home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Август 2017 г. Шамбала

Мы с Алисой поженились в апреле в 2017-м году. Свадьба была короткой и скромной, и на следующий день мы разъехались: она в Москву, где была теперь официальным представителем корпорации Кхантити, а я — в Вашингтон.

И лишь теперь, в августе, у нас появилась возможность побыть друг с другом. Не дома, конечно, не в светлом доме Алисы в Лаккамири, где нам было так хорошо. В Шамбале мы поселились в гостевом доме, город был переполнен, да и нет у меня таких уж близких друзей в Шамбале.

Но какая, в сущности, разница?

Мы бродили вдвоем по паркам и садам Шамбалы, совершили даже длительную вылазку в горы, где едва не напоролись на туристов, ищущих духовного просветления у местных лам. Шамбала, в отличие от других имата, оставалась закрытым городом, урку сюда почти не принимали, да и амару ехали немногие. Огромная имата, в десятки раз крупнее Лаккамири, давно уже переполненная, некуда расти. Амарские города, в отличие от урканских, имеют пределы роста — пирамида-энергостанция, Верхний и Нижний потоки могут обеспечить лишь определенное число домов.

Но хотя и в благословенной Лаккамару никаких столиц не было, Шамбала воспринималась сейчас как столица. Отсюда все началось, здесь произошли важнейшие события. Здесь по традиции собирались и маллку рабочей группы Хальтаяты.

У нас с Алисой времени было немного, так как большую часть дня я торчал на заседаниях. Маллку я не был, однако обычно меня на важные совещания приглашали. Или информировали об их итогах.

Да и не только во времени дело. Как-то страшно было в эти дни заниматься своими делами, любить друг друга, разговаривать о детях, о будущем, о науке, о разных пустяках. Мы делали все это, а в подсознании крутилась одна и та же, страшная мысль. Мы молчали об этом, но знали и помнили каждую секунду: началось.

Апокалипсис, который год назад предотвратил полет трех амару — китайский военный летчик тоже оказался амару и уже поселился в Виньяймарке — этот апокалипсис теперь навис над нами снова. Рукотворный. Никак не связанный с Чужими либо с неведомыми силами природы.

Но то ли мы соскучились друг по другу, то ли, хоть и стыдно в этом признаться, близость грядущих бедствий еще больше обостряла чувства, все это никак не мешало нам сходить друг от друга с ума.


Алиса проводила меня до Аруапы, и только у утнаири мы разняли руки. Я наклонился и поцеловал ее.

— Я думаю, часа четыре сегодня, не больше. Ты пока в Хранилище сходи…

— Да уж не волнуйся, найду, чем заняться.

Я оторвался от нее. Поспешно отвернулся и вошел в утнаири.

В третьем от двери кабинете собрались маллку Рабочей Группы. Почти все уже были в сборе. Хотя общая руководящая группа состояла из 24 человек, большинство было занято, и сейчас здесь собрались всего семеро. Не считая меня — ведь я не маллку.

Китаянка Лю в военной форме КНР, самая молодая здесь — или она просто так выглядела? — углубилась в свой кита. Аманка из Эреха смотрела в окно, латиноамериканец Пума беседовал с Суллой из канадской имата, Анквилла обменивался какими-то данными с Диком, этот темнокожий амару жил постоянно в Австралии. Я поздоровался и сел рядом с Аманкой.

Сразу вслед за мной в комнату степенно вошла Лакшми. Подняв над головой раскрытые ладони, она улыбнулась. Вся ее фигура в традиционном индийском сари излучала покой. Маллку подняли ладони в ответ.

Интересно, какая у нее ступень? Явно высокая. И явно у каждого здесь как минимум третья. Кроме, конечно, меня — правда, я умудрился найти время и сдать на первую перед самой свадьбой. У Алисы никакой ступени вообще нет. Не время сейчас, не до того.

— Илас, давайте начнем, — произнесла Сулла. Среди маллку не было главного, но кто-то естественным образом брал инициативу на себя. Чаще — старший и опытный.

— Новости, — тихо предложила Лю.

— Да, о новостях. Итак, повторим еще раз ситуацию. Неделю назад Иранская война, которая до сих пор велась на границах силами пехоты и артиллерии, приняла новый характер. Военно-космические силы НАТО нанесли четырнадцать точечных лазерно-ракетных ударов по территории Ирана с корабля дисколетного типа "Дестроер", в результате экономика и военные силы Ирана понесли невосполнимый ущерб. Но через день после акции Иранские вооруженные силы ответили на удар сил НАТО обстрелом территории Европы, в результате чего атомным взрывом был уничтожен Цюрих и поражена значительная часть территории на юге Чехословакии. Пакистан и Китай вступили в войну еще раньше, следуя трехсторонним соглашениям, теперь они проводят срочную мобилизацию и перегруппировку войск… Не будем углубляться в подробности расположения войск, авианосцев и ракетных подразделений, все это есть на ваших кита. Позавчера в войну вступила Российская Федерация, сразу начавшая наступательные действия в Прибалтике и на Украине, под прикрытием китайского диска. Вчера китайское правительство неофициально обратилось к представителю корпорации Кхантити с просьбой о технологическом содействии. Мы приняли решение оказать это содействие, его объем будет рассчитан выбранной нами вчера рабочей группой. Условием содействия мы выдвигаем выделение нам значительных территорий в Китае и Российской Федерации, освобождение наших урку от военной повинности и оказание военной помощи для защиты наших имата. Лю, — Аманка кивнула коллеге, — будет вести переговоры. Что касается западной группировки, — она посмотрела на меня, я едва заметно кивнул, — она обратилась к нам за таким содействием еще раньше, и это содействие оказывается и западной группировке стран, на тех же условиях. Ответственный за переговоры Клаус Оттерсбах.

Теперь о сегодняшних новостях…

Я напрягся, хотя мы, конечно, с новостями уже ознакомились. Однако маллку могли знать что-то новое, из того, что в общую сеть не передают.

— По сообщению от двадцать седьмого и тридцатого Пентагон намерен через три дня, в эту субботу, осуществить план "Огненный столп". Напоминаю содержание этого плана. Пентагон сейчас обладает значительным преимуществом по космодискам, что обусловлено их предшествующим космическим преимуществом. США имеют 26 рабочих космических дисколетов и 112 атмосферных, их союзники ЕС — 52 атмосферных, из которых 38 приходятся на долю Франции, Великобритания владеет 24 дисками. Япония, союзник Западного блока, имеет 1 космический дисколет и 16 атмосферных. Теперь о Восточном блоке. Китай имеет 6 космических дисков в рабочем состоянии, еще один был уничтожен в бою вчера. Плюс 44 атмосферных диска. 4 космодиска и 22 атмосферных, из которых часть собрана в Китае, имеет Россия. Также имеется незначительное количество атмосферных дисков у Пакистана, Индии. Остальные страны можно выпустить за незначительностью вооружений или нейтралитетом. План "Огненный столп" — план блицкрига, который предполагает нейтрализацию всех космодисков противника путем связывания их боем, плюс одновременный удар по 84 крупным населенным пунктам Китая, Российской Федерации, Индии и Пакистана из космоса и с воздуха. Вероятность эффекта ядерной зимы по разным моделям от 24 до 55 процентов. Восточный блок после этого с высокой вероятностью переходит к разрозненным ударам и партизанским действиям, после чего Западный завершает зачистку… если там еще будет что зачищать. Так вот, это начнется в субботу. Ваши предложения, илас?

— Сообщить правительству Китая, — быстро выпалила Лю.

— Принято. Российской федерации?

— Лучше бы, конечно, не сообщать, они непредсказуемы, все еще пытаются усидеть на двух стульях, лезут в западный блок, — задумчиво произнес Дик, — но ведь Китай, скорее всего, информацию передаст, а степень доверия к нам снизится.

— Я могу связаться с правительством РФ, — сообщила Аманка.

— Принято. Дальше, илас, что мы будем делать?

Я поднял руку.

— Клаус?

— Я завтра вылетаю в Вашингтон и дам знать моим партнерам, что нам известно о плане. И… возможно, мы откажем Западному блоку в помощи?

— Тебе лучше вылететь уже сегодня, — пробормотал Анквилла.

— Да, я считаю, мы должны отказать Западному блоку в любой поддержке и отозвать специалистов, если план будет осуществляться. До четверга мы можем дать им возможность подумать, — предложила Лакшми. Сулла кивнула.

— Согласна. Это первое, что необходимо сделать. Но будет ли этого достаточно? Они уже владеют многими технологиями самостоятельно.

— Они не производят самостоятельно иммуномодуляторы и не смогут их производить, — стал перечислять Дик, — о геомеханической энергии нет и речи, так же, как о лан-технологии. Но я думаю, главный упор — это защита от радиации, которая им понадобится, и которая без наших людей неосуществима, технологии долголетия… вся элита состоит из пожилых людей.

— И все равно, — вздохнула Лю, — выключить противника — слишком заманчиво. Они могут полагать, что после победы в войне найдут способ заставить нас сотрудничать.

— Что мы еще можем сделать, чтобы остановить их? — спросила Сулла. Анквилла поднял руку. Все затихли.

— Давайте я обрисую ситуацию, — предложил он, — как она выглядит с нашей стороны. Ядерная зима, разрушение экологии планеты, гибель миллионов и даже миллиардов людей — все это неизбежные следствия, к которым мы были готовы уже тогда, когда передавали урку технологию строительства космических дисколетов. Мировая война — с нашим вмешательством или без него — началась бы в ближайшие 20 лет. План А хальтаяты, рассчитанный на 150 лет, все равно был неосуществим. Итак, война началась. Что в этой ситуации выгодно нам? Максимальное ослабление воюющих сторон. Мы должны повторить стратегию США во Второй мировой. Добиться максимального разрушения и деградации всех воюющих стран и заработать попутно как можно больше денег, территорий, материальных средств, влияния. В идеале вообще желательно разрушение всех ныне существующих государств и переход власти в руки амару. Далее. Чем для нас плох план "Огненный столп"? Нет, не разрушением экологии, культуры и массовой гибелью. Все это в любом случае неизбежно. Этот план для нас плох тем, что одна из воюющих сторон полностью сохраняет свое влияние и колоссальное преимущество. Западный блок продолжит говорить с нами с позиции сильного. Более того — единственной силы на планете. Поэтому, — Анквилла сделал паузу, — единственный для нас логичный выход в таком случае: поддержать более слабую сторону. И нанести военный удар по силам Западного блока.

По комнате пронесся шум. Анквилла повысил голос.

— Напоминаю, что этот вариант рассматривался Рабочей Группой и внесен в общий стратегический план как один из приемлемых, причем именно в случае опасности существенного превосходства одной из сторон. Смотрите вариант 32-б ветви С.

Амару молчали, словно никто из них не решался начать говорить. Я бы высказался, но я не маллку — мой голос здесь значит меньше, чем другие.

Тишину нарушила Сулла.

— Анквилла прав. Действительно, этот вариант рассматривался. Мы должны разработать конкретный план удара. Мы сами располагаем сейчас двадцатью боевыми дисками, с лазерно-ракетным оборудованием. Следует ли Клаусу донести информацию о возможном ударе с нашей стороны? Иначе говоря, будем ли мы угрожать?

— Не стоит, — быстро вступил Анквилла, — если они не откажутся от плана по-хорошему, что ж… сами напросились.

Я покосился на деда. Так и не могу к нему привыкнуть! Каждый раз он чем-нибудь меня да удивляет. Похоже, он бы даже предпочел такой вариант развития событий — чтобы урку уже поуничтожали друг друга быстрее, а мы бы начали строить наш мир… дивный новый мир, м-да…

С другой стороны, он почему-то обычно оказывается прав. Урку ведут себя именно так, как он предсказывает. А он предлагает всего лишь не мешать им в этом.

— Пока никто не знает, как отреагирует Западный блок на ультиматум Клауса, — уточнила Сулла, — есть еще у кого-то идеи общего характера? Нет? Предлагаю разделиться на две группы, одна разработает ультиматум, другая займется тактикой ответного удара.

— Я думаю, мы с Клаусом займемся дипломатией, — Анквилла подмигнул мне, — а для тактической разработки пригласите еще нескольких военных и обязательно пилотов.


Через четыре часа я вышел из утнаири. И сразу заметил одинокую фигурку, примостившуюся с кита в руках на одном из художественно разбросанных по краю Аруапы деревянных резных блоков.

Алиса поднялась мне навстречу.

— Ты что, так и сидела тут все это время? — я обнял ее.

— А какая разница, где сидеть…

Мы поцеловались.

— Что вы там решили? — спросила Алиса. Не размыкая объятий, мы потихоньку пошли к выходу с Аруапы, туда, где главная спиральная аллея уходила под чуть заметный уклон.

— Ничего хорошего, — сказал я, — но наверное, мы выживем. В конце концов, это единственное, чего мы с самого начала добивались.

Алиса вздохнула. Ей уже не надо объяснять, что некоторые вещи даже у амару на какое-то время носят секретный характер.

— Знаешь что? — сказал я, — тебе ведь не обязательно возвращаться в Москву прямо сейчас. Я очень тебя прошу, поживи здесь еще неделю. Да хотя бы до воскресенья.

— А ты?

— Мне нужно будет улететь сегодня.

— Это обязательно? — спросила Алиса. Я молча кивнул.

— Но тогда поеду и я. Я же сюда только из-за тебя… у меня же работа там.

— Работа подождет. Не веришь мне — подожди официального предупреждения.

— Вот даже как? И что будет в Москве?

— Просто подожди — и узнаешь, — ответил я. И подумав, добавил, — а может быть, ничего и не будет.


Сентябрь 2016 г. Лаккамири. Инти Иллана | Мы будем жить | Аварик, Южная Франция, июль 2025