home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Книга II

Статус миротворца

(роман)

– Бога ради, командир… – голос пилота срывался, ужас перехватил ему горло, – бога ради, что же нам теперь делать?

– Правый борт, огонь! Почему вы не стреляете? Отвечайте?.. огонь!

– Потому что стрелять тут больше некому. Все, прощайте. Кто как, а я лучше – сам…

В динамике глухо хлопнул выстрел. Пилот, седой уже мужчина с солидным брюшком, обессиленно откинулся на спинку кресла. Командир корабля неторопливо поднялся на ноги и отомкнул замок большого сейфа, вмонтированного в переборку вместо ненужного шкафа с аппаратурой дальнего наведения ракетных систем.

– Я и не знал, что у Майка был с собой бластер, – произнес он чужим, заторможенным голосом.

Пилот с ужасом глядел, как он вытаскивает из сейфа новенький, тускло поблескивающий заводской смазкой «Тайлер», проверяет обойму и медленно, с натугой, оттягивает ушки затвора, досылая унитар в испаритель.

– Кто первый? – равнодушно спросил командир.

– Я… я не смогу… – пилот позеленел, взгляд его широко распахнутых глаз замер на черном рыльце ствола. Он шумно икнул, и его вырвало прямо на пульт – но он все так же не сводил остекленевшего взора с бластера в мелко дрожащей руке командира.

Рука командира двигалась медленно, словно он преодолевал какое-то сопротивление. Наверное, так оно и было. Когда ствол замер на уровне лица пилота, командир тронул собачку спуска. Несколько секунд он тупо смотрел на замызганный кровью и мозгами пульт, на котором судорожно моргали дисплеи систем и агрегатов, потом перевел взгляд на обзорный экран.

В красноватом тумане, там и сям украшенном мириадами упрямо горящих светлячков, медленно поворачивалась гигантская серо-зеленая стрекоза с двумя парами скругленных, стреловидных крыльев, каждое из которых несло на себе гроздь из трех гладких капель эволюционных моторов. В голове стрекозы хищно помаргивали призрачно голубые глазки носовых тормозных дюз.

Командир опустился в кресло. Правый рукав его комбинезона увяз в блевотине покойного пилота, но он совершенно не обратил на это внимания. Перед глазами командира стремительно росло лицо совсем молоденькой женщины, обрамленное короткими, упрямо-кудрявыми волосами. Такое, каким оно было много, так много лет назад…

Командир не смотрел на экраны. Он смотрел на распахнутую дверь ходовой рубки, рядом с которой ему чудилась фигура высокой, ладно сложенной девушки в парадной форме имперских планетарно-десантных сил. На боку невесть откуда взявшегося призрака висел наградной меч, на плечах золотились капитанские эполеты с длинной бахромой. Он не слышал, что она ему кричала.

– Ты не Хельга… – прошептал командир, поднося ствол «Тайлера» к своему подбородку. – Нет, ты не Хельга… Хельга!!!

Девушка в капитанском мундире вырвала бластер из его упавшей руки и поспешно выскочила из рубки. Тяжелый запах крови был невыносим. Она знала, что этот запах будет последним, что она ощутит в своей короткой жизни, но тем не менее сейчас ей не хотелось вдыхать муторный аромат смерти.

Сейчас, раньше времени.

Забросив на плечо свой тяжелый, казавшийся чужеродным многоствольный боевой излучатель, она легко бежала по коридору. Лестница, вторая… лифт. Она спешила на нижние палубы.

На выходе из лифта девушка столкнулась с худощавым подростком лет четырнадцати. Волнистые локоны мальчишки были растрепаны, на лице влажно блестели следы только что вытертых слез. Он так спешил, что перепутал петли, и золоченые пуговицы на белом кителе кадета Академии оперативных кадров Службы Безопасности сидели наперекосяк.

– Вы были правы, капитан, – произнес кадет, изо всех сил стараясь говорить ровно – у него это не очень-то получалось. – Я в вашем распоряжении. Понимаете, Роми… – голос паренька предательски сорвался, но он сумел удержаться от всхлипа. – Я всегда готов к смерти… но никогда не думал, что – так…

Парень закусил нижнюю губу, в его серых глазах вспыхнуло упрямство славянских предков. Нелепо мотнув головой, он расстегнул висевшую на поясе кобуру и вытащил тяжелый, зловещего вида пистолет с неестественно длинным стволом. Оружие было огромно, явно не по детской руке кадета, но тем менее парень держал пистолет с уверенностью бывалого солдата.

– Фамильный, – сказал он. – Двадцатый век… У меня две обоймы, этого вполне хватит.

Девушка уважительно улыбнулась.

– Мы встретим их внизу, – сказала она.

Кадет наклонил голову.

Роми пробежала несколько метров по коридору и распахнула незапертую дверь пассажирской каюты. Она размашисто шагнула через комингс, но вдруг замерла, остановленная пронзительным взглядом худощавой девушки в светлом халате, по которому расползались темные кровавые пятна. Девушка сидела на мягком подлокотнике огромного кресла – кресла, где скорчились два младенческих трупика с почти перерезанными шеями. В ее руке чуть подрагивал изящный складной нож с наборной рукояткой. Роми подняла излучатель, мать, только что убившая своих детей, грациозно встала на ноги; на ее лице медленно проступала маска безумия.

Когда Роми выскочила из каюты, примостившийся под стеной кадет постарался не смотреть на нее. Она вошла в соседнюю… две аккуратные, похожие друг на друга старушки подняли на нее старчески кроткие, немного слезящиеся глаза. Одна из них держала в руках мастерски вырезанное из черного камня распятие.

– Мы уже помолились, доченька… нам пора?

На втором выстреле Роми ощутила, как качнулся под ногами пол.

– Они вошли! – крикнула она ожидавшему ее кадету.

Ему показалось, что кабина лифта ползет вниз неправдоподобно медленно. Он гладил свой хорошо смазанный «Маузер» и разглядывал немного пыльный потолочный плафон. В глазах чуть-чуть рябило, но кадет догадывался, что скоро это пройдет.

– Ты только не спеши умирать, Всеслав… – прошептала девушка, когда лифт остановился.

Кадет осклабился. Щелкнул взводимый курок.

Первого из абордажников они встретили через минуту ожидания в аппаратной нише на третьей палубе – рослый лиддан в плотной синей куртке уверенно поднимался по короткой лесенке. Очевидно, он никак не ожидал встретить противника, так как излучатель висел у него на поясе. Всеслав вскинул свою жуткую игрушку, и меж огромных глаз с жемчужными, вертикальными, как у кошки, зрачками, плеснула черная звездочка.

Снизу раздалось свистящее урчание. Едва не сбивая друг друга с ног, на палубу выскочили трое корварцев. На одном была настоящая армейская броня – едва успев выбраться с лесенки, он с ревом улетел вниз, сметенный очередью Роми. Двое других рухнули на пол, фонтанируя темной, как вишневый сок кровью: в руках Всеслава был настоящий, девятимиллиметровый К-96, и пули прорезали их природную броню шипастого хитина, словно масло. Роми подбежала к раненым, дважды взмахнула мечом…

– Интересно, сколько их было в первой партии? – спросила она, яростно сверкая глазами.

По всей видимости, ее услышали. Снизу, из глубины аппаратного зала шлюзокамеры, через которую пираты пробрались на борт, затрещали выстрелы. Стреляли, впрочем, скверно: голубоватые молнии вспороли потолок палубы, наполнив коридор удушливой вонью затлевшего пластика, но в Роми никто не попал.

– Вон они! – крикнула она. – Слав, ко мне!

Кадет подлетел к замершей возле лестницы девушке и принялся методично, словно в тире, всаживать свои древние пули в полумрак внизу. Ни тьма, ни ответный огонь не были ему помехой – первый шок, вызванный пониманием того, что на ставший беззащитным корабль напали жуткие корварские флибустьеры, прошел, и теперь в нем говорили девять лет, проведенные в Академии. Он стрелял гораздо лучше, чем Роми: каждая из жужжащих свинцовых мух находила свою цель, выметая из брюха корабля незваных гостей.

– Все… – выдохнула Роми. – Кажется, нам очень повезло.

– Отнюдь, – Всеслав стремительно перезарядил свой антиквариат и встал на ноги, – просто они не умеют воевать. Я вот даже и не думал…

Роми предупреждающе подняла палец и прислушалась.

– Нет, пока нет, – прошептала она. – Наверх!

– На самый верх, – уточнил Всеслав.

В лифте она посмотрела на него с некоторым изумлением. Вернувшееся к кадету самообладание полностью изменило его, сделав намного взрослее. Скулы Всеслава заострились, подбородок перестал дрожать и выдвинулся вперед, выдавая характер настоящего бойца – перед Роми, сжимая в ладони древний пистолет, стоял молодой мужчина, мало похожий на близкого к истерике мальчишку, каким он был четверть часа тому.

Они вышли из лифта на верхней палубе. Роми остановилась посреди коридора, размышляя, где бы укрыться, но Всеслав уверенно потащил ее вперед, в носовую часть.

– Это – корвет, – объяснил он, – а все корветы старых серий имели резервное гнездо дальнего обнаружения… торговому кораблю лишний вес не нужен, поэтому гнездо всегда демонтируют. Но отсек-то остается! Вряд ли они нас там быстро найдут…

– Откуда ты все это знаешь? – спросила Роми.

– Я прошел почти полный курс по звездоплаванию. Это у нас входит в программу… идем, здесь должна быть лестница.

Следуя за уверенно двигавшимся Всеславом, девушка поднялась по узенькой лесенке, затем – по еще одной, и наконец они остановились перед овальной бронедверью. Здесь было темно и очень пыльно. Чихнув, Всеслав удивленно сорвал прозрачную крышку блока управления:

– Странно, здесь стоят еще старые пломбы. Флотские пломбы! Ничего не понимаю…

Тяжелая дверь повиновалась его уверенным пальцам. В глубине отсека вспыхнул яркий свет – чихнув вторично, Всеслав вошел в тесное полукруглое помещение и присвистнул:

– Ого… а тут все на месте!

Войдя вслед за юношей, Роми устало опустилась в кресло и оглядела совершенно ненакомую ей аппаратуру.

– И ты умеешь всем этим пользоваться?

Всеслав коротко кивнул и принялся колдовать над пультом. Узел дальнего обнаружения ожил: отсюда даже не отключали питание. Помучав клавиатуру настройки, кадет вздохнул и развернулся вместе в креслом к Роми.

– Вообще-то я недоучка… – сказал он. – Ты знаешь… я ведь соврал тебе. Я слабак: меня отчислили. С почетом, с правом поступления в любые учебные заведения вооруженных сил, но тем не менее… рейнджера из меня не выйдет. Я хотел переводиться в ВКС.

Роми задумчиво поглядела на него. С первого дня полета мальчишка смотрел на нее влюбленными глазами. Мальчишка, влюбленный мальчишка… это ее даже смешило. Сейчас он казался ей кем угодно, только не мальчишкой. Роми расстегнула портупею, потом пояс и небрежно швырнула на пол свой меч. Погруженный в себя, Всеслав следил за ней с полнейшим равнодушием. Девушка выбралась из кресла, быстро сбросила с бедер форменную юбку, изящно избавилась от туфель и принялась расстегивать замочки чулок… В глазах кадета появилось недоумение.

– Тебе жарко?

Роми молча стянула с себя трусики вместе с поясом и приблизилась к нему.

– Что ты… что с тобой? Слав…

Всеслав испуганно отпрянул от нее и побледнел – наверное, сильнее, чем в момент нападения. Роми, высокая, сильная как тигрица, властно прижала его к пульту, уверенной рукой приспустила на нем брюки и впилась в его чуть подрагивающие губы поцелуем. Юноша вырвался, посмотрел ей в глаза и вдруг покорно прижался к ее высокой груди, скользя холодными пальцами по гладким, крепко прорисованным бедрам.

Несколько минут спустя, дрожащий словно мышь, Всеслав сел на пульт и запрокинул голову. Под его прикрытыми веками крутились звезды.

– Если бы у тебя еще была сигарета… – мечтательно прошептал он.

Роми следила за ним глазами охотящейся хищницы.

– Как я понимаю, ты должен быть очень сильным, – хрипло произнесла она, расстегивая нагрудный карман кителя. – Просто пока ты еще этого не знаешь…

За спиной юноши что-то громко пискнуло. Всеслав стремительно развернулся, скользнул взглядом по дисплею и подавился дымом. Его пальцы заметались по клавиатуре.

– Они отчаливают! – выкрикнул он. – Они отходят! Наверное, их кто-то испугал!..

Роми бросилась к юноше – а тот, вдруг позеленев, закатил глаза и медленно осел на пол.


День тринадцатый. | Империя человечества. Время солдата | Глава 1.