home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Киллер

Нас уже ждали. Когда наш грузовичок остановился на лесной поляне и мы извлекли из тайника дона Витторио, двое хмурых нераз-говорчивых парней тут же отогнали машину в кусты и забросали ее ветками. Неподалеку стояли еще два авто – легковушки, тоже замаскированные, чтобы их не было видно с воздуха. Я знал, что одна из них предназначалась нам, а что касается второй…

Когда ее пассажиры выбрались бы наружу в другое время и при иных обстоятельствах, я бы, наверное, рассмеялся – так нелепо они выглядели. Но я сразу узнал их, а потому мне тут же стало не до смеха.

Это были главный колдун (или жрец) и вождь племени Божественного Красного Ягуара, индеецгигант. В своем одеянии, в общем-то достаточно приличном, купленном в дорогом магазине, но помятом, они выглядели как собаки, которым хозяева от нечего делать шьют человеческие одежды. Не хватало только чепчиков – тех, что сбрендившие модницы цепляют на уши своим любимцам.

Мы с Марио подошли к индейцам и почтительно поприветствовали их, хотя я с огромным удовольствием немедленно сбежал бы в окружающие поляну заросли. Эрнесто, увидевший эти огородные пугала впервые, буквально врос в землю; правда, его никто и не приглашал отдать долг вежливости.

Колдун, бесцеремонно распахнув ворот моей рубахи, быстрым движением пощупал мой талисман и что-то сказал довольным голосом гиганту. В ответ тот хмуро кивнул и похлопал меня по плечу. На этом наш разговор закончился, и они перенесли свое внимание на Марио. Горбун долго что-то втолковывал им вполголоса, будто боялся, что мы с Эрнесто подслушаем, но ни он, ни я не знали этого тарабарского языка, состоящего большей частью из шипящих звуков и прищелкиваний.

Наконец колдун сделал властный жест, Марио освободил ему дорогу, и старый индеец подошел к Большому Дону. Мафиозо, все еще пребывающий под действием снотворного, стоял слегка покачиваясь, будто пьяный, и тупо смотрел прямо перед собой. Колдун заглянул ему в глаза, что-то буркнул, затем достал из мешочка, висевшего у него на шее, щепотку какой-то дряни, насыпал себе на ладонь и сдул пылеобразное вещество, похожее на очень мелко накрошенный – даже растертый – табак прямо в лицо балдеющему Дону.

Мафиозо чихал минут пять – до слез. Когда он наконец прочихался, то первыми его словами были:

– Мерзавцы! Что вы со мной сделали?!

А затем, так и не дождавшись ответа и полностью придя в себя, он посмотрел вокруг покрасневшими глазами и глухо спросил:

– Где я? Что случилось?

– Вы в надежных руках, дон Витторио, – с насмешкой сказал Марио.

– Кто… кто это?! – Большой Дон воззрился на горбуна как на балаганного уродца – со смесью удивления, презрения и брезгливости. – Какого черта привели ко мне эту гнусную обезьяну?!

Похоже, дон Витторио, замороченный наркосодержащим снотворным, напрочь забыл, что с ним случилось, и думал, будто он в окружении своих верных псов.

Большего оскорбления, чем сравнить его с обезьяной (на которую, если как на духу, он и впрямь был похож), Марио нанести было нельзя. Я это знал. И даже немного струхнул, заметив, как черные глаза горбуна полыхнули неистовым огнем злобы и ненависти – что, если он прямо сейчас грохнет глупого болвана, не дожидаясь, пока тот расскажет нам об интриге с русскими киллерами?

Но Марио все-таки нашел в себе силы сдержаться; мало того, он даже улыбнулся, хотя от этой улыбки у меня мороз пошел по коже. Зная его мстительную натуру, я мог только представлять, какую участь он приготовил заносчивому Дону.

– Дон Витторио, я бы на вашем месте придержал язык. – Я подошел поближе, чтобы он увидел и меня; так сказать, во избежание последующих недоразумений.

– Ты?! – Мафиозо побледнел и отшатнулся.

До него только теперь дошло, что с ним стряслось.

– Ну, – ответил я коротко и снова уступил место Марио.

– Что… что вам от меня нужно? – севшим голосом спросил дон Витторио, наконец признав и горбуна.

– Разговор по душам, – со зловещим подтекстом сказал горбун.

На этом дон Витторио заткнулся. Ему ли не знать, чем заканчиваются такие доверительные беседы. Но надо отдать капо марсельской мафии должное – он не стал ни угрожать, как прежде, ни умолять, ни сулить большие деньги за свою свободу. Большой Дон знал, что за нами маячит тень Синдиката. А мы всего лишь солдаты. И его судьба будет решаться не нами, а нашими боссами. Если уже не решена.

– Захвати с собой Эрнесто и погуляй часок, пока я вас не позову, – тоном приказа обратился ко мне Марио.

– У него будут кое-какие вопросы…

– Скажешь, что все это ему приснилось, – отрезал горбун. – И пусть засунет свой язык куда подальше. А позже я еще с ним потолкую. Для страховки.

– Лады… – Я поторопился слинять.

Зацепив под локоть обалдевшего Эрнесто, я без лишних слов потащил его прочь от поляны. Он не упирался, но время от времени в недоумении оглядывался. Похоже, индейцы произвели на него неизгладимое впечатление.

Их приезд и меня поразил до глубины души. Конечно же, колдуна и вождя-гиганта вызвал Марио, но для чего? Неужто сейчас на поляне начнется церемония превращения человека в ягуара? Понятно, после того, как дона Витторио выпотрошат, словно глупого петуха перед закладкой в кастрюлю, где уже кипит вода. Но тогда где находится зверь, необходимый для переселения души Дона? Не в багажнике ли одной из легковушек?

Я невольно содрогнулся, вспомнив свои встречи с королем сельвы…

– Что все это значит? – наконец прорвало Эрнесто, когда мы удалились на достаточное расстояние от поляны.

– Марио просил передать, чтобы ты считал, будто все это тебе померещилось… скажем, во время очередного запоя. Забудь, что видел. Иначе я за твою жизнь не дам и ломаного гроша.

– Я это так много раз слышал… – презрительно фыркнул Эрнесто. – И, как видишь, жив до сих пор.

– Мое дело предупредить… – Я выразительно пожал плечами.

Эрнесто посмотрел на меня долгим, оценивающим взглядом и сокрушенно вздохнул:

– Да верю я, верю… Тебя к безответственным болтунам уж никак нельзя причислить. Но мне остохренели эти тайны. Мне кажется, что я ими переполнен и уже кто-то намеревается открыть краник, чтобы выпустить все дерьмо, что я ношу в себе, наружу. Вместе с мозгами.

– Своевременное и точное замечание.

– Ну, я не такой тупой, как кажусь… – начал было Эрнесто.

И тут со стороны поляны донесся визг рассерженного ягуара, перешедший в зловещее шипение огромной кошки.

– Билять… – ошарашено сказал Эрнесто, вспомнив несколько подзабытый русский сленг.

– Помолчи! – шикнул я на него и включил свои "локаторы" на полную мощность.

Но больше ничего такого, кроме неясной человеческой речи, я не услышал.

– Что это было? – спустя некоторое время спросил Эрнесто. – Похоже, мы попали в природный зоопарк. Тебе не кажется, что это подал голос ягуар? Но ведь, насколько мне известно, они во Франции не водятся.

– Не знаю, – без зазрения совести соврал я.

– Не знаешь или не хочешь знать? – испытующе глядя на меня, спросил встревоженый Эрнесто.

– Я тебе уже говорил – забудь. Все забудь. Помнишь трех китайских обезьян?

– Ну…

– Одна из них закрывает рот, другая уши, третья глаза. Так вот, считай, что все они воплощены в тебе. Древние китайцы были мудрыми людьми, поверь мне.

– Уже верю… – буркнул Эрнесто. – Ничего не вижу, ничего не слышу и молчу, словно рыба.

– Вот так-то лучше…

Мы прождали не час, а почти два. Но вот раздались шаги, и к нам подошел один из двух молчаливых парней, прибывших вместе с индейцами. Коротким кивком он позвал нас за собой, и мы потопали на поляну.

Видимо, колдун и вождь племени Божественного Красного Ягуара в честь церемонии сняли нелепые для дикарей шмотки и теперь неловко натягивали их на себя. Марио был угрюмей обычного, лишь дон Витторио взирал на суету вокруг с безмятежным спокойствием и умиротворенностью. Я посмотрел на него с некоторой опаской. Мне почему-то казалось, что он сейчас опустится на четвереньки, взвоет по-звериному и сбежит в лес.

Но ничего такого не случилось. Большого Дона, глядящего на мир глазами младенца, усадили в одну из машин, где уже находились оба провожатых индейцев, Марио потянул Эрнесто за собой к другому авто, а колдун, наконец разобравшись с мудреными застежками, подошел ко мне.

Я сосредоточился. Меня просто испугала огромная энергия, исходящая от жреца древнего культа и буквально пронизывающая меня.

Я вошел в мгновенный транс, чтобы сконцентрироваться и противостоять такому могучему напору. На какой-то миг перед моими глазами засверкали цветные всполохи, мир завертелся вокруг меня, втягивая в фиолетовую воронку, в глубине которой щерил зубы ягуар. В совершенном отчаянии я заставил свою кровь едва не забурлить; сердце уже не билось, а грохотало, будто огромный паровой молот о наковальню. Дополнительная энергия начала постепенно закрывать бреши в моем силовом экране, и когда фиолетовый цвет постепенно уступил место сначала синему, а затем – резко – пронзительно-голубому, мутная пелена, до этого застившая мой взор, спала, и я увидел перед собой глаза колдуна. В них светилось какое-то злобное торжество – дьявольски злобное – и еще что-то, похожее на удивление.

Словно не веря до конца своим сомнениям, он коснулся моего талисмана – и резко отдернул руку, будто обжегся. Я уже овладел собой в достаточной мере, чтобы бестрепетно смотреть на его иссушенную грязную руку, напоминающую большую птичью лапку.

Колдун пробормотал что-то, удивленно покачивая головой, а затем, резко повернувшись, посеменил к машине, где его ждал гигант. Они уселись по бокам Большого Дона, и авто, выехав на лесную дорогу, вскоре исчезло за деревьями.

Минут через пять и мы последовали их при-меру. Эрнесто сидел сзади, а я впереди, рядом с Марио – он вел машину. Разговаривать нам почему-то не хотелось, и мы за всю дорогу перекинулись всего несколькими малозначащими фразами. На удивление, нас остановили только раз, при въезде в Марсель, но ажаны лишь проверили документы на взятый нами напрокат "фольксваген".

Припарковав машину, мы вошли в наш отель, но если Эрнесто сразу направился в бар, то Марио потянул меня за собой, в свой номер.

– Хочешь выпить? – спросил он, едва мы уединились.

– Выпить? – Я воззрился на него в недоумении.

Неужто Марио думает, что у меня с нервами не в порядке после встречи с колдунами? Чудак…

Горбун прижал палец к губам и показал на дверь ванной.

– Я приму душ, – сказал Марио, глядя на меня предостерегающе. – Подождешь меня здесь или пойдешь в свой номер?

– Ладно, подожду… – понял я горбуна. – Поваляюсь на диване.

– Текила в баре, а в холодильнике лед. Наслаждайся.

– Спасибо… – буркнул я и начал демонстративно хлопать дверцами и звенеть бокалами.

Тем временем Марио включил воду и достал из сумки, которую всегда таскал с собой, миниатюрный генератор – определитель закладок: разных там "жучков", "клопов" и прочей электронной живности.

Он ползал по комнате, как большой паук, минут десять. И время от времени, хитро ухмыляясь, беззвучно тыкал пальцем в места, где стояли приборы подслушки. Наконец Марио добрался и до ванной. На удивление, и она оказалась напичкана "клопами" – горбун обнаружил две закладки; одна из них была хитро встроена в рычаг для смыва.

Снимать миниатюрные микрофоны мы не стали – зачем? И так понятно, кто и по какой причине их поставил. К тому же выбросишь эти, умельцы Синдиката натыкают других, притом в неожиданных местах. Пусть лучше Чико считает нас за придурков.

Мы уединились в прачечной отеля. Правда, при этом "забыли" спросить согласия у прачки – ее неожиданно сморил крепкий сон прямо на груде грязного белья. Это постарался Марио: спрятавшись за дверью, он улучил момент и пустил из духовой трубки прямо в зад почтенной матроны стрелку, смазанную специальным составом. Она поначалу взбрыкнула и попыталась почесать, как ей показалось, место укуса, но индейское снадобье действовало быстро и эффективно, и спустя минуту прачка спала так крепко, как никогда в жизни.

– В нашем распоряжении два часа, – сказал Марио, запирая дверь прачечной. – Надеюсь, Чико не догадался поставить и сюда приборы подслушки.

– Она проснется? – полюбопытствовал я, кивком указав на безмятежно раскинувшуюся на белье женщину.

– Я ведь сказал – через два часа. Времени больше чем достаточно.

Искать закладки в прачечной мы не стали, лишь включили большую стиральную машину. Ее гула вполне хватало, чтобы напрочь заэкранировать любого, даже самого современного "клопа".

– К чему такие предосторожности? – спросил я, когда мы уселись возле стола прачки, на котором лежал какой-то женский журнал и стояла наполовину опустошенная бутылка сухого вина.

– А разве ты не заметил людей Чико, когда мы подрулили на стоянку?

– Заметил. Ну и что с того? Бегать за нами – это их работа.

– Верно, – согласился Марио. – Но сейчас они рвут и мечут – ведь мы сумели уйти из-под надзора почти на сутки. Я представляю, как злобится Чико. – Он довольно ухмыльнулся.

– Благодари Эрнесто. Это он их вычислил, пока мы отсыпались.

– Да, теперь у нас имеется полная картина. Вся команда Чико у нас в кармане. – Марио достал снимки, которые сделал специальной аппаратурой мой напарник в ночь, когда на нас наехали парни Большого Дона.

– Какая разница? – Я пожал плечами. – Все это мелочь по сравнению с нашим "подкидышем".

– Ты о Кестлере?

– А о ком еще? Думаю, что сейчас он сидит за письменным столом и кропает на тебя донос.

– Кропает… – согласился Марио, и гримаса ненависти перекосила его и так уродливое лицо.

– Может, мы и его… сплавим? – осторожно поинтересовался я.

– Пока нельзя.

– А когда будет можно?

– У тебя руки чешутся?

– Только на Педро, – честно признался я.

– Почему?

– Не люблю рыжих, – коротко отрезал я, всем своим видом давая понять, что мне эта тема неприятна.

– И то… – согласился Марио, злобно посмотрев на дверь, будто на ее месте был наш лис Педро.

– Ты зачем меня сюда позвал? – спросил я, меняя тему.

– Тебе разве не интересно, что рассказал дон Витторио?

– Чужими тайнами вымощена дорожка на тот свет. Сочтешь нужным – введешь в курс. Нет – я не буду в претензии.

– Ты это должен знать.

– Тогда колись. Время пошло. – Я скосил глаза на спящую прачку.

– Дон Витторио доил двух коров. Он оказывал услуги и ЦРУ, и английской разведке МИ-6…

– Трех, – поправил я Марио. – Ты забыл про Синдикат.

– Пусть будет так, – согласился горбун. – Суть дела от этого не меняется. Так вот, когда к нему пришел Пинскер, он сразу понял, откуда ветер дует, – "заказчик" из Америки, некто Бабуин, был ему известен как агент-вербовщик ЦРУ. Дон Витторио поначалу хотел предложить Пинскеру (понятное дело, через своего человека, того самого итальянца – мистера Икс) группу марсельских киллеров, иногда выполняющих и его заказы. Этих "отвязанных" он знал достаточно хорошо, а потому мог за них ручаться даже головой. Что, впрочем, было не исключено, подсунь он ЦРУ дрянной "товар". Но тут в вербовку вмешался его величество господин Случай. Во время одной из полицейских облав марсельских киллеров замели почти в полном составе, и дон Витторио очутился перед неприятной дилеммой – упустить хорошие деньги, предложенные за киллеров Бабуином, а значит ЦРУ, и "потерять лицо", дав отбой своим твердым обещаниям, что для капо мафии вообще невозможно – "кодекс чести" таких фокусов не приемлет. Тогда, наверное от отчаяния, Большой Дон вспомнил о русских киллерах, которых он подыскал Синдикату для выполнения какого-то очень важного задания. Они в это время толклись в Марселе без дела. Долго уговаривать их старшего Дону не пришлось – они согласились на акцию в Лимассоле за такую скромную сумму и с такой охотой, что дон Вит-торио поначалу даже испугался. Он привык, что люди подобной "профессии", прежде чем идти на дело, обычно спрашивают степень трудности задания и, соответственно, буквально зубами выгрызают каждую тысячу баксов. А эти… Ему показалось, что они готовы работать вообще бесплатно. Что, согласись, для бывшего киллера мафии было весьма странным, если не сказать больше. Но положение оказалось безвыходным, и Большой Дон скрепя сердце отдал русских Бабуину. Дальнейшее тебе известно.

– И ради этой совершенно ничтожной информации нам пришлось лезть в пасть к льву, чтобы вытащить дона Витторио на пикник?

– Не торопись. Я сказал еще не все. – Лицо Марио выражало тревожные раздумья. – Дело в том, что русских киллеров дон Витторио подсунул Синдикату по настоятельной просьбе некоего Саймона, мелкооптового торговца наркотиками из Лондона, работающего на английскую разведку МИ-6. Естественно, оторвав при этом солидный куш.

– И что тебя волнует?

– Это значит, – сказал с нажимом гор-бун, – что англичанам откуда-то стало известно о планируемой операции и они решили воспользоваться предоставленным случаем для каких-то своих тайных замыслов.

– Ну и пусть их, – ответил я довольно беззаботно. – Русские киллеры уже на том свете, а значит, у англичан вышел полный облом.

– Ты так думаешь? – Марио сокрушенно покачал головой. – Вся беда в том, что именно мы должны выполнить задание, проваленное из-за жадности твоими земляками.

– Так ведь теперь МИ-6 не знает, кто выйдет на исходный рубеж.

– Мне не остается иного выхода, как открыть тебе все карты…

Марио смотрел на меня угрюмо, исподлобья – будто намеревался пустить в ход свое излюбленное оружие – опасную бритву.

– Когда пришла весть о смерти рекомендованных доном Витторио киллеров на Кипре, дон Фернандо начал срочно искать им замену. Однако самое главное, на что я тогда не обратил внимания, – он подыскивал на основное действующее лицо операции именно русского. – Горбун не скрывал своего огорчения. – В наше поле зрения ты попал совершенно случайно – тебе это уже известно. Но чтобы вытащить тебя из сельвы, Синдикат готов был пойти на любые меры. Так что еще неизвестно, что было главнее: перехват табличек наци с тайными счетами в различных банках мира или возможность заполучить Мигеля Каррераса. К счастью – или к сожалению, – твой рейтинг в Синдикате чересчур высок.

– Мне прыгать от радости? – спросил я глухо, в который раз проклиная тот час, когда решил осесть в Сан-Паулу.

– Как хочешь…

Мы замолчали. Каждый думал о своем. Но наши мысли совпадали в одном – радость в них и не ночевала.

– Ты спрашивал дона Витторио о нашем "любимчике" Кестлере? – наконец решился я нарушить чересчур затянувшееся молчание.

– Да… – Мне показалось, что Марио заколебался. – Грязная история…

– Не желаешь говорить?

– Почему? Просто Кестлер пока для нас темная лошадка. Даже после того, что я узнал о нем от Большого Дона.

– Ну и?.. – не отставал я.

– Да, он "стукач" дона Витторио в Синдикате. Это Педро поднанял с согласия Дона мастера заплечных дел марсельской мафии Шогги для своих делишек. Кстати, Большой Дон не знал, кого собирается ликвидировать Шогги. Он настолько доверяет хитрецу Кестлеру, что даже не поинтересовался, зачем Педро киллер такого высокого класса.

– Что, не спросил и тогда, когда у Шогги получился из-за тебя облом?

– Так ведь Шогги так и не нашли… стараниями Черного Жерара. А Кестлер объяснил Дону, что он просто исчез, так и не встретившись с ним. Дон Витторио искать Шогги не стал – тот был вольным стрелком, лишь номинально зависящим от капо марсельской мафии, и нередко уезжал "на заработки" в страны Ближнего Востока и Африку. Дон решил, что Шогги нашел дельце посолидней, с гораздо большей оплатой.

– Меня этот хитрый лис Педро начинает пугать. Он удивительным образом выпутывается из самых трудных и опасных положений. Что за всем этим кроется?

– Ты думаешь, что Кестлер работает не только на Большого Дона и Синдикат, но и еще на когото?

– Похоже на то. Я не уверен, что он нанял Шогги и толпу ублюдков в баре Черного Жерара лишь для того, чтобы свести с тобою какие-то старые счеты.

– У меня тоже появились сомнения. Ладно я, а какое отношение имеете вы с Эрнесто к нашей вендетте? Если можно так назвать холодок в моих отношениях с Кестлером.

– Я предлагаю поговорить с Педро в открытую.

– После такого "разговора" нам ничего иного не останется, как выбросить его в отхожее место. И ты это знаешь не хуже меня. Но все дело в том, что у нас на шее, во-первых, сидит Чико со своей сворой, а во-вторых, если Педро исчезнет, то и моя голова зашатается на плечах – ведь я в ответе и за операцию, и за людей. А расследование будет обязательно – тебе уже известно, что он работает на службу внутренней безопасности Синдиката.

– Как скажешь… – Я безразлично пожал плечами – фиг с ним, с этим Кестлером, есть проблемы и поважней.

– Я просто не могу поступить так, как ты хочешь, – попытался оправдаться Марио.

– Ладно, забудем эту тему. Ты мне лучше объясни, почему мы оставили дона Витторио в живых?

– Как ты узнал об этом? Может, его повезли куда подальше, чтобы хорошенько зарыть в укромном местечке.

– Ты еще скажи, что твои индейцы захватили его с собой в Сан-Паулу, чтобы посадить в клетку в местном зверинце.

– Хорошо, буду с тобой откровенен – дон Витторио нам очень нужен.

– Кому это – нам? Синдикату?

– И Синдикату тоже. Но главное, что он окажется весьма полезен Братству. И ты знаешь почему – мы просто обязаны крепко утвердиться в Европе.

– Ты думаешь, одного разговора на лесной поляне хватит, чтобы приручить такого хищного зверя, как Большой Дон?

– Вполне, – загадочно оскалился Марио.

– Колдун?.. – догадался я.

– А как ты думаешь, зачем мне пришлось вытаскивать его и вождя племени из самого сердца сельвы?

– Значит, дон Витторио стал ягуаром?

– Дался тебе тот ягуар… в образе Франца… – снова ухмыльнулся горбун. – Конечно же, нет. Так карают, я тебе уже объяснял, только отступников. Дон Витторио – совсем другое дело. Мы должны были сделать его членом Братства – и сделали. Теперь ему обратного пути нет. Он будет выполнять все, что ему прикажет Братство.

– Теперь понятно, почему ты хотел его похитить.

– Я рад, что до тебя дошло.

– Ладно, пусть его… – Я наконец решился. – У меня остался последний вопрос: ты уже можешь сказать, какое задание я должен выполнить?

И Марио сказал…


Волкодав | Мертвая хватка | Волкодав