home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



Эпилог

Малайский архипелаг, 6 сентября 1912 года Дорогая Софи!

Буду очень краток, поскольку мне скоро предстоит отправиться на ужин, но я хочу быстренько ответить на твое письмо, которое ты отправила, скорее всего, вот уже несколько недель тому назад. Знаешь, когда я пишу тебе, на меня это действует очень успокаивающе — словно ты находишься со мной в комнате и я действительно могу беседовать с тобой.

Твое письмо доставило мне немало удовольствия. Конечно, замечательно, что Агата оказалась великолепной хозяйкой, но я без смеха не могу представить ее замужней женщиной с детьми — это так на нее не похоже. Знаю, что она твоя подруга и мне нельзя быть недобрым к ней, но не она ли постоянно читала тебе лекции о социальных бедах и о капризах высшего общества? Иногда я думаю, как бедняга Чапмен справляется с ней теперь, когда она желает устраивать вечеринки каждый день для своих новых друзей? Рад, что я сейчас не в Ричмонде, в противном случае мне пришлось бы каждый раз придумывать предлог, чтобы не ходить туда, — у тебя это получается гораздо лучше, чем у меня. Впрочем, мне приятно, что шляпное дело Агаты процветает, Скажи ей, что у меня есть несколько очень любопытных бабочек — ей понравятся.

Поиски новых видов бабочек здесь напомнили мне о Papilio sophia, которую я так и не нашел в джунглях Амазонки. Каким же я был глупцом — совершенно очевидно, Уоллес и Спрус пошутили, запустив этот слух о ней. Возможно, это была даже не их затея, а какого-нибудь шутника из Музея естествознания. А я был таким идиотом, что поверил, хотя подобная бабочка — нечто нереальное. Подумать только, чего я чуть было не лишился из-за нее. Более того, что тебе пришлось пережить тогда! Я вспоминаю, как ты поддерживала меня — даже вдохновляла, — чтобы я вернулся к делу и стал профессиональным коллекционером. Даю тебе слово, дорогая Софи, что я никогда больше не поступлю так с тобой и никогда ничего не буду от тебя скрывать, как в тот раз.

Вчера я получил письмо от мистера Робертса, того американца, пересланное мне мистером Райдвелом. Робертс сообщил о том, что мистер Сантос умер до того, как должен был предстать перед судом. Трудно описать, что я почувствовал, узнав об этом. С одной стороны, я рад, что он мертв (не ужасно ли это звучит?), а с другой — разочарован, что ему так и не предъявили обвинений в совершении преступлений. Если бы все продвигалось быстрее… но из-за того, что никто не верил Робертсу — особенно британские управляющие каучуковой компанией Сантоса, слепые тупицы, — рассмотрение дела в суде откладывалось. Я очень признателен тебе за то, что ты убедила меня написать Робертсу, Софи. Пусть кто-то сочтет меня слабым за то, что я охотно следую твоим добрым советам и наставлениям, но мне это безразлично. В тебе моя сила, и я всегда буду прислушиваться к тебе. То, как открыто и решительно выражаешь ты свое мнение, наполняет меня гордостью и восхищением.

Жаль только, что Джордж и Эрни скончались и не успели, как я, рассказать обо всем. По крайней мере, их исчезновение заставило наше правительство заволноваться и изменить отношение к делу. Слава богу, они умерли своей смертью, хотя, наверное, мы никогда не узнаем, как все было на самом деле. Иногда мне снятся кошмары, что Сантос узнал о том, что я дал свидетельские, показания, и убил их — именно об этом он намекал мне недвусмысленно перед тем, как отпустить. Впрочем, в тех местах свирепствовала холера, и Эрни выглядел больным уже тогда, до моего отъезда. Повезло еще, что я сам не заразился, тем более что был ослаблен приступом малярии, которая до сих пор иногда возвращается ко мне, как ты знаешь. Сколько бессонных ночей за все эти годы ты провела у моей постели, пока я бредил в жару!

Робертс только сейчас рассказал мне, как Сантос пытался его шантажировать — фактически подставил. Когда тот был в Бразилии, он подослал к нему одного из своих прислужников, чтобы предложить ему деньги, — и британские управляющие чуть было не поверили этому, пока кто-то не попытался подкупить и их тоже. Тогда все поняли, что Робертс говорит правду, и согласились с ним. Они послали на места собственных проверяющих, которым удалось собрать достаточное количество доказательств. Полагаю, управляющие решили, что их освободят от порицания, если они расследуют и выявят все факты коррупции в собственной компании, и, похоже, им это удалось. Что это будет означать для судебного процесса, я не знаю.

Мистер Райдвел по-прежнему уговаривает меня пересмотреть свои записи в журналах и дневниках и подготовить их к публикации, но я так занят в других проектах — бабочки на архипелаге ждать не будут! — что мне не очень-то хочется приступать к этой нелегкой задаче. Вряд ли мне удастся заставить себя читать эти записи и вспоминать о времени, проведенном на Амазонке. Может, если это не составит тебе большого труда, ты поможешь мне в данном проекте после моего возвращения? В любом случае подумай об этом, любовь моя, и скажи «нет», если тебе будет так угодно.

Что ж, я должен уже убегать, так как Фредрик, мой новый помощник (и очень усердный! С ним не соскучишься — он бы тебе очень понравился), только что пришел сообщить, что нас уже ждут. Жаль, что я не могу отправить его обедать без меня и продолжить беседу с тобой. Я ужасно скучаю по тебе и нашим детям, так хочется быть с вами. Девять месяцев — это очень, очень долгий срок, и я обещаю больше не уезжать на такое длительное время. Скажи детям, что я их люблю, и передай привет своему отцу. Я очень благодарен ему за то, что он проводит столько времени с нашими, детьми, пока меня нет.

Предполагается, что мое следующее место назначения — Австралия, в будущем году. Надеюсь, моя дорогая женушка, что вы с детьми сможете сопровождать меня в этой поездке. Ты пишешь, что дети уже самостоятельно бегают по парку — что ж, в Австралии они смогут в полной мере ощутить себя бесстрашными маленькими сорванцами, какими и являются. Нас ждет настоящее приключение, не правда ли?

Твой навеки, Томас


Ричмонд, июнь 1904 года | Полет бабочек | От автора