home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Войско Донское. Черкасск. 10.01.1711.

  Гуляли знатно, так чтобы моя свадьба на долгие годы запомнилась. Своего рода пиар-акция, показывающая силу и достаток Булавинского семейства, которое может позволить себе провести масштабное праздничное мероприятие ни у кого не одалживаясь и ни к кому не обращаясь за помощью.

  Раннее морозное утро нового одна тысяча семьсот одиннадцатого года. Весь майдан славного города Черкасска заполнен людьми и на него въезжает караван из четырнадцати расписных закрытых возков, который сопровождают празднично одетые конные ватажники из моего отряда. Из возков выходят казаки, одни из самых уважаемых в Войске, и гости: Илья Григорьевич Зерщиков, Аким Афанасьевич Булавин, полковник Иван Лоскут, знаменитый командарм Максим Кумшацкий, Семен Семеныч Толстопятов и, как говорилось в молодые годы Богданова, иные официальные лица.

  Все действо заранее отрепетировано и проходит без сучка и задоринки. Лоскутовцы, которые занимались обеспечением безопасности мероприятия, аккуратно расчистили проход к войсковой избе, на крыльце которой находился батя и, из самого нарядного возка, появились мы с Аленой. Идем, рука об руку, справа и слева, чуть позади нас видоки (свидетели), а за ними гости. Подходим к крыльцу, в пояс кланяемся всему честному народу, затем Кондрату, и я обращаюсь к нему не как к отцу, а как к войсковому атаману:

  - Здрав будь, атаман Войска Донского Кондрат Афанасьевич. Вот невеста моя, именем Алена Захарова, дочь знатного волжского купца. Хочу на ней старым обрядом жениться.

  Кондрат приосанился, оглядел народ на площади, затем посмотрел на Алену, которая в соболиной шубке и цветастом платке, выглядела диво как хорошо, и ответил:

  - Что же, ты, Никифор, казак истинный, про то все Войско знает. Женись, как предки женились, а мы все, казаки города Черкасска и его гости, будем вашими свидетелями. Верно говорю, казаки!?

  Горожане поддерживают атамана:

  - Да!

  - Правильно!

  - Так и должно быть!

  После этих слов, дождавшись тишины, я поворачиваюсь к Алене и говорю:

  - Алена! Будь мне женой доброй и верной, а я тебя всю жизнь свою холить и лелеять стану, ибо ты моя вторая половина и без тебя мне белый свет не мил.

  - И ты, Никифор, - вторит мне Алена, - будь моим мужем, а я предамся тебе телом и душой, и стану тебе женой верной.

  Народ все подмечает и вслушивается в нашу речь, и за нами к атаману выходят видоки, в нашем случае Иван Черкес и тетка невесты Марья Толстопятова. Мой свидетель выступает с короткой и емкой речью. Он рассказывает о моих подвигах, расхваливает меня как породистого коня на торге и, помимо этого, дает наказ Алене любить своего мужа. За ним начинается речь Марьи, которая удостоверяет невинность невесты, ее добрый нрав и прочие достоинства, и дает наказы мне.

  На этом почти все. Снова мы кланяемся Кондрату в пояс и он, подняв над головой символ своей власти, атаманскую булаву, объявляет:

  - Отныне, вы муж и жена! Целуйтесь! - Под радостные крики людей, мы целуемся, и атаман заканчивает церемонию: - А теперь, гуляем!

  По этой команде, на площади начинается движение. Выносятся столы и лавки, раскатываются полога, должные прикрыть людей от ветра и снега, и выкатываются бочонки с вином, медом, пивом и горилкой. Проходит минут двадцать, не больше, и майдан уже закрыт с боков и частично сверху, столы стоят ровными рядами, и мы с Аленой идем мимо народа и всех подряд приглашаем за столы. И пока это происходит, около полусотни казачек, набранных мачехой Ульяной в помощь, выносят закуски. В основном, конечно же, мясо: курятину, свинину, оленину, зайчатину и рябчиков. Следом рыбу, все разнообразие, что на Дону, Маныче и Волге ловится. За ними хлебные караваи, подливки разные и овощи малосольные, салаты и сало, пироги, фрукты, запивки и взвары. Гулять - так гулять, было решено батей и Семеном Толстопятовым. И пир был устроен на славу, такой, что сутки весь Черкасск, а это почти пять тысяч жителей, находился за столами, и некоторые особо охочие до выпивки казаки успевали раза по три выспаться, вернуться на майдан и опять к чарке приложиться.

  Что же касается меня и моей жены, то на этом празднике жизни, мы выступали статистами. Нас посадили в самом просторном и освещенном углу и, засыпая подарками, постоянно кричали: "Горько!". Раз за разом мы кланялись гостям, благодарили их и целовались, так что к вечеру наши губы распухли, и во всем теле появилась какая-то томная усталость. Поэтому, когда нас отпустили на покой, и мы отправились в отцовский дом, где нас ждало брачное ложе, то все, на что нас хватило, после суетного и нервного денька, это помыться, завалиться на кровать, обнять друг друга и мирно заснуть.

  Следующее утро мы встретили как законные муж и жена, и вот тут то, оторвались по полной программе, двое суток комнату практически не покидали. И окончательно вышли к людям только тогда, когда кровать сломали, а наши истощенные организмы потребовали полноценного отдыха, еды и питья, а не закусок с праздничного стола и короткого получасового сна. Мы подкрепились, пришли в себя, начались хождения по родственникам и, в перерывах между этим, ревизия подарков, которые нам надарили, и делом это оказалось очень нелегким.

  От бати был получен дом в Черкасске, не каменный, как у него, а бревенчатый, но двухэтажный и с большим подворьем. Правда, без мебели, но ее вместе с посудой и полусотней персидских ковров нам подарил командующий Каспийской армией Максим Кумшацкий. Это все как нельзя, кстати, так как в Булавинске, даже донжон не достроен (не потянули строители Таганка), а ютиться с молодой женой в бараке или времянке не хотелось, положение не то. Так что на ближайшее время намечался переезд от отца в свой дом, а в крепость на Кагальнике, где тянет службу двадцать казаков во главе с Кобылиным, направимся только ранней весной.

  Про остальные подарки, которых было очень много, можно говорить очень долго, и росписью кинжалов, сабель, одежды и серебряных подносов исписать не один лист бумаги. Однако я этого делать не стану, и отмечу только один свадебный дар, для меня и всего нашего общества, явившийся неожиданностью. Он прибыл от Алегико Негиокова и его корешей, точнее сказать, от их старших родственников, знатных абадзехских уорков (дворян). Это был трехсотенный табун чистокровных кабардинских кобылиц, своего рода признание моего авторитета на пограничье, а это немаловажно, если я собираюсь крепко оседлать Астраханский шлях.

  Итак, я женатый человек, и в связи с этим, многое в моей жизни пришлось менять. Меня накрыли заботы, по устройству нашей молодой семьи в новом доме, и я даже находил в этом некоторое удовольствие, до поры, до времени, конечно. А когда это начало надоедать, то я смог аккуратно слиться с домашних хлопот, и вновь пристроился к делам отца, который поручил мне изучить всю дипломатическую переписку войскового атамана за минувший год. Благодаря этому я получил доступ ко всей информации, которой располагал Кондрат. Засел в писарской комнате рядом с кабинетом отца, и до Большого Войскового схода, который должен был состояться через неделю, смог во всей полноте увидеть положение дел в мире и в Войске, и сделать для себя некоторые выводы.

  Начну издалека, с просвещенной Европы. И что же мы там наблюдаем? Весьма занятную картину. Полным ходом, вот уже девять лет без остановки, продолжается война за Испанское наследство, в которой король Франции Людовик Четырнадцатый, в прошлом году, кстати, завершивший постройку Версальского дворца, вместе со своим внуком Карлом и немногими союзниками, бьется против Австрии, Англии, Нидерландов и германских князей. И не смотря на то, что Франция сильна как никогда, и является европейским гегемоном, войну она до недавнего времени проигрывала, ибо не имела ни одного великого полководца и была вынуждена вести сражения сразу на несколько фронтов. В "реальности Богданова" война за Испанское наследство закончилась в одна тысяча семьсот четырнадцатом году, и итоги ее для Франции были не очень хороши, хотя и не фатальны. Были потеряны все права французов на испанский престол. Произошло усиление позиций Австрии, которая отхватила Сардинию и некоторые итальянские владения. А давний соперник французов Британия получила Гибралтар и остров Минорка. И что самое плохое, англичане добились права монопольной торговли рабами во всех испанских колониях в Америке. Это основные изменения после окончания военных действий, и так должно было быть.

  Однако в моей реальности, произошел выход России из Северной войны и ее частичная самоизоляция. В следствии чего, Карл Двенадцатый Шведский, не взирая на конфликт с французами (Людовик гугенотов гонял, а шведы протестанты), здраво рассудил, что Австрия для него опасна, так как зарится на его владения в Померании, где желает отобрать у шведской короны города Бремен и Ферден, и вступил в войну на стороне Франции. Швед жаждал подвигов и великих свершений, и не медлил. Как только он оправился от полученных под Рудней ран, так сразу же направился к своим войскам, высадился в Германии и началось его восхождение к вершинам немеркнущей славы. Первым пострадал злосчастный и незадачливый курфюрст Саксонии Август, его страна не продержалась против шведов и трех недель. А после них великолепная шведская армия обрушилась на Пфальц, Гессен-Дармштадт, Майнц, Вестфалию, крошечные государства Среднего Рейна и Швабию.

  Удача сопутствовала Карлу Шведскому, его боевитые северяне и кондотьеры сметали со своего пути любое препятствие, и в Вену потянулись стонущие германцы, требующие у императора Священной Римской империи Иосифа Первого помощи. Но тот, глядя на всех этих князей, курфюрстов, герцогов, графов, баронов, бургомистров и полномочных представителей рейхстага, только тяжко вздыхал и разводил руками, мол, помощи не будет. Однако смерть этого императора близка, про это я помню, жить ему осталось всего ничего, а его преемник Карл Шестой будет вынужден выкроить часть своих полков против северного льва. И этим, он, конечно же, ослабит давление на французов, которые смогут сильнее противостоять бриттам и их "законному испанскому королю" Филиппу на Пиренейском полуострове. И чем закончится эта кровавая череда сражений и битв, под названием Война за Испанское Наследство, теперь можно только предполагать, ибо чаша весов колеблется, а фортуна дама капризная и переменчивая.

  Ну, а я, тем временем, перехожу поближе, к нашим соседям, а это, как известно, вассал Турции Крымское ханство, сама Османская империя, Речь Посполитая, Персия и само собой Россия.

  Сначала про Россию. Алексей Второй прет на восток как танк, не остановишь. Строится Сибирский тракт, а тысячные партии колонистов направляются в Нижний и Верхний Тагил, Екатеринбург, Ирбит и Верхотурье. Начинается "покорение Сибири", и группы вышедших в отставку по сокращению штатов петровских солдат, сколачиваются в боевые отряды и готовятся в поход на Тобол и Обь, где планируется погонять казахов, вогулов и остяков. А в самой столице Российской империи в это время происходит процесс централизации власти. Алексей Петрович действует жестко и наносит точечные удары по коррупционерам и ворам, выбивая их без всякой жалости. И уже до того дошло, что русские дворяне, покойного Петра Алексеевича, которого многие ненавидели и называли Антихристом, только добрым словом поминают.

  Далее Речь Посполитая, где по-прежнему у власти номинальный король Станислав Лещинский, правитель, на которого забивают все: шляхта, холопы, торговцы, ремесленники, духовенство и даже жиды. От этого король польский и литовский, долгое время тосковал, и как ему кажется, не так давно, нашел выход, каким способом укрепить свою власть. "Война - вот что заставит людей уважать власть короля, даст мне влияние на умы людей и повысит благосостояние государства", - примерно так подумал Станислав. Но с кем воевать? Особо не с кем. На востоке сильная армия генерала Репнина, которая год назад под Смоленском здорово надавала по зубам немногочисленным королевским шляхтичам, которые хотели совершить налет на русское пограничье. На севере шведы, защитники Речи Посполитой от России и гарант стабильности в регионе. На западе германцы, австрийцы и снова шведы, а в мясорубку европейской войны лезть нельзя, ибо хлопотно это. Остается только ставшая независимой Малороссия. И хотя по договору с Мазепой, Станислав обещался не нападать на Украину, он решил наплевать на этот документ, а собранная летом Варшавская Рада поддержала своего короля в этом намерении. И перед самым Новым Годом поляки отправили к гетману посольство с требованием признать себя вассалом польско-литовского короля и отдать ляхам Киев со всем Днепровским Правобережьем.

  Третий наш порубежник султан Османской империи Ахмед Третий, вполне приличный и честный государь. К соседям особо не лезет, навел порядок в своей империи, обуздал янычар-беспредельщиков и прижал чиновников. В прошлом году вместе с йеминитами совершил поход в Ливан, сверг тамошнего эмира Хайдара и объявил его владения своим пашалыком. А так-то, живет спокойно и, как я уже говорил ранее, готовится к войне с обнаглевшими европейцами, которые сами на драку нарываются. Тут же, вместе с турками заодно, можно рассмотреть и их вассала Мехмед Гирея Крымского. Но рассматривать особо нечего, он только-только смог восстановить численность своих сейменов-гвардейцев, почти полностью выбитых в Канжальском сражении с кабардинцами, и думает, чего бы ему такое сотворить, чтобы пошатнувшийся авторитет приподнять. Для нас это опасно, но султан неоднозначно приказал крымчакам на нас не нападать. И пока они его волю исполняют, тем более что в Крыму сипахи и янычары гарнизонами стоят.

  Ну и последний наш большой сосед, Персидское государство Сефевидов, со своим безвольным шахом Солтан-Хуссейном. Там все плохо для персов и хорошо для нас. Афганское племя Гильзаи, во главе с вождем Мир Вейсом, видя слабость своих угнетателей, перешло на них в наступление. Восточная провинция Систан в огне и пал большой город Герат, в котором истреблен шахский гарнизон. Одновременно с этим на западе бушуют курды-сунниты, удержавшие Мосул и совершившие неудачный для себя набег на Киркук. На Каспии казаками разграблены города Амоль и Астрабад, а на Кавказе, войсками Кумшацкого, разбиты части регулярных гвардейских подразделений и взяты Дербент и Баку. В то же самое время, дагестанские горцы захватили города Шеки, Шемаха и Гянджа. Солтан Хуссейн, или кто там, в Исфахане сейчас вместо него рулит, конечно, суетится и перебрасывает в Азербайджан дополнительные войска. Но и мы не спим, Сурхай-хан принимает под свои знамена новых кавказских суннитов, желающих истребить злокозненных еретиков шиитов, и готовится перейти в наступление на Гюлистан и Джават. Ну, а к Кумшацкому, который сейчас производит ротацию казачьих полков, с двадцатипятитысячной ордой калмыков прибыл Даяр-хан. В общем, все понятно, про ослика я уже говорил.

  - Хух!

  Реально устал ворошить бумагу и разбирать десятки разных почерков. Но это необходимо, дабы понимать, что и где творится, и иметь возможность что-то советовать отцу. Он, конечно, и сам не простак, соображает, кому нужно улыбнуться, а кого послать далеко-далеко, но у меня взгляд свежий, и батя мои слова на подкорку откладывает.

  - Хух!

  Еще один глубокий выдох и, наконец, по окончании просмотра информации о зарубежье, перехожу к нам, то есть к государственным образованиям отпавшим от Российской империи.

  С кого бы начать? Да, пожалуй, с самого беспокойного на данный момент государства, с Украины, и начну с плюсов. Много людей и городов. Богатая на ресурсы и сельскохозяйственные угодья земля. Хорошие торговые маршруты, вполне приличный правитель (Мазепа) и крепкая армия из реестровых казаков. Живи и радуйся, но есть и минусы, без них никак. Основной, соседство с ляхами, которые имеют к украинцам давние счеты и, в большинстве своем, по старой памяти, считают малороссов холопами, которые должны кормить и обслуживать шляхту. Другие недостатки Малороссии, отсутствие больших заводов и крупных промышленных предприятий, ну и немалое количество полковников, которые думают о власти и готовы в любой момент попытаться подсидеть нынешнего гетмана.

  Следующие на очереди запорожцы. Вольница навсегда. Казаки держат Чертомлыкскую Сечь и несколько крепостей, включая Каменный Затон, которые остались от русских войск. Плюсы те же самые, что и у малороссов. Минусы, впрочем, тоже, хотя знаменитый запорожский порох ценится всеми окрестными государствами и его производство год от года только возрастает. На данный момент сечевым атаманом в Сечи является Костя Гордеенко, но в отличии от того же Мазепы, он за власть не держится и не раз заявлял, что готов покинуть свой пост.

  Далее, вольный город Царицын с Камышиным и двумя десятками поселений по обоим берегам Волги. Оживленный торговый перекресток, куплю, перепродам, обеспечу отдых путешественников, возьму плату за транзит товаров, гарантирую безопасность в пределах своей территории. Людей немного, тысяч пятнадцать-двадцать. Армия - четыре роты солдат, бывших царских стрельцов и стражников. Форма правления - авторитарный режим.

  Спускаюсь вниз по Волге, и вот она, жемчужина Каспия - Астраханская республика. Граждан более семидесяти тысяч. Основные населенные пункты: Астрахань, Гурьев, Красный и Черный Яры. Управляются эти города выборной властью от каждого сословия. Регулярные соединения состоят из двух солдатских полков и вспомогательных подразделений наемников. Имеются мастерские и несколько предприятий, полотняная фабрика и селитреный завод. Положение стабильное, заволжские калмыки и татары не налетают, и только закубанцы, бывает, что пошаливают.

  Смотрю дальше, Терское Войско. Два десятка укрепленных городков. Управление - выборная атаманская власть. Население около тринадцати тысяч казаков. Естественные враги - дагестанские горцы и персы. Никаких особых производств не имеется, казаки живут за счет военной добычи, и пока боевые действия для наших армий складываются хорошо, а границы Терского Казачьего Войска в безопасности, их все устраивает.

  Ну и, напоследок, конечно же, родное Войско Донское. Двести тысяч казачьего населения, треть стала казаками в последние три года, и вдвое большее количество иногородних, которые в ближайшее десятилетие станут казаками, или будут поражены в правах. Высшая власть - войсковой атаман, у которого уже имеется достаточно развитая система управленческих приказов. Столица - Черкасск. Самый большой населенный пункт и индустриальный центр - Богатый Ключ. Развивается промышленность, сельское хозяйство, соляные промыслы и рыболовная отрасль. Не хватает металлов, но проблема пока решается закупками у соседей и трофеями. Постоянная армия десять казачьих полков, половина из которых находится в войске Кумшацкого.

  Вроде бы, вкратце все. Хотя, конечно, если всерьез заняться этим вопросом, землеописанием то есть, то всплывет очень многое из того, что сразу не видно. Но на сегодня мой труд окончен и, отодвинув стопки бумаг и пергаментов в сторону, я облокотился на стол и, чувствуя приближение отца, посмотрел на дверь.

  Кондрат не замедлил, вошел и спросил:

  - Как дела, Никифор?

  - Просмотрел всю документацию, - ответил я.

  - Так скоро управился?

  - А чего тянуть? Читаю я быстро, соображаю хорошо, а разбор документов дело для меня привычное, зря я что ли, столько времени писарем у тебя был.

  Ухмыльнувшись, отец посмотрел на бумаги и, чуть дернув головой, сказал:

  - Видать, что не зря. Пошли домой?

  - А чего так рано?

  - Дела на сегодня сделаны, смеркается, тревожных вестей нет, зима все-таки, а сидеть здесь штаны протирать смысла нет.

  - Тогда, конечно, пошли.

  Батя и я, в сопровождении охраны, вышли на майдан. Однако перед тем как попасть к нашим любимым женщинам, мы решили немного пройтись и подышать свежим воздухом. Температура примерно минус пятнадцать, с неба сыплет мягкий снежок, ветра почти не чувствуется и передвигаясь по центральным улочкам, в вечерних сумерках, отец и сын ведут разговор.

  - Через неделю Большой Сход, - бросает Кондрат.

  - Да, придется тебе посуетиться, батя.

  - Это само собой, на то я и войсковой атаман. Как считаешь, что на этом сходе основным будет?

  - Ради этого ты меня сегодня за дипломатическую переписку усадил?

  - Да, чтобы ты со стороны на все взглянул, и смог свое мнение иметь.

  - Основным будет, - я пнул сапогом ком снега на дороге, чуть помедлил, размышляя о возможных вариантах развития событий, и продолжил: - вопрос Украины и война с Персией. Малороссам придется помогать в любом случае. Понятно, что они и сами за себя постоять смогут, но с ресурсами у них плохо, на одну военную кампанию пороха и припасов хватит, а дальше все, с саблей на картечь. Значит, Мазепа напомнит, как помогал нам царские войска с Дона выбивать и помощи попросит.

  - Это точно, напомнит, он такой. А что с Персией? Вроде бы все ясно, воюем хорошо, потери допустимые, а на трофеях половина нашего Войска и Терек с Астраханью живут.

  - Многие казаки говорят, что надо бы остановить наступление на юг, закрепиться в Дербенте и Баку, и ждать пока шах мира не попросит.

  - А ты, что думаешь?

  - Необходимо еще одно военное лето, а иначе не было никакого смысла на Кавказ орду царевича Даяра перебрасывать.

  - Верно обстановку понимаешь.

  Под ногами хрустит снежок, на душе как-то спокойно и тихо. И возвращаясь к теме Украины и ее противостоянию с ляхами, я спрашиваю Кондрата:

  - Это что же получается, батя, мы еще в одну войну ввяжемся?

  - Придется, союзника бросать нельзя, даже такого хитреца как гетман Мазепа. Однако ляхов мы быстро разгоним, и может так случиться, что уже к осени казацкие полки в Варшаве будут. Польша сейчас слаба, один гонор и память о старых победах остались, а у нас народ боевитый и прошедший не одну войну. Ну, сколько войск выставит Речь Посполитая, когда гетман откажется выполнить требования Лещинского? Тысяч пятьдесят шляхтичей с холопами и наемниками. Но у Мазепы воинов не меньше, и сечевики тысяч двадцать в строй поставят, да мы с десяток полков выставим, и крымчаков тумен будет. К тому же пушек у украинцев больше, чем у ляхов, а это в современной войне немаловажно.

  На миг я остановился.

  - Украинский реестр и сердюки это понятно. Сечевики выступят в поход, тоже ясно. Мы окажем помощь, так и должно быть. Но крымчаки-то с чего малороссам помогать станут? По приказу султана или сами?

  - Официально сами, вроде как по большой дружбе между гетманом и крымским ханом, а на деле, конечно же, с подачи султана.

  - Ну да, - я продолжил движение, - это австрийцам намек от османов, мол, смотрите, чуть, что-то не так, орда на ваши венгерские владения обрушится.

  - Наверное, - Кондрат усмехнулся, - хотя я всех тонкостей этой дипломатической игры не знаю. Гетман человек хитромудрый, с османами и Крымом давно переписывается, так что единолично все решил, но и нашей помощи потребует.

  - Какие войска на Украину пошлешь?

  - Пока думаю, и склоняюсь к тому, что пару регулярных полков, несколько калмыцких тысяч, и сбор гулебщиков объявим.

  - А командующим в этой армии кто будет?

  - Про Филата Никифорова думка была, но, поразмыслив, решил, что лучше всего на эту должность Данила Ефремов подойдет. Он в Речи Посполитой бывал, когда за Петра Романова сражался, голова у него на плечах крепко сидит, и казаки его уважают.

  - Да, хороший командарм. Я бы с ним в поход сходил.

  - Так сходи, - предложил отец.

  - Не получается. У меня люди на Волге и расшивы там же, да и ватага настроена на очередной Каспийский поход. Если все отменить, то многое потеряю.

  - Понимаю.

  За разговором добрели до отцовского дома, и вошли в теплое и светлое помещение. Здесь помылись, я поигрался с младшим братом Георгием, расспросил женушку о подвижках по обустройству нашего дома, а там ужин поспел, и закончился этот день обычно и без тревог. Все вместе, по-семейному, мы посидели за столом и, после, пожелав своим близким спокойной ночи, разошлись по спальням.


Войско Донское. Булавинск. 10-11.10.1710. | Булавин | Россия. Петровск. 12.04.1711.