home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



Глава 15. Кронор.

Среди ночи я проснулся от того, что почувствовал, как Милана прижалась к моей спине.

Ночью задул свежий ветерок, затем пошел дождь и в комнате похолодало. Окно с вечера не закрывал, воздух в комнате, когда мы вошли, был достаточно спертым.

Милана спала, скинув на пол одеяло. Наверное, во сне убегала от тех самых мужиков.

И выражение ее лица было таким, как будто у нее забрали любимую игрушку. Ну, может быть и не совсем таким, уже достаточно взрослая девочка. Сейчас, когда ткань одежды обтянула ее тело, это особенно заметно.

Не удержавшись, пару раз чмокнул ее в губы. Так, безо всякой эротической подоплеки, слишком уж они красивые у нее, цветом вишенок. Хотел еще разок поцеловать, но передумал.

Где-то, на краю сознания и подоплека появляться начала и еще вот о чем подумал. Проснется сейчас, а над ней рожа взрослого мужика нависла, пару дней небритого. Испугается до визга.

Только другую свечу зажег, первая догорала. Милана просила, чтобы свет в комнате был. Еще пришлось встать, чтобы окошко захлопнуть.

Да уж, задал я себе задачу. Ну и что мне теперь с ней делать? Как она вообще сюда попала? Вряд ли все здесь так просто, не девчонка, а сплошная загадка. Мне бы свои проблемы решить.

Вечером поговорить с ней не удалось, она, как только легла, сразу и уснула. Напереживалась бедная.

Прикрыл Милану одеялом, заботливо прижался к ней спиной и отложил принятие всех решений на утро.

Утром опять проснулся от ее движения. Только на этот раз она быстро отодвинулась от меня, обнаружив себя совсем рядом. И снова я не смог сдержаться, заявив вместо доброго утра с укоризной.

– А ведь вчера обещала, что приставать не будешь. –

Слишком уж забавное у нее становилось лицо каждый раз, когда принимала она мои глупые шутки за чистую монету.

Когда спускались вниз, я совершил очередную глупость.

За тем же столом что и вчера расположилась та же компания. Как будто бы и не уходила даже. И опять тот же самый тип, сидевший с самого края скамьи, прокомментировал наше появление.

Но сейчас он уже не выбирал выражений, заявив, что девочка спускается слишком уж грустной, а это может быть только по двум причинам. Или я не заплатил ей, сколько положено, или как мужчина не слишком усердствовал.

Но возможен и третий вариант, тот самый, в котором сошлись обе эти причины. И он, по его мнению, наиболее вероятный. Все это он сказал, повернувшись в нашу сторону. Причем из приличных слов были, пожалуй, только предлоги.

Затем повернулся к своим и немного пофантазировал, что лично он сделал бы с этой молоденькой красоткой, нисколько не понижая при этом голос.

Как же они похожи в этом смысле, местный язык и язык родных берез. Похожи тем, что можно сказать все что угодно, не прибегая не то что к литературному, а даже к разговорному языку.

Милана ахнула, отшатнувшись и прикрыв ладонью рот. Твоя реакция понятна, девочка, но вот вопрос, откуда ты такие слова знаешь? Даже я о значении некоторых только по общему смыслу и догадался.

Нет, эти люди не бражничали всю ночь, они всего лишь встали чуть раньше нас и сейчас завтракали, все семеро.

Видимо, кашу им только что принесли, поскольку тарелка, в которую я воткнул рожу острослова, была почти полной. И каша еще не успела остыть. Я двумя руками удерживал ему голову в тарелке, благо, что на голове его волос было достаточно. Но смотрел я не на него.

За столом сидело семь человек, по три с каждой стороны. И еще один, что занимал противоположный торец стола. И был он по-настоящему огромен. Казалось, что плечи его как раз достигают ширины стола, и, даже сидя, он возвышался над остальными так, как будто бы все остальные были детьми.

Я не смотрел на него с вызовом, я всего лишь хотел сказать ему взглядом – ведь это твои люди, и ведут они себя неправильно, а ты за них отвечаешь.

Ведь даже если все было именно так, как сказал этот твой упырь, а ты отлично понимаешь, что это не так, почему ты позволяешь ему это. Ты не должен быть глупым человеком, у них нет такого взгляда, какой имеется у тебя.

Остальные молчали, лишь поглядывая на своего вожака. Движение бровей и меня начнут размазывать по полу, по стенкам, а, возможно и по потолку. И я ничего не смогу сделать, даже если успею выхватить свой тесак.

Пару раз остряк сумел поднять голову, даже повернуть ее к здоровяку и позвать его. – Брой –

Но Брой молчал.

– Сейчас ты скажешь – извините, леди Милана – чуть ли не ласково прошептал я этому упырю на ухо.

Со второго раза он сделал это громко и отчетливо.

– Достаточно – голос у Броя оказался сродни его комплекции и я отпустил свою жертву.

Конечно, достаточно. И еще, спасибо тебе. Слишком не хочется подохнуть на заплеванном полу убогой харчевни, а ведь я уже смирился с этим.

Когда мы выходили, Милана обернулась на миг, и посмотрела на продолжавших сидеть за столом и смотреть нам вслед людей. Ну, ну, ты им еще язык покажи.

Я тоже посмотрел на Броя и еще раз поблагодарил его взглядом. Правильный мужик.

Вот так мы и остались без завтрака, а возвращаться обратно совсем не хотелось.

Мухорку я оседлал быстро. Причем совсем не задумывался над тем, что и в каком порядке необходимо делать. Да и задумываться об этом было не досуг, поскольку рядом стояла Милана. Что же мне с тобой делать, девочка? Может быть, сама подскажешь?

И Милана заговорила. Из ее скороговорки и недомолвок я понял только, что ей нужно попасть в Велент и, если я помогу ей туда добраться, то меня там ждет большая награда. Денежная награда, естественно. Закончив тараторить, Милана с надеждой взглянула на меня.

Конечно согласен, солнце. И по дороге нам, и, кроме того, забармить возможность появляется. Удачно.

Тогда вот так поступим. Жди меня здесь, возле лошадки, а я пойду вон с тем дяденькой поговорю. Мне кое-что узнать у него нужно.

Вернувшись, я снял узду Мухорки с коновязи и пошел в указанном мне направлении.

Милана пошла рядом со мной.

– О чем вы разговаривали? – спросила она, заглядывая сбоку. И снова я еле смог удержать себя о того, чтобы не ляпнуть что-то в том духе, что мне предложили ее в бордель продать.

– Предлагает он мне тебя людоедам отдать. Они хорошую цену за молоденьких красивых девчонок дают. Вон в том лесу они живут, в самой чаще – и я указал на темнеющий у самого горизонта лес.

Сам не понимаю, что со мной происходит. Чушь несу, да еще удовольствие от этого получаю.

Милана же, услышав о людоедах, почему-то пугаться не стала, наоборот, улыбнулась. И еще сказала, что всяких сказок она еще в детстве наслушалась.

Как будто оно у тебя уже закончилось, подумал я, но говорить ничего не стал.

Нам необходимо пристроиться к какому-нибудь обозу, каравану, группе телег, наконец. Вдвоем на одной лошади ехать такое расстояние глупо.

Пешком она долго пройти не сможет. Руки у нее такие, что сразу становится заметным, никогда она ими не работала. Значит, и ходить много не приходилось.

Купить еще одну лошадь, так тогда проще повозку какую-нибудь приобрести. А зачем она нужна, когда можно и на чужую посадить, сколько она там весит, Милана, перегруза не будет.

Вот мы и направились туда, где возможность такая существовала.

Когда мы уже подходили к намеченной мною цели в виде десятка загруженных телег, показалась группа всадников.

Впереди ехал гигант Брой на не менее могучей лошади. Их как будто бы специально долго и тщательно подбирали друг к другу. Да уж, Илью Муромца с него писать, тот, с картины Васнецова, мальчишкой рядом с ним казаться будет.

Милана юркнула за мою спину. Я повернулся к ней и ободряюще улыбнулся. Не бойся девочка, если бы что-то плохое могло случиться, оно бы уже случилось.

Когда Брой поравнялся со мной, кивнул головой как старому знакомому. Правильный мужик, повторился я. И совсем не глупый. Отлично понимает, что пройди я мимо после всего услышанного, можно смело выйти из харчевни, найти укромный уголок и вздернуться. Ну, или застрелиться, на выбор. Потому что кончился бы Артур как мужчина.

Последним ехал любитель острой словесности. И лицо у него было красным, как если бы он только что из бани вышел. Горячеватой все же кашка оказалась. Любитель каши тщательно делал вид, что нас с Миланой в природе не существует.

Договориться со старшим обоза удалось на удивление легко и совсем не дорого.

Пронтий, крепкий бородатый мужик возрастом за пятьдесят, только взглянул на Милану, меня, мой пояс и мою Мухорку, и согласно кивнул головой.

– Ал – коротко сказал он.

Да не вопрос. Надеюсь, что заработаю много больше, даже с учетом того, что Милане будет хотеться кушать.

Перед отправлением я успел купить девчонке нечто, напоминающее куртку с длинными полами и соломенную шляпку. Пригодится в дороге. И эта хламида, и шляпа, чтобы солнцем голову не напекло.

Подсадив ее на телегу и сунув в руки большой, еще горячий пирожок, все здесь на месте продавалось, я взобрался на Мухорку.

В полдень встали привалом. Мы с Миланой перекусили в сторонке тем, что я захватил с собой. Девчонка немного пришла в себя, и посыпались вопросы.

– Артуа, ты так забавно говоришь. Ты в Империи родился? –

– Нет, я родом далеко отсюда и появился здесь совсем недавно. –

– А откуда ты? – глаза у нее горели искренним любопытством.

Я помолчал немного, набираясь решимости, всем своим видом показывая, что сейчас мне придется поведать страшную тайну своего происхождения.

– Родом я из очень далекой страны и прилетел сюда на кроноре – начал я свой рассказ, дождавшись апогея ее интереса.

– На кроноре? – у Миланы даже дыхание перехватило от изумления.

В местном фольклоре тоже имеются существа, похожие на наших драконов. Не знаю, бились ли с ними рыцари в период своего существования, но в детских сказках они присутствуют.

– Ну да. Моя страна совсем не такая, как Империя. Там кроноров этих, ну как коров, например – и я указал на пасущееся через дорогу стадо – есть у нас и могучие маги, и злые волшебники и еще много существ, похожих на людей, но совсем не людей. –

Милана слушала зачаровано, даже вперед подалась.

– У нас много чего совсем по-другому. Но однажды со мной случилась беда. Злобный маг, которому я случайно перешел дорогу, превратил меня в осла. На мое счастье, это увидел добрый волшебник и расколдовал меня. Но мне пришлось выкрасть королевского почтового кронора и сбежать, потому что злой маг поклялся самой страшной клятвой, что не оставит меня в покое. Вот так я здесь и оказался. –

Свою речь я закончил с самым убитым видом.

Милана, слушавшая весь мой рассказ с самым потрясенным видом, вдруг переменилась в лице и очень серьезно спросила.

– Артуа, а этот твой добрый волшебник, он точно сделал тебя таким же, каким ты был, до того как побывал ослом? –

Блин, неужели это так заметно?

– А сколько тебе лет? – поинтересовалась она.

Я опять серьезно задумался. Календарный год здесь немногим больше, чем земной. Но, если считать в местных годах, то я получаюсь немного моложе. Совсем немного, вряд ли даже год получится, но, как говорится – мелочь, а приятно. Посидев пару минут с взглядом, устремленным в небо, и подчитав на пальцах, я выдал.

– Семьдесят. Почти. –

Милана заразительно рассмеялась. И я, наконец, понял, что это значит, когда смех сравнивают со звучанием серебряных колокольчиков.

– Артуа, тебе обязательно нужно снова обратиться к доброму магу. Явно, что он что-то напутал, когда обращал тебя снова в человека.

Когда мы продолжили путь после привала, я предался размышлениям. Черт с ними, с этими кронорами и ослами, а вот с питанием нужно что-то делать. Ехать с обозом долго, он идет почти до самого Велента. Хорошо, если на ночлег будем останавливаться на постоялом дворе. А если нет?

С этим вопросом я и обратился к Пронтию. Он, не задумываясь ни на миг, опять запросил ал. Совсем недорого, но у меня не осталось других монет достоинством меньше серебряной полукроны.

Мы как раз проезжали мимо телеги, на которой пристроилась Милана, когда Пронтий отсчитал сдачу и вложил ее мне в ладонь.

Она внимательно смотрела, как Пронтий передает деньги.

Побренчав зажатыми в кулаке монетами, я многозначительно посмотрел на Милану.

Милана соскочила с телеги и бросилась в колосящееся ржаное поле с многочисленными васильками.

Когда я догнал ее верхом на Мухорке, девчонка лежала на земле и содрогалась от рыданий.

Соскочив с лошади, я упал рядом с ней на колени и попытался прижать ее, бившуюся в истерике, к себе.

– Уйди от меня! Я тебя ненавижу! Ты… Ты… Ты продал меня мерзкому бородатому старикашке! –

Она рыдала, размазывая кулачками по лицу грязь и слезы.

Господи, может действительно при переносе в этот мир мои мозги стали ослиными?

– Все, все девочка, успокойся. Да с чего это тебе в голову пришло? Я заплатил Пронтию, чтобы мы могли есть из общего котла. И он только лишь отдал мне сдачу. Видишь эти деньги? – я все еще продолжал сжимать монеты в кулаке – Если хочешь, я выкину их прямо сейчас. Хочешь? –

Мне удалось прижать ее к себе, все еще вздрагивающую всем телом.

– Не надо, ты говорил, что у тебя их немного – услышал я в ответ сквозь всхлипывания.

Я еще долго прижимал ее к себе, пока она не успокоилась.

Тебе и так сейчас нелегко, все кругом непонятно, чуждо, и ты во всем ищешь подвох, даже там где его и быть то не может.

И почему ты подумала то, что даже мне в мою дурацкую голову не пришло? Я хотел всего лишь подшутить над тобой, сказав, что тебе придется работать, лошадей кормить, обед варить, и все остальное прочее, о чем ты даже понятия не имеешь.

Когда мы догнали обоз, Пронтий мне ничего не сказал, только метнул в меня далеко не самый одобрительный взгляд.

А Милана все равно обиделась. И в этом, наверное, виноват я сам. Ну что мне стоило тогда улыбнуться ей или даже просто помахать рукой. И вовсе не смотреть тем взглядом, который можно истолковать как угодно, даже так.

 

Когда я подъехал к ней, сидевшей со шляпкой в руках и о чем-то задумавшейся, и водрузил на ее голову венок, только что сплетенный мною из васильков, он немедленно полетел в придорожную пыль. Затем, словно опомнившись, Милана испуганно приложила ладони ко рту, и посмотрела на меня так, словно пытаясь извиниться.

И все равно зря. Знала бы ты, сколько трудов мне стоило его сплести. Я ведь только один раз и плел его, когда был совсем мальчишкой.

Как это делается, мне показывала одна красивая девчонка, и интересен мне был не сам венок, а именно она. Так сладко замирало сердце, когда наши руки случайно соприкасались. И самый первый поцелуй в моей жизни был именно с ней.

Я не поленился и сплел новый венок, тем более что дело пошло значительно быстрее. На это раз он был благосклонно принят и меня даже одарили такой замечательной улыбкой.

А вечером, уже после ужина, перед тем как ложиться спать, мы снова поссорились. Вернее, получилось так, что я опять сказал что-то не то, и Милана обиделась. Так я и уснул с мыслью – что же было не так?


Глава 14. Любовный порошок. | Ученик ученика | Глава 16. Долг платежом красен.