home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Глава 4

Неделя подошла к концу. В субботу, рано утром, Алекс заехал на мойку и помыл машину. После вчерашнего дождя, она вся была покрыта грязью и, заезжать в таком виде за Ириной он не решился. Тем более, что погода сегодня была прекрасная. А он не любил, когда его «Мустанг» был грязным. Светило солнышко и было почти по-летнему тепло. После мойки, купил большой букет белых роз и подъехал к её дому. Поднялся на этаж и позвонил. Ирина долго не открывала, потом замок щёлкнул, и в дверях появилась, заспанная, но всё равно, очень красивая Ирина, в прозрачном голубеньком халатике. Она увидела Алекса и удивлённо подвела брови.

- Это тебе, - Алекс вручил ей букет. Она заулыбалась и понюхала розы.

- Спасибо. Я очень люблю белые розы. Проходи, - сказала она, прижимая букет к груди и пропуская его в квартиру. Алекс вошёл и закрыл дверь.

- Быстро собирайся. Мы едем за город, - сказал он.

- Куда? – не поняла она.

- За город. У меня для тебя сюрприз.

- Хорошо, присядь пока. Я сейчас быстро соберусь. Она взяла вазу для цветов и прошла на кухню Алекс сел в кресло и начал рассматривать альбом с репродукциями полотен художников эпохи «Возрождения». Ирина была художницей. Поэтому газет не читала, телевизор практически не смотрела, интернет её интересовал только как возможность бесплатно путешествовать по изобразительным музеям мира. Она жила в своём красивом мире. И в этот мир она великодушно пустила Алекса. Ему нравилось погружаться с ней в другую реальность и забывать о проблемах этого суетного общества. Поэтому он, не собирался разрушать её картину мира, а лишь пытался наполнить её сексуальными красками.

Прошло, наверное, минут пятнадцать и Ирина вышла из ванны уже одетой и с лёгким макияжем на лице.

- Я готова, сэр, - сказала она и мило улыбнулась..

- Тогда вперёд! Нас ждёт незабываемое путешествие, сударыня. - Алекс поцеловал её в щёку и они вышли из квартиры.

Через час они примчались на огромное поле, над которым покачивались разноцветные купола – огромные яркие шары, прямо среди заросшего, ещё зелёной травой, поля. Под ними висели корзины, сплетенные из ивовой лозы. Обычные корзинки, только размерами побольше и прочнее. В каждой сидел парень и время от времени открывал свою газовую горелку и теплым воздухом, наполнял оболочку шара. Процесс подготовки шаров к полету восхищал и завораживал. Горелки с ревом выпускали длинные языки прозрачного пламени, воздух струился и дрожал от жара и заполонял купола. Купола колыхались, будто дышали, и расли, как живые. И вот, уже перед ними громадные шары, наполненные горячим воздухом, а корзинки под ними кажутся такими маленькими и несерьезными!

Ирина захлопала в ладоши и закричала:

- О-о-о, как хочется полетать! Какой же ты молодец, - и побежала по полю.

- Выбирай шар, какой тебе нравится, - крикнул Алекс.

- Вон тот, красный, - крикнула она и показала рукой на самый дальний. – Он самый красивый.

Они вместе, взявшись за руки, добежали до воздушного шара, и пилот помог им забраться в кабинку. Потом он ещё пару раз открыл горелку, и убедившись, что всё в порядке, сбросил канат, который удерживал шар у земли.

И сладкой жутью замирает сердце при виде того. как шар медленно поднимается вверх и летит. Нет, не летит, а медленно парит в воздухе.

- Мы летим вместе с ветром! А-А-А, - кричала Ирина, держась за Алекса и за край корзины. Алекс снял свою джинсовую куртку и накинул ей на плечи. В полете корзинка поскрипывала и чуточку проминалась под ногами. Шар неспешно поднимался в утреннее небо и уплывал вдаль к горизонту. Ирина испытывала чистый восторг ребёнка, счастье, эйфорию, экстаз. Утро было практически безветренное, совершенно тихое. Роса на траве блестела в лучах солнца, и над рекой внизу стелился туман. Вдруг из тумана вынырнул ошеломительного вида летательный аппарат, похожий на гибрид стрекозы с мотоциклом и прострекотал мимо нас, оставив Ирину в полном изумлении. Пилот помахал нам рукой и улетел. Час полёта пролетел незаметно и пилот перестал подогревать воздух. Шар медленно опускался. Приземлились мы в нескольких километрах от того поля, откуда начали своё путешествие. Внизу уже ждал микроавтобус, который отвез нас к нашей машине.

- Спасибо, Алекс! Это было незабываемо. У меня столько впечатлений, - сказала Ирина и нежно поцеловала Алекса в губы. Её глаза были полны восторга и благодарности.

Алекс завёл машину, и они поехали завтракать и одновременно обедать, потому, что аппетит после такой прогулки разгулялся не на шутку.

Прошедшая неделя пролетела быстро. Напряжение в обществе немного спало, хотя в воскресенье многие ожидали повторения прошлых событий и смотрели практически все дневные выпуски новостей. Почему-то все решили, что если это и произойдёт, то обязательно в воскресенье. Все журналисты Киева «приняли стойку» и были готовы выехать по свистку в любой район города. Полиция Киева была переведена на усиленный режим несения службы. Увеличено количество патрулей. Но воскресенье прошло абсолютно спокойно. И в понедельник тоже ничего не произошло. - Что-то не срослось у этих десвешеров, а может кандидаты умирать отказались, - разочарованно сказал Макс в понедельник вечером.

- Не говори гоп, - возразил Алекс. - Ещё не вечер. Мы же не знаем, что они имели ввиду под термином неделя. Неделя с того воскресенья, или просто следующая неделя. Немного терпения, мужчина, - посоветовал он Максу и как будто в воду глядел.

Во вторник, 23 сентября, когда Алекс уже допивал кофе, после сытного обеда в редакционном буфете и планировал пойти покурить, раздался звонок его мобильного.

- Слушаю, внимательно, - сказал он в трубку.

- Алекс срочно ко мне. Ещё десять трупов, - услышал он взволнованный голос шефа.

- Бегу, Евгений Палыч. Уже у вас, - ответил он и, одним глотком допив кофе, быстрым шагом пошёл к лифту.

Когда он вошёл в кабинет, шеф стоял у окна и нервно теребил в руках свой телефон.

- Представляешь, ещё десять человек покончили с собой в Полтаве. Мне только что позвонил мой друг по университету.

- Где? – удивился Алекс.

- В Полтаве, - подтвердил редактор. - Там сегодня отмечают день города, 1115 лет. На центральной площади собрали народ на концерт. Выступил мэр. Поздравил горожан, пожелал счастья и процветания. Передал слово своему заму. Тот тоже поздравил всех с праздником, Потом попросил подняться на сцену людей с разных предприятий города для вручения подарков ветеранам войны. Все думали, что так и надо по программе. Вышло девять человек. Они с замом мэра встали в ряд, сказали, что они десвешеры и будут умирать за эвтаназию, пока её не разрешат. Потом каждый принял яд. Представь, на глазах у всего города. Ужас!

Белов стоял, ошеломлённый этой новостью и пытался представить всю эту абсурдную картину, когда люди убивают себя во время праздника на глазах у своих знакомых. Редактор вывел его из состояния шока.

- Слушай, Алекс, - редактор уже немного успокоился. - Я созвонился со своим другом в Следственном Управлении. Они сейчас отправляют в Полтаву своих следователей. Я договорился, что ты полетишь с ними. Заодно обменяетесь информацией по этому делу. Срочно езжай в Жуляны. Старший у них - полковник Крутов. Вылет через два часа на вертолёте МЧС. Вот деньги на командировку, - он передал ему конверт. - С гостиницей определишься на месте. Ты слышишь меня? О чём опять задумался?

- Всё понял, - встрепенулся Алекс. - Евгений Палыч, уже лечу в прямом и переносном смысле.

- Вечером позвони мне, расскажи, что там и как.

- Обязательно шеф, - сказал Белов, выбегая из кабинета.

На сборы времени не было. Паспорт у него с собой. Деньги есть. Поэтому он положил ноутбук в сумку, и сразу направился на парковку.

«Кто же вы такие, десвешеры?» - думал он по дороге. - «Если по вашей воле умирают такие люди да ещё и в разных городах Украины. Значит прав Макс и есть режиссёр этого ужасного спектакля, который теперь смотрит вся страна. Вот это действительно современное искусство – реализм, твою мать! Вот это инсталляция! Действия происходят в реальных декорациях и с живыми людьми. А сцена – вся Украина! «Актёры» не играют свою смерть, а реально умирают. Ох___еть! Только никто не аплодирует. Все ждали их акцию в Киеве. Полиции понаганяли во все посещаемые места в форме и в штатском. А они в Полтаве «выстрелили». Интересно, а женщины в этот раз были или нет? Забыл спросить у Палыча. Ладно, сейчас узнаю у этого полковника. Очень интересно, какой же финал будет у этого представления?».

По дороге в аэропорт, он перезвонил Ирине и сказал, что сегодняшний ужин отменяется, так как он улетел в срочную командировку. По её голосу, Алексу понял, что Ирина очень расстроилась. «Нужно будет ей привезти из Полтавы какой-нибудь подарок», - подумал он, вспоминая запах её волос и вкус её губ.

Приехав в аэропорт и оставив машину на платной стоянке, Алекс позвонил по номеру, который дал ему редактор.

- Крутов, - ответил мужской голос.

- Это Белов. Я с вами лечу в Полтаву. Куда мне идти?

- Подходи в линейное отделение аэропорта. Мы здесь.

- Понял. Сейчас буду.

Погода была солнечная и безветренная. «Надеюсь и наверху будет также тихо, и долетим без проблем», - подумал Алекс.

У входа в ЛОВД аэропорта стояло двое мужчин с сумками. Алекс понял, что это те, кто ему нужен. Он подошел к ним и поздоровался:

- Белов Алекс. Украина-нэт, - и протянул руку для приветствия.

- Максимов Влад. Мвд-юа, - улыбнулся тот, что помоложе, и пожал его руку.

- Полковник Крутов, - представился второй, не протягивая руки. На вид ему было лет пятьдесят. Алекс настаивать на рукопожатии не стал. Интуитивно он понял, что быстрее найдёт общий язык и получит информацию у Максимова, чем у этого Крутова.

- Когда же вы собраться успели? – спросил он у Влада, кивнув на его большую сумку.

- Так это тревожный чемоданчик. У нас всегда с собой, - улыбаясь ответил тот.

- Господа, пройдёмте, - услышали они голос девушки – стюардессы. Эта девушка провела их к служебному выходу из здания терминала и указала рукой на ближайший вертолёт. Это был новый патрульный вертолёт отечественного производства «К – 226». Они прошли к нему и по трапу поднялись внутрь. Пилот закрыл дверь, а командир запустил двигатель. Всё задрожало и наполнилось гулом.

Белов пристроился у окна. Говорить, из-за шума винтов, было трудно, поэтому все молчали. Долетели достаточно быстро и уже через час они были в аэропорту Полтавы. Солнце ещё было высоко. На часах было 16.15.

У трапа их ожидала машина и ещё через сорок минут они уже были в Следственном Управлении Полтавской области. Алекс направился в пресс-центр, а полковник с майором, к начальнику местного Управления. Секретарь в приёмной сразу пригласила их пройти в кабинет начальника. - Разрешите, товарищ полковник? – спросил Крутов, входя в кабинет, - Старший следователь по особо важным делам, полковник Крутов. Это мой зам – майор Максимов.

- Присаживайтесь, товарищи. Мы уже почти час ждём вас, - сказал генерал.

В кабинете полковника Фёдорова уже сидело несколько его замов - подполковников и женщина в форме майора. Крутов с Максимовым сели на свободные места.

- Самойлов, доложи нашим киевским коллегам обстановку, - обратился полковник к седому подполковнику, сидевшему слева от него. Тот внимательно посмотрел на Крутова, потом на Максимова. Передал им две красные папки. Крутову, вместе с папкой, передал флешку.

- Это фотографии с места происшествия, а на флешке съемка. Там местные телевизионщики концерт этот снимали. Так что, как говорится, всё как в кино, - сказал он и продолжил. - Как вы уже знаете, сегодня у нас, во время празднования Дня города на центральной площади, в 11.45, произошло массовое самоубийство. Десять человек одновременно покончили с собой, отравившись таблетками с ядом. Руководил всем этим процессом заместитель мэра Кульчицкий, также ныне покойный. При себе все погибшие имели вот такие коробочки с паспортом и листовкой с требованиями, - он показал коробочку и листовки.

Белов, как только расстался с полицейскими в холе Управления, сразу достал из сумки с компьютером наушник и подключил его к своему телефону. Вывел на экран программу специальную прослушки. Ещё в Киеве, при посадке в вертолёт он очень удачно пристроил микрофончик под воротник пиджака майора. И теперь отчётливо слышал каждое слово в кабинете их начальника. Эту программку и микрофон подарил Алексу знакомый СБУ - шник, за информацию, которая помогла в раскрытии одного дела. Микрофон передавал сигнал на расстояние до 3000 метров. Поэтому качество записи было достаточно хорошим. С наушником в ухе, Алекс прошёл в пресс-центр УВД и, предъявив редакционное удостоверение симпатичной девушке - капитану, получил у неё официальный пресс-релиз сегодняшних событий в Полтаве. Потом вышел из Управления и зашёл в ближайшее кафе. Заказал ланч и, наслаждаясь едой, продолжал слушать всё, о чём говорили на совещании.

В кабинете начальника Полтавского Следственного Управления Крутов с Максимовым слушали доклад Самойлова и просматривали материал в папке. Потом, все вместе посмотрели видео этих событий на большом экране плазмы, висевшей на стене. После просмотра, Крутов вздохнул и кивнул головой:

- Всё как у нас, только у всех ваших один способ. У нас ещё с высоты бросались. Разрешите вопрос? - спросил его Крутов.

- Конечно. Слушаю, - Самойлов внимательно смотрел на него

- Можно узнать возраст, пол погибших и, если уже известно, место работы?

- Всё уже известно, - подтвердил Самойлов. - Четыре женщины и шесть мужчин. Из них две девушки – 22 года, студентка Педагогического имени Короленко. Вторая 24 года – воспитательница в детском саду. Женщины – 34 и 43 года. Обе домохозяйки. Два парня - 19 и 24 года. Первый студент Медакадемии, второй работал в СМУ 8. Мужчины: Кульчицкий 46 лет, как я уже говорил, проработал в мэрии 8 лет. Второй 54 года мастер асфальтобетонного завода. А 48 и 60 лет – бизнесмены, причём довольно успешные.

- Возможно это совпадение, но у нас тоже было четыре женщины и шесть мужчин, - перебил его Крутов. – Извините, продолжайте.

- А собственно всё. Я уже всё доложил, - сказал Самойлов.

- Нужно немедленно изъять у всех покойников мобильные телефоны и компьютеры, дома и на работе, - обратился к нему Крутов.

- Уже делается. Инструкции из Киева мы получили сразу после случившегося, - ответил лысый подполковник, сидящий справа от начальника.

- Опрос родственников сделали?

- Дознаватели ещё работают, - опять ответил лысый подполковник.

- Нужно показывать фотографии всех погибших всем родственникам и выяснять связи и их пересечения. Фотография Самурая у вас есть?

- Конечно. Дознаватели и его фото тоже всем родственникам показывают.

- Все жёсткие диски и сим карты, принадлежащие покойным, я должен завтра отвезти в Киев и передать нашим специалистам, - дал указание Крутов.

- Хорошо. Мы всё скопируем и подготовим их вам. Вместе с собранной информацией по каждому погибшему и анализом крови, - ответил Самойлов.

- Кто из присутствующих был на месте происшествия? – Крутов обвёл всех взглядом.

- Я был, - сказал худощавый подполковник, сидевший рядом с Максимовым.

- У вас не сложилось впечатление, что Кульчицкий приказывал этим людям выйти на сцену, или отбирал в толпе именно этих людей?

- Нет. Он просто сказал, что на сцену могут выйти люди, которые хотят поздравить ветеранов. Он не говорил сколько нужно человек. Вышло девять и он, десятый, - ответил худощавый подполковник.

- Да теперь уже очевидно, что они имели в виду не только Киев, как мы думали вначале. Всё как в их листовке. Десять человек каждую неделю. 14-го десять и сегодня, 23-го. За две недели двадцать человек, - сказал Крутов. - Получается что следующая акция может произойти в любом городе страны и в любой день с 29 сентября по 5 октября, а не только по воскресеньям. У них нет системы, всё делают не по шаблону. В этом вся сложность этого дела. Они не предсказуемы. Просчитать их следующий шаг практически невозможно.

- Полковник, вы говорите они, - спросил начальник Управления. - Вы думаете, что этими десвешерами кто-то руководит?

– И руководит профессионально. Это уже очевидно, - уверенно кивнул Крутов. - Все эти люди в Киеве и Полтаве не самостоятельно решили свести счёты с жизнью. Их явно кто-то готовил. На это указывает много фактов, в том числе одинаковый яд, состав которого наши эксперты до сих пор выясняют. Такого в аптеке не купишь. Думаю, состав яда у ваших покойников будет такой-же. Кто-то передал его этим людям. И самое главное - мы не смогли выявить ни одного, даже случайного, пересечения наших покойников друг с другом. Ни явного, ни тайного. Я уверен, что у вас будет та же картина. Соответственно они не могли договориться о месте и времени своего самоубийства, а им всем это место и время кто-то назначил, - Крутов замолчал и выпил воды. Потом продолжил, - При этом мы уже знаем, что Станислав Ерёмин 1982 года рождения, некий Самурай, служил во Французском Легионе. И мог иметь соответствующую специальную подготовку, чтобы продумать и подготовить данный процесс. Это именно он покончил с собой первым и, по всей видимости, дал такой сигнал к началу акций остальным десвешерам.

- Но тогда получается, что их много и их представители есть в разных городах, - сказал начальник Управления.

- Тех кто готовы умереть, много, - согласился Крутов. - А руководят ими один или два человека. Невозможно не оставить улик, если в деле много звеньев. Не мне вам говорить про человеческий фактор. А после двух акций улик практически нет. Значит, действовал один, максимум два человека, которые очень тщательно всё заранее спланировали и подготовили. А потом уничтожили все возможные улики и провели эти акции. Чувствуется рука профессионала.

- Полковник, насколько точно эксперты смогли идентифицировать труп Самурая? – вдруг спросила женщина, сидевшая слева, - Я эксперт, майор Полтавченко.

- У нас есть фото Ерёмина, из Интерпола, на котором ему 22 года. Покойному примерно тридцать два года. Наши эксперты предположили, что человек на той фотографии и покойный Самурай, имеют общие характерные черты. Совпала группа крови. По отпечаткам он у нас не проходит. Найти образцы ДНК Ерёмина и сравнить с ДНК трупа у нас нет возможности, так как его семья выехала на ПМЖ в Германию в 2000 году. Родственников в Украине у них не осталось. В 2002 году отец и мать Ерёмина погибли в автомобильной катастрофе под Цюрихом.

- Тогда вы не можете утверждать, что это труп именно Самурая, а возможно предположить, что это труп человека, похожего на Самурая, - предположила майор. - У которого совпадает группа крови. А сам Самурай жив, и руководит этим процессом. Ведь следов других организаторов вы до сих пор так и не обнаружили?

- Да не обнаружили. В принципе ваша версия, майор, имеет право на существование. Возьму её в разработку, - ответил Крутов.

- Как можно узнать, или внешне определить этих десвешеров! – спросил Самойлов.

- В этом деле у нас нет конкретных подозреваемых. Вернее наоборот, нас хотят заставить подозревать всех и каждого. Подозревать теперь можно любого, даже нас с вами. Потому, что все покойники за минуты до смерти вели абсолютно обычный образ жизни и ничем не проявляли свою принадлежность к десвешерам. И все, без исключения, имели мотив расстаться с жизнью. А ведь подобный мотив рано или поздно появляется у каждого из нас, в зависимости от тяжести ударов судьбы. Хотите очень наглядный пример?

Все молчали и с явным интересом смотрели на Крутова. Он продолжил.

- Прошу поднять руку тех, кто ни разу в своей жизни, не задумывался о самоубийстве. Подчёркиваю – ни разу. Только честно и откровенно.

Все переглянулись и задумались. И руку, никто из присутствующих в кабинете, так и не поднял. Все молчали и смотрели друг на друга.

- Вот видите, у каждого из нас были такие сложные периоды в жизни. Значит, никого из нас нельзя исключать из списка подозреваемых.

- Но это же абсурд, - сказал начальник Управления.

- К сожалению, нет, - Крутов посмотрел на него. – Покойники отличаются от нас с вами только тем, что желание умереть у них было не более полугода назад.

- И как же они находят таких людей? - удивился Самойлов. – По запаху?

- Вот это вопрос! Десвешеры, каким-то образом находят этих людей именно в такие сложные жизненные периоды. Тех, у кого за последние полгода было реальное желание покончить с собой. И после общения с десвешерами, эти люди делают именно то и именно так, как нужно им. А узнать и определить людей, с которыми пообщались десвешеры невозможно. Нет видимых симптомов, как говорят врачи. Болезнь протекает скрытно. А когда проявляются видимые симптомы, предотвратить самоубийство и спасти человека невозможно, потому, что он умирает через несколько секунд. Поэтому те улики, которые у нас есть, не дают нам пока никакого преимущества. Определить место и время следующей акции с их помощью невозможно. А то, что она обязательно произойдёт, теперь не вызывает сомнений. Вопрос только где и когда? - А в психущках не искали? Там ведь регистрируют потенциальных самоубийц. – спросил начальник Управления. - Искали, но во первых, там регистрируют только после неудачных попыток. А у наших киевских десвешеров это была первая и последняя попытка покончить с собой. К психиатрам и психологам они не обращались и на учёте не стояли. Думаю, что у ваших будет та же картина. В вопросах скрытности они очень хорошо придерживаются системы и ни на йоту от неё не отходят.

- Может это какие-то новые шахиды? – спросил Самойлов.

- Нет, это не шахиды, - уверенно возразил Крутов. - У тех цель убить или покалечить как можно больше жертв, чтобы посеять страх и панику. Эти умирают сами. И задача у них привлечь к себе внимание. Я не психиатр но, судя по тому, что я вижу и уже знаю, вывод напрашивается однозначный. Все эти люди наверняка проходят серьёзную психологическую обработку. Потому, что в крови покойных никаких психотропных веществ не обнаружено. Инструкций в карманах тоже нет. А по их поведению, вы сегодня это сами видели, они сделали это абсолютно добровольно. Помните, как революционеры или партизаны в войну шли на казнь и совершенно не боялись смерти. Потому, что были уверены, что боролись за правое дело. Согласитесь - очень похоже на наших покойников. - Похоже, - согласился Самойлов. – Но неужели им всем так важна эта эвтаназия? Почему они готовы умереть за эту идею десвешеров? – спросил он.

- Вот ещё один очень важный вопрос, - ответил Крутов. - Поймём этот мотив – сможем видеть симптомы.

- И в чём вы видите мотив десвешеров? – спросил его начальник Управления.

- А они его и не скрывают – разрешение эвтаназии на законодательном уровне. Во всяком случае, никаких других требований они не выдвигали. На мой взгляд, десвешеры одержимы этой идеей, и нашли способ бороться за неё. Чудовищный, но способ, с помощью всех этих людей, потенциальных суицидников. - Не хочешь жить – лезь в петлю, стреляйся, топись. Никто тебя не держит. Зачем другим жизнь портить? И что требуют – какую-то грёбаную эвтаназию! Нахрена она им далась? Не понимаю! – громко выругался начальник Управления.

Сидя в кафе с наушником в ухе, Алекс внимательно слушал и думал: «Самый главный вопрос, который наверняка заинтересует моих пытливых читателей – а нахрена, как выразился их полковник, им эта эвтаназия? Действительно, зачем им разрешение эвтаназии в масштабах страны? Разве самоубийства это такая большая проблема для нашего общества? Никогда раньше не задумывался. Нужно будет обязательно изучить этот вопрос».

В кабинете начальника Управления продолжался обмен мнениями. - Может десвешеры находят всех этих людей, которые именно сейчас хотят расстаться с жизнью в интернете? – спросила эксперт Полтавченко.

- Возможно. Но ни звонков, ни переписки в компьютерах у покойных мы не обнаружили. Как только мы поймём, как они их вербует, мы сразу сможем найти следующих смертников и прекратить этот кровавый кошмар. Это и есть наша сверхзадача – найти путь, которым пришли и приходят десвешеры к этим людям.

- Что вы намерены делать дальше, полковник? – задал вопрос начальник Управления

- Собирать информацию и крепко думать. И ещё надеяться, что они где-то ошибутся и оставят нам подсказку. В моей оперативной практике, это первый случай, когда я не могу применить то, чему меня учили в академии. Классические приёмы криминалистики в этом случае бесполезны.

- И как же с ними бороться? – спросил лысый подполковник.

- Пока не знаю, - честно признался Крутов. – Но завтра в Киеве на заседание оперативного штаба наш генерал пригласил группу учёных, экспертов – психиатров. Думаю, они смогут дать нам ниточку к пониманию логики этих десвешеров. Самоубийцы ведь по-другому видят мир, и десвешеры научились понимать их язык и профессионально общаться на нём. А мы не только не знаем этого языка, но и вообще никогда не относились к самоубийцам как к людям адекватным и разумным. Их всегда считали умалишёнными. Даже сейчас мы не понимаем, почему все эти двадцать человек предпочли смерть жизни. Что им не хватало, или наоборот, чего было слишком много и они не смогли это пережить.

- Похоже вы правы, полковник, – задумчиво сказал начальник Управления. - Мы действительно ещё не сталкивались с подобными преступлениями. Ну, что, господа офицеры. На сегодня всё. Завтра в девять у меня. Обсудим возможные превентивные мероприятия и передадим вам все материалы.

Крутов встал. Остальные тоже.

- Разрешите идти?

- Идите. Мой водитель вас отвезёт в гостиницу.

Крутов с Максимовым встали и вышли. Остальные ещё остались в кабинете.

Водитель привёз Крутова и Максимова в ведомственную гостиницу. Номер с двумя кроватями был очень скромно меблирован. Но горячая вода была. Влад порылся в своём телефоне и по навигатору, нашёл местную пиццерию. Заказали две пиццы и пиво. Устав за день, они уже не могли ничего обсуждать и анализировать, поэтому, практически молча, поужинали и легли спать.

Алекс дослушал совещание до конца. Потом вынул наушник из уха, и скачал всю информацию на ноутбук. Закончив и убрав ноутбук в сумку, Алекс попросил официанта вызвать ему такси и, допив кофе, поехал в ближайший отель. В номере завёл будильник на телефоне и сразу лёг спать.

Проснувшись по будильнику в 7.30 утра, он умылся и пошёл на завтрак. Потом позвонил Крутову и узнал время вылета. Уже в 12.00 они вылетели из Полтавы на том же вертолёте. Погода и в этот раз не подвела их. Прилетев в Киев, обменялись визитками с полковником и майором.

- Звони, если что интересное узнаешь, - сказал ему Крутов.

- Обязательно. А если у меня вопросы будут, ответите? – спросил Белов.

- Посмотрим, корреспондент, - ответил Максимов и похлопал его по плечу.


Глава 3 | Лекарство от старости | Глава 5