home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Палемалевизианоэль, эльфийка

Утро начинаю с того, что компенсирую свои ночные переживания. Не отсыпаюсь, конечно, а мешаю Дунгу объявить подъем, затыкая ему рот. Пока губы болеть не начинают. И еще немножко. Так далеко, как сотрудница местных правоохранительных органов, зайти не рискую, всё-таки присутствуют некие отягчающие обстоятельства, но хоть нацеловаться до головокружения, и руки любимого под своей рубашкой ощутить. Нет, Ду, в штанах — это лишнее! Нравится, конечно, но чревато. Ну если только так… А вторую руку… Ага! И губы сюда давай!.. Нет, любимый, ты немного увлекся, возвращаемся в предыдущую позицию…

Но всё хорошее, увы, кончается, и остаются сплошные неприятности. За ночь все отдохнули, каждый, естественно, по-своему, набрались сил, яда и терпения. И готовы ко второму раунду. Только ждут, кто начнет. То есть, Дунг с Ракшей готовы к выходу на ринг, мы с Веткой — занять места в первых рядах партера, а Ку мечтает закрутить время так, чтобы вчерашний вечер никогда не стал сегодняшним утром.

Вот только главные действующие лица начинать спектакль не торопятся. Зыркают друг на друга, когда думают, что этого никто не видит. Ручки в кулачки сжимают, мордочки кривят… Напряжение просто в воздухе разлито, аж разряды проскакивают! Но молчат, не торопятся. За завтраком-то понятно, к чему портить хорошую еду плохими разговорами. Но ведь уже вещи собрали, а эти двое никак не решатся…

И что? Подтолкнуть их что ли? Взять да продемонстрировать искусство придворной интриги родного мира, заодно блеснув перед любимым аналитическими способностями. Он мне глотку не перережет, надеюсь? Если сяду так, чтобы ему удобно это было сделать, скорее всего, удержится,

Дожидаюсь всеобщей готовности к выходу и ангельским голоском пою:

— Давайте присядем на дорожку. Говорят, примета хорошая…

Пока все соображают, что это я такая суеверная стала, толкаю старшего на рюкзак и плюхаюсь ему между ног, приваливаясь спиной. Теперь не встанет! Хм… ручонки шаловливые не слишком удачно расположились. То есть, удачно, конечно, но не при всех же! А с другой стороны, некоторые мне ночь напролет спать не дают, а я чем хуже! Опять же, не каждый решится сломать шею девушки, чью грудь он в данный момент ласкает!

Ветка смотрит на нас, на Ракшу, уютно устроившуюся на коленях Куана, и, вздохнув, тоже присаживается с видом: «А что мне остается».

— Я вот что думаю, — начинаю я, прижимая руки любимого к своей груди. — Тут только мы с Веткой не имеем понятия о целях и задачах остальных членов нашего маленького отряда? Или госпожа песпец тоже не введена в курс дела? Ты продолжай, Ду, — тихонько шепчу я, почувствовав, как замер старший, — продолжай, мне нравится…

— Товарищ песпец, — поправляет Ракша. — У нас принято обращение «товарищ».

— Ага! — глубокомысленно замечаю я, параллельно убедившись, что любимый оттаял и вернулся к прерванному занятию. — Так товарищ песпец в курсе ситуации?

— Более-менее, — признается «товарищ».

— Тогда у меня есть прекрасная идея. Я сейчас изложу свою версию происходящего, а вы меня поправите, если где ошибусь. А то секреты вечные еще дома надоели. Ду, милый, поцелуй меня, пожалуйста. А то вдруг потом не захочешь…

Поворачиваю голову и нахожу губы любимого. Не слишком удобно, но лучше, чем ничего. Возвращаюсь в исходную позицию. Вновь устроившиеся на моей груди руки страшно радуют! А уж шепот: «Захочу, не беспокойся!» — еще больше.

— Я к тому, что… Да! Рыг, я тебя поздравляю!

— С чем? — удивляется беленькая.

— Насколько я понимаю, по обычаям Маркваша ты сегодня замуж вышла!

— Мы так не договаривались! — оборотня стремительно краснеет и пытается соскочить с колен. Куан крепко прижимает ее к себе и что-то шепчет на ухо. При желании можно разобрать «поздно» и «правда-правда». Красный цвет сменяется пунцовым.

— А ты откуда знаешь? — негромко интересуется Дунг.

— Спать меньше надо, — сообщаю ему я. — Правда, если бы ты не спал, тоже проснулся женатиком. И так еле удержалась!

Очень надеюсь, что он тоже покраснел. А то лица не видно, хотя если судить по движениям рук…

— Так что, Рыг, принимай поздравления. Хоть и рановато тебе по нашим меркам…

Почему, рановато? — не понимает Куан.

— Папа у Ррыгши… То есть Ракши, — объясняю, как маленькому, — пес. А первый пес сюда пришел десять лет назад. То есть ей сейчас не больше девяти лет. Собаки взрослеют куда быстрее людей… Правда, девушка?

— Восемь мне, — выдавливает новобрачная. — И я уже не девушка! — поворачивает голову к свежеобретенному мужу. — Жалеешь?

Вместо ответа Куан ее целует. Оборотня расслабляется.

— А теперь к делу. Ду, не надо трогать мою шею. Вернись к груди, мне будет спокойней. Так вот, мне почему-то кажется, что братьев привела сюда Тропа Мести. Ой! Ду, больно же!

Беленькая вскрикивает одновременно со мной.

— Извини! Я нечаянно! Больше не буду! — кто из братьев высказался? А, они вместе!

— Как-то ты резко перешла, подруга, — комментирует Ветка. — Нельзя же так сразу, без подготовки! Мальчики нервничают.

— Ладно, проехали. Верю, что объектом ваших кровожадных притязаний не являюсь, хотя первый контакт и сопровождался неспровоцированным нападением. Но верю! Объект должен быть местный! И не какой-нибудь гном или гоблин, а из руководства планеты. Скорее всего, первое лицо. Егор его зовут, кажется…

Нет, я правильно переложила его руки. Груди просто больно, а шея могла бы и не выдержать. Пытаюсь разжать хватку. Сильные же у него пальчики! А оборотня это делает так легко! Завидки берут! Ух! Наконец-то спохватился… Можно опять говорить, а то рот боялась открыть, чтобы не завопить!

— Это так, чтобы нас совсем за дурочек не держали. Ду, не возмущайся, я знаю что ты меня любишь! Лучше поцелуй. Можно я теперь продолжу? Спасибо, милый! Так вот, я нашу малолетнюю истребительницу нечисти тоже к тупым волкодавам не отношу. И не догадаться, зачем сюда явились незваные гости, она не могла. Собственно, и не отрицает. Но поскольку пресловутый Егор является ее самым высоким начальством, возникает вопрос: с какого переляка мы все еще живы?

— Почему бы и нет? — бурчит Ракша.

— Э-э, товарищ песпец! — нежно улыбаюсь я. — Не надо нам макароны к ушам крепить. Приходят в гости пара профессиональных диверсантов, а с ними за компанию две девочки с неясными целями и не самой плохой подготовкой. Скорее всего, пособницы врага! Между прочим, бойцы кланов считаются лучшими воинами галактики. А нас даже к конкурсу не допускают. Собственной ценности для контрразведки все четыре особи не представляют. Как должен контрразведчик поступить? А, Рыг? Ты же экзамены недавно сдавала! Убить, правильно?

Оборотня расплывается в довольной улыбке:

— Точно! Убить и съесть. Или прикопать, чтобы потом съесть!

— Вот! А ты не убиваешь! И жуешь только мужнино ухо, причем не откусываешь! И отмазка бабки Матрены тут не катит: если судить по ушам, маркваши вкусные. Сама пробовала!

— Согласна, вкусные, — кивает Ракша и впивается в разрекламированную часть Куана. А мне до Дунговых ушей не добраться. Сижу неудобно. Жаль! Потому продолжаю. — Более того, ты ведешь нас кратчайшей дорогой к намеченной цели, старательно сметая пылинки на нашем пути. Не от великой любви ведь? Приказ-то пришел, когда ты с Куаном и знакома не была!

— Он мне сразу понравился! — уточняет Ракша. — Так эротично с тобой дрался…

Не даю сбить себя с мысли:

— Ты же не станешь скрывать, зачем вам понадобились новые родственники?

— Какие родственники? — не понимает Ветка.

Подруга вообще в некоторой прострации. То ли не задумывалась ни о чем, привычно перекладывая на меня умственную работу. То ли обалдела от детской непосредственности, с которой я влезла между львами и тигрицей, да еще уютно устроившись в лапах одного из львов, пока другой с тигрой милуется. А может, подруге вчера голову всё-таки зацепило по касательной.

— Понимаешь, Вет, Рыг сейчас жена Куана. Дунг ей деверем приходится. Как только Дунг придумает, как ему жениться, и при этом живым остаться, я ей невесткой стану. А ты мне всё равно, что сестра! Вот!

— И кем же я прихожусь Рыг? — пытается выяснить Ветка.

Задумываюсь. Ну не знаю я слова для обозначения такой степени родства. Ни на одном языке. На нашем вообще таких не существует…

— Седьмая вода на пятом киселе, — выручает меня Дунг. — Названная. Но это в ближайшей перспективе. Перспективная названная вода, если короче! Мы все одна семья!

Даю всем отсмеяться. Раз смеются, значит, не всё так плохо. Страшновато была за реакцию Дунга на мое разоблачение. Но обошлось. Любимый мне только грудь помял, наверняка синяки останутся! Не страшно, я уже поняла, как на Кверте самолечением заниматься! Надо на переходах бубнить себе под нос: «У меня красивая и совершенно здоровая грудь. Никаких синяков и вмятин от пальцев любимого». Интересно, а размер так можно увеличить? Нет, на фиг! Совершенно неизвестно, что получится, и понравится ли это Ду! И в бою неудобно! Можно, конечно, бубнить и не на переходе. Но сейчас некогда, а терпеть до вечера не вижу ни малейшего смысла. Пора возвращаться к теме проводимой мной конференции!

— Так что, товарищ песпец, поделишься информацией? Или будешь молчать, как президент Сандры на Совете Миров?

— А что, молчит? — уточняет Ракша.

— Как воды в рот набрал!

— Умный… — констатирует Рыг очевидный факт и переходит к делу. — Вы прошли через ментальный щит. Совершенно непонятно, каким образом. Он должен был отправить вас по домам.

— У нас нет дома, — замечает Дунг.

Спокойненько так это говорит, и даже грудь мою не терзает. Но все мгновенно напрягаются. Умеет любимый создать настроение! Столько времени разряжала обстановку, а он одной фразой все мои старания отправил в мусоросжигатель!

— Ду, — Ракша выворачивается из рук Куана одним движением. Но лицо спокойно. — Мы не уничтожали Маркваш!

А вот у старшего терпение, похоже, кончается.

— Откуда это знать восьмилетней собачке?! — зло бросает Дунг. — Решение принимали старшие. И реализовывали они. Тебе даже сказать не соизволили. Секретность!

— Ты зря пытаешься меня обидеть, — Ракша уже взяла себя в руки. Ее голос холоден, но спокоен. — У нас нет секретности. Наша сила как раз в открытости. Я была в группе, пытавшейся отвернуть бомбу. Там были все, до кого удалось докричаться. Около тысячи человек. Слишком мало, нас просто смело общим потоком. Даже коньяк не помог.

— Что значит «докричаться»? — опять перехватываю инициативу.

— Связаться телепатически и объяснить задачу. Даже в этой тысяче не все толком понимали, что делали.

— А причем здесь спиртное?

— Коньяк значительно усиливает ментальные способности, — Ракша шумно выдыхает и подается вперед. — Мы слишком мало знаем о работе ментальных полей. По-вашему, Х-энергии. Всего десять лет изучения, причем вслепую, даже общей теории еще нет. А практическое применение вообще наугад! Нам очень нужны результаты любых экспериментов на эту тему. А вы сумели пробить щит! Это же управление им! То, чего мы толком не можем! Понимаете, создали, а управлять не умеем. Щит сложен из воли множества людей, самый дикий пастух, и тот абсолютно уверен, что любая «демонская штучка» отправится откуда пришла! Мнение одного или даже тысячи не может ничего изменить! Любое вторжение извне выбрасывается обратно. Пока к нам лезли войска, их отправляли по домам. А потом они запустили бомбу. И не с полигона, а с населенной планеты! Никто ничего не смог сделать!

Хватаю остановившиеся руки Дунга и заставляю их продолжить неспешное скольжение по моему телу. Похоже, меня используют, как тренажер для медитаций. С одной стороны, слегка обидно, с другой, немного льстит. Неважно, лишь бы за меч не хватался. А вот Куан со своей задачей не справляется. Ракша упирает взгляд в старшего и почти кричит:

— Мы не уничтожали Маркваш! Понял ты, идиот чертов! Мы пытались его спасти! Совет миров знал, куда отбросит бомбу! Ваших правителей предупреждали отдельно! Нам оставалось снять щит и умереть всей планетой, или отбить и попытаться свернуть ее в сторону. Если то, что мы не сумели этого, достойно мести, — начни с меня!..

Младший обхватывает ее руками, не обращая внимания на сопротивление, привлекает к себе и шепчет:

— Успокойся, маленькая, я тебе верю!

— Ты — да, — бросает Ракша. — А он — нет! — и утыкается младшему в плечо. — Мы ничего не смогли сделать! Ничего! Выложились в ноль! Пятеро умерли! Некому было лечить! Всё без толку!.. — голос срывается. — А твой брат думает, что я комедию ломаю!

— Не думаю, — Дунг снова спокоен, руки расслабленно шарят по мне. Нет, я точно вместо тренажера! — Я слушаю. И запоминаю.

Пора снова переводить огонь на себя.

— Рыг! Как вы собирались решить вопрос с Тропой Мести?

Оборотня пожимает плечами.

— Поединок. После того, как мы получим нужную информацию и обработаем ее. Это примерно месяц.

— Почему ты считаешь, что я соглашусь? — напрягается Дунг.

— Это твой единственный шанс пройти Тропу. С Егором всегда кто-нибудь из песпецов. Не таких неумех, как я. Настоящих, первого состава.

— Егор так боится за свою жизнь?

— Мы за нее боимся. Он слишком ценен. Так что поединок в обмен на информацию.

Дунг фыркает мне в ухо.

— После процесса получения информации я буду в состоянии выйти на поединок?

Ракша улыбается. Явно довольна поворотом разговора и не скрывает этого.

— Никто не собирается тебя пытать, Ду. Это будет добровольная сделка. И уклоняться от поединка Егор не будет.

— Почему я тебе должен верить?

— На Кверте не врут. Да и нет у тебя другого выхода.

Опять меня в стороне оставили! Просто безобразие! Это же я сегодня демонстрирую ум и красоту! Ну или только ум! Какой есть, такой и демонстрирую! Но предложение Рыг меня устраивает! Поединок не означает смерть! А после него все вопросы снимаются. При любом исходе.

— Соглашайся, — шепчу я, поглаживая руку на своей груди. — Это хороший вариант.

— Только ради тебя, — улыбается он.

Оказывается, правду нам говорили о психологии мужчин. Чтобы принять разумное предложение, им обязательно нужна отмазка! И чья-нибудь талия под рукой. А еще лучше — грудь. Могу собой гордиться — обеспечила и то, и другое! И отмазку — тоже!

— А я… — начинает Куан.

— А ты будешь ублажать молодую жену! — безапелляционно заявляет Ракша — Поединок старшего клана заканчивает Тропу всего клана. — она томно потягивается. — Мы с тобой еще столько всего не пробовали…

Надо сказать, отмазка у нее лучше моей. Но насчет всего остального — извините! Дунг не даст соврать!..


Дунг, маркваш | Сказка о любви | Дунг, маркваш