home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава 7

- Роскошно, Шарп, весьма роскошно! – полковник Лоуфорд расхаживал по своим новым апартаментам, распахивая двери и осматривая комнаты. – Мебель немного вычурна, как вам кажется? Слегка вульгарна, верно? Но очень, очень роскошно, Шарп. Спасибо, – он поймал своё отражение в раззолоченной раме и пригладил волосы. – В доме есть повар?

- Да, сэр.

- И, говорите, конюшня тоже есть?

- На заднем дворе, сэр.

- Я осмотрю её, – величественно заявил Лоуфорд. – Проводите меня.

По снисходительно-приветливым манерам можно было предположить, что он не получил от Слингсби очередной жалобы на грубое поведение Шарп.

- Должен сказать, Шарп, вы можете быть очень хорошим квартирмейстером, когда захотите. Вероятно, придётся оставить за вами этот пост. Доктор говорит, что состояние мистера Кили вряд ли улучшится.

- Я не делал бы этого, сэр, – заметил Шарп, провожая Лоуфорда во двор через кухню. – Учтите, что я собираюсь перейти на службу в португальскую армию. Вам нужно поискать мне замену.

- Что вы собираетесь сделать? – ошарашено спросил Лоуфорд.

- Пойти служить к португальцам, сэр. Им всё ещё нужны британские офицеры и, насколько я могу судить, они не предъявляют к ним особых требований. Думаю, им будет наплевать на мои манеры.

- Шарп! – резко начал было Лоуфорд, но замолчал, потому что во дворе увидел Сару Фрай, которую безуспешно пытался утешить капитан Висенте.

Она была одета в чёрное платье Беатрис Феррейра, которое та носила во время траура по своей матери. Сара была благодарна и за это, но не могла не заметить, что платье просто ужасное и не успокоилась, пока не убедилась, что это единственный оставшийся в доме предмет одежды. Лоуфорд, увидев чертовски привлекательную женщину (на платье он внимания не обратил), снял шляпу и поклонился.

Сара же, не обращая внимания на полковника, заявила Шарпу:

- Они всё забрали!

- Кто и что забрал? – спросил Шарп.

- Мой чемодан! Моя одежда! Мои книги! – вместе с ними пропали и все её деньги, но об этом Сара не обмолвилась.

Она спросила по-португальски конюха, остался ли её чемодан в фургоне, и получила подтверждение своей догадке.

- Всё пропало! – в отчаянии обратилась она к Шарпу.

- Позвольте представить мисс Фрай, сэр, – сказал Шарп. – Это полковник Лоуфорд, мисс, наш командир.

- Так вы англичанка! – с живостью воскликнул Лоуфорд.

- Они всё забрали! – завопила Сара, наступая на конюха, словно он был виновен во всех её бедах.

- Мисс Фрай, сэр, была здесь гувернанткой, – объяснил Шарп, пытаясь перекричать её. – Семья уехала, а её бросили здесь.

- Гувернантка, да? – энтузиазм Лоуфорда заметно угас, потому что заигрывать с прислугой явно не соответствовало его статусу. – Вам нужно немедленно уехать из города, мисс Фрай. Через день или два здесь будут французы!

- У меня ничего нет! – протестующее воскликнула Сара.

Харпер, который вернулся в дом Феррейра с полковником и его свитой, завёл во двор четырёх полковничьих лошадей.

- Хотите, чтобы я почистил Молнию, сэр? – спросил он Лоуфорда.

- Мои ребята сделают это. А вам лучше было бы вернуться к капитану Слингсби.

- Да, сэр. Немедленно, сэр. Так точно, сэр, – ответил Харпер, но с места не двинулся.

- Всё похищено! – вопила Сара.

Во двор выглянула повариха и прикрикнула на неё, приказывая угомониться, и Сара, в ярости, обрушилась на старуху.

- Если позволите, сэр, мистер Форрест приказал мне найти что-то вроде скипидара, – перекрикивая этот бедлам, обратился к полковнику Шарп. – Он хочет испортить этим солонину, сэр, и помощь сержанта Харпера была бы очень кстати.

- Помощь? – Лоуфорд, чья голова шла кругом от горестных воплей Сары и ругани кухарки, был уже не в состоянии что-либо воспринимать.

- У него обоняние лучше, чем у меня, да и соображает… - начал было Шарп, но полковник, страдальчески сморщившись, заявил:

- Что хотите, то и делайте, Шарп, но ради Бога, уберите отсюда эту мисс – как её там? – подальше!

- Он обещал снять мой чемодан с фургона! – в сердцах обратилась Сара к Лоуфорду, который был полковником и, соответственно, должен был что-нибудь сделать.

- Я уверен, что в этом можно разобраться, – ответил ей Лоуфорд. – Скорее всего, можно. Вы ведь проводите мисс… м-м-м… леди…, не правда ли, Шарп? Может быть, батальонные жёны сумеют ей помочь? Вам действительно нужно уехать, дорогая.

Полковник понимал, что не сможет прилечь, пока эта женщина будет требовать здесь своё потерянное добро. В любое другое время он был бы счастлив развлечь эту симпатичную молоденькую штучку, но сейчас ему просто необходимо было поспать. Он приказал, чтобы слуги отнесли наверх его чемоданы, напомнил лейтенанту Ноулзу выставить часовых: пару в доме и пару во дворе, - но потом, вспомнив кое-что важное, вернулся.

- По поводу ваших планов, Шарп. Вы поступаете опрометчиво.

- Это вы про скипидар, сэр?

- Вы поняли, что я имею в виду! Португальцев, Шарп, португальцев! – раздражённо воскликнул Лоуфорд и в смятении, потому что Сара вновь принялась кричать, добавил. – О, мой Бог!

Шарп попытался урезонить её, но потеря чемодана и всех накоплений совершенно подкосила Сару, и она была не в состоянии что-либо воспринимать.

- Мисс Фрай! Сара! – Шарп ласково взял её за плечи. – Вы всё вернёте.

Она молча уставилась на него.

- Я улажу это дело с Феррагусом, если, конечно, он ещё здесь.

- Он здесь!

- Тогда успокойся, девочка, и предоставь это мне.

- Меня зовут мисс Фрай! – оскорблённая столь фамильярным обращением, взвилась Сара.

- Тогда успокойтесь, мисс Фрай. Мы вернем ваши вещи.

Харпер, заслышав это смелое обещание, выпучил глаза и напомнил:

- А скипидар, сэр?

Шарп спросил Висенте:

- Где здесь можно найти скипидар?

- А Бог его знает, – пожал плечами Висенте. – Столярная мастерская, может быть? Они же пропитывают скипидаром древесину.

- Так что мы делаем? – спросил Шарп.

- Мой полковник позволил мне зайти домой, удостовериться, что там всё в порядке.

- Тогда мы пойдём с вами.

- Но там нет скипидара, – напомнил Висенте.

- Ублюдочный скипидар! – выругался Шарп и, вспомнив, что рядом леди, извинился. – Простите, мисс. Мы просто подстрахуем вас, Джордж, – добавил он и вновь обратился к Саре. – А потом проводим вас к батальонным жёнам, и они о вас позаботятся.

- Батальонные жёны? – переспросила она.

- Жёны солдат, – пояснил Шарп.

- А офицерских жён там нет? – Сара отлично понимала, насколько двусмысленно её положение: как гувернантка, она относится к прислуге, но привилегированной. – Я ожидаю, что ко мне будут относиться с должным уважением, мистер Шарп.

- Мисс Фрай, вы можете пойти к причалу и найти жену кого-нибудь из офицеров. Не в нашем батальоне, но можно попробовать поискать. Мы же сейчас отправляемся искать скипидар и вам, если хотите оставаться под защитой, лучше пойти с нами.

Он надел кивер и отвернулся, показывая всем видом, что его дело – предложить.

- Я пойду с вами, – заявила Сара, вспомнив, что Феррагус где-то в городе.

Вчетвером они шли по улицам верхнего города среди высоких, красивых зданий университета.

- Он очень старинный, – почтительно пояснил Висенте. – Почти как Оксфорд.

- Однажды я убил одного парня, который закончил Оксфорд, – заявил Шарп и усмехнулся, увидев, насколько его слова шокировали Сару.

Его охватило странное настроение: хотелось делать всё назло и не задумываться о последствиях. Пусть Лоуфорд катится к чёрту, и Слингсби вместе с ним. Шарп хотел освободиться от них. Чёрт бы побрал армию! Он хорошо служил, а армия повернулась к нему задом – так чёрт с ней!

Дом Висенте не выделялся среди соседних, и его окна также были закрыты ставнями. Висенте достал ключ из-под камня, лежащего у ступеней крыльца.

- Именно сюда вор и заглянет в первую очередь, – заметил Шарп.

Впрочем, никакие воры дом не навестили. Пахнуло затхлостью, потому что помещение стояло закрытым несколько недель, но всё было чисто. Книжные полки пустовали. Книги лежали в подвале, в больших деревянных ящиках, на каждом из которых было подписано, что там упаковано. В других коробках лежали вазы, картины и бюстики древнегреческих философов. Висенте тщательно осмотрел подвал и спрятал ключ под половицей, не обратив внимания на совет Шарпа, что прятать ключи в таком месте тоже глупо. Наверху, в спальнях, на кроватях не было ни одеял, ни матрасов – всё, аккуратно сложенное, лежало в шкафах.

- Конечно, французы ворвутся сюда - и вот, пожалуйста, постели им готовы, – заметил Висенте.

В своей комнате он достал из шкафа потрёпанное чёрное одеяние и, улыбаясь, сказал:

- Моя студенческая мантия. Каждый год она украшалась лентой определённого цвета, чтобы показать, какую дисциплину мы изучали, а по окончании курса мы эти ленты сжигали.

- Звучит весёленько, – пожал плечами Шарп.

- Хорошее было время… - вздохнул Висенте. - Мне нравилось быть студентом.

- Теперь вы солдат, Джордж.

- Пока не прогоним французов, – ответил он, засовывая мантию в шкаф, к одеялам.

Он запер дом, спрятал ключи на прежнее место и повёл Шарпа, Харпера и Сару по университетским переулкам.

Студенты и преподаватели уехали в Лиссабон или на север, но здания охраняли сторожа, один из которых отпер двери и провёл их в библиотеку. В этом волшебном царстве позолоченной резной мебели и толстых книг в кожаных переплётах Сара едва не впала в экстаз. Её с трудом удалось увести оттуда, потому что Висенте хотел показать аудитории, где ему читали лекции, а потом они поднялись в лаборатории, где на полках за стеклом поблёскивали часы, весы и телескопы.

- Французам здесь очень понравится, – насмешливо заметил Шарп.

- Во французской армии тоже есть учёные люди. Они не станут воевать со знаниями, – возразил Висенте, любовно поглаживая великолепную модель солнечной системы, состоящую из медных окружностей и хрустальных шаров. - Наука выше войны.

- Что-что? – переспросил Шарп.

- Знания священны, – пылко заявил Висенте. – Это очевидно.

- Совершенно верно! – вмешалась Сара.

Она молчала всю дорогу от дома Феррейры, но университетские стены помогли ей обрести уверенность в том, что её окружает цивилизованный мир, в котором всё понятно и надёжно, мир, в котором немыслимо оказаться проданной в рабство где-нибудь в Африке.

- Университет – это святилище знаний! – добавила она.

- Святилище? – удивился их наивности Шарп. – Неужели вы думаете, что «граппо» войдут сюда, посмотрят на всё это добро и скажут: «О, это священно!»

- Мистер Шарп! – строго заметила Сара. – Я не выношу сквернословие!

- А что такое? Это по-французски «жаба». Жаба – не ругательство.

- Я знаю, что это означает, – ответила Сара, но покраснела, потому что ей показалось, что Шарп имел ввиду нечто другое.

- Я думаю, что французов интересует только еда и выпивка, – сказал Висенте.

- Не только, - стоял на своём Шарп.

Сара бросила на него осуждающий взгляд.

- Здесь нет еды, здесь вещи более возвышенные! – спорил Висенте.

- «Граппо» придут сюда, увидят эту красоту, эти ценности – всё то, чего у них нет, и не будет. И что они со всем этим сделают, Пат?

- Искорежат всё к чёртовой матери, сэр, – не задумываясь, ответил Харпер. – Извините, мисс.

- Французы обеспечат охрану, – уверял Висенте. – Среди них есть благородные люди, люди, которые уважают науку.

- Благородные люди! – презрительно бросил Шарп. – Я был однажды в местечке под названием Серингапатам, Джордж. Это в Индии. Тамошний дворец был полон золота. Видели бы вы это! Рубины и изумруды, золотые монеты, алмазы, жемчуг, больше богатств, чем вы можете себе представить в мечтах! Всё это охраняли благородные люди, Джордж, офицеры. Они поставили надёжную охрану, чтобы не дать нам, язычникам, войти и обобрать всё это дочиста. И знаете, что случилось?

- Надеюсь, всё было сохранено?

- Офицеры забрали всё подчистую, – ответил Шарп. – Как и положено. Не оставили ни крупинки золота. Среди них был и лорд Веллингтон. Должно быть, заработал на этом пару пенни.

- Никакой опасности нет, – повторил Висенте, но уже без прежней уверенности.

Они покинули университет и направились в нижний город. Если городская элита, преподаватели и студенты, и все, кого можно было причислить к зажиточным, покинули город, то простонародье осталось на месте. Они покорились судьбе, ожидая прихода французов и надеясь его как-нибудь пережить. Где-то часы пробили одиннадцать, и Висенте забеспокоился:

- Я должен вернуться в полк.

- Сначала поедим, – возразил Шарп и повёл их в таверну.

Таверна была полна битком, и посетители вовсе не обрадовались появлению солдат, которые собирались сдать их город французам, однако неохотно уступили место за столом. Висенте заказал вино, хлеб, сыр и маслины и снова попытался было уйти.

- Не волнуйтесь, – удержал его Шарп. – Полковник Лоуфорд объяснит вашему полковнику, что вы выполняли важное задание. Вы знаете, как разговаривать с высокопоставленными офицерами?

- С уважением? – предположил Висенте.

- Так, чтобы они растерялись, – ответил Шарп. – Правда, на некоторых, вроде Веллингтона, это не действует.

- Но разве он не возвращается в Англию? – спросила Сара.

- Господи, нет, разумеется! – успокоил её Шарп. – Он приготовил сюрприз для лягушатников. Линия укреплений, мисс, протянувшаяся на много миль к северу от Лиссабона. Они свернут там шею, а мы будем наблюдать за этим и поплёвывать в небо. Так что мы никуда не уезжаем.

- А я думала, вы возвращаетесь в Англию, – протянула разочарованно Сара.

Она-то решила, что вернётся домой вместе с армией, предпочтительно, сопровождая какое-нибудь аристократическое семейство, и начнёт всё заново. Сара не знала, как ей это удастся без денег, одежды и рекомендаций, но не хотела поддаваться безысходному отчаянию, охватившему её сегодняшним утром.

- Мы не вернёмся в Англию, пока не победим, – сказал Шарп. – А вот что делать с вами? Отослать в Англию?

Сара пожала плечами:

- Как? У меня нет денег. Ни денег, ни одежды.

- У вас есть семья?

- Родители умерли. Есть дядя, но сомневаюсь, что он захочет мне помочь.

- Чем больше узнаю семейств, тем больше радуюсь, что я – сирота, – философски заметил Шарп.

- Шарп! – осуждающе воскликнул Висенте.

- Всё будет хорошо, мисс, – вмешался в разговор Харпер.

- Почему вы так уверены? – усомнилась Сара.

- Потому что вы теперь с мистером Шарпом, мисс. Он проследит, чтобы у вас было всё в порядке.

- Итак, мисс, почему же Феррагус вас запер? – спросил Шарп.

Сара покраснела и опустила глаза.

- Он… - начала она и запнулась, не зная, как всё объяснить.

- Он хотел, или…- намекнул Шарп, понимая, что она не решается сказать.

- Хотел, – тихо ответила Сара, взяла себя в руки и посмотрела ему в глаза. – Он обещал продать меня в Марокко. Сказал, что за меня дадут много денег.

- Этот ублюдок напрашивается на то, чтобы его как следует полечили, – заявил Шарп. – Извините, мисс, вырвалось. Мы найдём его, отберём деньги и отдадим вам. Вот и всё! – и он ей улыбнулся.

- Я же сказал, что всё будет в порядке, – уверенно подвёл итог Харпер.

Висенте не принимал участия в беседе. К нему подсел и завёл разговор один из посетителей таверны, недавно пришедший здоровяк. Выслушав его, взволнованный Висенте обратился к Шарпу:

- Это Франсиско. Он говорит, что знает про тайный склад с продовольствием. Тот, кому всё это принадлежит, планирует продать всё французам.

Шарп смерил Франсиско взглядом и определил: «Крыса из сточной канавы».

- И что же Франсиско хочет? – спросил он.

- Что хочет? – не понял Висенте.

- Что он хочет, Джордж? Почему он рассказал нам об этом?

Португальцы быстро переговорили между собой, и Висенте ответил:

- Он говорит, что не хочет, чтобы провизия досталась французам.

- А-а, значит, он патриот… - скептически протянул Шарп. – А как он узнал о складе?

- Он помогал доставлять продукты. Он… как это по-английски… человек с телегой.

- Извозчик, – подсказал Шарп. – Значит, наш Франсиско – извозчик-патриот?

Снова Висенте задал несколько вопросов, а потом перевёл:

- Он говорит, что ему не заплатили.

Этому Шарп был гораздо более склонен верить. Может, Франсиско и патриот, но месть – гораздо более правдоподобный мотив.

- А почему мы? – снова спросил он.

- В смысле? – опять не понял Висенте.

- Внизу, на причалах не менее тысячи солдат, а в городе ещё больше. Почему он подошёл к нам?

- Он узнал меня, – объяснил Висенте. – Он местный, как и я.

Шарп потягивал своё вино и, пристально глядя на Франсиско, размышлял. Ему не нравился этот чертовски увёртливый тип, но то, что он говорил, имело смысл, если подоплёкой был денежный интерес.

- Кому принадлежит склад?

Опять диалог на португальском, и Висенте отвечает:

- Он говорит, что хозяина зовут Мануэль Лопес. Я о таком не слышал.

- Жаль, это не чёртов Феррагус. Простите, мисс. Так где этот склад? – поинтересовался Шарп.

- В двух минутах отсюда, – ответил Висенте.

- Если всё так, как он рассказывает, то нам понадобится весь полк, но нам лучше сначала посмотреть самим. – Шарп посмотрел на залповое ружье, висевшее на плече Харпера. – Эта игрушка заряжена?

- Конечно, сэр. Только порох насыпать на полку.

- Так насыпь, Пат. Если мистеру Лопесу мы не понравимся, придётся его успокоить.

Они с Висенте расплатились за еду и вино, а Франсиско не сводил глаз с Харпера, который возился со своей наводящей ужас одним своим видом семистволкой. Парень явно нервничал.

- Для этой штуки нужно побольше пуль, – заметил Харпер.

- Сколько у вас осталось?

- После того, как я зарядил мою крошку? – Харпер ласкающим движением закрыл затвор. – Двадцать три.

- Я украду немного у Лоуфорда. – сказал Шарп. – Его чёртов большой пистолет, который в седельной кобуре, заряжается как раз полудюймовыми пулями, а он из этой дьявольской – простите, мисс – штуки ни разу не стрелял. Ему не нравится слишком большая отдача при выстреле. Бог его знает, зачем ему эта штука. Может, жену ей пугает. Вы готовы? – обратился он к Висенте. – Давайте найдём этот проклятый склад, и вы сообщите об этом своему полковнику. За это он отметит вас в своей Библии.

Франсиско обошёл весь город, спрашивая у всех и каждого, не видел ли кто двух британцев в зелёных формах и с ними учёного сынка профессора Висенте. Он быстро нашёл их в «Трёх воронах». Феррагус будет рад. Взволнованный Франсиско показал дорогу вниз по тропе.

- Здесь, сеньор, – указал он на большие ворота в каменной стене через улицу.

- Почему бы сначала не доложить полковнику? – предложил Висенте.

- Потому что, если этот ублюдок – простите, мисс – соврал, вы будете глупо выглядеть. Нет, мы посмотрим, что внутри. Потом вы пойдёте к своему полковнику, а мы отведём мисс Фрай в полк.

Дверь была заперта на висячий замок.

- Выстрелить в него? – спросил Висенте.

- Вы его просто искорёжите, и открыть станет ещё труднее.

Шарп порылся в своём ранце и нашёл, что искал – отмычки. Он сохранил их ещё с детства, и теперь перебирал искривлённые стержни, прикидывая, который из них подойдёт.

Висенте поразился:

- Вы знаете, как этим пользоваться?

- Когда-то я был вором, – пожал плечами Шарп. – Зарабатывал этим на жизнь, – и, заметив, что Сара совершенно ошеломлена этой новостью, добавил. – Я не всегда был офицером и джентльменом.

- Но сейчас вы офицер? – с тревогой спросила она.

- Офицер, мисс, даже не сомневайтесь, – успокоил её Харпер.

Взяв наизготовку свою семистволку, он посматривал по сторонам, но ничего подозрительного не заметил. Хозяин лавочки увязывал пожитки на тачку, женщина ругала своих детей. Небольшая группа беженцев, обременённая сумками, коробами, собаками, козами и коровами тащилась под гору к реке.

В замке что-то щёлкнуло, и Шарп открыл его, потом снял с плеча винтовку.

- Придержи-ка этого Франсиско, – сказал он Харперу. – Если внутри ничего нет, я пристрелю ублюдка. Простите, мисс.

Франсиско попытался было улизнуть, но Харпер перехватил его, а Шарп распахнул одну из створок ворот и шагнул в темноту, приглядываясь. Когда его глаза привыкли к сумраку, он увидел бочки, ящики и мешки, возвышающиеся штабелями до самых стропил крыши.

- Господи Боже! – потрясённо пробормотал он. – Простите, мисс.

- Богохульство даже хуже, чем просто сквернословие, – строго заметила Сара, окидывая взглядом огромное внутреннее пространство склада.

- Я постараюсь запомнить, мисс, на самом деле постараюсь, – отозвался Шарп. – Иисусе, чёрт его возьми, вы только посмотрите на это!

- Это всё провизия? – спросил Висенте.

- Пахнет едой, – ответил Шарп, вскинул винтовку на плечо, вытащил из ножен палаш и ткнул им в один из мешков, из которого потекла на пол струйка зерна. – Слёзы Иисуса! Простите, мисс, – он вложил палаш в ножны и осмотрелся. – Да тут тонны провизии!

- А это важно? – спросила Сара.

- Ещё бы! – со знанием дела сказал Шарп. – Армия не может воевать, если голодает. Весь смысл этой кампании, мисс, в том, чтобы позволить лягушатникам углубиться на территорию Португалии до самого Лиссабона, где они будут испытывать трудности с продовольствием. А этот склад может кормить их много недель!

Харпер, поражённый открывшимся перед ним зрелищем, машинально ослабил хватку, и Франсиско, воспользовавшись этим, потихоньку отступил в сторону, а потом стремглав бросился бежать. Шарп, Висенте и Сара шли по центральному проходу, озираясь и удивляясь. Провиант был сложен аккуратными штабелями примерно двадцать на двадцать футов. Между штабелями тянулись узкие проходы. На некоторых бочках виднелось клеймо британской армии – значит, они были украдены. Харпер последовал было за своими товарищами, потом вспомнил про Франсиско, оглянулся и увидел, что из дома напротив выходят несколько мужчин с пистолетами в руках и перекрывают ворота склада.

- Тревога! – крикнул он.

Обернувшись, Шарп увидел заслонившие вход тёмные силуэты, и инстинкт подсказал ему, что Франсиско их предал, и они попали в беду.

- Ко мне, Пат! – крикнул он, заталкивая Сару в проход между мешками.

Ворота прикрыли, и в складе сразу стало темно. От входа грохнули первые выстрелы. Одна пуля вонзилась в мешок над головой Шарпа, другая срикошетила от железного обруча бочки и ударила в стену, а третья попала в Висенте, который упал навзничь, выронив винтовку. Шарп пинком отбросил винтовку к Саре и, затащив Висенте в щель между мешками, вернулся к центральному проходу и прицелился в сторону двери. Врага не было видно. Шарп снова отступил за стену мешков. Теперь в помещение свет проникал лишь через несколько маленьких грязных окошек, расположенных под крышей, поэтому всё скрывал полумрак. В дальнем конце узкого прохода что-то шевельнулось. Шарп вскинул винтовку, но это оказался Харпер, который пробрался к нему, минуя центральный проход, вокруг возвышающихся до самой крыши штабелей.

- Их шестеро, сэр. Может, больше, – сказал Харпер.

- Нам нельзя здесь оставаться. Мистер Висенте ранен, – ответил Шарп.

- Господи! – огорчился Харпер.

- Простите, мисс, – извинился за Харпера Шарп.

Пуля сбила Висенте с ног, но он остался в сознании и даже поднялся, и теперь стоял, прислонясь к ящикам.

- Кровь идёт, – сказал он.

- Где?

- Левое плечо.

- Во рту кровь чувствуете?

- Нет.

- Будете жить, – успокоил португальца Шарп и передал винтовку Висенте Харперу. – Дайте мне залповое ружьё, Пат, и прикрывайте мистера Висенте и мисс Фрай. Посмотрим, есть ли отсюда выход. Подождите немного.

Шарп прислушался. Со всех сторон слышались лёгкие шорохи, но это могли быть крысы или кошки.

- Двигаемся вдоль стен, – прошептал он Харперу и пошёл вперёд, чтобы заглянуть за угол штабеля.

В полумраке он различил какую-то тень и вышел из-за штабеля. Впереди полыхнул огонь, и вдоль стены мимо него свистнула пуля. Он вскинул винтовку, но тень растворилась среди теней.

- Давай, Пат!

Харпер подтолкнул Висенте и Сару вглубь склада. «Ради Бога, только бы там была ещё дверь!» - думал Шарп, закинув винтовку на левое плечо, а семистволку на правое, и взбираясь на ближайший штабель. Он карабкался, вбивая носы сапог в щели между мешками, не обращая внимания на шум, который при этом производил. Шарп едва не сорвался, ещё больше разозлился, и это словно придало ему сил. Наконец он оказался наверху штабеля и снял семистволку с плеча, надеясь, что никто не услышит щелчок взводимого курка. Большой кот обшипел его, выгнув спину дугой и задрав трубой хвост, но соперничать за неровное плато на вершине штабеля не решился и удрал подальше. Шарп лёг на живот и прислушался к тихому бормотанию внизу. Там, в проходе, их враги совещались, как закончить то, что они начали. Винтовок они, конечно, немного побаивались, и хотели, по возможности, избежать боя, поэтому Феррагус крикнул:

- Капитан Шарп!

Нет ответа. Где-то в глубине склада послышалось царапание когтей, да снаружи прогремели по булыжнику колёса.

- Капитан Шарп!

Молчание.

- Выходите! – крикнул Феррагус. – Принесёте мне извинения, и можете уйти. Это всё, что я хочу. Извинитесь!

«Ага, чёрта тебе лысого, а не извинений! – подумал Шарп. – Феррагусу надо сохранить этот склад до прибытия французов. Как только мы покажемся, он нас подстрелит». Пришло время поохотиться на охотников.

Он осторожно подполз к краю штабеля и медленно, очень медленно высунулся, чтобы посмотреть вниз. В проходе стояла группа мужчин – шестеро или больше. Они не догадывались глянуть вверх, хотя собирались помериться силами с солдатами, а солдаты в бою всегда стараются занять позицию на возвышенности.

Шарп опустил вниз ствол залпового ружья. Семь полудюймовых пуль забивались в дула с помощью пыжей, но запросто могло случиться так, что какая-нибудь пуля выкатится, поэтому стрелять надо было быстро, очень быстро, почти не целясь. Он чуть отодвинулся назад, привстал и замер, потому что послышался другой голос:

- Капитан Шарп!

Это был не Феррагус, и голос слышался не снизу, а от ворот склада.

- Капитан Шарп!

Говорил майор Феррейра. Пришёл, ублюдок! Шарп опустил ствол, готовый дать залп, но Феррейра заговорил вновь:

- Даю вам слово офицера. Вам не причинят вреда! Мой брат лишь хочет, чтобы вы принесли извинения!

Феррейра перешёл на португальский, обращаясь, видимо, к Висенте, и Шарп мысленно выругался, потому что Висенте с его наивностью, доверчивостью и склонностью принимать всё за чистую монету мог поверить Феррейре. Надо было срочно вмешаться. Одним движением он ступил на край штабеля, высунул ствол в проход и нажал спусковой крючок.

Три пули из семи едва не выкатились, и это уменьшило поражающую мощь залпового ружья, но отзвук выстрела, отразившихся грохотом от каменных стен, оглушил, а отдача семи стволов едва не вырвала ружьё из рук Шарпа. Клубы дыма скрыли, что творилось в проходе. Оттуда раздавались вопли ужаса, хриплые крики боли, и топот ног, потому что бандиты разбегались, как крысы, от обрушившейся на них сверху смерти. В ответ раздался пистолетный выстрел, пуля разбила вдребезги стекло в окне под крышей, но Шарп уже бежал вглубь склада. Он перепрыгнул проход, приземлился на пирамиду бочек, которые зашатались под ним, едва не обрушившись, но он ринулся дальше, распугивая кошек, прыгнул ещё раз – и вот он уже в дальнем углу.

- Нашлось что-нибудь, Пат?

- Только лаз в подвал, чёрт подери.

- Лови! – Шарп бросил Харперу семистволку и начал спускаться, цепляясь за края ящиков, а когда до земли осталось футов шесть, спрыгнул.

Он посмотрел направо и налево, но ни Феррагуса, ни его подручных не заметил:

- Где они, дьявольщина?

- Вы кого-нибудь убили? – с надеждой спросил Харпер.

- Двух-трёх. Где лаз?

- Здесь.

- Господи, как воняет!

- Там какая-то гадость, сэр. Много мух.

Шарп присел на корточки и задумался. Чтобы добраться до ворот, придётся пробираться по проходам между штабелями, а люди Феррагуса перекроют их. Можно, конечно, попробовать, но чего это будет стоить? По крайней мере, ещё одно ранение. И с ними женщина. Нельзя подвергать её опасности. Он открыл люк в подвал, и оттуда пахнуло тяжёлой вонью. Видно, там, в темноте, что-то сдохло. Может быть, крыса. Вглядевшись, он различил ведущие во тьму ступени, и предположил, что это подвал. Спустившись вниз, можно было взять лестницу на прицел, и Феррагус со своими людьми не сможет выкурить его оттуда. Интересно, есть ли из этого подвала другой выход?

Где-то вдалеке послышались шаги, но гораздо больше Шарпа забеспокоили шорохи сверху. Феррагус быстро учился и, видимо, послал своих людей на штабеля. Ловушка захлопывалась, и оставался единственный выход.

- Вниз! – приказал Шарп. – Все вниз!

Он спустился последним, с трудом задвинув тяжёлую деревянную крышку люка, чтобы Феррагус не догадался, что его враги ушли в подпол. Внизу было черно, как в смоляной бочке и так воняло, что Сара зажала рот. В темноте гудели мухи.

- Зарядите залповое ружьё, Пат, и дайте мне винтовки, – сказал Шарп.

Шарп присел на ступеньках, держа в руках одну винтовку, а две положив рядом. Силуэт того, кто откроет люк, будет отличной мишенью.

- Когда выстрелю, перезарядите винтовку, а потом семистволку, – шепнул он Харперу.

- Да, сэр, – отозвался Харпер, перезаряжая оружие в кромешной тьме.

- Джордж? – позвал Шарп и, услышав в ответ свистящий выдох, полный боли, попросил. – Пройдите вдоль стен, посмотрите, нет ли другого выхода.

- Там был майор Феррейра, – с укоризной произнёс Висенте.

- Такой же мерзавец, как и его брат, – ответил Шарп. – Он хотел продать лягушатникам партию чёртовой муки, Джордж, да только я помешал ему. Поэтому меня и избили там, в Буссако.

Доказательств у Шарпа не было, но вывод напрашивался сам собой. Именно Феррейра убедил Хогана пригласить Шарпа на ужин в монастыре, и, вероятно, подсказал брату, что стрелок будет возвращаться один по тёмной тропе.

- Пошарьте вдоль стен, Джордж. Ищите дверь.

- Тут крысы, – сказал Висенте.

Шарп вытащил из кармана складной нож, открыл его и позвал Сару.

- Возьмите, – он нащупал в темноте её ладонь и вложил в неё ручку ножа. – Осторожнее, это нож. Отрежьте от подола вашего платья полосу и посмотрите, нельзя ли перевязать плечо Джорджа.

Он думал, Сара воспротивится тому, чтобы её единственное платье попортили, однако она промолчала, и мгновение спустя послышался характерный треск разрывающегося шёлка. Шарп придвинулся поближе к люку и прислушался. Сначала было тихо, но вдруг раздался выстрел из пистолета, и пуля вонзилась в крышку люка, застряв в древесине. Феррагус показал, что нашёл их убежище, однако явно не горел желанием немедленно спускаться в подвал. Снова всё стихло.

- Хотят убедить нас, будто они ушли, – сказал Шарп.

- Отсюда нет выхода, – объявил Висенте.

- Выход есть всегда, – возразил Шарп. – Крысы ведь как-то сюда попадают?

- Здесь два трупа, – с отвращением в голосе произнёс Висенте.

Так вот откуда эта вонь!

- Они нам не повредят, раз уже мертвы, – прошептал Шарп. – Снимите мундир и рубашку, Джордж, и позвольте мисс Фрай перевязать вас.

Шарп ждал. Время шло. Висенте постанывал от боли, а Сара шептала ему что-то успокоительное. Шарп снова придвинулся к люку поближе. Он знал, что Феррагус никуда не делся, и пытался догадаться, что он собирается предпринять. Откинет крышку люка и начнёт стрелять? Попытается ворваться? Вряд ли. Феррагус, скорее, надеется, что они вылезут сами, понадеявшись, будто склад опустел, но Шарп на это никогда не купился бы. Он ждал, слыша лишь царапанье шомпола о ствол. Харпер заряжал своё залповое ружьё семью пулями.

- Готово, сэр, – наконец доложил он.

- Будем надеяться, что эти ублюдки попробуют сунуться, – сказал Шарп, не обращая внимания на резкий вдох Сары, в котором чувствовалось неодобрительное отношение к его «выражениям».

В этот момент наверху что-то грохнуло, словно орудие выстрелило. Шарп вздрогнул, решив, что это был взрыв, но потом сообразил, что на люк водрузили что-то очень тяжёлое. Послышался ещё один удар, потом ещё. Что-то заскребло по полу, а затем подряд несколько раз грохало и скребло.

- Заваливают люк, – сказал Шарп.

- Зачем? – спросила Сара.

- Они заманили нас в ловушку, мисс, и вернутся, когда подготовятся как следует.

Феррагус, разумеется, не собирался привлекать внимание к своему складу, устраивая в нём перестрелку, пока в городе британские и португальские войска. Он подождёт, когда армия уйдёт, а потом, до прибытия французов, вернётся с целой толпой до зубов вооружённых людей и откроет подвал.

- Значит, у нас есть время, – решил Шарп.

- Время для чего? – спросил Висенте.

- Чтобы выйти отсюда, разумеется. Все заткните уши пальцами, – он выждал несколько секунд и выстрелил из винтовки вверх.

Пуля вонзилась в крышку люка. В ушах у Шарпа стоял звон. Он вытащил ещё один патрон, откусил пулю и отложил её.

- Протяните руку, Пат, – сказал он и вложил ему в ладонь немного пороха в бумажке – то, что осталось от патрона.

- Что вы делаете? – спросил Висенте.

- Я как Бог, собираюсь сотворить свет, – отозвался Шарп.

Он пошарил по карманам и нашёл номер газеты «Таймс», который дал ему почитать Лоуфорд, порвал пополам, одну половинку сунул обратно, а вторую туго скрутил.

- Готово, сэр, – Харпер, который, догадавшись, что собирается сделать Шарп, свернул из промасленной бумаги патронной обёртки трубочку, начинённую порохом.

- Нащупайте замок, – Шарп протянул ему винтовку.

- Нашёл, сэр, – отозвался Харпер и подставил трубочку к кремнёвому замку.

- Рады, что пошли со мной сегодня, Пат?

- Это счастливейший день в моей жизни, сэр.

- Давайте посмотрим, где мы оказались, – произнёс Шарп и нажал на спусковой крючок.

Кремень ударил о пластину, высекая искру; со вспышкой воспламенился порох на полке; скрученная трубочкой бумага, которую Харпер держал возле замка, полыхнула ярким пламенем, и Шарп запалил от него конец своего импровизированного факела. Харпер подул на обожженные пальцы. У Шарпа было не больше минуты, пока прогорит газета. В первую очередь он увидел два омерзительных трупа. Крысы обглодали до костей их лица и прогрызли раздутые животы, в которых копошились личинки и множество мух. Сара бросилась в угол, и там её вырвало. Шарп осмотрел всё остальное. Подвал был квадратным, примерно двадцать на двадцать футов, с каменным полом. Потолок тоже каменный, с арочными кирпичными сводами.

- Римская работа, – заметил Висенте.

Шарп осмотрел и лестницу, но она также оказалась целиком каменная. Газета догорела до самых пальцев, он бросил её на ступеньки и огляделся в последний раз, пока огонь ещё тлел.

- Мы в ловушке, – печально констатировал Висенте.

Воротник его рубашки был порван, левое плечо неуклюже перевязано, на коже и рубашке следы крови. Огонь погас, и в подвале воцарилась тьма.

- Выхода нет, – вздохнул Висенте.

- Выход есть всегда, – уверенно возразил Шарп. – Один раз в Копенгагене меня заперли, но я выбрался.

- Как? – спросил Висенте.

- Через дымоход, – ответил Шарп и мысленно содрогнулся, вспомнив об узком, тёмном, тесном, покрытом сажей лазе, по которому он полз, извиваясь угрём, пока не повернул в соседний дымоход.

- Жалко, что римляне не построили здесь дымоход, – заметил Харпер.

- Подождём и пробьёмся к выходу, – предложил Висенте.

- Не получится, – жёстко возразил Шарп. – Когда Феррагус вернётся и откроет люк, Джордж, он не будет рисковать. Он приведёт десяток людей с мушкетами, готовых пристрелить нас.

- Тогда что мы сделаем? – немного придя в себя, тихо спросила, Сара.

- Мы уничтожим продукты, которые лежат на складе, – заявил Шарп. – Этого ведь хочет Веллингтон, не так ли? Это наш долг. Нам некогда крутиться вокруг университетов, мисс, нам дело делать надо.

Но для начала надо было придумать, как спастись.


Феррагус, его брат и ещё трое после склада двинулись в таверну. Один пойти уже никуда не мог, потому что в его черепе засела пуля из семистволки. Теперь он был неспособен ни говорить, ни двигаться, ни понимать что-либо, и Феррагус приказал свезти его в монастырь Санта-Клара, в надежде, что хоть кто-то из монахинь там ещё остался. Второй, раненый тем же выстрелом, направился домой, чтобы жена наложила повязку на перебитую пулей руку. Озлобленный понесёнными потерями, Феррагус мрачно смотрел в стоящий перед ним стакан с вином.

- Я вас предупреждал. Они – солдаты, – сказал Феррейра.

- Мёртвые солдаты, – огрызнулся Феррагус.

Это было единственным утешением. Все четверо попались в ловушку, и останутся там, пока Феррагус не захочет вытащить их оттуда. Он подумывал оставить их там. Интересно, через сколько бы они умерли? Может, сошли бы с ума в душной темноте? Перестреляли бы друг друга? Или друг друга съели? Может, через несколько недель он откроет люк, и когда тот единственный, кто останется в живых, выползет, моргая, на свет, он забьёт ублюдка до смерти? Нет, он забьёт всех троих и проучит Сару Фрай самыми изощрёнными способами.

- Мы вытащим их оттуда сегодня же вечером, – заявил Феррагус.

- Сегодня вечером не выйдет. В городе британцы, они расквартированы неподалёку от склада, – напомнил Феррейра.- Что будет, если они услышат выстрелы? Вдруг не удастся избавиться от них так легко, как днём.

Днём португальский патруль, услышав выстрелы на складе, заявился, чтобы разобраться, в чём дело. Их встретил майор Феррейра, который не участвовал в охоте на Шарпа, а сторожил дверь. Заслышав топот ботинок по булыжникам мостовой, он вышел на улицу и отправил патруль восвояси, сказав, что это его люди стреляют коз на мясо.

- Из того подвала никто выстрелов не услышит, – презрительно бросил Феррагус.

- Хотите рискнуть? – спросил иронически Феррейра. – Забыли про их пушку?

- Тогда завтра утром, – прорычал Феррагус.

- Завтра утром британцы ещё будут в городе, – терпеливо напомнил майор. – А днём мы должны ехать на встречу с французами.

- К французам поедете вы с Мигуэлем, – сказал Феррагус.

Он посмотрел на своего подчинённого, который пожал плечами: мол, почему бы и нет?

- Они будут ждать вас, – напомнил Феррейра.

- Мигуэль выдаст себя за меня! – отрезал Феррагус. – Чёртовы французы ничего и не поймут. А я останусь здесь, подожду, пока британцы не уйдут, и поиграю в свои игрушки. Когда французы придут в город?

- На следующий день утром? – предположил Феррейра. – Скажем, через час-два после рассвета?

- Значит, время у меня будет, – с удовлетворением побурчал Феррагус.

Он хотел, чтобы в его распоряжении было достаточно времени, чтобы заставить своих врагов умолять о снисхождении, которого они никогда не дождутся.

- Я встречу вас на складе, – сказал Феррагус брату. – Приведите с собой французов для охраны.

Он знал, что мог позволить себе отвлечься. Конечно, сохранить продовольствие и продать его французам – это первоочередная задача, и по сравнению с ней попавшаяся в мышеловку компания казалась не столь уж важным делом, но только на первый взгляд. Они бросили ему вызов, одержали над ним верх, а Феррагус не мог позволить безнаказанно оскорблять себя. Поступить так означало унизить своё достоинство. Так что это теперь – дело чести.

На самом деле никакой проблемы не было. Шарп и остальная компания обречены. На люк он нагромоздил полтонны ящиков и бочек, а другого выхода из подвала нет. Так что Феррагус уже одержал победу, это только вопрос времени.


Большая часть отступающей британской и португальской армии пересекала Мондего через брод к востоку от Коимбры, но по мосту Санта-Клара в пригород на южном берегу реки, где располагался новый женский монастырь Санта-Клара, тоже двигался плотный поток солдат с пушками и фургонами, а также беженцев с нагруженными в тележки пожитками, козами, овцами, коровами и собаками. Спрессованная плотная толпа вливалась в узкие улочки около женского монастыря и мучительно медленно шла на юг, к Лиссабону. Ребёнка едва не переехало пушкой, но возница спас его, повернув вбок, так что орудие врезалось в стену, и пришлось целый час чинить сломанную колёсную ось. Тележка развалилась прямо на мосту, её содержимое – книги и пожитки – рассыпались, и, не обращая внимания на проклятия их владелицы, португальские солдаты сбросили и тележку, и весь скарб в реку, которая и без того была замусорена разбитыми бочками и содержимым мешков, ссыпанным в воду. Вниз по течению толстым слоем плыли разбухшие сухари. Солёное мясо сжигали на больших кострах. Португальские солдаты получили приказ разрушить в городе все печи для выпечки хлеба. Южному Эссекскому было поручено взяться за кирки и кувалды и разбить привязанные на причалах лодки.

Подполковник Лоуфорд вернулся к причалам поздним утром, выспавшись и насладившись удивительно вкусным цыплёнком, салатом и белым вином, а его красный мундир за это время вычистили и отгладили. Верхом на Молнии он спустился к причалам, где обнаружил свой полк – потный, взъерошенный, грязный и уставший после целого утра тяжёлой работы.

- Проблема в солёном мясе, – сказал майор Форрест. – Бог знает почему, но оно не желает гореть!

- Шарп обещал ведь достать скипидар!

- Я его не видел, – сказал Форрест.

- Я надеялся, что он здесь, – заявил Лоуфорд, осматривая затянутый дымом причал и вдыхая острый запах разлитого рома и горелого мяса. – Он спас весьма милую девушку, англичанку, к тому же. Я был с ней немного резок и, думаю, должен принести извинения.

- Здесь его нет, – повторил Форрест.

- Он появится, - пожал плечами Лоуфорд. – Как обычно.

Через причал, печатая шаг, прошествовал капитан Слингсби и, щёлкнув каблуками, откозырял Лоуфорду:

- У меня пропал человек, полковник!

Лоуфорд прикоснулся в ответ пальцами к треуголке и произнёс:

- Как дела, Корнелиус? Все хорошо, я надеюсь?

- Лодки уничтожены, все до единой!

- Великолепно!

- Но сержант Харпер отсутствует, сэр. Отсутствует без разрешения.

- С моего ведома, Корнелиус.

Слингсби ощетинился:

- Меня не поставили в известность, сэр.

- Это недосмотр, разумеется, – миролюбиво ответил Лоуфорд. – И я уверен, что сержант Харпер скоро вернётся. Он с мистером Шарпом.

- Это другое дело, – помрачнел Слингсби.

- Есть проблемы? – осторожно поинтересовался Лоуфорд.

- Мистер Шарп много чего наговорил мне сегодня утром.

- Вы с Шарпом должны исправить сложившуюся ситуацию, – поспешил заметить Лоуфорд.

- И он не имеет права, сэр, никакого права отвлекать сержанта Харпера от выполнения положенных ему обязанностей. Это только подстрекает его.

- Подстрекает? – не понял Лоуфорд.

- К дерзкому поведению, сэр. Он слишком ирландец.

От испаряющегося с земли рома в воздухе стоял спиртовой запах, но Лоуфорду казалось, что в дыхании его шурина тоже ощущаются ромовые пары.

- Я полагаю, он ирландец, потому что родом оттуда, как и Молния, – Лоуфорд почесал коня за ухом. – Нельзя предвзято относиться ко всем ирландцам.

- Сержант Харпер не проявляет должного уважения к правительству Его Величества.

- Сержант Харпер захватил Орла в Талавере, капитан, – заметил Форрест. – Ещё до вашего прибытия.

- Я не сомневаюсь, что он хорошо сражается, сэр, – ответил Слингсби. – Это у них, ирландцев, в крови, не так ли? Они невежественные и жестокие дикари, сэр. Я хорошо их знаю. В 55-м полку было много ирландцев. Меня волнует порядок дел во вверенной мне роте стрелков. Я хочу навести порядок в соответствии с правилами, сэр. И я не намерен терпеть дерзости.

- Каковы же ваши намерения? - с некоторым неудовольствием поинтересовался Лоуфорд.

- Чтобы сержант Харпер вернулся в мою роту, сэр, где я со всей решительностью заставлю его взяться за дело по всем правилам Устава.

- Ваша обязанность проследить за этим, когда он вернётся, – величественно напутствовал его полковник.

- Очень хорошо, сэр, – Слингсби откозырял и вернулся к своей роте.

- Он полон энтузиазма, – заметил Лоуфорд.

- По-моему, наша стрелковая рота и раньше не могла пожаловаться на недостаток энтузиазма или, к примеру, боеспособности.

- Они хороши, конечно, но даже хорошим собакам иногда не мешает поохотиться с новым выжлятником, – ответил Лоуфорд. – Новый подход, Форрест, исправляет старые привычки, разве не так? Может, поужинаете со мной сегодня вечером?

- Было бы неплохо, сэр.

- И с рассветом – в путь. Прощай. Коимбра. Пусть французы будут к тебе милосердны.

Двадцатью милями к северу авангард французской армии вышел к главной дороге, оттеснив португальских ополченцев, которые преграждали дорогу, огибающую с севера хребет Буссако, и теперь конные разъезды скакали по брошенным опустевшим полям к Коимбре. Французская армия повернула на юг. Сначала Коимбра, потом – Лиссабон, а затем и победа. Орлы летели на юг.


Глава 6  | Спасение Шарпа | Глава 8