home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Пусть эмоции проявятся

Не важно, насколько расстроен, смущен, грустен или радостен ваш ребенок, позвольте ему выразить свои эмоции до конца. Если эти воспоминания появились потому, что травматические проблемы не были полностью разрешены, они могут полностью разрешиться лишь благодаря тому, что ребенок рассказал вам все о них. Подобное разрешение может сопровождаться слезами и даже полным катарсисом. Но возможно и полное отсутствие эмоций, отрешенные вспоминания. Какую форму это бы ни приняло, ваша реакция всегда должна быть одной и той же: позвольте ребенку переживать свои воспоминания столько, сколько они длятся.

Это очень важно, так как процесс воспоминаний о прошлой жизни является совершенно естественным и управляется подсознанием. Понять, как работает подсознание, увы, не в наших силах, но мы можем довериться его мудрости. Психотерапевты прошлых жизней вполне полагаются на эту мудрость. Каждый день они наблюдают то, как происходит исцеление благодаря работе подсознания. Вы можете положиться на подсознание своего ребенка, которое подскажет ему, какую информацию можно открыть, а когда следует остановиться. Оно знает, каким образом происходит исцеление. Если вы позволяете ребенку проявить эмоции, то даете свободу подсознанию, и оно работает в полную силу. Вы тем самым позволяете произойти чуду спонтанного исцеления.

Некоторые дети, такие, как Кортни, не пережили тяжелых проблем. Их воспоминания как на ладони – дайте им лишь возможность рассказать свою историю. Такие дети чаще всего вставляют отрывки воспоминаний из прошлых жизней в обычные разговоры, когда что-то пробуждает эти воспоминания. Даже тогда, когда смерть внезапна, ребенок не кажется обеспокоенным. В таких простых случаях следует позволить ребенку высказаться, не преувеличивая проблемы. Здесь может не быть загадки, которую необходимо решить, или сложных вопросов, которые нужно понять. Просто позвольте своему ребенку говорить о прошлой жизни. При этом вы можете расслабиться и насладиться происходящим чудом.

Вы сумеете распознать сильные положительные эмоции, которые испытывает ваш ребенок, вспоминая прошлую жизнь. Он расскажет вам истории о любви, исполнении желаний и преданности. Он может быть возбужден, радостен или умиротворен. Он может плакать от радости. Радуйтесь вместе с ним любви и исполнению желаний. Подобные воспоминания могут способствовать развитию талантов и способностей ребенка.

Если же ваш ребенок выказывает отрицательные эмоции, если он плачет, рассказывая вам о трагической жизни, дайте ему понять, что разделяете его чувства. Если он говорит об утрате или даже описывает собственную смерть, постарайтесь проявить свое сочувствие, пусть он знает, что вы остаетесь с ним. Ваше понимание поможет ему почувствовать себя в безопасности и выразить себя до конца. Вскоре после того, как он перестанет говорить, эмоциональный заряд исчезнет и негативные чувства забудутся.

Если сильные эмоции все еще хранятся в памяти, то вы, скорее всего, услышите о травматической смерти. Приготовьтесь к этому, так как такие воспоминания наиболее часты. Возможно, вам неприятно будет это выслушивать, но ваши чувства здесь не в счет. Не старайтесь приуменьшить трагичность воспоминаний или попытаться перевести разговор на другую тему. Наоборот, старайтесь, чтобы ребенок проработал все образы и чувства. Не думайте, что эти образы смерти являются болезненной фиксацией или могут повредить психике ребенка. Они безопасны и являют собой естественную возможность освобождения от багажа прошлого. Их воздействие благотворно. Терапевты, занимающиеся регрессиями в прошлые жизни, обнаружили, что прохождение сквозь момент смерти в воспоминаниях помогает избавиться от негативных эффектов этой травмы.

Рассказ о травме из прошлой жизни вполне достаточен для того, чтобы нейтрализовать ее негативные последствия у большинства детей. И все же некоторые дети нуждаются в полном катарсисе. Катарсис – это такое состояние, когда все больные эмоции и мысли изливаются одномоментно. Ваш ребенок может злиться, плакать и колотить руками и ногами. С ним даже может случиться истерика. Это хорошо. Значит, он избавляется от воспоминаний. Пусть это произойдет.

Конечно же, не забывайте о здравом смысле. Если ваш ребенок готов забиться в истерике, проследите, чтобы он не ушибся и не сбросил на себя мебель. Придерживайте его, если чувствуете, что это необходимо, но никогда не пытайтесь отговорить его от проявления чувств. Я знаю, как тяжело наблюдать за тем, как ваш ребенок борется с овладевшими им эмоциями. Но процесс должен достигнуть своего апогея, и лучшее, что вы можете сделать для ребенка в данной ситуации, – это не препятствовать ему. Никогда не меняйте резко тему разговора – не говорите что-то вроде: «Ну, хватит, идем домой обедать», чтобы он почувствовал себя лучше и не фиксировался на чувствах. Катарсис не будет длиться дольше нескольких минут. Но если вы постараетесь резко отвлечь внимание ребенка, то прервете процесс освобождения от тревожащих эмоций – катарсис будет неполным.

Когда ребенок выйдет из этого состояния самостоятельно, вы сразу же заметите это: у него будет такое выражение, словно солнце выглянуло из-за туч после бури. Вы увидите сияние лица, когда тучи тяжелых эмоций развеются.

Сэйджив (Часть вторая)

Илона приняла то, что рассказал ей Сэйджив, и это сделало возможным катарсис, оказавший влияние на его жизнь. Давайте возвратимся к тому моменту, когда Сэйджив рассказывал, как его застрелили.

«В меня выстрелили и убили».

Меня очень обеспокоили его слова, и я спросила: «Как?»

«Грабители. Они не должны были этого делать. Ведь я ничего не сделал. Он выстрелил в меня без всякой причины. Я был на лестничной площадке. Вначале они застрелили мою маму, она была внизу, а затем застрелили меня».

Затем он посмотрел на меня и громким злым голосом выкрикнул: «Ты не спасла меня!» Он действительно злился на меня и начинал возбуждаться. Вновь он выкрикнул: «Ты не спасла меня!»

Это застало меня врасплох. Я стала успокаивать его мягким, но убедительным голосом: «Это была не я. Это была не я. Все это происходило в совершенно другое время. Это была другая мама. Я ее даже не знаю».

Казалось, он принял мои объяснения сразу же, затем начал рассказывать о том, что происходило позже. «Да, я умер. Я был мертвым, но стал большим, ты знаешь, что я имею в виду. Я оставался там, пока не пришел сюда снова как ребенок». Затем его лицо засияло, он поднял глаза и добавил: «Тогда я выбрал тебя и Аббу!» Он произнес эти слова так, словно внезапно понял весь смысл происшедшего.

Поверьте мне, наша семья никогда не обсуждает подобных вещей. Мы исповедуем традиционный иудаизм. Мы зажигаем свечи каждую пятницу, но никогда не говорим на теософские темы. Я не знаю даже, слышал ли он к тому времени о Боге. Так что, когда он произнес это, я была просто поражена – это было гораздо выше того, что он мог знать. И как было смешно слышать, что он радовался, что выбрал нас своими родителями.

После всего этого, рассказав о смерти и о своем выборе родителей, он сказал как ни в чем не бывало: «Мы уже приехали за пиццей?»

«Да, – ответила я ему, – мы уже почти там».

Искреннее внимание Илоны, проявленное к рассказу Сэйджива о смерти, позволило ему быстро пройти сквозь катарсис, который начался, когда он закричал: «Ты не спасла меня! Ты не спасла меня!»

Через неделю Илона сумела вновь пробудить в сыне те же воспоминания. Но в этот раз рассказ был неэмоциональный, злости в словах Сэйджива уже не звучало. Катарсис завершился, и Илона стала замечать изменения в его личности.

Через неделю я спросила его об этом снова. Он как раз должен был идти спать. Он повторил свой рассказ точно таким же образом, но в этот раз сообщил больше деталей о своей смерти. Он сказал, что его мать стояла сверху на лестничной площадке, а он находился перед ней. Вначале они застрелили ее, после этого выстрелили в него. Когда грабители стреляли в него, мать была уже мертва – лежала на полу под лестницей. Снова он повторил, что его мать не смогла спасти его. Но в этот раз он не выражал никаких эмоций по этому поводу. Я снова успокоила его, заверив, что не та мать и что я никогда не допущу, чтобы такое произошло снова. Он успокоился.

Именно после этого я обнаружила огромную перемену в поведении Сэйджива, особенно в его отношении ко мне. Он никогда не проявлял теплоты к родителям. С момента рождения чего-то недоставало в наших отношениях. Он не любил проявлений нежности. Когда я ласкала его, он отталкивал меня, и я чувствовала его напряженность. Он не допускал проявлений нежности ни от кого. Это удручало меня, так как его старшая сестра была совершенно другим ребенком, очень нежным и ласковым. В том, что Сэйджив не таков, я винила себя – считала, что что-то упустила в его воспитании.

Но сразу же после того, как он рассказал мне свою историю, Сэйджив переменился. Я помню это отчетливо – все это поразило меня, словно взрыв бомбы. Сэйджив прижался к моим коленям, обнял меня и сказал: «Я люблю тебя, мама». Он стал очень ласковым и полюбил обнимать меня. Он гладит мне шею, если чувствует, что я напряжена. До этого он отказывался сидеть у меня на руках. Даже моя мама увидела перемену в мальчике и сказала, что он стал намного нежнее.

Оглядываясь назад, я вижу, что он считал меня виновной в том, что произошло с ним в той жизни. Он злился на меня за то, что я не смогла спасти его. И он пронес эти ощущения с рождения. Рассказав свою историю, он избавился от этих чувств. Он постоянно обнимает меня. Это удивительно.


Распознавайте | Прошлые жизни детей. Как воспоминания о прошлых жизнях влияют на вашего ребенка | Разъясните прошлое и настоящее