.

Джесс явно неохотно впустила его. Он сперва заподозрил, что она не одна или попросту возражает, чтобы ее дергали без предупреждения в нерабочее время. Но как только увидел квартиру, все понял. В углу мерцает телевизор, где по жестокой иронии объясняется, как усовершенствовать и приукрасить никуда не годное жилье.

— Не очень красиво, — сказала она, подметив выражение его лица. — Но ведь это на время. — Взглянула вслед за ним на телеэкран, сухо бросила: — Да… — и выключила телевизор.

— Я ненадолго.

Алан все сильнее смущался, понимая, что Джесс это видит. Жуткая квартира. Неужели не нашла ничего получше? На покрытом пятнами столике стоит бокал белого вина.

— Позвольте предложить вам выпить? — кивнула она на бокал. — Боюсь, ничего больше нет.

— Вполне годится, спасибо.

Джесс прошла на кухню, вернулась с бутылкой и вторым бокалом. Маркби самовольно уселся на хлипкий стул и принял налитый бокал.

— Мы непременно найдем для вас приличное жилье.

Она затрясла головой:

— Не беспокойтесь. Это только подталкивает меня к покупке. Мередит показала мне свой коттедж. Просто прелесть. Как вы думаете, можно сделать предложение, если она еще не приняла другого?

Алан постарался не выдавать изумление.

— Насколько мне известно, не приняла. Сообщила по телефону, что они со Смайтом возвращаются из Корнуолла завтра.

— Из Корнуолла? — озадаченно переспросила Джесс.

Улегшееся благодаря вину смущение вспыхнуло с новой силой.

— Э-э-э… да. Они туда ненадолго поехали. Завтра вечером можете ей позвонить насчет дома. — Алан сунул нос в бокал, стараясь не морщиться. Обычно такой сорт продают в супермаркетах в больших бутылках. — Я зашел потому, что сейчас встретил в городе Гарри Стеббингса. Даррен пропал.

Он подробно изложил все, что было известно, и Джесс серьезно его выслушала.

— Неподходящее время для исчезновения, — заметила она.

— Именно. Я недавно отобрал у него цифровой фотоаппарат. — Маркби горько усмехнулся. — Признаюсь, позлорадствовал, что он жутко расстроен. Однако маленький проказник хорошо наловчился тайком снимать людей. Я задумался. Возможно, в данных обстоятельствах хобби Даррена не доведет до добра.

— Можно получить ордер на обыск, — с готовностью подсказала Джесс. — Перевернуть вверх дном коттедж, где он живет с родителями. По крайней мере, изымем фотоматериалы и компьютер.

— Компьютер?.. — Маркби поставил бокал и прищурился.

— Возможно, снимки хранятся в компьютере, — пояснила она. — Компьютер у него обязательно есть.


Глава 10 | Дорога к убийству | Глава 12