home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Гектор — хороший врач

— Пелеас ничего дурного не хотел. Ой!..

— Поменьше говорите, — посоветовал Гектор, — берегите силы, чтобы дышать. — Совет, которому профессор Корморан следовал с трудом, пусть боль и призывала его к порядку всякий раз, как он пытался что-то сказать.

Он лежал на циновке в полутьме дома Ньяра, который смотрел на него с отчаянием, потому что вождь всегда чувствует себя ответственным за здоровье своих гостей, даже если те ведут себя неосторожно. Другие мужчины племени стояли вокруг раненого и степенно обсуждали событие. По крайней мере, так можно было подумать, не зная диалектов, производных от языка Верхнего Тибета.

Нот подсунула плетеную подушку под голову профессора и нежно держала его за руку. Вайла села рядом и обмахивала его лицо большим листом экзотического растения. Очаровательное зрелище. Если бы не посеревшая физиономия профессора, оно заставило бы затрепетать сердце любого, кто испытывает ностальгию по колониальному Востоку.

Гектор и Жан-Марсель отошли в сторону, чтобы собраться с мыслями.

— Плоховато он выглядит.

— Боль мешает ему дышать.

Гектор беспокоился. Профессор Корморан рассказал ему, что у него всего полтора легкого — результат аварии на джипе, в ранней молодости, когда он служил под знаменами своей страны. Поломанные ребра находились со стороны здорового легкого, которое они, к счастью, не проткнули. Гектор убедился в этом, внимательно ощупав профессора, чей объем легких, и без того ограниченный, уменьшился еще больше.

Жан-Марсель, обычно умеющий найти выход из любого положения, располагал лишь несколькими примитивными болеутоляющими из своей аптечки, которые почти не помогали профессору. По указанию Гектора ему туго перетянули грудь, что немного успокоило боль, которая в ближайшие двое суток могла стать непереносимой. Профессора нельзя было перевезти в ближайший город на машине — ухабы и рытвины причинили бы ему страшные страдания. Можно было бы эвакуировать его на вертолете, но на это нужно время и, главное, разрешение на полет над зоной с неопределенной государственной принадлежностью.

Гектор заметил, что Вайла и Нот что-то оживленно обсуждают. Потом они повернулись к вождю Ньяру, немного знавшему их язык, поскольку он время от времени спускался по делам в соседние долины.

— Думаю, они нашли решение, — заметил Жан-Марсель.

Несколько минут спустя Ньяр ушел вглубь дома и вернулся с маленьким полотняным мешочком. Через несколько минут профессор уже лежал на боку, медленно посасывая длинную трубку из бамбука и слоновой кости. Нот, стоя на коленях, подогревала в ее чашечке шарик бурого вещества, и профессор, явно успокоенный этим трогательным зрелищем, дышал, а точнее, вздыхал вполне естественно. На его щеки вернулся привычный румянец.

— Ох, дорогие друзья, сила химии… — пробормотал он.

Гектор напомнил ему, что лучше помолчать.

Гектор знал, что этот чудесный народный анальгетик известен способностью ослаблять дыхание. Поэтому нужно было очень внимательно следить, чтобы вред не перевесил пользу. Гектор присел на корточки рядом с профессором, держа под наблюдением его цвет лица и ритм дыхания.

Вождь Ньяр, по всей видимости, ошибся относительно его намерений, потому что им с Жан-Марселем тут же протянули трубки.

— Вы полагаете…

— От этого нельзя отказываться, — сказал Жан-Марсель. — Ни за что нельзя.

Они легли рядом с профессором, за которым присматривал Гектор, одновременно любуясь нежным лицом Вайлы в янтарном свете лампы, пока девушка готовила снадобье, обещающее ему блаженство.

Гектор — психиатр, не забывайте, и он анализировал свои реакции, вдыхая сладкий дым. Антидот профессора Корморана должен быть чем-то похожим, подумал он. После первой трубки он почувствовал, что рад присутствию рядом с ним Вайлы, но не стал бы страдать из-за ее отсутствия. После второй был в состоянии думать о Кларе как о милом воспоминании, и ему было все равно, вернется ли она в его жизнь. Вайла собралась приготовить ему третью трубку, но он жестом остановил ее.

Ему хотелось оставаться достаточно трезвым, чтобы заботиться о Корморане, который заснул с младенческой улыбкой на устах.

Гектор протянул трубку Вайле, вопросительно взглянув на нее. Она засмеялась, отрицательно покачала головой и погладила ему щеку.

Они смотрели друг другу в глаза, и он чувствовал, как внутри разливается любовь, мирная и спокойная, словно синее море под затянутым дымкой солнцем.

«Любить и гореть и, любя, умереть в той стране — как и ты, совершенной»…


Гюнтер боится | Гектор и секреты любви | Гектор и пятая составляющая