home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



ГЛАВА 13

Обиженная женщина нарежет ваше сердце на кусочки и съест его даже без соли. В этом плане магия куда безопаснее, один взрыв — и все, не нужно больше мучиться.

Мезенмир Нож о том, почему он выбрал магическую карьеру

Ледяная сила ушла, словно ее и не было, но чувствовала я себя отлично, не было привычного после использования энергоемкой магии опустошения. Я подбежала к Мезенмиру. Сердце у меня испуганно колотилось. Я вовсе не хотела убивать его Сиятельство, который, по сути, не сделал мне ничего плохого.

— Вы живы? — пролепетала я, прикладывая пальцы к его сонной артерии.

Пульс слабо бился. Я похлопала Ножа по щекам, и он открыл мутные глаза.

— Как вы? — спросила я. — Простите, я не хотела…

— Вы… — Он закашлялся и сплюнул кровь. Потом прикрыл глаза, и я почувствовала, как вокруг мага сплелся кокон исцеления. Через несколько мгновений его щеки порозовели, взгляд приобрел ясность, а дыхание стало ровным. — Почему вы не сказали мне, что обменялись кровью с Волком?

— Э-э-э… — Я помнила, как давала свою кровь Ярославу, чтобы провести обряд высшей магии после нападения волкодлаков, но совершенно не помнила, чтобы он делал со мной то же самое. Это было после того, как я воспользовалась силой Дома, чтобы спасти нас от сайд? Нет, тогда эльф ему строго-настрого запретил заниматься магией. И вдруг перед моими глазами всплыло воспоминание: я, измученная долгим плаванием, одетая, как чучело, Ярослав протягивает мне кинжал, а по руке у него змеится длинная царапина. То-то у меня были силы не только относительно терпимо себя чувствовать, но еще и над ним издеваться, а я все удивлялась! И рискнул же, в одиночку. — Вы не спрашивали, — ответила я Мезенмиру.

— Только не говорите мне, что вы еще и обагряли родовой кинжал Волка своей кровью! — Мезенмир сидел, привалившись к дереву, отдыхая от исцеления.

— Ну-у… да, — ответила я недоуменно. — Что все это значит?

На его лице появилась насмешливое выражение.

— Так вы не знаете? Ваш отец, так старающийся выдать вас замуж именно за чистокровного, вам ничего не рассказал?

— Нет, — ответила я, отодвигаясь от Ножа. Раз у него есть силы демонстрировать свое превосходство, моя поддержка ему явно не нужна. — Я вышла замуж за простого аристократа, а потом ушла из дома. Ничего про обмен кровью мне не рассказывали, и в курсе обучения такого не было.

— А я думал… Нет так нет. — Мезенмир попытался подняться, держась за ствол дуба, но ноги у него разъезжались. (Я даже и не думала ему помогать, скрестив руки на груди.) — Это, видите ли, тайна высшей магии Домов.

— И?.. — спросила я, когда он замолчал.

— И все. Тайна.

— Мезенмир, — сказала я серьезно, — если вы сейчас мне не расскажете, придется выбить из вас это силой, тем более что я вдруг стала на это способна. Прежде чем отправляться на помощь к Ярославу, я должна знать, что происходит!

Нож смерил меня внимательным взглядом.

— Вы действительно готовы выбить из меня информацию силой! — удивленно сказал он. — Надо же! А ведь все о вас отзывались, как о недалекой и слабовольной девице, которая делает все, что ей скажут ее мужчины!

Я просто подняла брови, выразив этим свое вежливое недоумение. Ты, многоуважаемый, не учел того факта, что перед отцом я трепещу, Мирика люблю, а Жадимира… любила. Как их было не слушаться? Но почти два месяца в фургоне с Ярославом любого научат думать своей головой.

— Считайте, что я изменилась.

Мезенмир кивнул.

— Я уже понял. Итак, когда двое обрученных обмениваются не только кинжалами, но и кровью, а также обагряют кровью свои новые кинжалы, вступает в действие высшая магия. Теперь вы можете заимствовать силу Домов друг друга.

— Но Ярослав не… — начала было я, но потом до меня дошло, что сейчас идет битва и мой кинжал может быть в крови не только врагов. Ярослав ранен! Я сглотнула, беря себя в руки, и спросила: — А почему это тайна?

О существовании высшей магии, которая была доступна только отпрыскам Сиятельных, было известно всем, хотя пользоваться ею в полную силу могут только маги Домов. Интересно, сколько тайн высшей магии неизвестно большинству аристократов?

Мезенмир снисходительно улыбнулся:

— Потому что в мирной жизни никому не нужны слишком сильные союзы магов. Сиятельные и без высшей магии создают столько проблем Совету, что только успевай разгребать. Однако, если уж отношения Сиятельных доходят до такого уровня доверия, как обмен кровью, ничего другого не остается, как посвятить их в происходящее и взять на особый контроль.

Я задумалась. Действительно, чтобы жена ради мужа согласилась на болезненный и небезопасный ритуал, ситуация должна быть экстраординарной. Как правило, рядом с благородными всегда находится маг Дома, способный и исцелить, и обратиться к силе рода. А муж ради жены… На роды, когда жизни женщины угрожает опасность, мужчину не пускают, чрезвычайные ситуации в хорошо укрепленном замке случаются редко, да и повод избавиться от опостылевшей женщины и подыскать себе молоденькую слишком соблазнительный.

— А вы откуда знаете эти подробности? — спросила я подозрительно.

— Потому что до того, как началась эта история с женитьбой на вас, я мечтал войти в Совет магов.

— Зачем тогда вам жениться на мне, недалекой и слабовольной девице? Строили бы свою магическую карьеру! — немного уязвленно сказала я.

Лицо Ножа замкнулось, и он снова надел свою непроницаемую маску аристократа.

— Но вы же считаете, что всем нужен домен? Зачем я буду вас переубеждать?

Он с трудом, но все же поднялся и даже предложил мне руку:

— Пойдемте, я проведу вас к Велимору и исполню свое обещание. Мы сделаем все, что в наших силах, чтобы выручить вашего Ярослава.

— Не только его. — Я покачала головой. — В осажденном замке есть и другие, с кем я последние месяцы делила кров и еду. Они тоже дороги мне.

— Как скажете, — поклонился Мезенмир. Он шел по лесу легко, словно эльф.

Я опиралась на его руку, и все равно иногда спотыкалась и цеплялась волосами за ветки, чувствуя себя неуклюжей.

— Расслабьтесь, Ясноцвета, — вдруг сказал Нож. — Попробуйте почувствовать лес вокруг вас. Деревья, кустарники — это все живое. Перестаньте думать, как и куда вы идете. Позвольте вашим чувствам вести вас.

— Я так не умею.

— Не спешите, просто позвольте вашей магии ощутить все окружающее. Почувствуйте, как течет сок по стволам деревьев, как он идет от корней к ветвям, маленьким веточкам и листочкам. — Голос Мезенмира был размеренным, словно стук больших часов с маятником. — Просто не думайте.

Я попыталась, но у меня ничего не получилось. Более того, я налетела на тонкое деревце, которое стегнуло меня по лицу ветками.

— У меня не получается, — обиженно сказала я, потирая горевшую огнем щеку. Кажется, крови не было, все равно приятного мало.

— Главное — тренировки, — улыбнулся мне маг открытой, довольной улыбкой, которая зажгла в его глазах серебряные лучики. — Именно так ходят по лесу эльфы. Они никогда не спотыкаются и заблудиться тоже не могут. Те, кто обладает такой мощной магией, как мы с вами, тоже могут этому научиться.

Я задумалась. Все те случаи, когда нужно было побыть в одиночестве и я убегала в лес, как правило, никогда не заканчивались хоть какими-то серьезными повреждениями. Казалось, деревья просто расступаются передо мной, позволяя убежать как можно дальше, чтобы прийти в себя в спокойной обстановке.

— А зачем вы учите этому меня? — спросила я.

Мезенмир пожал плечами, как будто сам не знал.

— Наверное, потому что мне нравится учить. А тут такой подходящий материал!

Эта фраза меня покоробила.

— Я не материал!

— Не обижайтесь, Ясноцвета, и не будьте такой злюкой. Вы даже представить себе не можете, какое нас с вами может ждать блестящее будущее.

Я будто налетела на невидимую стену. Нож повернулся ко мне и вопросительно заглянул в глаза.

— Я хочу, чтобы вы кое-что уяснили себе, Мезенмир. У нас с вами не будет блестящего будущего! — резко ответила я.

Он устало прикрыл глаза, а когда открыл, то в них я увидела горькую насмешку. Ох, как же мне не хотелось, чтобы она предназначалась мне! Я знала, что иметь молодого Ножа в недоброжелателях очень опасно, но ничего не могла поделать. Пора было уже определить наши отношения, чтобы он знал, через какие границы не стоит переходить.

— Не будет, говорите? — переспросил благородный. — Это вы зря, Ясноцвета. Ведь, если его Сиятельство Волк сейчас погибнет в осажденном замке, вы и оглянуться не успеете, как станете моей женой. И тогда у нас с вами будет долгое совместное будущее до тех пор, пока наш сын не сможет управлять доменом. Я не хочу, чтобы вы заблуждались, Ясноцвета. Я не желаю этого брака так же, как и вы. Наверное, даже больше, чем вы. Но в случае необходимости я буду действовать решительно, даже если в первую брачную ночь мне придется привязать вас к кровати.

— Очень романтично, — едко сказала я. — Именно этого я жду от будущего Владетеля домена.

— Будущий Владетель должен уметь добиваться своего любой ценой, разве не так?

Я не могла поспорить с последним убеждением, однако просто так оставить этот разговор тоже не могла:

— Вы должны знать, Мезенмир, что браку с вами я буду сопротивляться до последнего. Мне не нравится, что мой отец готов продать меня кому угодно, лишь бы обеспечить безопасность куска земли. Ничего личного, но мне не нравится положение, в которое я попала. У меня тоже есть самоуважение.

— Ничего личного? — На лице Мезенмира появилась горькая улыбка. — Недавно вы утверждали, что вас от меня тошнит.

— Я прошу прощения за свою резкость, я была… под впечатлением о полученных новостях, — примирительно сказала я. Злить могущественного мага в то время, как Ярослав нуждается в моей помощи, крайне глупо.

— Кажется, я начал понимать, что нашел в вас капитан Волк, — вдруг сказал Нож.

— Ага, я тоже это понимаю. Это домен.

— Ни один домен не стоит того, чтобы навсегда привязывать к себе человека силами высшей магии, — произнес Мезенмир и не стал слушать моих объяснений, просто приложив к моим губам палец.

Мне где-то вдалеке послышался издевательский голос Даезаэля: «Куси его, ату!» И я едва сдержалась, чтобы не цапнуть аристократа за палец. Определенно, эльф плохо действовал на мое поведение.

Взгляд молодого мага был серьезным и таким пронзительным, словно он хотел заглянуть в мою душу.

— Пойдемте скорее, иначе ваш дядя забьет тревогу.

Его Сиятельство Нож был настолько разумным, настолько серьезным, что сердиться на него или продолжать отстаивать свою точку зрения было невозможно. Я шла с ним под руку, и мне в голову лезли всякие глупости, типа сценки: «Уважаемый муж! Я решила уйти от вас к эльфу!» — «Уважаемая жена, давайте взвесим все положительные и отрицательные стороны этого поступка!» — «Я ухожу к Даезаэлю!» — «В таком случае здесь только отрицательные последствия!» — «Что? Я не хочу, чтобы ко мне уходили! Я хочу издеваться над твоим мужем, будучи любовником!»

— Ясноцвета? — позвал меня голос аристократа, и я с трудом вынырнула из своих фантазий. — Чему вы смеетесь?

— Ммм… — Я покраснела и от этого еще больше смутилась. — Извините, наверное, я просто пытаюсь сбросить нервное напряжение.

Мезенмир погладил мне костяшки пальцев на руке.

— Я понимаю вас. Не волнуйтесь так, Ясноцвета, как бы там ни было, выручить Ярослава Волка — в моих интересах. Между привязыванием вас к кровати ради получения законного наследника и сражением с армией Сыча я выберу армию. Мне кажется, это куда безопаснее.

— Очень мило, — буркнула я. — И как, скажите на милость, я должна на это реагировать?

Взгляд благородного был невинным и чистым, как у младенца, а на лице не выражалось ни одной эмоции.

— Я просто реально оцениваю ваши возможности, — нейтральным тоном сказал мой спутник. — Самое страшное — это иметь за спиной супругу, готовую в любой момент вонзить в тебя кинжал или подсыпать яда. С армией разобраться куда проще.

— Логично, — пришлось согласиться мне.

Мы наконец-то пришли к стоянке поискового отряда. Дядя Велимор встретил нас внимательным взглядом, отметил общий потрепанный вид и остатки сора на одежде и, не скрывая ухмылки, спросил:

— Ну что, подписываем брачный договор?

— Думаю, это преждевременно, — ответил Мезенмир. — Я пообещал Ясноцвете, что мы попробуем спасти ее спутников из осажденного замка.

— Нет, — отрезал Велимор. — Никаких спасений. Ясноцвета едет домой.

— Велимор, — мягко сказал Нож, — кажется, вам пора напомнить, кого Владетель Крюк поставил руководить этим отрядом.

Крюков подошел к Мезенмиру и навис над ним так, как только он умел это делать. Благородный встретил его взгляд совершенно спокойно и не двинулся с места, хотя я постыдно спряталась за спину Ножа, чувствуя себя маленькой провинившейся девочкой.

— Ты не забыл, что случится, если ты ее упустишь? — тихо прорычал Велимор.

Я почувствовала, как Нож судорожно вздохнул, но его голос прозвучал ровно:

— Как я могу забыть? Но всю ответственность беру на себя.

Набравшись храбрости, я вышла из-за спины Мезенмира и спросила, глядя на обоих мужчин:

— Что я пропустила?

— Вам лучше этого не знать, — ответил его Сиятельство. — Это наши личные дела с Владетелем Крюком.

Я пожала плечами, поняв, что настаивать бесполезно. Наверняка отец провернул какую-то многоходовую интригу. Главное сейчас — это спасти Ярослава.

Как бы там ни было, в качестве мужа он меня устраивал куда больше, чем проницательный, логичный и слишком умный Мезенмир. Мне казалось, что с Ярославом я смогу ужиться лучше, тем более что Волк так горячо мечтал о домене, что будет прекрасным Владетелем в отличие от этого мага.

Я сменила облик и села на запасного коня. Как же давно я не ездила верхом! Это незабываемое чувство во время скачки, когда под тобой ходят мощные мускулы, когда ветер бьет в лицо и кажется, что в этом мире нет никого, кроме вас двоих и окружающей природы! И даже резкий и терпкий конский запах не вызывал у меня отвращения, как у большинства девушек моего круга, которые брезговали чистить животных после прогулки. Я потрепала своего скакуна по шее, проведя пальцами по жесткой от пыли шерсти, радуясь тому, что в простой юбке можно сидеть в седле по-мужски. В богато украшенных и многослойных юбках аристократок нужно было ездить в дамском седле, а это было ужасно неудобно, особенно в поездках по неровной лесной дороге. Я на миг прикрыла глаза, вспоминая уже слегка подзабытое удовольствие от верховой езды, и тут же почувствовала на себе внимательный взгляд. Резко обернулась и успела поймать мгновение, когда Нож совсем неприлично меня рассматривал каким-то настороженным и требовательным, особенным, мужским взглядом.

— Что случилось, Мезенмир? — спросила я.

Он вздрогнул и покачал головой:

— Извините, Сиятельная. Я забылся.

Я досадливо вздохнула. Даже несмотря на постоянно поджидающие неприятности и опасности, работать королевским гласом было куда проще, чем общаться с благородными. В фургоне, во всяком случае, чувства выражались открыто. Даезаэль в этом случае сказал бы какую-то колкость, Драниш признался бы в том, что его привлекает моя спина, а Волк показательно презирал бы меня за что-то.

Мы объехали лагерь Сыча вокруг, чтобы появиться со стороны реки.

— Сделаем вид, будто мы ехали из его домена, — сказал Велимор.

Когда нас остановил вооруженный пост, Мезенмир надменно сказал:

— Его Сиятельство Мезенмир Нож, спешу на помощь Владетелю Сычу.

— Но… — начали было стражники, переглядываясь.

— Как вы смеете меня останавливать? — рявкнул Мезенмир. — У меня сообщение от сына Владетеля!

Воины молча расступились, видно, решив, что с благородным лучше не связываться. Я облегченно вздохнула, потому что не думала, что мы проникнем в лагерь так просто.

— Простачки, — пробурчал Хус, которого приставили следить за мной. — Нас бы Владетель казнил, если бы мы хоть кого-то через пост пропустили.

— Даже если это Сиятельный? — спросила я.

— Да хоть сам король. У вашего отца с этим строго.

— Почему же у Сыча не так? — озадаченно спросила я.

— Да это в большинстве доменов такое попустительство. Если у Сиятельного есть хоть какое-то приблизительно правдивое объяснение его поступкам, никто не станет с ним связываться, потому это себе дороже.

— Никогда об этом не задумывалась, — призналась я.

— Потому что вы, госпожа, никогда не стояли между молотом и наковальней — двумя разъяренными Сиятельными, требующими исполнения противоречивых приказов. Если наниматель несправедлив, приходится худо.

— А мой отец?

— О, — Хус тепло усмехнулся, — у Владетеля Крюка только одно правило: чтобы выполнялись его приказы, и ничьи больше. Он суров, зато своих людей всегда защищает.

— Хус, почему ты вызвался меня искать? Ведь эта работа тебе совсем не нравится? — как бы невзначай спросила я, но посмотрела на стражника так, чтобы ему стало ясно: я требую ответа. Несколько лет назад Хус ушел с постоянной службы и удачно женился на вдове мельника.

— Эх, госпожа Ясноцвета! Да разве ж я выбирал себе эту работу? Владетель сам назначил в поисковый отряд тех, кого посчитал нужным. Заодно предупредил, что неудача карается смертью.

Я удивленно покачала головой. Не слишком ли отец строг?

— А вы, Сиятельная, как специально усложняете нам работу! Ехали бы уже домой, а не ерундой занимались! — в сердцах закончил Хус.

— Вот как? — Я подняла бровь. — Разве я спрашивала тебя о том, что мне делать?

— Извините, — опустил голову старый вояка.

Мы выехали из леса на луг перед замком, где расположился военный лагерь. Я долго смотрела на гриву коня, не решаясь поднять взгляд, а когда все-таки взглянула на замок, то не смогла сдержать крик.

Огромные ворота были проломлены, и, судя по всему, бой шел уже внутри. У меня замерло сердце. Лица Даезаэля, Драниша и Ярослава замелькали перед глазами, и я, бросив поводья, прижала ладони к вискам, чтобы успокоиться. Они выживут. Они сильные. Они умелые. Они выживут, ведь не может же Даезаэль погибнуть и больше никогда не наслаждаться сценами скандалов! Ведь он даже еще не знает о том, что у меня объявился новый жених!

Ведь не может же Драниш попасть под смертельный удар и никогда не осуществить свою мечту о собственном племени троллей?

И Ярослав не должен дать убить себя, ведь его мечта о владении доменом вот-вот осуществится!

Держитесь, ребята, прошу вас!

Я почувствовала, что конь подо мной задвигался, и открыла глаза. Хус молча шел впереди к шатру главнокомандующего и вел моего скакуна за поводья. Когда мы добрались до палатки Сыча, я уже овладела собой. Пустые переживания сейчас никак не смогут изменить ситуацию и помочь моим друзьям, так что я полностью сконцентрировалась на предстоящем разговоре со старым Владетелем. Мезенмир уже вел переговоры с охранниками Сыча, и, судя по всему, достаточно успешные, потому что один из стражей скрылся в шатре и практически сразу вышел и пригласил нас пройти внутрь. Хус помог мне спешиться, и я подошла к Мезенмиру.

— Постойте-ка! — остановил меня Велимор. — Вы что же, собираетесь зайти к Сычу вдвоем?

— Да, — кивнул Нож. — Владетель довольно подозрителен и согласился принять только меня, а также мать своего будущего внука.

— А? — слабым голосом спросила я, даже не пытаясь скрыть удивление.

У дяди так вообще натурально отвисла челюсть, и он переводил взгляд с Мезенмира на меня и обратно.

— Э-это же оскорбление! — наконец выдавил он из себя. — Приписывать Ясноцвете такое! Да Владетель Крюк если бы узнал, то…

Я протянула Мезенмиру руку:

— Пойдемте, ваше Сиятельство!

Он подмигнул Велимору и повел меня в шатер Сыча.

Уже второй раз сегодня я была на аудиенции у Владетеля домена и на этот раз была уверена, что добьюсь своей цели.

Во время церемониальных приветствий я скромно стояла в стороне, пока Сыч не позвал скрипучим голосом:

— Подойди-ка сюда, девушка!

Я подошла настолько близко, насколько позволяли приличия, опустив голову, и присела в глубоком реверансе.

— Значит, молодой Нож, ты утверждаешь, что Томигост сделал этой девушке ребенка и направил вас обоих ко мне? — спросил Сыч.

Мое сердце колотилось от волнения где-то в горле. Хоть бы Владетель меня не узнал! Наверное, стоило сильнее изменить внешность. Или придумать другой план. Или…

— Дело в том, что Милонега Псова не желает избавляться от плода и собирается подать прошение королю о признании ее ребенка наследником вашего домена.

Ага, вот какую историю придумал Мезенмир! В принципе такое было вполне возможно, и периодически все общество обсуждало очередной скандал, когда какая-то мошенница пыталась выдать своего ребенка за ребенка наследника домена и получить деньги и власть. Я помнила, как отец строго наставлял брата, чтобы он ни в коем случае не попал в такую ситуацию, а меня пригласил послушать и проникнуться важностью обсуждаемой темы.

— Какая упертая девица! — Взгляд Сыча сверлил мне затылок. — И что хочет мой сын?

— Дело в том, что нам удалось перехватить эту девушку, когда она уже собиралась ехать в столицу, и ваш сын просит, чтобы вы как-нибудь разрешили эту неприятную ситуацию.

— Ясно, — горько сказал Владетель. — Как же это похоже на моего сына! Девушка, подойди поближе!

Я поднялась и подошла к его креслу. Он схватил меня ледяной морщинистой кистью за подбородок и принялся внимательно разглядывать.

— Кажется, я тебя где-то видел… — пробормотал он.

— А как же! — ответила я, сбрасывая маскировку. Мой кинжал острием уже упирался старику в шею. — Еще раз здравствуйте, Владетель Сыч.

— Ясноцвета! — пораженно воскликнул Сыч, стараясь не двигаться, и очень осторожно убрал от меня свою руку. — Что вы здесь делаете?

— Я пришла предложить вам, Владетель, как можно быстрее прекратить атаку замка ульдона, — сказала я. — Или вашему сыну останется разоренный домен и война с нечистью, а я уж позабочусь, чтобы информация о вашем предательстве дошла до короля и Совета ульдонов. Через полгода о домене Сыча будут помнить только вороны, вдоволь попировавшие на костях вашего рода.

— Это жестоко, — проскрипел Сыч и слегка сдвинулся, отчего кинжал прочертил по его горлу царапину. В его ладонях появился было сверкающий шар, но мгновенно погас.

— Э нет, — рассмеялся за моей спиной Мезенмир. — Ясноцвета рассказала мне, что вы очень любите применять запрещенные приемы, и я подготовился. Вы сильны, Владетель, однако я сильнее вас и сейчас полностью блокирую вашу магию.

— Ну? — спросила я, усиливая нажим. Тоненькая струйка крови побежала на расшитый золотом кафтан старого аристократа.

— Ты не сможешь меня убить, девочка, — проскрипел Сыч. — Так что прекращай свой блеф и давай вместе найдем решение, которое устраивало бы всех.

— Посмотрите на меня, — серьезно сказала я. — Посмотрите на меня внимательно. Там, в замке, мой жених, будущей владетель моего домена. Ради него я убежала из дома, преступив волю отца. После этого убить вас ради Волка кажется мне пустяком. Посмотрите на меня, Владетель Сыч, и решите прямо сейчас, хотите ли вы оставлять свой домен в таком состоянии? Я приму любой ваш ответ, потому что мне наплевать на все, кроме жизни Ярослава Волка!

Светлые, выцветшие от старости глаза Сыча посмотрели в мои, и веки его дрогнули.

— Я сейчас отзову солдат, — прошептал он медленно-медленно полез в карман и достал серебряный свисток с выгравированным сычом. Похожим свистком, только с изображенным волком, нас когда-то будил по утрам Ярослав, и я знала, что чистый серебряный звук разносится далеко-далеко. И в замке, и в лесу армия Сыча услышит приказ командующего.

Владетель просвистел сложный код, известный только ему и его офицерам. Переливчатые звуки наполнили палатку и сладкой музыкой отозвались в ушах. Владетель отнял свисток от губ и спросил:

— Может быть, вы теперь уберете кинжал от моей шеи, Ясноцвета?

— Нет. — Я покачала головой. — Я не знаю системы ваших сигналов, и, пока не буду убеждена в том, что армия вернулась в лагерь и построилась для марша обратно в домен, я вас не отпущу.

— А если я дам слово чести?

— Я вам не верю.

— Неужели вам не хочется узнать, как там себя чувствует ваш драгоценный Волк? — ровным голосом спросил Сыч. — Возможно, ему требуется помощь… или ваша кровь для обряда высшей магии, а вы тут…

Мой кинжал слегка дрогнул.

— Ясноцвета, — со вздохом сказал Мезенмир, — прошу вас, оставьте это дело мне, уверяю вас, я смогу позаботиться о Владетеле Сыче так, как он этого заслуживает. Отправляйтесь к Ярославу.

Молодой маг сделал несколько пассов руками. Сыч сдавленно хрюкнул и как будто заледенел, только его глаза, яростно сверкая, бешено вращались в глазницах.

— Так я его смогу удерживать долго, — улыбнулся Мезенмир и сел рядом с троном, достав из ножен кинжал. Он был узкий и длинный, скорее похожий на короткую шпагу, чем на кинжал. Рукоять венчал оникс с выгравированным гербом Ножей.

— Спасибо, — благодарно улыбнулась я, чувствуя, как с моей души упал камень, и выбежала из палатки.

Как и ожидалось, дядя без энтузиазма отнесся к моей идее поехать в разрушенный замок, однако не слишком протестовал. Оставив трех воинов охранять Мезенмира, Велимор подвел ко мне коня и молча помог на него взобраться.

Мне не нравилось его предгрозовое молчание, но Велимор должен был понять, что я уже не та бестолковая и беспечная девочка, которую он помнил, а, как ни крути, наследница домена.

Мы помчались по лагерю, где шумели вернувшиеся солдаты, в сторону замка и уже практически выбрались на луг, испещренный следами и остатками боеприпасов, как вдруг нас остановил отряд с бравым конным офицером во главе.

— Приносим вам свои извинения, но вы же — Ясноцвета Крюк? — спросил он.

Я кивнула.

— В чем дело? — спросил Велимор.

— Сожалею. — Офицер смотрел только на меня. — Но нам приказано вас убить.

Прежде чем разум осознал эти страшные слова, я успела увидеть, как солдаты Сыча бросаются на моих стражников и как офицер с мечом в руке направляет ко мне своего коня.


ГЛАВА 12 | Обручальный кинжал | ГЛАВА 14