home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Таким его знают коллеги

О Вячеславе Тихонове можно говорить часами – вспоминать актера, его биографию, характер, роли и умение вовремя проявлять инициативу на съемочной площадке, что всегда придавало фильмам с его участием незабываемый шарм. А вот как вспоминают о Вячеславе Тихонове актеры, которым посчастливилось сниматься вместе с ним.

Лариса Лужина (Светлана из картины Станислава Ростоцкого «На семи ветрах»)

Наша беседа с Ларисой Анатольевной началась с моих вопросов. Мне интересно было узнать впечатления актрисы от этой работы. Как она себя чувствовала в кадре с замечательным актером, любимцем всех женщин – Вячеславом Тихоновым… «На семи ветрах» – потрясающая история любви. Немного грустная, светлая и очень лирическая картина, настоящая военная баллада о верности. Героиня Лужиной ждет любимого. Мы его в кадре так и не увидим. Одного из героев, влюбленных в Светлану, играет Вячеслав Тихонов. И все же она ему отказывает, не в силах предать свою любовь…

– В то время, конечно, все казалось неестественно. Мне тоже задавали такие вопросы и после просмотра фильма: почему такой мужчина, такой артист, а вы даже не поцеловались в кадре? В то время и целоваться-то не разрешали, хотя этого так ждали все женщины, которые смотрели фильм. Но там была картина о другом, не о предательстве. Это была бы тогда уже другая история – не о любви. А Ростоцкий снял картину о чистоте. О такой любви, о которой писал в свое время Константин Симонов в стихотворении «Жди меня».

Я была тогда студенткой первого курса, на второй даже еще не перешла. И для меня Вячеслав Тихонов был олицетворением мужества и красоты, обезоруживающего обаяния, но особенно красоты, конечно. Настоящий мужчина, в которого можно влюбиться, да все и влюблялись. Правда, не могу это сказать про себя, у меня такого не было.

На съемочной площадке, естественно, волновалась рядом с ним. У нас сложились замечательные отношения во время съемок, хотя сначала мы даже не разговаривали друг с другом, ведь Слава в то время был уже очень популярным актером. «Дело было в Пенькове»… Только что вышла картина «Две жизни», где он играл такого блестящего офицера…

Я же тогда только поступила во ВГИК и ничего еще не знала о кино. Меня утвердили потому, что Сергей Апполинариевич Герасимов и Тамара Федоровна Макарова настояли. Он был художественным руководителем объединения и сказал: «Я считаю, что моя студентка подойдет, она справится с этой ролью». И поначалу у меня были очень напряженные отношения и не только со Славой, но и со Стасиком Ростоцким. Тихонов не воспринимал меня как актрису. Что было, то было, и он сам это прекрасно знает. И мне очень тяжело работалось – никакого опыта. Я, правда, до этого снималась, у меня были уже кое-какие картины, но они прошли как-то незаметно. Девушкой же я была очень мнительной, и мне все казалось, что Тихонов относится ко мне свысока. Поэтому я его немного сторонилась. Да и он тоже. Ростоцкий, в свою очередь, относился ко мне сдержанно – он хотел снимать другую актрису. Так что атмосфера на съемочной площадке поначалу была не очень дружелюбной в отношении меня.

Однажды у нас не получалась одна из сцен.

Тихонов отошел какой-то обиженный и начал высказывать режиссеру свое недовольство. И тут меня «прорвало»: «Вячеслав Васильевич, если вы хотите что-то сказать, то делайте замечания мне лично, а не через режиссера».

В общем, мы поссорились. И долго потом не разговаривали. Помню, у меня был день рождения. В общежитие были приглашены все: Ростоцкий, Тамара Макарова… Тихонова же я не позвала. А он, как человек тактичный, постарше меня, понял, что как-то неправильно себя вел… И через Ростоцкого прислал мне большую коробку конфет! Потом мы с ним подружились, и уже все пошло нормально. Конечно же, можно было бы в такого человека и влюбиться. И моя героиня Светлана смогла бы… Но тогда бы это было предательство по отношению к Той ее любви.

Все говорят, что Вячеслав Васильевич – немного холодный, немного закрытый. Гадают – отчего это идет… Просто у него свой внутренний мир, и ему никто не нужен. Он относится к «закрытому» поколению актеров. То же самое можно сказать по поводу Георгия Вицина. Он ведь тоже был неким отшельником, «закрытой» личностью. То же и с Борисом Андреевым, Николаем Крючковым… Все они не очень-то перед другими раскрывались… Одно дело – экран, другое – жизнь. Между ними и окружающими был некий барьер. И они никогда не были этакими «рубаха-парнями». И это не зазнайство, а просто такая черта характера, способ окружить себя некой преградой, чтобы не впускать всех, без разбора, в свой внутренний мир. Как раз Тихонов еще более-менее в этом смысле раскрепощенный человек, а вот Вицин и Андреев… В общем, они тоже мало кому давали интервью, даже в молодые годы. И в личную жизнь никого не впускали. Хотя, в то время еще не было «желтой» прессы…

Я вот все время думаю: такой великолепный актер и такой красивый мужчина – Вячеслав Васильевич, и никто никогда не слышал о его романах, увлечениях, флиртах. И никто ничего не смог вытащить «такого», как бы ни хотел, не смог его ни в чем уличить. Удивительно! Значит, он – однолюб. И никогда ни в кого не влюблялся. Я не припомню, чтобы на какую-нибудь партнершу, как на женщину у него «загорался глаз». Он был со всеми холоден… Бывает же такое!

Мне кажется, что он Нонну Викторовну любил. И такое ощущение, что любит до сих пор. Ведь не случайно они и сейчас не могут даже общаться. Это о многом говорит… Так же и Нонна Викторовна, думаю, ничего не забыла по отношению к нему. Хотя она, конечно, более бесшабашная всегда была. А Слава не только однолюб, он еще и порядочный семьянин. Потом он не любит всяких там компаний, участвовать в тусовках, как их сейчас называют. Он этого никогда не любил.

Вот вспоминаю… когда мы снимали «На семи ветрах». Не Слава, а Станислав Ростоцкий всегда был душой компании. Не припомню, чтобы Тихонов вдруг читал стихи или брал гитару, пел. Ничего такого никогда не было. Он просто уходил в сторону…. А раскрывался в ролях. Поэтому я к нему очень хорошо отношусь. Тут вот хотела поздравить его с Новым годом – сначала был занят телефон, потом автоответчик… Я, конечно, наговорила на него поздравление… Ведь мы с Вячеславом Васильевичем замечательно общаемся и по сей день. Иногда звоним друг другу. Конечно, больше я, чем он. Он тоже ко мне, по-моему, неплохо относится. Когда ему было 75 лет, он нас всех пригласил к себе на Николину гору на Новый год. Четырех женщин – Нину Евгеньевну Меньшикову, Люду Савельеву, Ирину Скобцеву и меня. Снимали документальный фильм о нем. И захотели собрать женщин-актрис, с которыми ему интереснее всего работалось. Спросили Вячеслава Васильевича: кого бы он хотел видеть? И он позвал нас.

Устроили чаепитие, каждая из нас вспоминала свою работу с ним… Потом, правда, пришел еще Хазанов в образе Деда Мороз. А снимала этот фильм Анечка. Тихонов живет сейчас постоянно на даче. На квартире в Москве не бывает вообще. Он как-то сторонится суеты…

Вот были мы как-то в Ялте. Возможно, участвовали в фестивальной программе, точно не помню… Это было еще в начале перестройки. Сидели, обедали все вместе в кафе. И вдруг Слава у меня спрашивает: «Ларис, хочешь, сделаю тебе подарок? Ты когда-нибудь плавала с дельфинами?» – «Конечно, нет!» – «Тогда поедем, я тебе сейчас это устрою». И мы отправились в дельфинарий. Оказывается, у него там работал друг, который дрессировал дельфинов. И мы попали на показательное выступление морских обитателей. На представление собралось много детей. Потом мы пришли, когда был перерыв – санитарный час, и я плавала все это время с дельфинами! Это было незабываемое приключение. Слава, словно большой ребенок, так радовался всему! У него был совершенно мальчишеский восторг в глазах. Таким я его больше никогда не видела…

Леонид Куравлев (играл с Тихоновым в пяти фильмах, но в первую очередь, конечно, в «Семнадцати мгновениях весны»)

– Вячеслав Тихонов для меня, в первую очередь – партнер в коротких встречах на экране. Ничего такого интересного «за кадром» у нас не происходило. Бывали, конечно, какие-то смешные вещи, случаи, неожиданности… В «Семнадцати мгновениях» вообще эпизод: я молчу, он молчит, Мюллер разбирается… И в конце звучит эта крылатая фраза, которую и по сей день цитируют «по делу» и «не по делу»: «А вас, Штирлиц, я попрошу остаться!» И никакой там актерской игры особой нет!

На съемках мы вообще были сами по себе. Я к Тихонову всегда относился с большим благоговением и пиететом. На самом деле он ведь человек-то очень замкнутый. Я не берусь сказать почему, это не мне судить. Поэтому и никакого общения у нас в перерывах не было. Во-первых, он старше меня был, и сейчас, слава богу, остается. Дай бог ему здоровья! У меня не близкие с ним отношения, но я люблю его, уважаю – как актера, как личность. Он – очень порядочный человек, с трудной судьбой. И концовка жизни происходит не так, как этого хотелось бы. Все мы стареем, всех нас рано или поздно одолевают болезни, мы скисаем и глядим в другую сторону…

Я и сам сейчас мало снимаюсь. Мне предлагают такое, что я не иду на это. Не берусь за роль, в которой надо убить собственного двоюродного брата. Зачем мне это надо? Только имидж портить перед зрителями…

Мое время прошло, и тихоновское тоже. И мой телефон частенько молчит. Но я по этому поводу сильно не переживаю. Молчит – и фиг с ним! Он не молчит для других актеров – молодых. Сейчас их время. Мне предлагают играть, но только какие роли? Тут позвали сыграть наркобарона, он в кровь избивает палкой по лицу своего охранника, который подает хозяину мобильный телефон, а тот получает неприятное известие о том, что на бирже проиграл большие деньги. И он бьет клюшкой для гольфа человека, который первый попался ему под руку… Я бы хорошо это сыграл, только зачем? Притом, и деньги хорошие предлагают… Но не могу переступить через себя – ведь и деньги же тоже пахнут. Вот так. Великая иллюзия кино…. Славе наверняка тоже такие роли предлагают, а он отказывается. И правильно делает. Это совсем другой герой. Зачем марать себя…

Я даже отказался от предложений Первого канала снять документальный фильм про меня. Они как-то сделали программы – о Гундаревой, о Мордюковой – просто безобразно! Я не хочу попасть под гильотину. Ну, зачем мне, чтобы они в пятьдесят минут передачи сунули 12 минут рекламы… – про прокладки, лапшу и колготки. Вот Вульф сделал про меня передачу. Спасибо ему большое! Он не приглашает к себе актеров, а рассказывает о них на основе их картин и тех историй, которые узнает в беседах от других. Мы с ним несколько раз встречались и разговаривали… Его стиль передачи меня вполне устроил – я вне кадра. Он сделал акценты на ролях… Получилась хорошая программа, с серьезным подходом. А то, бывало, распинаешься перед камерой, а потом все вырезают и оставляют ерунду.

Вообще, сейчас наступили страшные времена – полный беспредел! Пресса укладывала меня два раза с инсультом. А мне потом звонят с предложением: «Леонид, у нас для вас есть хорошая роль, вот только как вы себя чувствуете, что здоровье?» Я говорю: «Желтухи» начитались?» Ну, мол, ходят слухи… На это просто я вешаю трубку. Или читаешь про себя: «Куравлев снимается в кино, где по сюжету насилует мальчика». Ну, как это так? Вот такая вот роль… Вы только вслушайтесь! Что за бред…

Или Киев звонит, говорит, что хочет сделать серию интервью с русскими актерами, которых любят на Украине. Можно к вам приехать? Я говорю: «Нет, не надо». А газета, между прочим, называется «Бульвар». Выходит в скором времени, мне ее пересылают друзья. А там… они сами пишут вопросы и сами же от моего имени на них отвечают. Так появилось «мое» интервью. А еще кошмар был, когда по Первому каналу в новостях сказали, что «Куравлева доставили в больницу в инсультом, и врачи борются за его жизнь»… А я сижу перед телевизором и смотрю все это! С тех пор я просто возненавидел любую прессу.

Я не переживаю и занимаюсь своими делами. Нужно шевелить мозгами. Хоть телефон и молчит, есть куча других дел. Придет время, конечно, не дай-то Бог, когда и у Меньшикова будет телефон молчать, и у других нынешних звезд. Это неизбежно. Мне вот больше повезло, чем Тихонову – я снялся в 250 картинах. Я бесконечно снимался. И в этом «виноват», можно сказать – Василий Макарович Шукшин.

Я только закончил ВГИК. Ко мне пришел Василий и предложил сценарий фильма «Живет такой парень», который сделал, и по сей день продолжает делать мне судьбу. Я и сегодня узнаваем и любим, на улице мне часто говорят о любви. Это ли не награда? И все это Шукшин. Он. Ко мне быстро пришел этот фильм. Моя звездная роль. А некоторые долго ждут такого успеха. Вот Броневого прославила роль Мюллера в 38 лет. А для меня такою ролью стал Пашка Колокольников в картине «Живет такой парень». Это добрый фильм. Шукшин – великий человек. С первого же раза сделал такую хорошую картину. По доброте сюжета она приближена к жизни, а значит, не только сейчас живет, а будет жить и дальше.

Владлен Давыдов, звезда экрана 1940 – 1950-х (играл с Вячеславом Тихоновым в сериалах «ТАСС уполномочен заявить…», «Диалог»)

– Хотя у нас со Славой Тихоновым и не было общих сцен и в перерывах между съемками нам так и не пришлось пообщаться, были другие встречи, другие фестивали… И у меня, как и у всех, есть свое мнение об этом замечательном артисте.

Тихонов, Стриженов, Яковлев… Вот истинные кинозвезды нашего советского кино. Нет, были и другие талантливые киноактеры, но не герои, не звезды они были. Тихонов для меня – пример идеального национального русского советского героя. Именно в нем, в его ролях всегда было это неповторимое славянское обаяние, красота и гармония личности. И лицо, и одежда, и душа, и мысли в нем были всегда прекрасны. Во всех его ролях.

Помню, когда я его впервые увидел, сказал: «Вот этот артист будет звездой экрана». И он им стал. Мне глубоко симпатичны человеческие качества Славы Тихонова – его душевная доброта и деликатность. Он несет в себе те лучшие стороны души, которые проявляет в своих ролях.

Вот как вспоминает работу Тихонова в кадре фильма «И другие официальные лица…» ленинградский актер Эрнст Романов :

– Что касается моих встреч с Вячеславом Васильевичем Тихоновым, то это была картина «И другие официальные лица…». Он как раз был весь в славе после Штирлица. Он и до этого был довольно известным артистом, то после «Семнадцати мгновений весны» это был взлет популярности на весь Союз и на все страны Варшавского Договора.

И что касается Тихонова, я учился у него. Я только-только начинал свой кинематографический путь. Я пришел из театра. Театр – хорошее дело, но кино – совсем иное искусство, в корне отличающееся от кинематографа. В результате только большие артисты владеют и тем, и другим искусством.

Припоминается забавный случай. Мы снимали, помнится, в кабинете Юрия Леонидовича Брежнева. Он был тогда председателем какой-то важной внешторговой группы. И его особняк находился где-то рядом с американским посольством. Герой Вячеслава Тихонова как раз заключал сделки с западными фирмами.

Началась репетиция. Он сел за стол Юрия Леонидовича. И стал повторять текст роли. А по ней у него тоже был важный папа – его играл замечательный, ныне покойный артист Всеволод Якут, который очень интересовался политикой – где и какую власть свергли, кто пришел к власти… Такая чехарда и тогда была, и сейчас. В той сцене, которую снимали, персонажу Вячеслава Тихонова предстояло говорить с папой на эту тему по телефону.

И он снимает телефонную трубку и начинает репетировать: «Папа, как ты себя чувствуешь? А в Чили-то переворот, свергли правительство…» Секретарша Юрия Леонидовича, увидев Тихонова, сидящего за этим столом и держащего телефон, соединяющий ее патрона напрямую непосредственно с его папой – Леонидом Ильичем Брежневым, на глазах побелела, это прямо было видно, рванула к нему, вырвала из его рук трубку: «Что вы делаете, Вячеслав Васильевич! Нельзя по этому телефону говорить!» А нам-то всем и ни к чему это. Ну сидит человек, репетирует…И надо же было такому случиться, чтобы из всех телефонов, а у Юрия Леонидовича на столе был приличествующий, соответствующий его посту набор телефонов, Тихонов выбрал именно этот, прямой… Так что вот был такой смешной эпизод. Не знаю, помнит ли он этот случай, но я его хорошо запомнил.

Надо сказать, что общение с Вячеславом Васильевичем было очень интересным. Нельзя сказать, что все сразу становились с ним друзьями, нет. Он любил так несколько обособленно, дистанцированно держаться, зная себе цену, зная свое место в этой жизни. Прекрасно, ровно со всеми держался, общался. Я потом с ним еще раз встретился на какой-то картине. Правда, нам так и не пришлось работать в кадре – у нас были разные эпизоды. Он мне тогда сказал: «Как приятно, что вы в этот фильм (тогда еще не было слово проект) попали». Он был такой очень интеллигентный, очень благородный, но достаточно закрытый человек.

И даже был еще такой эпизод. Когда одно время у нас на «Ленфильме» проходило какое-то очередное заседание – то ли Союза кинематографистов, то ли еще чего, сейчас уже и не помню… Тогда Всеволод Санаев, наш замечательный артист, был председателем тарификационной комиссии по актерам, назначающей ставки творческих гонораров. Это был очень важный момент в жизни, хотя все равно какие-то сущие копейки. Если ты получал какую-то энную сумму, то благодаря выдающимся заслугам, связям или таланту мог получить соответствующую категорию. Я помню, они сидели во главе стола – Санаев и Тихонов, и Санаев, указывая на меня, ему говорил: «Надо ему эту тарификацию сделать. Да, Слава?». «Да, да, конечно…» – кивнул в ответ Слава. И так я получил самый высший в советском кино тогда гонорар и получал наравне с Никитой Михалковым.

Сегодня, когда я читаю о нем, он говорит обо всем с достаточной долей грусти. Я понимаю, это старость. Как говорила Марина Ладынина: «Старость – сволочь». И все же он еще может сниматься. И сейчас, недавно сыграл у Рязанова Боженьку, по-моему, совершенно потрясающе. В такой, в общем-то достаточно невыразительной картине Тихонов был все равно очень интересен. Что еще раз доказало – насколько расточителен бывает кинематограф. Тихонова еще можно вовсю использовать, но ведь не используют же! Вокруг по-прежнему одна и та же обойма все тех же звезд и «звездунов». А истинные звезды – где они? Те, что остались… или уже ушли. Тогда ведь их не называли звездами. Просто любимые артисты и все. Как тот же Чехов говорил, я сейчас играю в одной пьесе Дорна, так он говорит: «Настоящий дарований теперь мало, но средний актер стал гораздо выше». Так было во все времена. Нечто подобное происходит и в нашей сегодняшней жизни.

«Король дубляжа» Артем Карапетян :

Мы много работали с Тихоновым на дубляже. Из значительных картин, в первую очередь, можно назвать фильм «Дети Райка». Там мы озвучивали главные роли. Тихонов – знаменитого мима Марселя Марсо, я – Пьер Брасерра…

Прошло время. Помню, утром мы встретились как-то после Пасхи с Тихоновым в буфете студии им. Горького. То были советские времена. Чтобы люди не очень-то шли на богослужения в церковь, чтобы отвлечь народ и удержать его у телевизоров, на те часы, когда были ночные службы, давали показ какого-нибудь хорошего фильма. И вдруг нежданно-негаданно порадовали зрителей показом фильма «Дети Райка». А дубляж к тому времени уже утратил свою первозданную прелесть…

И вот мы утром встретились со Славой, а он мне и говорит: «Я вот посмотрел картину и подумал, как же мы все-таки хорошо работали тогда». И я был с ним абсолютно солидарен. К сожалению, постепенно мы теряли, и наконец совсем растеряли это искусство.

Тихонов, конечно, сейчас старается не появляться на людях. Интервью не дает, стал плаксив, на общественные встречи не соглашается. Он ведь закрытый в отношениях своей личной жизни человек.

Мы со Славой и на дубляже отработали немало картин, бывало, пробовались и на одну и ту же роль…Вместе работали в Театре киноактера, только в разное время – когда он там был, я еще туда не пришел. А потом Слава оттуда уже ушел…

Несмотря на свое почти сельское провинциальное происхождение, он всегда производил впечатление аристократа, потому что был аристократичен по своей природе. Тихонов мог очень спокойно и тихо что-то сказать, и его тут же слушали, такой силой убедительности он обладал. Однажды был такой случай на Киностудии Горького: в грузовой лифт вошла пожилая женщина, и лифтер ей довольно грубо сказал, что, мол, это лифт только для перевозки груза, и попытался ее выставить… Слава в это время был там и сказал своим властным голосом: «Нет, вы ее повезете». На что лифтер, конечно же, стал возражать… Тогда Тихонов повторил требование. И мужик так смутился, что на него не наорали, а попросили очень интеллигентно и тихо, что сразу осекся и беспрекословно подчинился. Такая у Славы была способность воздействия на людей. Он очень корректно и убедительно мог говорить.

Вспоминаю, как Слава дружил с Витей Макаровым, который впоследствии стал режиссером, шумовик такой был. С ним они любили ходить на футбол, ведь Тихонов всегда слыл страстным болельщиком. Когда он сидел на трибунах, это был совершенно другой человек: он вскакивал и кричал, как и все, когда в игре возникали напряженные моменты…

Тихонов не был таким уж сильно закрытым, как о нем любят говорить. Поскольку Вячеслав – человек популярный, он, естественно, всегда прятался от людей, которые норовили залезть к нему в душу. Заполучить автограф, спросить о чем-то. Но в каком-то своем кругу у него были друзья-товарищи, перед которыми он раскрывался и был совершенно нормальным общительным человеком.

Вне работы мы не встречались со Славой. Только на студии у микрофона да на съемочной площадке. А в фильмах, в которых мы вроде и играли вместе, общих сцен у нас с ним не было. К своей работе он всегда относился очень добросовестно, на площадке вел себя дисциплинированно и сдержанно.

Помню, как-то мы стояли в одном из актерских отделов и он мне посетовал, что очень жалеет о том, что снялся в столь дурацкой комедии, как «По улицам комод водили». И сказал: «Я знаю, зрители, которые полюбили меня в хороших, серьезных ролях, такого предательства не прощают. Я не комедийный актер, и мне не надо было сниматься в этой картине. Важно оставаться верным себе. И зачем я только пошел на этот компромисс и дал себя уговорить…»

Ольга Сошникова , сыгравшая Барбару Крайн, допрашивавшую радистку Кэт в фильме «Семнадцать мгновений весны»:

– Вячеслав Тихонов на съемочной площадке всегда берет инициативу в свои руки, режиссирует, помогает, что-то вечно придумывает… Вот и во время нашей сцены в квартире у Кэт Вячеслав Васильевич, как всегда, проявил уместную инициативу. Он предложил режиссеру фильма Татьяне Михайловне Лиозновой внести в эпизод лиричную нотку – создать видимость того, будто Кэт немного влюблена в Штирлица. Лиозновой идея понравилась, началась репетиция, и он, чтобы отвлечь внимание моей героини от Кэт, подошел ко мне вплотную и как бы невзначай поправил мой локон возле щеки. От неожиданности я густо покраснела… Еще бы! Ведь это сделал красивый мужчина (ему было тогда 45 лет), о котором уже тогда мечтало полстраны! И… я почувствовала, что незаметно таю от его прикосновения…

Лиознова скомандовала: «Снимаем!» Но, как я ни старалась, воссоздать ту беспомощность перед Штирлицем, когда он впервые прикоснулся к моим волосам, уже не смогла. В фильме – лишь жалкое подобие того потрясающего эффекта. К Тихонову у меня всегда было особенное отношение. Он запомнился мне своей учтивостью, вежливостью, внимательностью, элегантностью и изысканной деликатностью по отношению к партнерам на съемочной площадке. К сожалению, в актерской среде почти не принято дружить семьями, и на съемках мы тоже больше не встречались, лишь как-то озвучивали вместе фильм «Убить дракона», но ту сцену из «Семнадцати мгновений весны» я запомнила на всю жизнь!

Татьяна Божок , медсестра из фильма «Они сражались за Родину»: – Для меня стала настоящим открытием и полной неожиданностью та манера, с которой Вячеслав Тихонов сыграл роль солдата Стрельцова, вернувшегося в строй после контузии. Вот он пишет письмо на клочке бумаге, рука дрожит, солдат плачет, а я забываю, что передо мной актер Вячеслав Тихонов… Передо мной – именно Стрельцов, с его душевной болью, с его мыслями, чувствами, судьбой… Я смотрела на него во все глаза и плакала навзрыд… И не я одна – сопереживала и ревела вся съемочная группа. Значит, удалось, получилось натурально, а это в последнее время очень редкое качество. Я всегда считала высшим пилотажем актера умение воздействовать на тонкие душевные струны людей, которые впоследствии будут смотреть этот фильм. Тихонову это тогда удалось и удается до сих пор. Дай Бог ему здоровья и счастья на долгие годы! Я поздравляю Вячеслава Васильевича с юбилеем и желаю, чтобы он порадовал нас еще не одним десятком ролей!

Николай Прокопович , он же Генрих Гиммлер из «Семнадцати мгновений весны»: – С Вячеславом Тихоновым мы познакомились еще во время съемок «Молодой гвардии». Я тогда был совсем молодым артистом, учился в институте и играл в массовке, а он уже исполнял в этом фильме небольшую роль. Но никакой звездной болезни и даже намека на нее у него никогда не наблюдалось. Напротив, он всегда был общителен, отзывчив, всегда готов прийти на помощь. В небольшой комнате в общежитии мы жили тогда вчетвером: Слава, я, мой однокурсник – актер Юрий Медведев (позже он вместе со Славой играл в фильме «Дело было в Пенькове») и еще один артист. Я уже тогда понял, что Тихонов – замечательный человек! У него был хороший, покладистый характер. И роли у него всегда хорошо получались. Но даже намека на то, что он станет звездой такой величины, никто тогда не заметил… Все пришло со временем, благодаря его таланту и трудолюбию. А в «Семнадцати мгновениях весны» наиболее точно Тихонова характеризует сцена, когда его герой справляет 23 февраля – День Советской Армии. В этом эпизоде он почти всегда молчит, но та естественная манера, с которой он берет и переставляет вещи, курит, думает, все эти бытовые черты, а также его настроение и состояние души присущи Славе и в жизни.

А вот что писал к 50-летнему юбилею артиста его партнер по фильму «Оптимистическая трагедия» Всеволод Санаев в своей статье «Это высокое звание – актер!»:

– У нас много пишут об актерах и очень редко о человеке по профессии актер. Мне хотелось бы возродить старое, доброе, очень уважительное выражение – «люди театра», «люди искусства».

Ведь, пожалуй, ни в одной другой профессии личная жизнь, характер, нрав так не связаны с творчеством, как у актера. Высокий нравственно-эстетический потенциал искусства порожден не только талантом, но и личностью художника.

Я расскажу о хорошем человеке, великом актере, моем товарище, Вячеславе Тихонове, с тем большей радостью, что он как раз из тех людей искусства, кто гордо, с честью несет звание актера.

С Тихоновым я познакомился в Театре-студии киноактера, куда он пришел по окончании ВГИКа. Помню, очень расположил меня к себе этот молодой, симпатичный человек. Нас, людей постарше, прямо-таки поражала его тактичность, деликатность, зрелость суждений, удивительный, не по годам профессиональный подход к искусству. Потому, видимо, несмотря на разность возраста, мы подружились – частенько вместе на рыбалку ездили, а там разговоры, разговоры о жизни, кино, театре…

В то время, а это был 1952 год, Алексей Дикий поставил в Театре-студии киноактера «Бедность не порок» Островского, и мы оба были заняты в спектакле. Тихонов оказался не только хорошим, умным собеседником, но и внимательным партнером. В этом я еще раз убедился, работая с ним на картине «Оптимистическая трагедия», когда мы много лет спустя встретились вновь.

Если взглянуть со стороны на актерскую биографию Вячеслава Тихонова, то может показаться, что он просто везучий человек. Первая роль в кино – Володя Осьмухин в «Молодой гвардии» Сергея Герасимова. Работа с такими разными, но во всех случаях «актерскими» режиссерами, как М. Швейцер («Мичман Панин»), С. Бондарчук («Война и мир», «Они сражались за Родину»), Т. Лиознова («Семнадцать мгновений весны»). И почти каждая роль – веха в актерской биографии.

Но ведь, думаю, ясно, что такие удачи не возникают сами по себе – без труда, без мастерства. В чем действительно В. Тихонову благоволила судьба, так это в том, что на творческом пути он повстречался со «своим» режиссером. Я имею в виду Станислава Ростоцкого. С ним Вячеслав Тихонов начинал, взрослел и мужал как актер в картинах «Дело было в Пенькове», «Майские звезды»… С ним он разделил успех действительно замечательного фильма «Доживем до понедельника». Наконец, свой пятидесятый рубеж актер встретил опять-таки интересной работой в фильме С. Ростоцкого «Белый Бим Черное ухо».

Но актера не упрекнешь во всеядности. Строгий, придирчивый отбор взыскательного мастера исключает роли проходные, работы необязательные. Актер ищет возможность выразить себя, свое время, боится стандартов и ординарных решений, проторенных путей.

Вячеслав Тихонов всегда в поиске. Он не позволяет себе расслабиться, сыграть на отработанных приемах. В каждом новом образе стремится к неожиданным поворотам характера, старается пробиться к его глубинам.

Герои Тихонова открывают зрителю вечные истины, являют собой пример доброты, преданности, самоотверженности, патриотизма. Высокие нравственные принципы исповедуют они с экрана. Но эти вечные нравственные категории всегда несут отсвет времени, эпохи. Всегда актер вкладывает в них современное, наше содержание.

Вячеслав Тихонов – художник вдумчивый, неторопливый. В любую роль он вносит своеобразие собственной личности, богатство души. И уже тем самым завоевывает внимание зрителей. Внутренний такт, ощущение ансамбля, способность подчинить свое решение общему замыслу выгодно отличает актера. Участие Тихонова в работе как бы предполагает будущий успех картины – не только из-за популярности актера (хотя этот фактор немаловажный – Тихонову наши зрители бесконечно преданы), а в первую очередь потому, что тот нравственный творческий климат, который сопутствует работе этого актера, вызывает к жизни подлинное искусство, заражает истинным вдохновением.

Раньше в театре бытовало такое выражение: «А наутро он проснулся знаменитым». Я бы этого не сказал про Вячеслава Тихонова. Несомненно, он один из самых популярных, любимых зрителем актеров, но заслужено это долгим, упорным, кропотливым трудом, из дня в день, из года в год. Я поклонник таланта, который шлифуется трудом! И награда за этот вдохновенный труд – ох, какая ценная – мастерство!

Вячеславу Тихонову пятьдесят лет. Возраст актерской зрелости, когда накопленный опыт и мастерство открывают широкие возможности для творчества. Возраст, когда все впереди!

Маргарита Жарова знает Тихонова со времен учебы во ВГИКе и участия в съемках в фильме Сергея Герасимова «Молодая гвардия»:

– Что я могу сказать о Славе Тихонове… Парнишка из Павловского Посада, приехавший когда-то в Москву, завоевал всю страну. Небывалый успех принес ему образ Штирлица.

Мы с ним снимались вместе в «Молодой гвардии», потом работали в Театре-студии киноактера. В фильме я в пятерку главных героинь не вошла. По роли у меня был роман с очень красивым мальчиком, Ваней Земнуховым, которого играл Боря Битюков. Он был моим женихом. И Герасимов снимал нашу встречу, еще какую-то сцену из романа… А потом, когда начали монтировать, многие сцены отошли, потому что по метражу не проходили…

Есть кадры на озере, где подружки с Улей бегали. И у меня дома висит во всю дверь эта фотография, где мы вместе с Тамарой Носовой, Музой Крепкогорской, Нонной Мордюковой и еще с кем-то… Вообще, память мне начинает отказывать. И если я что-то забуду – звоню Ляле Шагаловой. И она сразу все вспоминает, мигом «выдает». Память у нее феноменальная! Со зрением, правда, плохо… И насчет Тихонова я советую вам поговорить, конечно, с Лялей.

Вспоминаю, каким был Слава в те годы, когда снималась «Молодая гвардия», – скромным, сидел где-то в уголочке… Он играл там мальчика, который заболел – Володю Осьмухина. У него была небольшая роль. О его герое очень трогательно все молодогвардейцы заботу проявляют, а он лежит такой красивый, как всегда. Очень хорошее впечатление у меня осталось от его роли там. И последующие годы тоже, когда он снимался, не было никогда никакой звездности. Всегда и на сцене делал то, что надо, когда мы с ним вместе работали в Театре киноактера, которому я отдала сорок лет. Он играл, помню, «Бедность не порок»…

Слава очень скромный человек. Однако в личной жизни ему не повезло. Когда они с Ноной Мордюковой разошлись, он встретился в картине «Доживем до понедельника» со своей второй женой. Ее «сосватал» ему Стасик Ростоцкий: «На черта тебе эти артистки? Вот посмотри, какая девочка, какая прелесть, все при ней – и умница, и красавица…» И Тихонов сдался… Тамара была консультантом на фильме «Доживем до понедельника». Работала педагогом в элитной школе на Арбате. Каюсь, это я подсказала ее кандидатуру Стасику: «У нас замечательная школа, на очень хорошем счету. Вот оттуда можно и взять учительницу». Ассистенты съездили и пригласили ее. Жаль конечно, но и эта семейная жизнь тоже не заладилась… По темпераменту учительница оказалась под стать Нонне. Потом мы с ней встречались в нашей поликлинике у Киевского вокзала. Придет бывало: «Я от Тихонова!» А ей в ответ: «Видите очередь? Занимайте за последней женщиной». Она всегда вела себя вызывающе. И Тихонова было жаль. Он еще много чего мог бы сделать, но живет теперь за городом…

Людмила Шагалова – легендарная Валя Борц из «Молодой гвардии» и партнерша Тихонова по сцене:

Теперь уже мало кто помнит спектакли Театра-студии киноактера, в которых играл молодой Слава Тихонов. Мы много работали вместе – в пьесе «Три солдата» он играл героя, я – героиню. Еще в одном известном спектакле «У опасной черты»…

Когда к Вячеславу пришла популярность и он стал очень известен после Штирлица, то очень насыщенно занимался общественной работой, и я вместе с ним много ездила на всевозможные декады, кинофестивали… И мы от Бюро пропаганды объехали фактически всю страну.

Мой муж, оператор Вячеслав Михайлович Шумский много работал со Станиславом Ростоцким, снял семь его фильмов, четыре из которых – с Тихоновым. Для Франции была сделана очень хорошая реклама фильма «Белый Бим Черное ухо», где он сидит с собакой – и на русском, и на французском языках. Мне приятно сказать, что теперь этот плакат, в полный рост, висит в нашем доме. Так что Слава всегда у нас в доме присутствует. И, по сути, является таким образом постоянным другом нашей семьи.

К сожалению, в кино нам так и не удалось сняться вместе. Только в «Молодой гвардии», но там у Славы была совсем маленькая роль.

Сколько помню Славу, он всегда был очень приличным человеком и с честью прошел Огонь, Воду и Медные трубы. С достоинством. Это редко кому дано.

А сколько он сделал добра «от имени Штирлица»! Сколько сделал квартир своим коллегам и разной другой помощи. Вот все, что я могу рассказать об этом удивительном актере и человеке.


Роман начался на танцах | Вячеслав Тихонов. Князь из Павловского Посада | «Мелочи» жизни