home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Палемалевизианоэль, эльфийка

— Мы славно поработали, и славно отдохнем, — говорит Дунг. — Девочки, как вы относитесь к снежным горкам?

— Я их ненавижу, — честно признаюсь я.

— И я! — присоединяется подруга.

— Что, даже в детстве не ездили? — удивляется старший.

В душу закрадывается подозрение.

— Ты о чем?

— Сейчас мы сядем на задницы и быстро-быстро поедем вниз!

— Пал, — говорит Ветка. — Давай, макнем твоего мужчину головой в снег.

— Давай, — отвечаю я.

Но с места не двигаюсь. Лень. Нет сил. И голова болеть начала. И вообще… от хорошего настроения и следа не осталось. К тому же солнце зашло. Холодно стало… Подруге, похоже, не лучше.

— Головки бо-бо? — спрашивает Дунг.

Хочу кивнуть. Но боюсь.

— После первого же спуска легче станет. Вот увидишь. А теперь смотрите, что надо делать.

Дунг встает, берет лыжные палки в одну руку и принимает довольно своеобразную позу. Потом другую. Что-то рассказывает.

— Ты решил побаловать нас стриптизом, — спрашивает Ветка. — А раздеваться будешь?

Маркваш шутку не принимает.

— Девочки соберитесь! Надо съехать с одной снежной горки. И там заночуем…

Ночевка… Можно никуда не идти… Не двигаться… лежать в кольце теплых рук… целоваться… пустить его руку под рубашку… И даже… Ой!

— Только горка большая! Раскрутить может. Хотите посмотреть?

Посмотреть? Хотим! Пойдем, посмотрим… Встаю и, напевая «Надо съехать с горки, надо съехать с горки, как в детстве…», иду за Дунгом. Десять метров.

Мама моя королева! С таких горок я в детстве не ездила! Таких не бывает! Она не большая, она бесконечная! Донизу даже ушей не доедет! Рядом ахает Ветка.

— Пал, — заявляет подруга, — он решил нас убить!

— Зачем? — интересуюсь я.

— Он осознал, что ты не можешь быть с ним, и не хочет, чтобы ты была с кем-то еще.

— А тебя зачем?

— За компанию, — рявкает Дунг. — А ну собрались! Вы эльфийки или клуши тормакские?

Мы клуши эльфийские! Мы размякли на добром и ласковом Кверте, где пара сумасшедших марквашей прикрывает нас от всех превратностей судьбы! Но мы еще можем собраться. Наверное. Покажи еще раз, как тормозить палками. Ага! Тогда я поехала! Рюкзак? Хорошо, возьму рюкзак. Отдать тебе лыжи? Хорошо, отдам лыжи. Ты первый? Хорошо… Видишь, какая я добрая и покладистая?! Надо кого убить — непременно убью! И тебя убью! Но до этого — любой каприз!

Ой, как он смешно едет! Такой столб снежной пыли из-под палок! Куан? Я? Да, я поняла! Сесть на попу ровно. Ноги чуть согнуть. Палки вместе, штычки в склон слева. Опираться, как учил Дунг, и тормозить чем сильнее, тем лучше. Поехали! Ух ты! Здорово как! А если чуть меньше тормозить? Быстрее же будет! А еще быстрее?! А-а-а-а!!! Невероятно! Лучше, чем на горных лыжах! А-а-а-а!!! Вон Дунг стоит! Ой, тормозить надо, он мне сейчас голову оторвет! И правильно сделает, разогналась, дура!

Изо всех сил наваливаюсь на палки. И не успеваю… Не успеваю… Дунг прыгает на меня и прижимает к снегу, скольжение рывком замедляется.

Открываю глаза. Его лицо так близко…

— Дунг, милый, это так здорово! Почему ты это от меня скрывал?

— Снега не было, — смеется он. — Ты зачем так разогналась?

— Там так… так… — какие вкусные у него губы!

— Сумасшедшая авантюристка! Я тебя люблю!

Он еще раз целует меня и встает.

— Надо подругу твою ловить. Такая же психованная, как некоторые!

Усаживаюсь на рюкзак и смотрю на перевал. Ух ты! Я оттуда съехала?! Склон еще больше и длиннее, чем с той стороны! А крутой!.. С перевала прямо вниз спускается пробитый нами желоб, а по нему, радостно визжа, с огромной скоростью несется Ветка.

— Сумасшедшая! — вырывается у меня. — Разве так можно!

— Ты еще быстрее летела, — косится Дунг.

— Правда? — искренне удивляюсь я. — Но Ду… это так здорово!

Он треплет меня по волосам, быстро целует и встает, чтобы через минуту хищным зверем прыгнуть на другую женщину! Его тело накрывает Ветку, Дунг резко падает вперед, удерживая подругу коленями и втыкая в снег ледоруб. Облако снежной пыли. Маркваш встает. Следом Ветка. Неужели у меня тоже было такое лицо?

— Как самочувствие? — спрашивает Дунг. — Получше?

А ведь и правда! Голова не болит, и не кружится. Пропала одышка и апатия. А как вспомню своё сегодняшнее поведение, стыдно становится! А уж мысли… некоторые…

Дунг произносит что-то на марквашском. По-моему, неприличное!

С перевала спускается Рыг! Начав, как все, оборотня уже в самом начале не выдерживает, оборачивается собакой и скользит вниз головой, пытаясь тормозить всеми четырьмя лапами. Ее тут же подбрасывает в воздух, кувыркает через голову, снова подбрасывает. Синяя приземляется на лапы, но теперь головой вверх. Это положение оказывается более устойчивым, и Ррыгша едет вниз, победно помахивая хвостом. Потом ее вновь начинает бросать. Спуском псина не управляет совершенно, только жалобно скулит и взвизгивает на ухабах.

С перевала срывается Куан и мгновенно набирает скорость. Догоняет собаку, каким-то образом заходит сбоку и одним движением руки перебрасывает Рыг на колени. За парой тут же вырастает снежный шлейф: младший тормозит.

Ду еще какое-то время стоит с ледорубом наизготовку, потом расслабляется и садится. Пара подъезжает к нам и останавливается. Ррыгша соскакивает с Куана, становится человеком и набрасывается на парня.

— Ты!.. Ты!.. — голос срывается от обиды. — Я!.. Тебе!.. Так верила!.. Детей делать хотела!.. А ты!..

— Ты что?! — удивляется Ку.

— Я тебе никогда!.. Не прощу!.. За шиворот!.. Как нашкодившего щенка!.. Ты!..

Куан резко делает шаг вперед, обхватывает девчонку и, не взирая на сопротивление, прижимает к себе:

— Рыг, лапочка моя, я не хотел тебя обидеть! Я так испугался, когда тебя закрутило! Там не получалось иначе! Прости идиота, золотце…

— Ты!.. — не слушает его оборотня. — Ты!.. Предатель!..

Но обида в голосе постепенно сменяется слезами, а попытки высвободиться затихают.

— Я люблю тебя, — говорит Куан и закрывает ей рот своими губами.

— Правда? — спрашивает Ррыгша после поцелуя. — Правда-правда?

— Правда-правда! — заверяет Куан.

Синяя замирает, уткнувшись головой в грудь младшему.

— Первая семейная сцена благополучно закончена! — комментирует Дунг.

Отвешиваю несносному мальчишке подзатыльник. Он уворачивается и хватает меня в охапку. Фиксирую левую руку, перебрасываю через себя и падаю сверху.

— Начинается вторая, — заканчивает фразу старшего Ветка. — Ночевать-то где будем, женатики?


Дунг, маркваш | Сказка о любви | Дунг, маркваш