home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



4

Полуденное солнце прорезало своими лучами влажную дымку, висевшую над полями. Коровы и овцы, мирно щипавшие травку, поднимали головы и с любопытством смотрели на малолитражку Нэнси, которая проезжала мимо них.

Но сейчас Нэнси было не до этих прекрасных животных с густой красивой шерстью и влажными карими глазами. Она думала о вчерашнем телефонном звонке и уже в сотый раз спрашивала себя: что на меня нашло?

Накануне вечером, после встречи с Питером, у нее появилось боевое настроение. Желая доказать соседу, а больше скорее себе, что может справиться со своими проблемами самостоятельно, Нэнси для начала наладила электричество в доме. Окрыленная успехом, обретя уверенность в своих силах, она позвонила Филиппу. Действительно, почему бы не использовать бывшего мужа, чтобы иметь возможность остаться здесь навсегда?

Однако, едва услышав его голос, Нэнси почувствовала, как на нее нахлынули мучительные воспоминания. Она уже не любила Филиппа, но и ненависти к нему тоже не питала. У него был такой счастливый голос… А почему бы ему не быть счастливым? Нэнси видела фото его новой жены в красочных модных журналах. Луиза необыкновенно красивая женщина, и у них уже есть ребенок. То, чего Филипп хотел больше всего в жизни. Нэнси мысленно закрыла эту тему — слишком больно это ударяло по ее женской гордости.

Она желала бывшему мужу всего самого хорошего в его новой жизни, но предпочитала ничего не знать об этом. Когда Филипп сказал ей, что приедет в Луизиану со своим ассистентом и лично осмотрит ее владения, Нэнси растерялась. Она боялась встречи с ним. Но идти на попятный было уже поздно, поэтому она вежливо предложила заказать для них номер в местной гостинице. Филипп сообщил, что они приедут завтра после обеда.

Руки Нэнси крепко сжали руль. Ее одолевали дурные предчувствия.

Впереди показалась машина, и молодая женщина сбавила скорость. Приблизившись, она узнала джип Питера Розански. Старая развалюха стояла на обочине дороги с поднятым капотом. Нэнси ехидно улыбнулась — сейчас она развлечется.

Она остановила свою малолитражку позади джипа, вышла из машины и весело поздоровалась:

— Доброе утро, мистер Розански!

Питер высунул голову из-под капота.

— Доброе. — Он пробежал глазами по ее фигурке. На этот раз на Нэнси были линялые джинсы и вязаный свитер из шелковой пряжи, облегавший ее женственные формы. — Я с трудом узнал вас без вечернего платья и ботинок.

Нэнси скрыла свое раздражение на эту колкость за вежливой улыбкой. Она подошла к джипу, заглянула под капот и медовым голосом спросила:

— У вас проблемы?

— Какие проблемы! — с наигранной беззаботностью отмахнулся Питер. — Мне просто нравится стоять здесь, спрятав голову под капот. Хорошо защищает от палящего южного солнца. — Он метнул на нее насмешливый взгляд.

Нэнси и бровью не повела. Она простодушно улыбнулась, похлопала своими огромными голубыми глазами и, запустив руку с наманикюренными ногтями в роскошные светлые волосы, спросила:

— Могу ли я вам помочь чем-нибудь?

— Не думаю. — Питер ухмыльнулся. — Если только вы не носите в сумочке разводной ключ.

— Увы. — Нэнси снова улыбнулась, проигнорировав его сарказм.

С минуту она наблюдала, как Питер безуспешно пытается завести машину. Он был одет в голубые джинсы и свитер. На нем не было ни грана лишнего веса — плоский твердый живот и мощные плечи. Нэнси подумала, что он занимается спортом.

— Не теряйте время, поезжайте, — буркнул он, покосившись на зеваку.

— Ничего, я не тороплюсь.

Постояв еще немного около джипа, Нэнси осторожно высказала предположение:

— Может, карбюратор засорился?

— Вряд ли.

— Вы проверяли?

Питер раздраженно посмотрел на нее. Нэнси опять сделала вид, что не заметила его гневного взгляда, и с все той же простодушной улыбкой продолжила:

— Или, может, контакты ослабли?

— Послушайте, леди, ехали бы вы своей дорогой, а я уж как-нибудь сам разберусь со своей машиной!

— Как скажете, сэр. — Нэнси наклонилась к двигателю. — Я только взгляну разок.

Питер отступил назад и нетерпеливо посмотрел на белокурую женскую головку. Запах духов взволновал его. Взгляд Питера переместился к женственным бедрам, обтянутым джинсами.

— Ну хватит, миссис Дойл, вы мне мешаете! — рявкнул он, раздраженный назойливостью нью-йоркской штучки.

— Вот и все! — Нэнси сорвала пучок травы и вытерла руки. — Теперь заведется.

— Что вы имеете в виду? — Питер уставился на молодую женщину в полном недоумении.

— Я хочу сказать, что если вы включите зажигание, то двигатель должен заработать. — На губах Нэнси снова заиграла улыбка. — Если вы, конечно, не хотите остаться здесь и прятать свою голову под капотом от знойного южного солнца и дальше.

Кивком попрощавшись, она направилась к своей машине. Питер сел за руль и повернул ключ зажигания. Двигатель ожил. Проезжая мимо соседа, Нэнси успела заметить на его лице изумленное выражение. Всю дорогу она тихо посмеивалась.


Небольшой городок Лэдлоу находился на побережье Мексиканского залива в нескольких милях от поместья Нэнси. Через весь городок тянулась главная улица, на которой располагалось несколько магазинов. В таких местах люди, как правило, хорошо знают друг друга. Когда Нэнси приехала сюда в первый раз за покупками, она стала объектом всеобщего внимания. Местные жители отнеслись к ней весьма дружелюбно.

Нэнси припарковала машину и направилась в супермаркет за продуктами. Миссис Ваккур, хозяйка супермаркета — крупная, привлекательная женщина, умевшая заразительно смеяться, — встретила ее радушной улыбкой.

— Как вам живется на новом месте, дорогая? — вежливо спросила она, пробивая Нэнси чек.

— Очень хорошо. Спасибо.

— Если вам понадобится помощь, обращайтесь к своему соседу Питеру Розански. Замечательный человек, — доверительно сообщила миссис Ваккур.

— Я уже познакомилась с ним. Мне тоже показалось, что он неплохой человек.

— Неплохой? И только-то? — Миссис Ваккур удивленно вскинула брови. — Да таких днем с огнем не сыщешь! Настоящий мужчина, опора всей нашей округи. Он член спасательной команды. Работящий парень и преданный друг.

Нэнси почувствовала себя провинившейся школьницей, которую отчитали за плохое поведение, и извиняющимся тоном промямлила:

— Я не сомневаюсь в этом…

— Он у нас убежденный холостяк, — продолжала хозяйка супермаркета. — Все девушки нашего городка бегают за ним, но Питер держится стойко. А может, он еще не встретил достойную пару… — задумчиво сказала толстушка.

Нэнси улыбалась, направляясь к своей машине с продуктовой сумкой. Питер, может, и член спасательной команды, но сегодня она спасла его на дороге.

У Нэнси оставалось еще одно дело — заказать номер для своего бывшего мужа в местном отеле с помпезным названием «Людовик XIV». Ее приподнятое настроение сразу улетучилось. Она до сих пор терзалась сомнениями по поводу своего звонка Филиппу. Нэнси была уверена, что приезд бывшего мужа для осмотра ее поместья добром для нее не кончится. Но, с другой стороны, пыталась утешить себя молодая женщина, отчаянные ситуации требуют отчаянных мер.

Когда Нэнси переходила дорогу, неожиданно хлынул ливень. Пригнув голову, она несколько оставшихся до отеля ярдов преодолела бегом. Ветер растрепал ей волосы, закрыв половину лица, и она не увидела, как с другой стороны к подъезду подбежал какой-то мужчина. Они столкнулись у ступеней, ведущих к дверям отеля.

— Извините, — пробормотал мужчина.

Нэнси подняла голову и встретилась взглядом с Питером Розански.

— Это снова вы! — сказали они хором.

— Давайте зайдем внутрь, — предложил Питер и, открыв дверь, ввел Нэнси в холл гостиницы.

— Откуда только взялся этот ливень — на небе не было ни облачка, — бормотала себе под нос молодая женщина.

— В Луизиане всегда надо быть готовым к неожиданностям, — с ухмылкой сообщил Питер. — Мне самому не мешало бы помнить об этом, когда я встретил вас сегодня утром на дороге.

— Как ваш автомобиль?

— Как новенький. Спасибо. — Питер пробежал глазами по ее фигуре, которую облепил намокший свитер. — Где это вы научились так хорошо разбираться в машинах?

— Я прошла курс автосервиса в колледже.

Нэнси старалась не замечать, каким взглядом смотрит на нее Питер. Плод ли это ее воображения или в его темных глазах действительно вспыхнул огонек чисто мужского интереса к ней?

— Я потрясен.

Она улыбнулась.

— Это чтобы вы не задавались в следующий раз.

— Неужели я и вправду вел себя заносчиво?

— Было немного.

— В таком случае, прошу прощения. У меня утром было паршивое настроение, — признался Питер. — Надеюсь, вы не держите на меня зла?

Боже, когда он улыбается, я готова простить ему что угодно! Улыбающийся Питер Розански неотразим. От этой мысли Нэнси стало не по себе, и она поспешила прибегнуть к привычной психотерапии: он не мой тип. Запретный плод, так сказать. С мужчинами я покончила.

— Что привело вас сюда? — без тени любопытства поинтересовался Питер.

— Мне надо забронировать два номера для… друзей. — Нэнси замялась, раздумывая, говорить ли, что речь идет о ее бывшем муже, но потом решила, что Питера это не касается. — А вас?

— А мне надо организовать холостяцкую вечеринку на завтрашний вечер.

Оказывается, миссис Ваккур плохо осведомлена о личной жизни своего героя, подумала Нэнси, решив, что Питер собирается жениться.

— Вам удалось поймать вашу заблудшую овцу?

— Да. Теперь ваше нижнее белье в полной безопасности. — Нэнси озорно улыбнулась. — Овца теперь пасется на крепкой привязи. Сегодня утром мы ловили ее втроем.

Питер от души рассмеялся.

— Мария будет довольна.

— Мария?

— Моя домоправительница.

Их беседа была прервана молодой привлекательной брюнеткой, которая появилась за стойкой регистрации.

— Питер, — проворковала она, — какой приятный сюрприз! — Что ты здесь делаешь?

— Устраиваю холостяцкую попойку для Чарли. — Он расплылся в улыбке. — Как поживаешь, Оливия?

Значит, вечеринка не его, отметила Нэнси и поспешила оправдаться перед собой: мне, правда, абсолютно все равно, женится он или нет.

— Неплохо, если учесть это. — Оливия погладила себя по животу — у нее был уже большой срок беременности. — Осталось четыре недели.

— Но выглядишь ты великолепно.

Оливия засмеялась и с любопытством посмотрела на Нэнси.

— Это Нэнси Дойл, племянница Майлза Причарда, — представил соседку Питер.

— Рада познакомиться. — Нэнси показалось, что в глазах женщины мелькнуло удивление. — Мы были огорчены, услышав о кончине вашего дяди.

— Благодарю вас, — вежливо отозвалась Нэнси и неожиданно для себя добавила: — Я плохо его знала.

— Не вы одна. После смерти дочери он совсем ушел в себя. Отгородился от всего мира.

Наступила неловкая пауза. Нарушила ее Оливия, деловым тоном обратившаяся к Питеру:

— Итак, чем я могу помочь тебе?

— Займись лучше вначале миссис Дойл. Она хочет забронировать пару номеров.

— Нет-нет, — быстро сказала Нэнси, — я не тороплюсь.

Она была рада оттянуть этот момент. У нее даже появилась мысль позвонить Филипу и солгать, что свободных номеров нет.

Пока Питер обсуждал с Оливией детали вечеринки, Нэнси исподтишка рассматривала его. Неудивительно, что он работал спасателем. Питер был воплощением атлетической силы и мужественности и в то же время обладал необычайной сексуальной притягательностью, причем та была для него настолько естественной, что он, вероятно, даже не подозревал о ее существовании.

Нэнси скользнула взглядом по холлу. На полу красный ковер, стены обшиты панелями темного дерева, потолок пересекают толстые балки из мореного дуба. Этот отель, судя по виду, помнит, наверное, француза Лa Салле, который в тысяча шестьсот восемьдесят втором году исследовал территорию Луизианы, назвал ее именем своего короля Людовика XIV и объявил принадлежащей Франции.

Интересно, как отнесется Филипп к этому отелю? — подумала она. Он ведь привык к роскоши, всегда останавливался только в самых дорогих отелях… Какое мне дело до того, что подумает Филипп?! — резко одернула себя Нэнси. Моя главная цель — получить с него деньги за использование моего поместья и привести в порядок дом.

— Сколько номеров вы хотите забронировать, миссис Дойл? — спросила Оливия, закончив с Питером.

— Два одноместных на завтра. — Нэнси заметила, что Питер, хотя уже и уладил свои дела, не ушел, а продолжает стоять рядом с ней у стойки.

— На какие фамилии записать номера?

— Дениз Коэн и Филип Дойл, — ответила Нэнси, нервно покусывая губы. — Они прилетают из Нью-Йорка в Новый Орлеан завтра утром, сюда доберутся на машине, которую возьмут напрокат в аэропорту. Думаю, будут здесь к вечеру.

— Номера ждут их.

— Спасибо.

Нэнси проглотила комок в горле. Ну вот, я сделала это. Завтра я увижу Филиппа и притворюсь перед собой, что он для меня чужой человек.

Нэнси обернулась и посмотрела на Питера. Он успел заметить промелькнувшую в ее глазах глубокую грусть, но уже в следующий момент она улыбнулась, печаль рассеялась, и Питер подумал, уж не привиделось ли ему.

— Дождь еще не кончился, — заметил он, кивнув на входную дверь. — Я собираюсь выпить кофе в баре. Не хотите составить мне компанию?

Нэнси, помедлив, кивнула. Ей нужно разрядиться, забыть о Филиппе.

— С удовольствием. Спасибо.

Она обратила внимание на то, что Питеру пришлось сильно пригнуться, чтобы пройти через старинный низкий дверной проем, ведущий в бар. Одинокий старик, сидевший у камина, поднял голову и затем снова заснул.

— Чудесное местечко, не правда ли? — с ухмылкой заметил Питер, направляясь к стоящим у окна диванам.

Нэнси села напротив него и, встретившись с Питером глазами, почувствовала напряженность. В его присутствии она вновь начинала ощущать себя женщиной. Ее волновало, в каком состоянии ее волосы после дождя, и она сожалела, что не зашла в дамскую комнату, чтобы привести себя в порядок — подкрасить губы, поправить прическу.

Молодая женщина нервно облизала губы, на которых задержался взгляд Питера. В нем читалась откровенная чувственность, которая волновала Нэнси и заставляла ее сердце биться сильнее.

Она подыскивала слова, чтобы разрушить возникшую между ними странную интимность.

— Когда женится ваш друг? — спросила Нэнси, не придумав ничего лучшего.

— В субботу.

— Остается надеяться, что погода к тому времени улучшится, — пробормотала она, глядя мимо Питера на дождь, который хлестал по окнам с неубывающей силой.

— Будем надеяться, а то свадьба будет подмочена в буквальном смысле. Они взяли напрокат большой шатер ради этого события.

Нэнси нравилась его улыбка. Глаза Питера начинали светиться каким-то особым огнем, в них появлялась сердечная теплота. Она с трудом отвела взгляд от красивого лица мужчины.

— Вы будете шафером?

Питер кивнул.

— Я знаю Чарли и Юлу уже много лет.

Молоденькая официантка принесла поднос с кофе. Она застенчиво улыбнулась Питеру и покраснела, когда тот ободряюще кивнул ей.

— Спасибо, Сандра. Это младшая сестра Оливии, — пояснил Питер после ухода девушки. — Сливки, сахар?

— Просто черный кофе.

— Откуда вы родом, Нэнси? Можно, я буду называть вас по имени? — небрежно бросил Питер.

— Пожалуйста, — ответила она, принимая чашку с кофе.

Нэнси сделала это очень осторожно, чтобы не коснуться его пальцев, — Питер оказывал на нее странное воздействие.

Молодая женщина откинулась на спинку дивана, скрестила длинные ноги и попробовала расслабиться.

— Я выросла в Канзасе, но довольно долго жила в Нью-Йорке.

— Стало быть, в душе вы сельская жительница?

Нэнси улыбнулась.

— Я бы хотела так думать, но мне еще многому надо учиться.

— И вы упорно вгрызаетесь в учебники по сельскому хозяйству. — Питер засмеялся.

— Я знаю, что для вас это, наверное, звучит глупо, но надо же мне с чего-то начинать.

— Совсем не глупо. Я не должен был смеяться, — мягко проговорил он.

Нэнси удивила искренность его тона, и она подумала, что ее первое впечатление об этом человеке было, возможно, не совсем верным.

— Меня просто потрясло, что вы решили поднять запущенное хозяйство, не зная даже азов фермерства.

— Я быстро учусь, и у меня есть помощники.

— У вас есть характер, в этом вам не откажешь. — Питер подался вперед, голос его звучал доверительно. — Но вы сами знаете, в каком состоянии находится ваше поместье. Даже в лучшие времена жизнь фермера — не сахар.

Нэнси почувствовала, как слова Питера жестко толкнули ее в реальный мир, и в то же время испытала разочарование.

— Вы говорите это, чтобы убедить меня продать вам поместье дяди, не так ли? Если так, то мой ответ по-прежнему отрицательный.

Питер пожал плечами.

— Я лишь беспокоюсь чисто по-соседски. Поместье Майлза — не место для одинокой вдовы. Особенно для привыкшей к городской жизни.

— Вы напрасно беспокоитесь, я не пропаду, — твердо сказала Нэнси. — И я не вдова, я разведена.

— О! — воскликнул Питер, откинувшись на спинку дивана. — Извините. В городке говорили, что вы недавно овдовели.

Нэнси развела руками.

— Понятия не имею, откуда они это взяли…

Питер весело рассмеялся.

— Надо знать Лэдлоу. Здесь, если кто-то что-то сказал, то, пока новость дойдет по цепочке до последнего человека, так исказится, что от правды ничего не остается. И самое ужасное, что вы при всем желании не можете скрыться от этих слухов. Новость о молодой вдове, унаследовавшей поместье Майлза, обсуждалась здесь в течение нескольких недель.

— Очень напоминает жизнь нью-йоркской богемы, — с улыбкой сказала Нэнси. — Может, жизнь в провинции не так уж и отличается от городской? Так или иначе, завтра все, возможно, узнают правду, — импульсивно добавила она. — Я разведена, и один из номеров в этом отеле только что забронировала для своего бывшего мужа.

Питер внимательно посмотрел на нее.

— Значит, вы собираетесь снова сойтись?

— О Боже, конечно нет! Он приезжает сюда по делам. И у него уже другая жена, красавица Луиза.

— Но вы по-прежнему неравнодушны к нему? — рискнул спросить Питер.

— Нет! — так горячо возразила Нэнси, что дремлющий у камина старик встрепенулся и с любопытством посмотрел в их сторону. — Нет, разумеется, — повторила она уже тише. — Филипп — продюсер, он ищет натуру для съемок своего нового телефильма и хочет посмотреть на мое поместье.

Питер молчал, продолжая внимательно изучать ее своими бездонными глазами. Нэнси казалось, что своим взглядом он проникает ей в самое сердце.

— Они платят хорошие деньги за аренду, — будто оправдываясь, торопливо продолжила она. — Вы сами сказали, что поместье разваливается на глазах. Эти деньги могли бы помочь мне восстановить его.

— Это, конечно, не мое дело, — заметил Питер после непродолжительного молчания, — но мне кажется, что вы играете с огнем.

Нэнси моментально ощетинилась.

— Что заставляет вас так думать?

— Интуиция, — спокойно ответил он.

Нэнси не нравилась прозорливость собеседника, который, можно сказать, попал в точку. Но вслух она заявила:

— Это исключительно деловая встреча, мы с Филиппом сохранили дружеские отношения. То, что когда-то было между нами, безвозвратно ушло в прошлое.

Питер пожал плечами.

— Как я уже говорил, меня это не касается. Тем более что я могу знать об этом? Я ведь никогда не был женат. — Он сделал паузу. — Но мой жизненный опыт подсказывает, что иногда лучше не ворошить прошлое. Как говорится, не буди лихо, пока оно тихо. — Питер допил кофе и взглянул в окно. — Ну вот, дождь уже прекратился.

— Да, на улице снова солнце, — рассеянно подтвердила Нэнси.

Ей хотелось, чтобы дождь не кончался, тогда она, возможно, смогла бы выяснить, что случилось в жизни Питера, о чем он предпочитает не вспоминать.

— Если вы передумаете насчет продажи поместья, позвоните мне. — Он вынул из кармана портмоне, чтобы расплатиться за кофе, и заодно извлек оттуда визитку.

— Я твердо решила не расставаться с ним.

Питер улыбался, нисколько не обескураженный повторным отказом.

— Может, тогда сдадите мне в аренду хотя бы несколько акров на границе наших владений? Я хорошо заплачу. Возможно, меньше, чем ваш муж, но это для вас тоже будет выходом, если вы не захотите терпеть в своем доме орду незнакомых людей.

Нэнси взяла в руки визитку и рассеянно повертела в тонких длинных пальцах.

— Я подумаю об этом завтра, — процитировала она Скарлетт О’Хара.

Питер кивнул.

— Мне, пожалуй, пора. Дел еще много на сегодня.

— У меня тоже.

А не вызвано ли его дружеское расположение ко мне желанием растопить мое сердце, чтобы заполучить в аренду мою землю? — зародилось у Нэнси подозрение. Ей вдруг стало грустно, и это обстоятельство уже не в первый раз поразило ее.

Несмотря на ожидавшие его дела, Питер продолжал сидеть. Его глаза пронизывали Нэнси насквозь, и молодая женщина чувствовала, как со дна ее души поднимается жаркая волна. Питер Розански обладал слишком сильной сексуальной аурой, которая и раздражала, и притягивала ее. Неожиданно она поняла, что отчаянно хочет задержать его, хочет поговорить с ним хотя бы еще немного.

— Можно задать вам один вопрос? — торопливо спросила она, боясь, что Питер уйдет.

Он улыбнулся и кивнул.

Опять эта улыбка! — подумала Нэнси. Когда он улыбается, у меня замирает сердце, а потом начинает бешено стучать. Она сделала над собой усилие и взяла себя в руки.

— Что произошло между вами и моим дядей?

— О, эта старая вражда возникла, еще когда был жив мой отец, — с грустью произнес Питер. — Но все случилось так давно, что я даже не помню, с чего началось. Однако Майлз ничего не забыл и после смерти моего отца продолжал враждовать уже со мной.

— А что он имел против вас?

Питер тяжело вздохнул.

— Майлз отгородился от всех после смерти дочери. Он был упрямым, желчным человеком.

И чем больше люди хотели ему помочь, тем сильнее он сторонился их.

— Дядя, конечно, тоже не хотел продавать вам землю, — предположила Нэнси, задорно улыбнувшись.

— Что-то в этом духе, — согласился Питер. —

Я ведь уже говорил вам, что вы очень похожи на него.

— Мне это неизвестно. Я ни разу не видела дядю. Так же, как и его дочь, кстати.

— Почему? — удивился он.

— Это долгая история, и мне бы не хотелось утомлять вас скучными семейными преданиями, — мягко сказала Нэнси.

— Напротив, мне интересно вас послушать, — заявил Питер, поудобнее устраиваясь на диване.

— Насколько я поняла, вы хорошо знали дядю Майлза и его семью? У меня создалось впечатление, что вы в этих краях старожил.

— Да, здесь жили несколько поколений моей семьи, — подтвердил Питер.

— В общем… брат Майлза Стивен был моим отцом. Он познакомился с моей матерью в колледже, где оба учились. У них был бурный роман. Мама влюбилась в отца без памяти. Но Стивен Причард не собирался жениться на ней. И, когда она сказала ему, что беременна, заявил, что больше не желает встречаться с ней. Мама бросила учебу и уехала к сестре в Канзас. А отец получил диплом и вернулся в поместье родителей. Так что я даже не была знакома с ним.

— Хороший был человек, — с ядовитой иронией заметил Питер.

— Вы так считаете? — спросила Нэнси, горевшая желанием узнать хотя бы немногое о человеке, который был ее отцом.

— Я пошутил, — сказал Питер, но, увидев разочарование в ее глазах, добавил: — Если честно, я плохо помню его. Он был старше Майлза, и, когда их отец умер, поместье перешло к нему. Когда Стивен умер, мне было лет десять. Если мне не изменяет память, он, кажется, утонул.

— Верно. Дядя Майлз написал об этом моей матери. Позднее я узнала, что в каждый мой день рождения она посылала отцу мою фотографию, надеясь, очевидно, вернуть его любовь. Но он ни разу даже не ответил ей. Дядя Майлз обнаружил фотографии в одном из ящиков письменного стола после смерти моего отца.

— Дядя не приглашал вас приехать к нему в поместье?

— Нет. Когда отца не стало, дядя перестал писать. Мама вышла замуж и родила близнецов.

— А вам в конечном счете досталось наследство вашего отца, — констатировал Питер.

— Ирония судьбы, не правда ли? — Нэнси печально улыбнулась. — Наследство мне досталось, потому что у дяди Майлза не осталось в живых ни одного родственника, кроме меня. Представляете мое удивление, когда я обнаружила в своем почтовом ящике письмо от его адвоката? И как он только нашел меня? Родственники по линии отца ни разу не поздравили меня даже с Рождеством, а тут вдруг их владения свалились на меня словно манна небесная. — Нэнси замолчала. — Если бы дочь дяди Майлза была жива, все перешло бы к ней, конечно.

— Думаю, что да, — задумчиво произнес Питер. — Мне кажется, Майлз чувствовал вину за то, что его брат непорядочно обошелся с вашей матерью.

Нэнси пожала плечами, выражая свою неуверенность в этом.

— Теперь я уже никогда не узнаю, что он думал по этому поводу. Но я сожалею, что мне не довелось встретиться с ним… и с Розмари тоже. — На ее губах появилась грустная улыбка. — Однажды я попросила маму дать мне их адрес. Мне было лет пятнадцать, и я представляла, как явлюсь к ним в дом и они очень обрадуются моему приезду. Мама отказалась дать адрес, а отчим даже пришел в ярость от моей просьбы…

Нэнси замолчала, погрузившись в воспоминания. Она не сказала Питеру о том, что была очень несчастна в тот период своей жизни. Она всегда чувствовала себя лишней в новой семье матери.

Взгляд Питера скользнул по ее волосам.

— Вы похожи на свою кузину. У Розмари были такие же волосы и та же способность притягивать взоры мужчин.

Нэнси не поняла, комплимент это или осуждение.

— Вы хорошо знали ее? — спросила она.

— Достаточно хорошо. Мы учились в одной школе какое-то время. Ей было всего двадцать пять, когда она умерла.

— Ужасно, не правда ли? Представляю, какая это была трагедия для дяди Майлза. Наверное, поэтому он и возненавидел весь мир.

— Вполне возможно. — Питер снова посмотрел на часы. — Извините, но теперь мне действительно пора.

— Спасибо за кофе, — сказала Нэнси, запоздало спохватившись, что не следовало откровенничать с человеком, которого едва знаешь.

Питер окинул ее взглядом, на мгновение задержавшись на губах, и неожиданно спросил:

— Вы бы не хотели как-нибудь поужинать со мной?

Это приглашение взволновало Нэнси, она почувствовала предательский жар в груди и неистовое биение пульса. Она помедлила, затем улыбнулась и с наигранным безразличием ответила:

— Почему бы и нет.

Питер встал.

— Договорились. Я позвоню вам, и мы организуем что-нибудь.

— Если можно, лучше после уик-энда. Мне придется посвятить все свободное время своему бывшему мужу, который будет осматривать поместье для съемок.

— Хорошо. — Питер кивнул на свою визитку, лежащую на столе. — А вы тем временем обдумайте мое предложение.

Неужели он пригласил меня на ужин ради аренды моей земли? — вновь предположила Нэнси, провожая его взглядом. Или я превратилась в циника и мне во всем мерещится злой умысел?

Насчет ужина у нее тоже были сомнения — не совершила ли она ошибку, ответив согласием. Но молодая женщина быстро справилась со своей нерешительностью. Она еще слишком молода, чтобы записываться в монашки. Почему бы не развлечься немного? Главное, не надо серьезно относиться к таким вещам.

Проблема заключалась лишь в одном: Питер Розански слишком привлекательный мужчина.


предыдущая глава | Вместе или врозь? | cледующая глава