home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



ВОЗНИКНОВЕНИЕ МАХАЯНЫ В БУДДИЗМЕ

После смерти Будды его учение продолжило распространяться. Особенно заметно выросла численность монашеских общин. Можно с уверенностью сказать, что с самого начала в буддизме возникло сильное движение, затронувшее мирян, центрами которого стали популярные места паломничества. Вместе с тем оплотом буддизма являлась монашеская община. Она олицетворяла собой идеальную жизнь по канонам буддизма. Идеалом монашеской общины был архат — полностью просветленный ученик

Будды, после смерти попадающий в паринирвану. Как и во многих других религиозных общинах, с течением времени в буддистской общине начались споры. Последствия этих расхождений мы могли бы назвать конфессиональными расколами. Причиной выделения в буддизме различных направлений стали споры по поводу самого учения Будды и его практического воплощения, однако появившиеся школы не отличались особой исключительностью. К первому веку нашей эры в буддизме оформилось новое направление, известное как махаяна. Адепты махаяны (что в переводе означает «большая повозка») отделяли себя от более традиционных буддистских школ, которые они называли хинаяной (что значит «малая повозка»). Исследователи предпочитают обозначать ранний буддизм термином никая, поскольку в нем не содержится очевидного умаляющего оттенка, имеющегося в слове хинаяна. Самим названием своей школы последователи махаяны утверждали, что их «новая повозка» была более универсальной, чем «повозка» в старой традиции, которая перевозила относительно немного людей на другой берег нирваны. Среди основных признаков, отличающих махаяну от более ранней буддистской традиции, больше всего заслуживает внимания идеал бодхисатвы. В отличие от идеала архата в никая-буддизме в махаяне существовал культ бодхисатвы — человека, вступившего на путь Будды. Согласно учению махаяны, бодхисатвой движет вовсе не желание достичь нирваны для cебя. Он стремится к просветлению ради блага всех других людей. Таким образом, бодхисатва намеренно возвращается в мир сансары, чтобы облегчить страдание и помочь остальным вступить на правильный путь. Бодхисатву нередко называют тем, кто «возвращается» из нирваны. Если быть более точным, он преследует совсем другую цель (то есть не точное повторение жизни Будды). В некоторых текстах Махаяны даже утверждается, что нирвана не существует. Она просто была идейным инструментом, который Будда использовал для того, чтобы побудить людей последовать его учению.

В любом случае, бодхисатву ведет сострадание ко всем страдающим существам и постижение мудрости, способствующей благоразумному поведению. Подобно тому как птице для полета нужны два крыла, бодхисатва опирается на параллельное развитие в себе мудрости и сочувствия. Со временем появились различные варианты пути, которым надлежит следовать бодхисатве. Наибольшую популярность среди них приобрело десятиэтапное продвижение, охватывающее не одну жизнь. В течение многих жизней бодхисатва совершенствует разнообразные добродетели (великодушие, терпение, стойкость и т. д.), необходимые для постижения жизненного пути Будды. Продвигаясь по этому пути, человек обретает выдающиеся и даже сверхъестественные способности. В результате этой практики в махаяне появился пополняющийся пантеон «небесных бодхисатв» — добившихся особых успехов бодхисатв, которые могут пребывать на небесах и спускаться оттуда, чтобы учить страдающих существ и помогать им. Особенно в ряду бодхисатв выделяется Майтрейя, потому что его появление очень напоминает рождение мессии в рамках буддистской традиции. В разное время и в разных местностях возникали заметные движения вокруг будущего «потомка» Майтрейи, который считался новым Буддой.

Прежде чем я перейду к проведению значимых параллелей между буддизмом и «Матрицей», позвольте мне рассказать об одной известной философской школе в махаяне. Эта школа заслуживает особенного внимания по причинам, которые позднее станут очевидны. К этому моменту вам уже должно быть очевидно, что буддизм — это во многом философия разума. Основная проблема связана здесь не с «миром», как это представляется тем, кто воспринимает мир в качестве поля битвы между добром и злом. Проблема, скорее, состоит в (ложном) способе, которым мы воспринимаем мир. Следовательно, решение проблемы коренится в изменении сознания человека и его способа переживания реальности. Буддизм действительно придает значение определенным нравственным императивам, для того чтобы свести мирское страдание к минимуму. Однако даже здесь сознательное намерение является самым важным элементом. В отличие, к примеру, от джайнизма буддизм утверждает, что негативные кармические последствия вам не грозят, если вы убиваете животное неумышленно.

Самое большое значение имеет сознательное намерение человека, а не просто действия, которые из этого намерения вытекают. Помимо стремления избежать причинения вреда другим, в буддизме акцентируется и добродетельное поведение ввиду взаимозависимых отношений между поступками и разумом человека. Проявление великодушия побуждает человека больше думать о том, что следует быть великодушным, и наоборот.

Буддистский анализ «сознания» достигает своей вершины в одной из школ махаяны, возникшей в четвертом веке. Эта школа называлась йогачара. Она также была известна под названием школа «только лишь сознания» (виджнянавада). Адепты этой школы утверждают, что объективный мир, который кажется нам реальным, в конечном счете, является продуктом нашего разума.[101]

Словно разум человека — это кинопроектор, а мир, воспринимаемый человеком, — это проекция его сознания. Поскольку мы считаем объекты сознания независимо существующими, мы бесконечно преследуем или избегаем их в зависимости от нашего желания или ненависти. Йогачара не утверждает, что объективного мира не существует, хотя многие исследователи пришли именно к такому заключению.[102] Более точно позицию иогачары следует определить как эпистемологическое прозрение. Суть в том, что любой «объект» претерпевает существенные изменения в ходе нашего осознанного восприятия: мы понимаем этот объект в виде идеи, и он теряет для нас достоверность, причем до того, пока он не изменится, мы не способны его понять. Все, что испытывает человек, проходит через его сознание, которое неизбежно искажает любые переживания. Согласно йогачаре, когда мы осознаем, что в этом смысле объекты сознания иллюзорны, наши желания, привязанности (зависимости) и страдания исчезнут. В этот момент основной поток сознания трансформируется в мудрость Будды.

Чтобы достичь подобного понимания природы сознания, йогачара уделяет внимание различным медитативным и визуализирующим техникам. Отсюда и родилось название школы («практикующие йогу»). Медитативные техники развивались для того, чтобы в известной степени подвергнуть деконструкции обусловленный способ восприятия мира и помочь человеку пробудиться и прийти к предельной взаимозависимой и недуалистической природе реальности. Методика, при выполнении которой человек оказывается способен создавать и контролировать порождаемые разумом образы через различные практики визуализации, служила для усиления понимания того, что повседневное осознанное восприятие, похожее на сон, больше не «создается». Практикующий эти методики человек начинает осознавать иллюзорную природу самого себя и внешних компонентов реальности. В конечном итоге он пытается преодолеть субъект-объектный дуализм, сообщающий нашему ложному мировосприятию, что мы (и все «объекты») — каким-то образом обособленные друг от друга и независимые существа. Содержание понимания отсутствия дуализма лежит за пределами вербального описания. Это понимание является конечной целью последователя йогачары.


«Д-Р БУДДА» И ДХАРМА | Прими красную таблетку: Наука, философия и религия в «Матрице» | БУДДИЗМ И «МАТРИЦА»