home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава 12

Шейн


Я ожидал всего, но не этого. Не того, что именно Клэр выдаст Мирнина. Оливер — возможно; у нас было достаточно причин, чтобы сдать его. Но без какого-либо предупреждения, без колебаний, она сдала его, зная, что Андерсон собиралась выстрелить.

Не могу сказать, что не сделал бы того же, но я никогда не утверждал, что этот парень нравится мне. У нас было своего рода забавное отвращение; он мог бы спасти мне жизнь чисто из чувства долга, а я сделал бы то же самое для него, но ни один из нас не проливал бы слёзы над трагической случайностью.

Но Клэр… Я знал, у неё что-то было к Мирнину. Не любовь, возможно; во всяком случае не в романтическом смысле. Но какими бы не были ее чувства, они ушли далеко, так же, как и ее верность. Чтобы она поступила с ним так… это меня потрясло. В тот момент это заставило меня задуматься, знал ли я ее в действительности.

Я думал, мы всё ещё сможем спасти ситуацию — забрать Мирнина у Андерсон, схватить Оливера и убраться прежде, чем прибудет вооруженная кавалерия с доктором Дэвисом. Но Клэр… Клэр все изменила. Клэр отказалась — она отказалась от самой идеи победить. И я никогда не видел такого поворота событий.

По застывшему шоку на лице Мирнина, когда она указала на него, было понятно, что и он такого не ожидал.

Я не люблю этого парня, но я вздрогнул и отвернулся, когда Андерсон продолжала стрелять в него. Никаких видимых ран, никакого кровотечения, но агония была очевидна. Она причиняла ему боль, и по жестокому, мокрому свету в глазах было понятно, что ей нравилось делать ему чертовски больно. Интересно, какую обиду на Мирнина она таила в течение этих лет — Клэр заменяет её в лаборатории и, возможно, в его вампирских чувствах, не единственная причина.

Я попытался вмешаться, но Андерсон повернулась ко мне, готовая к стрельбе, и я был вынужден остановить свою руку.

— Да, верно, хорошо, — сказал я и продолжил тихим, спокойным голосом. — Леди, он уже в отключке. Теперь ты можешь остановиться. Он не угроза для тебя.

Доктор Андерсон перестала стрелять, и на ее лице появилось выражение, будто ей отвратительно то, что она сделала — но лишь на секунду. А потом оно исчезло, уступив место праведному свечению, которое я так хорошо помнил по своему отцу. Причина была для него всем, и он бы пожертвовал всем и всеми для нее. Включая меня, конечно.

Я подумал, чем и кем она бы пожертвовала на этом пути, если бы сейчас это было ее целью. Безумно то, что Мирнин до сих пор доверял ей — верил точно так же, как и Клэр. Он никогда не подозревал, что она отвернётся от него.

А теперь и Клэр воткнула нож ему в спину. Не очень хороший день для Команды Вампиров.

Я не попытался пойти посмотреть в порядке ли Мирнин; довольно очевидно, что нет — как и Оливер, качающийся и стонущий в углу. И Майкл, которого мы оставили дрожащим в руках Евы, как испуганного маленького ребенка. Я убивал вампиров, не поймите меня неправильно; Я не стану ныть, когда придется делать то, что должно быть сделано, и когда это необходимо делать.

Но то, что сделала Андерсон и делает сейчас… это было жестоко.

Клэр была белее мела, а ее глаза были просто огромными; я боялся, что она, возможно, тоже упадет, так как чудовищность происходящего настигла ее, но вместо этого она подняла голову и встретилась со мной взглядом, не моргая. Как если бы она пыталась мне что-то сказать. И я не имел понятия что, но, возможно, просто возможно, у Клэр был какой-то план.

Тогда имеет смысл, что она вдруг стала такой двуличной предательницей.

Доверяй ей, что-то сказало во мне. Не имеет значения, как выглядит происходящее. Неважно, что она говорит или делает, или кто-либо другой говорит или делает. Ради Бога, доверяй ей. Потому что это именно тот урок, который я хорошо выучил за последние несколько недель. Когда все сошли с ума, когда ничего не имело смысла… Клэр имела смысл. Я просто должен доверять, даже когда ничего не понимал.

Я коснулся тыльной стороны ее руки в немой ласке и попытался заставить ее понять, что я собирался подыграть. Я надеюсь, она поняла, потому что первое, что я сделал, это толкнул ее.

— Что ты творишь, Клэр? Он был нашим единственным шансом выбраться отсюда! Черт возьми, о чем ты думала?

Она споткнулась, выглядела ошеломленно, и на секунду я подумал, что она совершенно не поняла моей попытки ей подыграть — но потом я понял, что это не так. Я даже не мог точно определить, откуда я знал… но мы с ней синхронизированы, снова, и мы поняли друг друга.

— Он не был нашим единственным шансом, и мы не выберемся отсюда, — произнесла она. — И не смей меня толкать, Шейн. Никогда не делай так.

— Или что? Позволишь своей подружке отвампирировать меня? — Андерсон пристально следила за нами, а я удостоверился, что приложил достаточно горечи в сказанное. — Ты пырнула Мирнина в спину, Клэр. Я думал, он действительно тебе нравился.

— Нравился больше, чем ты, — огрызнулась она в ответ. — Я бросила тебя, Шейн. Бросила Морганвилль. Бросила Мирнина. Я приехала, чтобы создать новую жизнь и быть кем-то другим, а ты последовал за мной! Почему теперь я злодей? Она не причиняет им боль, она просто… она просто их отключает. Как ты и говорил. Электрошокер, только для вампиров.

— Посмотри на них. Посмотри! Ты уверена, что не будет долгосрочных последствий? — спросил я ее. — Ты уверена, что Майкл встанет и просто отшутится? Коне-е-ечно, и даже если это временно, я уверен, что Оливер поправится, когда перестанет рыдать, как маленькая девочка. Благодаря тебе они сто процентов убьют нас, мы покойники, понимаешь? Если ты хотела войны с Амелией, ты ее получила. Она быстро все на корню срубит.

— Амелия никогда не узнает, — сказала доктор Андерсон. — Оливер был в изгнании. Она отправила Майкла упорно искать ее своенравного сумасшедшего любимца. Если они все бесследно исчезнут, ну, несчастные случаи случаются, даже с вампирами. И никто даже не будет уверен, что они когда-либо здесь были.

— Кроме Лиз, Пита, Клэр, Евы и меня, — отпарировал я. — Так что я думаю, нам придется забрать опылитель сна из твоего розария, не так ли? Ой, подожди, ты же хорошая. Что-то я растерялся на секунду.

— Я могу заверить тебя, что четверо вампиров не будут убиты. Они бесценные образцы, пока мы можем держать их послушными, а устройство отлично подходит для этого, — сказала доктор Андерсон. — И я думаю, что смогу убедить остальных, что это в ваших же интересах молчать. Лиз молодая, впечатлительная девочка. Ты, Шейн… что ж, если мы не договоримся, я уверена, что смогу убедить Лиз обвинить тебя в ее похищении. В итоге полжизни ты проторчишь в тюрьме.

— Необязательно, — сказала Клэр. — Он ничего не скажет. Шейн, послушай меня. Если мы все будем держаться вместе, если расскажем одно и то же, мы можем быть в безопасности. Впервые в нашей жизни, в безопасности. Амелия не придет сюда, это слишком рискованно. Мы можем остаться здесь, жить своей жизнью, не боясь их. Мы можем быть счастливыми.

— И, конечно, если ты решил, что твои принципы важнее, то я уверена, мы всё ещё можем опереться на первый вариант, — сказала доктор Андерсон. — Признаю, это не предпочтительная альтернатива. Мне не нравится причинять боль людям. Моя цель создать мир, где можно содержать вампиров, конструктивно управляя ими для их собственной безопасности и ради нас самих. Если ты согласен с этим, то мы прекрасно поладим.

— Ты собираешься и Еву тоже заставить согласиться с этим? Позволив Майклу быть какой-то лабораторной крысой? — потребовал я. — Чёрт, Клэр, ты знаешь — этого никогда не произойдет. Может, ты убедишь меня насчет остальных, но не насчет Майкла. Он наш друг. Он мой брат.

— На самом деле мне не нужны четверо объектов, — сказала доктор Андерсон, готовая уступить в нужное время. Мой отец гордился бы этим. — Троих хватит. Майкл может быть в целости и сохранности, невредимым. Я ответила на ваши вопросы?

То, что произошло в момент, когда Клэр сдала Мирнина, было довольно удивительным, потому что мы избежали смертельного конца, начав переговоры об интересах, не думаю, что доктор Андерсон вообще поняла, что ее разыгрывают, так тщательно и мастерски, как когда-то она играла с Клэр. Это было впечатляюще. И немного страшно. Гребаное оружие больше не было направлено на меня даже немного, оно было направлено в пол. Это не значит, что она снова не могла поднять его, если бы я сделал что-то глупое, но, сосредоточив свой гнев на Клэр, я выиграл некоторую передышку и не был реальной мишенью. Я поставил Клэр и Андерсон на одну сторону, и сейчас они просто обсуждали детали.

Я только надеялся, что Клэр не верит в то, что я преподносил. Сейчас я не мог сказать. Она все еще выглядела бледной, шокированной и хрупкой, и я хотел обнять её, настолько это было больно… но это не помогло бы нам сейчас.

— Тебе придётся убедить Еву, не меня, — сказал я. — Если Майкла оставят в покое, с остальным я смог смириться. Может быть.

— Нет никакого "может быть", Шейн. Может быть ты попадешь в тюрьму. Поэтому предлагаю подумать о твоем следующем ответе, да?

Я выждал некоторое время, а затем, наконец, кивнул. Я пытался не смотреть на Мирнина, потому что он свернулся в клубок на полу, шепча про себя, и если я когда-то думал, что он выглядел сумасшедшим раньше, ну, я ошибался. Он выглядел разбитым, и я не был уверен, соберутся ли эти части снова когда-нибудь. Мирнин был хрупким, а теперь он выглядел разрушенным.

Клэр хмурилась, было сложно смотреть ей в глаза, осознал я; она пыталась держать всё внутри, просто пробиться в следующий момент, не чувствуя боли. Я знал этот взгляд, просто потому что я придумал его.

— Так, что ты хочешь, чтобы я сказал? — спросил я и прямо посмотрел на нее. — Клэр, скажи, что ты хочешь, чтобы я сказал. Ты знаешь, я сделаю всё для тебя. Всегда.

Она сделала резкий, дрожащий вздох и сказала:

— Просто скажи, что поддержишь меня, когда нужно будет поговорить с Амелией. Скажешь ей, что ты никогда не видел ни одного из них, или ничего из… этого. Скажешь ей, что тут всё нормально на столько, на сколько может быть.

— Что насчет Джесси? Амелия прислала её приглядывать за твоим боссом здесь. Она начнет подозревать, когда Джесси также пропадет без вести.

— Джесси обработают, — сказала Андерсон. — У нее есть болевые точки, и я знаю, как их использовать. Она сделает то, что я скажу ей, когда понадобится, да и Амелия к ней хорошо относится.

Я вдруг узнал, что за болевая точка у нее была… Мирнин. Джесси немного сияла, разговаривая с ним; она была хорошей с Оливером, но супер-хорошей с Графом Кракулой. Доктор Андерсон будет держать Джесси в напряжении, угрожая причинить Мирнину еще больше вреда. И все это было нормальным, потому что, черт, они же вампиры, верно? Не имеет значения, причинят ли им боль. Лабораторные крысы.

Я мог чувствовать, как кивнул призрак моего отца, соглашаясь, и это заставило меня чувствовать себя больным, в глубине души.

— Я думал, вы с Джесси друзья, — сказал я.

— Да, были однажды, — сказала доктор Андерсон. — Но ты-то должен понимать, что на вампиров нельзя полагаться в плане сантиментов. В их головах нет нервных окончаний, чтобы чувствовать как мы. Они подделка, маска, чтобы привлечь их добычу и уже не отпускать. Они самые настоящие хищники. Они по-настоящему хороши в этом.

В коридоре послышались звуки, и я услышал какие-то автомобили на стоянке. Начиналось веселье; Клэр играла по своим правилам, я ее поддержал, и сейчас… сейчас мы посмотрим, верит ли нам доктор Андерсон.

Патрик Говнюк Дэвис появился в дверях.

— Прибыли машины, — объявил он. — Мы можем надеть на вампиров наручники с серебром, и они никуда не денутся. Что насчет этих двоих? Они тоже пленники?

Я почувствовал на себе тяжелый взгляд доктора Андерсон. Сейчас я был на краю пропасти; она не шутила, что заставит Лиз болтать, будто это я похитил ее, что поместит меня в федеральную тюрьму, надолго. Я уже привык к клеткам в Морганвилле, но здесь они были другими.

— Докажи, что я могу тебе доверять, — сказала доктор Андерсон. — Итак, ты покажешь, где вы оставили своих друзей Еву и Майкла. А также мы заберем Пита и Лиз. Для их собственной безопасности.

От этой фразы я заскрипел зубами, но старался, чтобы никто не заметил.

— Конечно, — сказал я. — Я отведу тебя.

— Конечно, отведешь, — сказала она. — Потому что если ты этого не сделаешь, я все равно их найду, и обещаю, итог уже не будет таким хорошим. Я хочу сотрудничество и поддержку Клэр, и она явно готова мне это предложить. Но ты мне не нужен, Шейн. Ты можешь пропасть так же легко, как вампиры, в Бостоне каждый год умирает куча Джонов Дос. Ты можешь стать одним из них, жертвуя свое тело институту медицины. Все ясно?

Предельно, я уже представил себе это великолепие. Я кивнул, не потрудившись ничего сказать, и когда Патрик Дэвис указал на меня, я последовал за ним. До того как я попал в тонированный фургон, я обернулся. Доктор Андерсон шла позади меня, Клэр рядом с ней.

— И еще одно, — сказал я Андерсон. — Я должен доктору Дэвису кое-что.

Видимо, она знала, что произойдет, потому что не сделала ни шагу, а я не ждал разрешения. Порой, лучше всего попросить прощения.

Я ударил его в лицо, и черт, мне так полегчало — облегчение прошло сквозь руку до живота. Немного насилия, дабы остудить вскипевший котел.

— Это за Лиз, — произнес я. — Козел.

Доктор Андерсон засмеялась. Дэвис жестко упал, держась за, скорее всего, свой сломанный нос, и кто-то пошутил насчет носовых кровотечениях и вампирах, а я не слушал, потому что я уселся на пассажирское сиденье, пристегнулся и приложил голову к окну. На секунду-другую красный туман рассеялся. Вот в чем опасность — выпускать зверя из клетки ради укуса; порой он просто не хочет возвращаться. Но к тому времени водитель пристегнулся, запер дверь, и я остался один, снова бодрый, и показал ему средний палец.

— Тебе чертовски повезло, что никто из нас не засадил в тебя пулю, — сказал он мне.

— Я просто счастливчик, — согласился я. — Доезжай до поворота, а затем поверни налево. Расскажу, куда ехать.

Клэр и доктор Андерсон не сели к нам в фургон. Я повернул свою голову и смотрел, как они стояли с другой кучкой парней в костюмах, и я надеялся, чертовски надеялся, что я сделал все правильно, иначе если все пойдет не так…

Мы все из-за этого пострадаем.


* * * | Падение Ночи | * * *