home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



Глава 12 Сыр рикотта и призраки: хроники Коза Ностры с лета 2003 г.

Утром 11 апреля 2006 года Италия еще переваривала результаты всеобщих выборов, когда разразилась настоящая сенсация: информационные агентства страны сообщили о поимке «Трактора» – Бернардо Провенцано. В теленовостях мрачные комментарии сторонников Сильвио Берлускони (которому для победы не хватило всего 26 000 голосов) перемежались репортажами с Сицилии.

Вскоре выяснилось, что Провенцано арестовали в результате полицейской спецоперации – в крохотном коттедже на окраине того городка, в котором он когда-то родился. Однако остальному миру пришлось подождать до полудня, чтобы увидеть первые кадры с изображениями человека, которого называют «призраком дона Корлеоне». К штаб-квартире полиции Палермо подъехала серая «альфа ромео». Офицеры, под черными плащами которых скрывались пуленепробиваемые жилеты, радостно вскинули руки. Из машины вышел невысокий седовласый человек, которого почти сразу заслонили широкие спины полицейских. Несмотря на крики «Bastardo!» и «Assassino!» – то есть «Мерзавец!» и «Убийца!», – его лицо, наконец выхваченное камерой, оставалось удивительно спокойным. Он поглядывал вокруг поверх очков в металлической оправе, придававших ему вид кабинетного ученого. Без малого 43 года в бегах завершились; на губах Провенцано играла легкая улыбка.

Даже этот неприметный человек с намеком на улыбку на губах не в состоянии оценить историческую значимость событий 11 апреля. Едва сообщения об аресте Провенцано подтвердились, многочисленные сторонники «теорий заговора» принялись выискивать всевозможные подводные течения и анализировать предполагаемые интриги, которые якобы и привели к этому торжеству законности. Реакция итальянского государства на действия сицилийской организованной преступности так долго оставалась весьма противоречивой, что общество в каждом слове и каждом поступке чиновников привыкло видеть «двойное дно». За 150 лет своего существования мафия преуспела во внушении недоверия к государству.

Поначалу сообщалось, что «босс боссов» позволил себя арестовать. Другая версия гласила, что Коза Ностра попросту сдала его, потому что он перестал быть полезным. За несколько дней до задержания адвокат Провенцано поведал, что его клиент мертв. Некоторые аналитики усмотрели в этом сообщении следующий подтекст: Коза Ностра дала понять, что ее лидер больше ей не нужен. Впрочем, в этих историях куда меньше от реальности, нежели от мифа о всемогуществе мафии.

В комментариях также утверждалось, что арест Провенцано был тщательно спланирован по времени. Будучи премьер-министром, Сильвио Берлускони не скрывал своего отношения к антимафиозным расследованиям. В июне 2003 года он заявил в интервью английскому журналу: «Эти следователи безумны!.. Чтобы заниматься такой работой, человек должен повредиться в уме, страдать психическим заболеванием». Вполне вероятно, что пока Берлускони оставался у власти, арестовать Провенцано не было ни малейшей возможности, и что полиция, окружившая коттедж Трактора близ Корлеоне, дожидалась результатов выборов.

Координатор поимки «босса боссов», федеральный прокурор по делам мафии Пьеро Грассо объяснил расчет времени ареста следующим образом: полиция задержала загадочного обитателя коттеджа, только окончательно удостоверившись в его личности и установив, что он в самом деле находится в доме. Решающим моментом, сигналом к выступлению стала рука Провенцано, высунувшаяся из-за двери, чтобы забрать тарелку с сыром рикотта, оставленную на крыльце.

Этому аресту предшествовал ряд событий, имевших немаловажное значение. Первый серьезный удар по системе, позволявшей Провенцано успешно скрываться, нанес его доверенный подручный Нино Джуффре по прозвищу «Короткая рука», который в апреле 2002 года сдался властям и сделался свидетелем обвинения.

В октябре следующего года Сальваторе Шаррабба, капо подразделения Коза Ностры, отвечавшего за безопасность Провенцано, также оказался за решеткой: его задержали на съемной квартире близ Дворца юстиции в Палермо. В укрытии Шарраббы, наряду с привычными пистолетами и крупной суммой наличными, были обнаружены некоторые тайные коды Трактора – так называемые пиццини (pizzini). Приблизительно в то же время выдававший себя за пекаря из Виллабате Провенцано отправился в Марсель, где ему сделали операцию на простате. Впоследствии стало ясно, что эта поездка оказалась серьезным просчетом.

Месяц спустя, в ноябре 2003 года, состоялся настоящий прорыв: полиция раскрыла сеть «кротов», включая двух офицеров – карабинера и сотрудника налоговой полиции, которые передавали мафии информацию из Дворца юстиции. Через нескольких посредников эта информация поступала прямо к «боссу боссов», благодаря чему Провенцано всегда знал, насколько близко подобрались к нему власти; отныне этот канал был перекрыт.

В январе 2005 года был сделан следующий шаг: около тысячи полицейских и карабинеров участвовали в аресте 46 человек из мафиозной семьи Виллабате – городка к востоку от Палермо. Арестованные, как выяснилось, составляли логистическую структуру системы Провенцано.

В феврале 2005 года стало известно о поездке Провенцано в Марсель, и общество забурлило от негодования: «босс боссов» даже выставил местным властям счет за лечение. В марсельской клинике следователям, прибывшим с Сицилии, удалось получить несколько образцов ДНК Трактора. Вскоре был опубликован и уточненный фоторобот разыскиваемого.

В октябре 2005 года генеральный прокурор Грассо сообщил по телевидению, что на настоящий день арестовано около 450 сторонников Провенцано и конфисковано имущества и наличных на сотни миллионов евро. «Коза Ностра расплачивается за укрывание Провенцано», – сказал он. Иными словами, состоявшееся спустя полгода задержание Трактора сюрпризом для Грассо не стало. Как он заявил, арест сделался возможен благодаря «старомодной» полицейской работе, которой в основном занимались молодые офицеры, искренне верившие в идеалы и потому зачастую трудившиеся сверхурочно, причем бесплатно.

Впрочем, мельница слухов по поводу 11 апреля продолжала молоть. Через несколько часов после ареста Провенцано те немногие слова, которые он произнес, подверглись тщательнейшему изучению на предмет тайных сообщений. «Вы не представляете, какой ущерб причинили», – якобы сказал он, когда полиция ворвалась в его убежище. Имел ли он в виду, что было нарушено некое секретное соглашение? Намекал ли он, что без него Коза Ностра вернется к привычной практике и вновь примется убивать магистратов и взрывать бомбы в итальянских городах? Ведущий историк мафии не считает это возможным. По его мнению, слова Провенцано – типичная попытка выдать себя за хранителя спокойствия в обществе. Мафиози делали подобные заявления с середины девятнадцатого столетия.

Затем последовало оскорбление: сын Коротышки Риины якобы обозвал привезенного в тюрьму Провенцано «sbirro» – то есть «грязным легавым». Среди «наблюдающих за мафией» по-прежнему популярна версия о том, что Провенцано являлся тайным осведомителем корпуса карабинеров. Согласно этой версии, в январе 1993 года Трактор сдал Риину властям, чтобы добиться главенства в Коза Ностре. И поэтому карабинеры так долго – 18 дней – тянули с арестом Риины, чтобы мафиози успели уничтожить информацию, касавшуюся других «людей чести». Если верить Нино Джуффре, многие бойцы Коза Ностры разделяли эти подозрения.

Сегодня достоверно известно, что сын Коротышки Риины Провенцано не оскорблял. Однако предположение о контактах Трактора с карабинерами – лишь наиболее правдоподобный из множества слухов, ходивших по Палермо в первые дни после его ареста. Косвенным опровержением версии о связи Провенцано с карабинерами может служить и полное оправдание в феврале 2006 года полковника карабинеров, возглавлявшего в 1993 году операцию по захвату Риины. Суд постановил, что неудачный рейд на виллу Риины в Удиторе был ошибкой. Впрочем, этот вердикт, по обыкновению, оставил много вопросов.

Простая диета из сыра рикотта с цикорием, кровать с одеялом, но без постельного белья, немногочисленные пожитки, включая Библию, одежда, которую, пожалуй, постеснялся бы надеть зажиточный фермер, – в укрытии верховный босс Коза Ностры вел весьма аскетическую жизнь. Разумеется, богатства, конфискованные у его подручных, означали, что он, предоставься такая возможность, мог бы купаться в роскоши. Но генеральный прокурор Грассо утверждал, что бедность Провенцано «была тактическим выбором», проявлением «мафиозной этики». Живя столь просто, Трактор подавал пример самопожертвования и как бы выражал солидарность с теми мафиозными главарями, которые оказались за решеткой, в еще более спартанских условиях.

Миротворец, стратег, образец для подражания… Бернардо Провенцано, возглавляя Коза Ностру, принимал на себя эти и многие другие личины. А 20 июня 2006 года стало ясно, что именно он удержал организацию от гражданской войны в духе начала 1980-х годов. Выяснилось, что Коза Ностра одержима призраками истории.

Утром 20 июня началась очередная блестящая полицейская операция, результатом которой явился арест 45 предполагаемых мафиози, причем большинство арестованных составляли бойцы ранга капо. Некоторые были ветеранами «максипроцесса» времен Фальконе и Борселлино; ныне широко известно, что Провенцано более всего доверял старшему поколению бойцов.

Основную часть информации, которая привела к арестам, получили из расшифрованных пиццини Трактора. Остальные сведения собрали благодаря подслушивающим устройствам, установленным в заброшенном гараже на виале Микел-анджело, которая проходила через контролируемый мафией район к западу от центра Палермо. Следователям удалось установить, что Провенцано доверил управление Коза Нострой двум людям, которые были готовы вступить в «войну за наследство».

Сальваторе Ло Пикколо и Антонино Ротоло были хорошо известны властям. Ло Пикколо числился в бегах более двадцати лет, считаясь при этом наиболее вероятным преемником Провенцано. Ротоло же активно поддерживал корлеонцев в пору бесчинств Лучано Леджо, и его приговорили к пожизненному заключению. Однако он ухитрился сымитировать в тюрьме сердечный приступ и получил разрешение отбывать срок на дому. Гараж, в котором полиция установила подслушивающие устройства, находился по соседству с домом Ротоло, что позволяло Антонино участвовать во встречах мафиози и зачитывать бойцам записки Провенцано. Среди регулярных участников этих собраний были люди, выполнявшие повседневные поручения Ротоло; их профессии наверняка поразят тех, кто продолжает считать, будто Коза Ностра состоит исключительно из невежественных громил, – один был строительным подрядчиком, а второй врачом-неврологом.

Ротоло некоторое время, как свидетельствуют перехваченные разговоры в гараже, носился с идеей убить Ло Пикколо. Своему другу-неврологу он говорил: «Ло Пикколо хочет нас прикончить… Тупой болван… Надо его опередить». Судя по всему, Провенцано к моменту своего ареста еще размышлял над предложением Ротоло «разобраться» с Ло Пикколо. При этом, похоже, Ротоло и его подручные не сомневались, что в конце концов получат желаемое, – они приобрели «на будущее» несколько бочек с кислотой.

Тем, кто хочет понять, почему Ротоло и его присные столь нервно относились к Ло Пикколо и почему считали его «тупым болваном», достаточно вспомнить одно-единственное имя – Индзерилло.

Сальваторе Индзерилло, кузен нью-йоркского босса Карло Гамбино, был одним из крупнейших торговцев наркотиками и активно участвовал в трансатлантическом «героиновом буме» 1970-х годов. В мае 1981 года Индзерилло был убит, не успев опробовать бронированную «альфа ромео». Расправившись с ним и с «принцем Виллаграции» Стефано Бонтате, корлеонцы начали mattanza – масштабную «чистку» рядов мафии, позволившую им добиться неоспоримой власти в Коза Ностре. В то время Коротышка Риина приказал уничтожить всех родственников Индзерилло. Четырнадцать человек погибли, остальные бежали в Соединенные Штаты, однако через четверть столетия после mattanza, поверив в «мир» Провенцано, беглецы начали возвращаться. И Сальваторе Ло Пикколо оказал им радушный прием.

Антонино Ротоло был одним из последних корлеонцев, обладавших полнотой власти в Коза Ностре. Вполне естественно, что он увидел в возвращении клана Индзерилло угрозу своему положению и жизни. Скрытые микрофоны в гараже зафиксировали его признание: «Если они начнут стрелять, я окажусь первым». Как заметил один из ведущих журналистов Италии, специализирующихся на мафиозных расследованиях: «Корлеонцам эти беглецы, должно быть, казались призраками». И призраки, очевидно, пристально наблюдали за действиями Ротоло.

Так или иначе, полиция добилась ошеломляющих успехов в борьбе с Коза Нострой. Но еще прежде чем ведущие мировые средства массовой информации «снизошли» до Сицилии и откликнулись на арест Провенцано, среди итальянских магистратов распространилось мнение, что «боссу боссов» и другим членам военизированной мафиозной иерархии уделяется слишком много внимания. Как выразился один из магистратов, интерес к Провенцано – «словно лампа, которая освещает одну сторону мафии и затемняет вторую». Под «темной стороной» мафии разумелись коррумпированные адвокаты, предприниматели, врачи, финансисты, чиновники и политики, которые затаились на время войны Тото Риины с итальянским государством. Между тем подобные фигуры являлись неотъемлемой частью мафии с самого возникновения последней. И теперь они вернулись и поспешили восстановить утраченные связи и сферы влияния.

По иронии судьбы, некоторые пиццини, перехваченные в период охоты на Провенцано, предоставили наиболее убедительные доказательства существования этой «темной стороны» мафии. Из записей Трактора следовало, что ему практически не приходилось прибегать к устрашению – чаще он просто обращался за помощью и ее получал. В таком подходе присутствует железная коммерческая логика. «Клиентские» компании Коза Ностры получали значительные конкурентные преимущества, прежде всего гарантированные государственные контракты и быстрый доступ к капиталу. Политики-«клиенты», аналогичным образом, получали гарантии избрания и переизбрания. Нельзя отрицать, что в отдельных районах Сицилии продолжает бытовать voglia di mafia – желание иметь мафию (так кстати,называется недавно опубликованная замечательная книга).

На страницах уголовной хроники сицилийских газет рассказывается о знакомых преступлениях, совершаемых в знакомых местах. Январь 2006 года ничем не отличался от других месяцев мафиозного «мира», который установился вследствие предпринятой Коза Нострой тактики «погружения». Однако, как и во все прочие месяцы, мелкие преступления и запугивания подтверждали наличие некоей оккультной силы, чьи методы не менялись на протяжении полутора столетий. 1 января в Борго Молара – это прежняя Конка Д’Оро, где мафия выросла среди лимонных плантаций, – местный священник обнаружил, что шины его автомобиля проколоты, а рядом разбросаны несколько пуль. 28 января человек, которого подозревали в том, что он собирает «пожертвования» для мафии, не имея соответствующих полномочий, был найден мертвым – его застрелили в Каккамо, бывшей вотчине Раффаэле Палиццоло, главного подозреваемого по делу Нотарбартоло в 1890-е годы. В тот же день в Корлеоне, где Бернардино Верро в годы Первой мировой вел заведомо проигрышную войну с мафией, неизвестные сожгли машину лидера профсоюза.

Подобные эпизоды не попадали в заголовки мировых СМИ, трубивших об аресте «босса боссов». Но, взятые в совокупности, они способны поведать главное: Коза Ностра по-прежнему управляет железной рукой. «Теневое государство» на Сицилии не дает острову расстаться со своим прошлым.

Как показали последние три года, судебная система также не в состоянии сбросить груз прошлого. «Беспокойные духи» продолжают витать в помещениях судов. Это и дух Роберто Кальви, «банкира Господа», найденного повешенным под мостом Блэкфрайарс в Лондоне летом 1982 года, и духи двух отважных журналистов, Мауро Ди Мауро, исчезнувшего в 1970 году, и Марио Франчезе, убитого в Палермо в 1979 году. Дело Кальви вернули в производство в Великобритании и в Италии в 2003 году, обвинение предъявлено боссу Пиппо Кало; в убийстве Ди Мауро обвиняют Коротышку Тото Риину, в убийстве Франчезе – самого Провенцано. Можно вспомнить и Вито Чианчимино, «наглого корлеонского казнокрада», накопленные которым в эпоху «разграбления Палермо» в 1950-1960-х годах богатства до сих пор разыскиваются полицией. И, конечно, магистратов Джованни Фальконе и Паоло Борселлино, по поводу смерти которых по сей день продолжаются слушания: следствие стремится установить, проводила ли Коза Ностра консультации с крупными итальянскими политиками и бизнесменами относительно устранения этих двух героев.

Разумеется, далеко не все восприимчивы к духам прошлого. Если допустить, что один человек способен воплотить в себе противоречивую историю послевоенной Италии, этим человеком, вне сомнения, окажется семикратный премьер страны Джулио Андреотти – «дядюшка Джулио». В октябре 2004 года кассационный суд наконец поставил точку в затянувшемся рассмотрении обвинения Андреотти в связях с мафией. Установлено, что Андреотти осознанно помогал криминальной организации вплоть до 1980 года. Однако в том году убийство коллеги-политика из партии христианских демократов подвигло его на разрыв с мафиози. Согласно итальянским законам, за давностью срока совершения преступлений Андреотти не подлежит осуждению. Впрочем, большая часть населения быстро забыла об этом пятне на репутации политика. Весной 2006 года улыбающийся Андреотти появился на плакатах, рекламирующих мобильные телефоны. А затем, как бы в подтверждение собственной политической реабилитации, едва не был избран спикером сената – не хватило какого-то десятка голосов.

Пожалуй, учитывая склонность общества забывать, не приходится удивляться тому, что некоторые недавние судебные решения напоминают исторические прецеденты. Возьмем, к примеру, документ, датированный 11 декабря 2004 года это дело Марчелло Делль'Ультри, «помощника по рекламе» медиамагната и премьер-министра Сильвио Берлускони. На 1771 странице дела объясняется – и подтверждается свидетельствами – участие Коза Ностры в кампании по похищению людей в начале 1970-х годов для увеличения капитала с целью расширения торговли наркотиками. В середине 1970-х годов мафия инвестировала «героиновые прибыли» в высокодоходные предприятия на материке. В начале 1980-х годов корлеонцы истребляли мафиозный истеблишмент, а затем, когда итальянское государство начало войну с Коза Нострой, принялись искать влиятельных друзей среди политиков. Обо всем этом, повторяю, мы узнаем со страниц дела Делль'Ультри.

Ступая на почву прошлого, следствие преследовало отнюдь не академические цели; тем самым следователи объясняли, почему считают Делль'Ультри виновным в «неоспоримой, преднамеренной, сознательной, конкретной и ценной поддержке, консолидации и усилении Коза Ностры». По мнению следствия, Делль'Ультри сотрудничал с мафией на протяжении всех перечисленных периодов ее истории. В мае 1974 года он устроил в Милане встречу Сильвио Берлускони и Стефано Бонтате, тогдашним наиболее влиятельным капо. В ноябре 1993 года, как следует из записей в его ежедневнике, у него были две встречи с мафиози для обсуждения сотрудничества между партией Берлускони «Forza Italia» и Коза Нострой. В мае 1999 года уже «люди чести» инструктировали своих сторонников голосовать за Делль'Ультри на выборах в Еврокомиссию.

Марчелло Делль'Ультри утверждает, что не читал подготовленного сицилийскими следователями отчета. Вполне вероятно, он не согласится и с их трактовкой недавнего прошлого Коза Ностры; в конце концов, он неоднократно заявлял, что мафии не существует. Но не подлежит сомнению тот факт, что близкий друг Берлускони горячо оспаривает оценку следователями его политической карьеры и девятилетний тюремный срок, к которому его приговорил суд. Призывы Делль'Ультри отменить «несправедливый политический приговор» впервые раздались 30 июня 2006 года. Предстоит новое разбирательство, и – что весьма интригующе – есть вероятность, что Сильвио Берлускони, которого признали жертвой вымогательства со стороны мафии, будет вновь давать показания в суде.

Вне пределов сицилийской юрисдикции найдется немало людей, ощущающих потребность в переменах, а не желание иметь мафию, готовых помнить, а не забывать, стремящихся узнать и не отказывающихся думать. Тележурналисты продолжают готовить материалы о преступлениях мафии. В ноябре 2004 года свыше 11 миллионов итальянцев смотрели по телевизору биопик о жизни Паоло Борселлино. В 2005 году Джузи Витале, женщина, возглавлявшая мафиозную семью Партинико от имени своих братьев, сдалась властям и стала свидетелем обвинения. Судя по всему, ее рассказы также лягут в основу фильма. (Женщины, обладающие такой властью, в Коза Ностре встречаются реже, чем в других итальянских, менее иерархических преступных сообществах.)

Утром 29 июня 2004 года жители Палермо увидели на всех рекламных щитах и фонарях города такое объявление: «Кто платит мафии за покровительство, не имеет достоинства». Так заявило о себе местное антимафиозное движение Addiopizzo, которое объединило в своих рядах борцов с мафией, бизнесменов, готовых сопротивляться рэкету, и простых людей, готовых их поддержать. Конечно, это движение только зародилось и ему предстоит пройти долгий путь; на сегодняшний день только 105 компаний Палермо выразили готовность не платить дань (pizzo), причем среди них нет ни одной из пригородов-borgate, где влияние Коза Ностры наиболее ощутимо. Тем не менее, появление этого движения – настоящая революция для Сицилии. Если соберетесь в Палермо, загляните на вебсайт Addiopizzo и поддержите эту организацию.

Сегодня в Италии много антимафиозных организаций и движений в поддержку правосудия. Среди них, пожалуй, следует выделить «Libеra», которая управляет собственностью, конфискованной у мафиози в пользу государства. (Закон, регулирующий правовой статус конфискованной собственности, был дополнен в 1996 году по петиции, поданной «Libеra».) Когда я пишу эти строки, около 1000 молодых итальянцев с помощью «Libеra» проводят летние каникулы на бывших виллах мафиози в различных частях Италии.

В мае 2006 года почетный президент «Libera» не сумела одержать победу на выборах губернатора Сицилии. Ее имя – еще одно свидетельство живой истории острова: Рита Борселлино – сестра Паоло Борселлино, магистрата, который вместе с Джованни Фальконе подготовил «Максипроцесс» и погиб вскоре после гибели своего друга и коллеги в 1992 году. Победителем сицилийских выборов оказался Тото Куффаро, круглолицый, всегда улыбающийся человек, принадлежащий, по мнению следователей, к «темной стороне» мафии. Ныне он во второй раз исполняет обязанности губернатора – и одновременно находится под следствием по обвинению в связях с Коза Нострой; обвинение он, естественно, горячо оспаривает. Но именно эти обвинения заставили Риту Борселлино, образованную женщину, почти не имеющую публичного опыта, нырнуть в змеиную яму сицилийской политики.

Да, сегодня еще слишком, слишком рано делать какие-либо выводы об участи Куффаро; губернатор с уверенностью заявляет, что его признают невиновным. Результат выборов, однако, достаточно красноречив: 53% голосов за Куффаро против 42% голосов за Борселлино. При этом пытаться оценить по этим данным степень «мафиозное» сицилийского электората означает безнадежно упрощать ситуацию. Рита Борселлино не являлась единым антимафиозным кандидатом, существовало множество вполне законных причин голосовать за Куффаро – в том числе политическая неопытность его противницы. Но победа Куффаро и тот факт, что правоцентристские партии поставили именно на него, не могут не вызывать озабоченность. Официальные обвинения в связях с мафией, пускай они пока не доказаны и могут оказаться несостоятельными, в любой другой европейской стране уничтожили бы кандидата как политическую фигуру. На Сицилии же все иначе. И потому, как мне кажется, жизненно необходимо и далее изучать «темную сторону» мафии в населенных призраками помещениях сицилийских судов.


Мажордом и специалист по рекламе | Cosa Nostra история сицилийской мафии | Благодарности автора