home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



11

Ева переоделась в то, что, по мнению Клер, выглядело как «готический камуфляж», — черные штаны, черная шелковая рубашка с вышитыми на воротнике красными черепами и черный жилет с бесчисленными карманами, по которым можно было рассовать множество вещей; конкретно, как выяснилось, кольев и крестов.

— Просто на всякий случай, — объяснила Ева, поймав взгляд Клер. — Что?

— Ничего. — Клер вздохнула. — Просто не применяй их к Майклу.

Ева на мгновение потрясенно замерла, а потом кивнула. Клер понимала — она все еще не осознала до конца, что произошло. К самой Клер это тоже относилось. Она все время ожидала услышать внизу гитару Майкла и постоянно задавалась вопросом, который теперь час. Рассвет еще не наступил, значит, время у них пока есть, но если Майкл не вернется в самое ближайшее время...

Дверь внизу открылась и закрылась. Ева, широко распахнув глаза, выхватила из кармана кол.

Клер сделала ей знак оставаться на месте, а сама осторожно обогнула угол... и чуть не налетела па Майкла, двигавшегося еще бесшумнее, чем всегда. Он, похоже, удивился не меньше ее. За его спиной маячил Сэм, но Амелии видно не было.

— Ты в порядке? — спросила она. Майкл кивнул. Он выглядел лучше, в некотором странном смысле. Более умиротворенным. — Не будешь...

Она изобразила впивающиеся в шею клыки.

— Ни в коем случае, малыш. — Он улыбнулся и слегка взъерошил ей волосы. — Тут намечается кое-какая сделка в интересах Шейна.

— Сделка? — спросила Ева, появившись из-за угла.

В ее голосе чувствовалась напряженность, и Клер не винила ее. До сих пор со сделками у них как-то не очень хорошо получалось.

— Если мы доставим обратно живую и невредимую Монику, Шейна отпустят. Морреллы имеют большое влияние в этом городе, даже среди вампов. — Одним из которых теперь был сам Майкл, но он, похоже, пока не причислял себя к ним. — Оливер жаждет совершить этот обмен. А может, и не жаждет, а просто его убедили.

— Шейн в обмен на Монику? Здорово! — Ева осознала, что держит в руке кол, покраснела и убрала его. Ни Сэма, ни Майкла это зрелище, похоже, не взволновало. — Ах, прошу прощения! Ничего личного... Значит, вы двое и мы против всего мира?

— Нет, — ответил Сэм, глядя на Майкла. — Только вы трое. Я с вами пойти не могу.

— Что? Но... ты...

— Мне очень жаль. — Это прозвучало искренне. — Приказ Амелии. Вампиры держат нейтралитет. Для Майкла Амелия сделала единственное исключение. Я не смогу помочь вам.

— Но...

— Не смогу, — повторил Сэм категорично и вздохнул. — Кое-какую помощь вам окажет человеческое сообщество... это все, что я могу сказать. Удачи. — Он направился к двери, но потом обернулся. — И спасибо вам, Клер и Ева.

— За что?

— За то, что свели меня с Амелией. — Он улыбнулся — ослепительно, прямо как Майкл. — И она разговаривала со мной. Это дорогого стоит.

Клер не сомневалась — за этими словами кроется целая история: разбитое сердце, тоска, страстное желание. На мгновение все это проступило на лице Сэма. Амелия? Он любит Амелию? Это же все равно что любить Мону Лизу — картину, не женщину. Не верилось, что королева вампов вообще способна испытывать хоть какие-то чувства — по крайней мере, на данном историческом отрезке.

Может, когда-то могла? Вот это да!

Сэм кивнул Майклу, как равный равному, и вышел, закрыв за собой дверь.

— Эй! Как он вошел в дом? Ты его пригласил? — спросила Ева.

— Он в этом не нуждается, — ответил Майкл. — Я изменился, и дом приспособился к новому раскладу. Теперь в приглашении нуждаются люди — за исключением вас, поскольку вы здесь живете.

— Фу, глупость какая!

— Защита, — сказал Майкл. — Ты же знаешь, как она работает.

Клер этого не знала и была очарована... Ладно, сейчас не до того.

— Э... Он сказал, город пошлет помощь?

— Это будет Ричард Моррелл, брат Моники. Он прихватит с собой Хесса и Лоува.

— И все? — воскликнула Клер. Байкеров же много. Ну, вроде бы. Не говоря уж о самом отце Шейна, которого, по правде говоря, она боялась больше, чем многих вампиров, потому что он, похоже, не признавал никаких правил. Забавно, но именно вампиры, как выяснилось, жестко соблюдают правила. Кто бы мог подумать?

— Я хочу, чтобы вы обе остались здесь, — сказал Майкл.

— Нет! — хором воскликнули девушки.

— Серьезно, вы должны остаться. Это наверняка опасно.

— Опасно? Ясное дело, опасно! — заявила она. — Парень, они убивали мальчишек. В кампусе! Мы были там! И здесь мы вовсе не в безопасности, а тебе, может, и сумеем помочь. Как минимум возьмем Монику за задницу и оттащим к папочке, пока все вы, храбрые и сильные мужчины, будете удерживать плохих парней на расстоянии. Что, неправда?

— Ну, тогда без Клер.

— Клер, — заявила упомянутая юная особа, — сама за себя решает. Говорю это на случай, если ты забыл.

— Клер ничего не решает в данной ситуации, потому что ей шестнадцать, и у меня нет желания объясняться с ее родителями в случае трагической гибели дочери. Поэтому — нет.

— И как ты собираешься этого добиться? — склонив голову набок, спросила Ева. — Запрешь в комнате?

Майкл стоял с хмурым видом, переводя взгляд с одной на другую.

— Ох, дерьмо! Это что, девичья солидарность?

— А то! — ответила Ева. — Кто-то же должен тебя окорачивать?

Ее улыбка угасла — сейчас это была, к сожалению, не просто шутка.

— Слышите? — спросил Майкл.

— Что?

— Машина. Тормозит.

— Замечательно! — сказала Ева. — И слух, значит, тоже вампирский. Теперь от тебя здесь ничего не скроешь. Достаточно скверно было, когда ты болтался тут в качестве призрака, а уж сейчас...

Она изо всех сил старалась скрыть, что нервничает, но Клер понимала: ей не по себе. И Майкл, по-видимому, тоже, потому что он протянул руку и коснулся щеки Евы. Всего лишь легкий жест, но говорящий о многом.

— Не ходите со мной, — попросил он.

Но конечно же, они его не послушались; во всяком случае, не в полной мере. Вслед за ним Клер и Ева прошли в коридор, но остановились на некотором расстоянии, глядя, как он открывает дверь.

На пороге стоял Ричард Моррелл в своей полицейской форме, а рядом с ним детективы Хесс и Лоув, выглядевшие еще более измотанными, чем обычно.

— Майкл.

Ричард кивнул ему и попытался переступить порог, но не смог. Хесс и Лоув, обменявшись удивленными взглядами, тоже попробовали войти. С тем же результатом.

— Прошу, — сказал Майкл и отступил.

На этот раз все трое сумели войти. Ричард внимательно пригляделся к нему.

— Это шутка, — сказал он. — Это наверняка шутка. Столько лет ничего, и теперь она выбирает тебя? Именно тебя?

Хесс и Лоув снова обменялись взглядами, на этот раз испуганными.

— Да, — сухо ответил Майкл. — И что?

— Ничего, парень. — Ричард широко улыбнулся. — Мои поздравления, только и всего. Теперь весь город будет судачить о тебе. Привыкай к этому.

— Плевать. — Майкл закрыл за ними дверь. — Сколько у нас времени, чтобы вызволить Шейна?

— Не слишком много, — ответил Хесс. — И вся штука в том, что мы понятия не имеем, с чего начать. Ни единой ниточки.

— Одна все-таки есть. Мы знаем, что фургон уезжал под землю, — возразил ему Ричард. — У нас имеется очевидец. — Он взглянул на Клер, и та кивнула. — Мы просмотрели все записи камер службы наблюдения. Выяснилось, что этот фургон больше десяти раз уезжал под землю и поднимался на поверхность, но в конце концов исчез. Проблема в том, что все белые фургоны похожи друг на друга, в особенности на записях камер ночного видения.

— Мы знаем, что у Коллинза есть карты Морганвилля, — напомнил Хесс, — Шейн раздобыл их для него. Вспомните, он ничего не говорил о том, где его отец планировал оборудовать свою базу?

— Нет, ничего такого он не говорил, — ответила Клер. — Мне, по крайней мере. Майкл? — Тот покачал головой. — Господи, прямо в мыслях не укладывается! Как это возможно, чтобы никто не знал, где эти парни прячутся? Ведь не провалились же они сквозь землю!

— На самом деле два человека, скорее всего, знают, где они, — сказал Ричард. — Шейн и этот байкер, Дес. Один из них, а может, и оба должны знать места, которые использует Фрэнк.

— И никто не спрашивал их? — На лице Евы внезапно возникло выражение ужаса. — О господи! Наверняка спрашивали.

— Ну-ну, не стоит так переживать, — вмешался в разговор Лоув. — Я был там в качестве наблюдателя. С ними все в порядке.

— Это не означает, что так будет и дальше, — заметил Майкл. — В особенности сейчас. Или, может, в этом и состоит план, а, Ричард? Отослать обоих нейтральных копов сюда, вместе с тобой, чтобы дать вашим парням возможность выбить из Шейна информацию?

Ричард медленно улыбнулся.

— Знаешь, это неплохая идея, но нет. По правде говоря, я рассчитывал, что вы подскажете, откуда начать поиск. Но если вам нечего сказать, можно перейти к плану Б. Мне, кстати, этот ваш парень никогда не нравился.

Майкл сощурил глаза. Клер почувствовала, что этот и без того ненадежный союз начинается разваливаться прямо на глазах.

— Постойте! — воскликнула она. — Быть может, у меня есть кое-что.

— Может быть? — Ричард посмотрел на нее. — Лучше бы уж было. Твой бойфренд у нас в руках, и если с моей сестрой что-нибудь случится, клянусь, я лично поджарю его.

Клер посмотрела сначала на Майкла, потом на Еву.

— Я видела отца Шейна. В кафе «Встреча».

— Где?

— Во «Встрече». В тот день, когда познакомилась с Сэмом. Я еще недоумевала, что он там делает, но...

Ричард схватил Клер за край футболки и рывком притянул к себе.

— С кем он там разговаривал? С кем?

Он с силой встряхнул ее.

— Эй! — Она шлепнула его по руке, и, удивительное дело, он отпустил ее. — Он разговаривал с Оливером.

Воцарилось молчание. Все смотрели на нее, а потом Хесс стукнул себя по лбу.

— Эй, эй, эй, постой-ка секундочку! С какой стати Бесстрашный Убийца Вампиров взялся бы разговаривать с Оливером? Он ведь знал, кто такой Оливер?

— Шейн наверняка рассказал ему. — Клер кивнула. — Думаю, он знал.

— И Оливер знал, кто такой Фрэнк Коллинз, — добавил Хесс. — Знал, как он выглядит. И что мы имеем? Два смертельных врага сидят рядышком и мирно беседуют — интересно о чем. Когда это было, Клер?

— Прямо перед тем, как убили Брендона.

Снова воцарилась тишина, еще более глубокая.

Лоув и Хесс переглянулись, Ричард нахмурился. Наконец Лоув медленно заговорил:

— Кто-нибудь хочет заключить пари?

— Перестаньте, детектив, — отмахнулся Ричард. — Если знаете что-нибудь, говорите.

— Я не говорю, что знаю. Я говорю, что готов поставить сто баксов на то, что Оливер все знал о разъезжающем по городу Фрэнке Коллинзе и использовал его, чтобы избавиться от мерзавца, растлевающего детей, причинившего ему массу неприятностей, а в остальном бесполезного.

— Почему он просто не убил Брендона, если желал его смерти? — спросила Клер.

— Вампиры не убивают друг друга. Просто не убивают, и все. А таким способом и Оливер, и Фрэнк получили то, чего хотели. Оливер — хаос в Морганвилле и, как результат, ослабление позиций Амелии... и я слышал о нападении на нее в даунтауне. Может, Оливер надеялся, что они ее… того... и он останется за главного. Гибель Брендона — невелика цена за такое. — Лоув помолчал. — И это опять всего лишь мои догадки, но готов поспорить, что Оливер надавал Фрэнку кучу обещаний, которые никогда не собирался выполнять. Брендон послужил доказательством того, что Оливеру можно доверять — чтобы подтолкнуть Фрэнка к дальнейшим действиям. А захват Шейна — страховкой. Правда, Оливер наверняка не собирался позволять Фрэнку убивать и дальше. Хаос — это одно; кровавая бойня — совсем другое.

— Чем все это нам поможет? — поинтересовался Майкл. — Мы по-прежнему не знаем, где они.

Хесс достал из кармана сложенную карту Морганвилля. На ней была нанесена сетка и все районы окрашены в разные цвета: желтый для университета, бледно-розовый для человеческих анклавов, голубой для вампиров. Центр города, площадь Основателя, — черного цвета.

— Вот. — Он подошел к столу, Майкл отодвинул футляр гитары, и Хесс разложил карту. — Трейвис, ты знаешь, кто владеет зданиями рядом с площадью?

— Да. — Лоув достал из кармана куртки очки, надел их и склонился над картой. — Вот это товарные склады. Некоторые принадлежат Валерию Козомову, но большинство Джозефине Лоуэлл.

— А есть здесь что-нибудь, принадлежащее Оливеру?

— Зачем ему это? — спросил Лоув.

— Может, вы ответите на мой вопрос, офицер Моррелл?

Ричард подошел к карте и обвел пальцем какой-то участок.

— Подземелье проходит прямо под этим местом. И только здесь, согласно записям видеокамер, белый фургон ни разу не уезжал под землю и не появлялся оттуда.

— И о чем это говорит? — спросил Хесс.

— Дерьмо! Они обманули видео. Вроде бы появлялись там, где их на самом деле не было, вынуждая нас рыскать по всему городу, а сами отсиживались тут. — Ричард перевел взгляд с Хесса на Лоува. — Склады Оливера на Бонд-стрит.

— Джентльмены, у нас ровно... — Хесс взглянул на часы, — пятьдесят две минуты. Вперед.

Они ринулись к двери, и все шло прекрасно, пока Ричард Моррелл не выставил руку, преградив дорогу Еве и Клер.

— Думаю, вам туда лучше не соваться, девочки.

— Мы имеем право...

— У меня уже вот где сидят ваши права, Ева! Вы остаетесь здесь.

— Майкл же идет! — воскликнула Клер.

Господи, она говорит как обиженная маленькая девочка, а ведь хотела выглядеть разумным, взрослым человеком, который заслуживает доверия! Ричард закатил глаза почти так же эффектно, как это получалось у Евы.

— Ты говоришь прямо как моя сестра. Не слишком привлекательное зрелище. И главное, все равно ничего не добьешься. Майкл в состоянии позаботиться о себе во всех смыслах, а вы нет, девочки. Так что вы... остаетесь... здесь.

И Хесс с Лоувом поддержали его!

У Майкла же сделался такой вид, будто он отчасти сожалеет, но в то же время явно испытывает облегчение. Именно он взял ключи от машины Евы с подноса на столе в коридоре, где она всегда их оставляла.

— Просто на всякий случай. — Он положил ключи в карман. — Не то чтобы я не доверял вам, просто по опыту знаю, что вы к моим словам не очень-то прислушиваетесь.

Ева расплакалась от огорчения, а он просто захлопнул за собой дверь.

«Вот и все», — подумала Клер.

— Просто поверить не могу, что они не взяли нас.

Она в полном ошеломлении смотрела на дверь, а Ева с силой пнула створку, оставив на дереве отметину, перешла в гостиную и стояла там у окна, пока полицейская машина не отъехала, устремляясь в ночь. После чего повернулась и с улыбкой посмотрела на Клер.

— Что? — в недоумении спросила та. Улыбка Евы стала еще шире. — Ты радуешься, что нас тут бросили?

— Ага. Потому что теперь я знаю, куда они поехали. — Ева достала из кармана второй комплект ключей и потрясла ими; ключи весело звякнули. — У меня есть запасные. Пошли спасать их задницы.


Хорошо, что сейчас полиции Морганвилля было не до них, потому что, как показалось Клер, Ева нарушила все до одного правила дорожного движения. И не один раз. Почти все время Клер просидела зажмурившись, только иногда бросала быстрый взгляд за окно, но чувствовала, что они мчатся очень, очень быстро, а повороты на полной скорости наверняка довели бы инструктора по вождению до сердечного приступа. К счастью, в этот предрассветный час машины попадались нечасто. Один резкий вираж за другим, и потом, совершенно неожиданно, Ева въехала в водосточный туннель.

— О господи... — прошептала Клер.

Если быстрое движение вызывало у нее всего лишь тошноту, то сейчас стало в десять раз хуже. Она плотно зажмурилась и задержала дыхание — но это не слишком помогло в борьбе с ощущениями, порождаемыми тьмой, паникой и замкнутым пространством.

— Почти приехали, — пробормотала Ева себе под нос; похоже, она тоже испытывала дискомфорт. — Сейчас повернем налево...

— Это не поворот! — закричала Клер и вцепилась в приборную доску, когда большая машина затормозила, трясясь и разбрызгивая воду. — Это тупик!

— Ничего, повернем. — Ева, тяжело дыша, яростно крутила руль и каким-то образом сумела таки развернуть «кадиллак» под совершенно немыслимым углом, лишь раз оцарапав крыло о бетонную стену. — Ох! Наверняка отметина останется. — Она возбужденно рассмеялась и снова нажала на газ. — Держись, отважная Клер! Следующая остановка — Бредтаун!

Надо же! А Клер думала, что они уже там. Она потеряла счет поворотам и совершенно не представляла, каким путем они едут. Мелькнула даже мысль, что Ева сама не знает, где находится, и просто сворачивает наобум в надежде найти выход. Но тут внезапно туннель кончился, они помчались вверх по уклону и снова окунулись во тьму, но все же это была тьма открытого пространства.

— Бонд-стрит, — сообщила Ева. — У вампов тут шикарные магазины, чудесные рестораны и... Ох, дерьмо!

Она резко затормозила; машина остановилась, и страховочный ремень больно врезался Клер в грудь. Однако она почти не обратила на это внимания, поскольку, как и Ева, была потрясена тем, что увидела впереди.

— Не может быть! Это не то место! — воскликнула она.

Потому что здание было охвачено огнем.


Ричард Моррелл припарковал полицейскую машину около узорчатых железных ворот, оставив дверцу открытой, — видимо, они ужасно торопились. Ева подвела «кадиллак» поближе и выключила двигатель. Девушки в ужасе смотрели на пламя, рвущееся из окон и крыши большого каменного здания.

— Где пожарные? — спросила Клер. — Где копы?

— Не знаю, но нам не следует рассчитывать ни на чью помощь. — Ева открыла дверцу машины и выбралась наружу. — Видишь кого-нибудь?

— Нет! — Клер вздрогнула, когда одно из верхних окон лопнуло с громким треском. — А ты?

— Нужно идти туда!

— Туда? — Клер хотела сказать, что это чистой воды безумие, но тут заметила кого-то, неподвижно лежащего во дворе. — Ева!

Она бросилась к воротам и принялась трясти их, но они были надежно заперты.

— Через верх! — закричала Ева и полезла по узорчатым створкам.

Клер за ней. Железные завитушки были скользкие, острые, она порезала руки, но каким-то чудом сумела забраться наверх, повисла на поперечине и упала на землю с другой стороны. Сильно ударилась, неуклюже перекатилась и встала. Ева, спрыгнувшая гораздо более грациозно, уже бежала к лежащему на земле человеку.

Это оказался один из парней Фрэнка. Мертвый. Ева подняла взгляд на Клер, продемонстрировала кровь на своих руках и покачала головой.

— Его застрелили. О господи! Они внутри, Клер. Майкл в горящем здании!

Только он уже был не там. Когда Ева бросилась к распахнутой двери, из которой валил дым, Майкл почти выпал оттуда, схватил ее и потащил прочь от дома.

— Нет! — закричал он. — Какого черта ты тут делаешь?

— Майкл! — Ева бросилась в его объятия. — Где Моника?

— Там, внутри. — Майкл выглядел ужасно: весь в саже, с красными глазами, с прожженной в нескольких местах рубашкой. — Остальные пытаются добраться до нее. Я... Я должен был выйти.

Огонь способен убивать вампиров. Просто не верилось, что, едва начав новую жизнь, он подверг ее такому риску.

— Слава богу, что у тебя хватило на это ума! — воскликнула Ева. — Если бы ты погиб ради Моники Моррелл, я бы в жизни тебе этого не простила.

— Не ради Моники, ты же понимаешь.

Они смотрели на бушующее пламя и ждали.

Мгновения убегали прочь, но никто не появлялся — ни Моника, ни копы. Небо на востоке посветлело. Приближался рассвет, и времени привезти дочь мэра на площадь Основателя почти не оставалось — если вообще удастся ее вызволить. Если она вообще еще жива.

— Солнце вот-вот встанет! — закричал Майкл сквозь рев пламени.

Видимо, став вампиром, он не утратил чувства времени, которым обладал, когда был наполовину призраком. Для детей ночи это вообще вопрос выживания — знать, когда пора прятаться от солнечных лучей.

— Тебе нельзя здесь оставаться! — прокричала в ответ Клер и раскашлялась, когда из двери вырвалось облако густого черного дыма. Все попятились. — Майкл, уходи! Немедленно!

— Нет!

— По крайней мере, полезай в полицейскую машину! Вон она, за оградой! — крикнула Ева. — В ней стекла тонированные! Клянусь, мы не станем соваться в дом, подождем здесь!

— Я вас не оставлю!

Край золотистого диска поднялся над горизонтом, и там, где солнечный свет касался Майкла, мертвенно-белая кожа начинала дымиться. Он зашипел от боли, принялся охлопывать себя, но добился лишь того, что руку охватило бледное пламя.

Девушки вскрикнули. Ева потащила Майкла в тень. Это помогло, но не в полной мере; рассеянный солнечный свет тоже обжигал его, просто процесс шел чуть медленнее. Майкл застонал, едва сдерживая крик.

— Клер! — Ева бросила ей ключи от машины. — Протарань ворота!

— Но... что будет с твоей машиной?

— Это всего лишь треклятая машина! Шевелись! На ту сторону ему в жизни не перелезть!

Клер вскарабкалась по железной ограде, снова поранив руки, и упала на землю, на этот раз почти не почувствовав удара.

Вскочила, бросилась к «кадиллаку»... но потом свернула к полицейской машине. Рухнула на сиденье и завела двигатель — ключи висели в замке зажигания. Наверное, это можно рассматривать как угон машины? Но в чрезвычайной ситуации...

Она задом отъехала почти в самый конец квартала и рванула вперед, дав полный газ.

Врезавшись в ворота, она закричала, но каким-то образом сумела не выпустить из рук руль. Послышался душераздирающий скрежет, покореженные створки распахнулись, Клер резко затормозила, машина взревела и встала. Клер выбралась из нее и открыла заднюю дверцу. Ева подтащила к ней Майкла, он забрался внутрь, и Клер захлопнула за ним дверцу.

Стекла в машине действительно были тонированные; видимо, для защиты от солнца копов-вампиров. Там Майкл будет в безопасности.

— Что там с остальными? — закричала Клер.

Ева лишь головой покачала. Сейчас пламя полностью охватило склад, выстреливая в утреннее небо на высоту двадцати-тридцати футов.

— О господи! Нужно что-то делать!

И тут из боковой двери в облаке густого дыма вывалились две фигуры и рухнули на мостовую. Девушки бросились к ним. Лица были так сильно закопчены, что Клер с трудом узнала Хесса и Лоува. Оба отчаянно кашляли; обоих рвало черным.

— Вставайте! — Ева схватила Хесса за руку и поволокла прочь от горящего здания. — Вставайте, кому говорят!

Он с трудом поднялся, пошатываясь. Клер сумела заставить встать и Лоува. Они были уже на полпути к полицейской машине, когда Лоув неожиданно сел на землю, выкашливая легкие и хватая ртом воздух. Клер присела на корточки рядом, не зная, как ему помочь, и страстно желая, чтобы приехали проклятые пожарники, чтобы...

— Мы опоздали, — сказала Ева, глядя, как солнце поднимается над горизонтом. — Уже рассвет. Мы опоздали.

— Нет, — задыхаясь, сумел выдавить из себя Хесс, — еще нет. Ричард... нашел... Монику.

— Что? — Клер повернулась к нему.

Хесс был почти так же плох, как его партнер, но хотя бы мог говорить.

— Они живы?

— Должны быть сразу за нами, — прохрипел Лоув.

Если бы у Клер оставалась хоть капля здравого смысла, она убедила бы себя, что нужно как можно быстрее убираться отсюда. Однако мозг отключился, она действовала чисто инстинктивно. И руководствовалась не только тем, что надежда спасти Шейна еще оставалась; она просто не могла бросить людей вот так умирать.

Не могла, и все.

Она слышала, как Ева зовет ее, но не остановилась, а бежала, бежала, пока не нырнула в дым; тогда она упала на колени и поползла в жаркую, удушающую тьму, плотно зажмурив глаза и шаря по сторонам. Даже у самой земли едва можно было дышать; каждый вдох обжигал и, казалось, приносил больше вреда, чем пользы.

«Да, на редкость дурацкая идея».

Не стоило забираться слишком далеко; в таком хаосе и мраке ей ни за что не найти дорогу обратно. Что-то рухнуло рядом с громким треском, над головой взревело пламя. Опасаясь, что сейчас будет раздавлена или вспыхнет, Клер съежилась; однако ничего такого не произошло, и она заставила себя ползти дальше.

«Одна минута. Еще одна минута, и потом сразу же назад».

Если, конечно, она выживет здесь еще одну минуту.

Продолжая ощупывать все вокруг, внезапно она почувствовала под пальцами ткань. Открыла глаза и тут же пожалела об этом: дым жалил, а разглядеть ничего не удавалось. Однако под рукой явно ощущалась одежда... да, это штанина, штанина на ноге...

И еще в Клер вцепилась рука. Неузнаваемый голос прохрипел:

— Вытаскивай Монику!

Новый всполох огня осветил тьму, и она увидела Ричарда; он лежал, прикрывая собой сестру. На лице Моники застыло выражение ужаса. Она слепо вытянула руку, Клер схватила ее и потащила к выходу. Просачивающийся оттуда поток свежего воздуха помогал не терять направления.

— Хватай брата! — закричала Клер.

Моника вцепилась в руку Ричарда, и Клер, напрягая все силы, потащила обоих.

Непонятно, как все произошло дальше. Только что она волокла их, а спустя мгновение лежала, и не могла дышать, и заходилась в кашле.

«Ох, нет! Нет, нет, нет!»

Но ей никак не удавалось подняться, не удавалось заставить себя двигаться.

«Шейн...»

Кто-то схватил ее за щиколотки и с силой потянул. У Клер еще хватило ума не выпустить руку Моники.

— Дерьмо! — Ева ругалась, стонала, кашляла, и внезапно Клер оказалась снаружи, на ярком солнце, глядя, как черный дым клубится над головой. — Клер! Дыши, черт побери!

Каждый вдох разрывал легкие, но, по крайней мере, воздух входил и выходил. Кто-то кашлял рядом; подняв голову, Клер увидела стоящую на коленях и сплевывающую черную слизь Монику.

Ева теперь тащила за ноги Ричарда.

А потом рухнула рядом с ними, тоже кашляя. Сквозь рев пламени где-то в отдалении послышался вой сирен. Ага, теперь они едут. Замечательно. Денежки налогоплательщиков наконец-то заработали...

С величайшим трудом Клер поднялась на ноги. Одежда кое-где прогорела, сильно пахло подпаленными волосами. Конечно, позже она почувствует боль, но пока просто радовалась, что жива.

— Поддержи ее, — прохрипела она, обращаясь к Еве, и схватила Монику за руку.

Ева крепко сжала другую руку Моники, и вдвоем они потащили, почти понесли ее к разбитым воротам. Хесс и Лоув стояли, прислонившись к полицейской машине. Лоув — с ума сойти! — курил сигарету. Затянувшись еще пару раз, он бросил ее, заковылял туда, где лежал Ричард, и помог ему встать.

— Майкл! — Ева постучала в окно машины. Раздраженные глаза слезились, и сквозь тонированное стекло Клер видела лишь смутную тень. — Подвинься!

Ева открыла заднюю дверцу — совсем чуть-чуть, чтобы лучи прямого солнца не упали на Майкла — затолкала Монику на заднее сиденье и залезла следом. Бывшая заложница протестующе застонала.

— Ох, заткнись уже и будь благодарна, что вообще жива.

Клер уселась на переднее пассажирское сиденье, Ричард Моррелл за руль.

— Джо и Трейвис останутся здесь, — приказал он. — Вашу машину доставим позже. Ну, все, держитесь!

Он со всей возможной скоростью погнал автомобиль к площади Основателя. Вспыхивали огни мигалок, громче завыли сирены, а Моника между приступами кашля сумела прохрипеть первые связные слова:

— Клер... сука! Думаешь... теперь мы... станем... друзьями?

— Господи, нет, — ответила Клер. — Но думаю, ты вроде как в долгу у меня.

Моника продолжала злобно таращиться на нее.

— Даже если Шейна отпустят.

Моника снова раскашлялась.

— Держи... карман... шире.


предыдущая глава | Танец мертвых девушек | cледующая глава