home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава 4

Клэр

— Нервничаешь? — прошептала девушка, стоящая рядом с Клэр. — Я — да.

И она правда нервничала. Они стояли посреди толпы поступающих студентов, ночью, под руководством старшекурсника. Это был конец первого ориентировочного дня Клэр, который был изнуряющим и полон разной информации, которую невозможно было сразу запомнить. Ее мозг плавал в картах, людях, именах, улицах, потрясающих, великолепных зданиях… Она до сих пор не встретилась с ее инструктором по Специальным Проектам, профессором Андерсон, которая не будет доступна до утра, но она заполнила свой день знаниями о кампусе Массачусетского технологического института.

И было невозможно сопротивляться небольшому оранжевому листочку, который она получила, и на котором говорилось, где состоится встреча "специального тура". Который не разочаровал. Час сложных правил, и Оранжевый Тур показал им абсолютно невероятные вещи… туннели, крыши, секреты всех видов. Клэр не подумала бы, что она способна на такое, и как оказалось, она сделала… намного больше в этом туре, чем другие. Она могла встать на край самого высокого здания и посмотреть прямиком вниз. Захватывающее зрелище. Головокружительное, но захватывающее.

МТИ был… уникальным. Как Морганвилль он был в значительной степени автономной системой, с его собственной историей, правилами и окружающей средой… после того, как вы побывали на территории кампуса, чувствуете себя так, будто вселенная МТИ была единственной вселенной, которая имела значение. Она встретила тонну людей, и все они были размытым пятном. Их группу возглавляли около пяти старшеклассников, но только один носил футболку, которая гласила "МЕНЯ ЗДЕСЬ НЕТ". Его звали Джек, и он был тем, кто говорил больше всех.

Когда она увидела крутую, творческую энергию общежитий, то подумала, что оставаться вне кампуса с Элизабет было уж не такой хорошей идеей, но что сделано, то сделано. Она была предана идее, и было бы слишком неловко проситься у нее съехать. К тому же, она уже заплатила.

— Эй, — прошептала та девушка снова, — ты нервничаешь?

— Нет, все в порядке, — ответила Клэр. Она предположила, что для нормальных людей тур показался жутким — к тому же это было нерабочее время, они тащились в темноте, и старшеклассники, ведущие тур, прилагали все усилия, чтобы они нервничали. Но она не нервничала из-за этого. В Морганвилле было больше моментов, из-за которых пришлось нервничать. — Мы в безопасности. Они не позволят чему-нибудь случиться с нами, поверь мне.

— Я не знаю, где мы, — тревожно шепнула девушка в ответ. Она перемешала карты, сморщившись; как и у Клэр, у нее имелась тонна материала, но в отличие от первой, у второй не было рюкзака, чтобы упаковать все это. — А ты знаешь? Потому что я думала, что мы направляемся к Бейкер Хаус (прим. пер. — студенческое общежитие). Разве не так?

— Скорее всего.

— Однако, мы далеко, верно? Слушай, я думаю, что мы даже не в кампусе… нет, постой, мы…

Девушка была на грани паники, а Клэр не могла ни чем ей помочь. Она проверила свой телефон, чтобы взглянуть на GPS, и честно говоря, она проверяла, нет ли никаких сообщений.

И они были. Голосовая почта от Майкла. Еще одна. Она пропустила последние три, потому что надеялась увидеть имя Шейна… и как только она начала убирать телефон, появилось всплывающее окно.

По-прежнему Майкл… но говорилось "Это Шейн, ответь мне."

Что?

Клэр отстала немного, отправляя сообщение — рискованно делать это в незнакомом месте, в темноте, но это не могло ждать.

"Почему ты с телефона Майкла?"

Через несколько секунд пришел ответ. "Сломал свой, извини."

Это было похоже на оправдание. Плохое. Но несчастные случаи действительно случаются. "Ждала звонка", она написала ответ. "Видела видео."

Ответа не было долгое время, а потом он ответил: "Я говорил серьезно." И все. Только это.

И она остановилась, закрыла глаза на мгновение и вдохнула в себя холодный воздух. Тогда она написала: "Скучаю по тебе."

Он ответил: "Люблю тебя."

Слезы защипали глаза, и она долго сомневалась, прежде чем ответить. "Поболтаем позже."

— Эй!

Клэр вздернула голову вверх на резкий шепот в нескольких фунтах, инстинкты ожили и кричали, но это была просто девушка, нервная, все еще сжимавшая свои брошюры и карты. Она выглядела еще более параноидально, чем раньше. Как ее зовут? Имя на В? Вита? Нет, Вива.

— Вива, — произнесла она, и девушка кивнула. — Что не так?

— Мы должны идти в общежитие, — сказала она. — Но его нет на карте!

— Ну, должно быть, это секретный тур, — ответила Клэр. — Поэтому, возможно, оно обозначено иначе на карте.

— Но… — Вива нервно ступала с ноги на ногу. — Я просто… Я просто хочу вернуться. Ты поедешь со мной на такси? Пожалуйста? Мы словим одно на улице.

Остальная часть группы оживленно шла, проходя некоторые деревья, и они остались позади. Ну, это не казалось хорошей идеей, ни при каких обстоятельствах.

Клэр убрала телефон, переместила вес рюкзака (который был не тяжелым, по крайней мере, не сейчас — планшет, несколько книг, которыми она интересовалась, и лакомства с ориентировочного дня. Она не привыкла к тому, что он настолько легкий).

— Давай просто догоним их, — сказала она. — Пойдем. Мы не можем заблудиться сейчас, они будут беспокоиться за нас.

И она побежала вперед, оглядываясь назад, чтобы убедиться, что Вива пошла за ней. И она последовала, вероятно потому, чтобы не оставаться одной.

Клэр определенно не была заинтересована в том, чтобы возвращаться домой. Лиз хандрила из-за того, что она уходит, возмущалась, что ее долго не будет? и потом вовсе разозлилась, когда узнала, что Клэр собирается быть там допоздна. Каков был скандал. Нет никаких причин возвращаться домой… и к тому же, она не хотела слушать о том, что планы Лиз были испорчены из-за непослушания Клэр.

Живу только два дня, а уже ненавижу это место, думала Клэр. Вероятно, плохой знак. Но так же сначала она ненавидела Морганвилль, а теперь… теперь она действительно по нему скучала.

Как и по Шейну. Господи, как она по нему скучала. Ей не хватало Евы с Майклом, и, глупо конечно, но ей не хватало Мирнина. Она потратила весь день, слушая мысленные комментарии от ее друзей и парня, и даже от Мирнина, но потом она заметила нечто чрезмерно ненормальное. Становилось все легче и легче воспроизводить мысли Мирнина в ее голове. Что ее очень волновало.

Кембридж был таким оживленным. Даже в это позднее время, множество автомобилей разъезжали вокруг, самолеты пересекали беззвездное, вымытое светом, небо, толпа людей собиралась по таинственным и неизвестным причинам вокруг магазинов или парков. Морганвилль в ней кричал бы, что им пора домой, пора быть в безопасности, но видимо, просто кто-то сходил с ума. Мир, в котором жили эти жизнерадостные люди, абсолютно отличался от ее прежнего.

Она была в совсем другом месте.

Группа студентов сбилась в кучу, когда их экскурсоводы внезапно остановились, потому что впереди уже собралась большая группа. На это не было определенной причины — люди просто собрались и разговаривали, некоторые сидели и читали, некоторые играли, несколько пар не обращали на остальных внимания. Когда Клэр нагнала их (и запыхавшаяся Вива догнала ее), вся их группа остановилась внутри толпы, и их гид поднял руку.

— Стойте, — сказал он им. — Мы очень близко, я просто должен кое-что проверить. Оставайтесь здесь. Да, и помните, что я сказал вам, если появится охрана. Не говорите им мое имя и куда вы шли.

Вива подняла руку.

— Гм, Джек? Я не могу найти на своей карте Бейкер Хаус…

— Секундочку, — сказал он, но его слова потонули в хоре внезапного телефонного гула, звонков и гудков. Люди вокруг них начали доставать телефоны, и Клэр проверила свой по привычке. Ничего.

Но все вокруг них кричали, аплодировали, давали друг другу пять и… начали танцевать. Со всех телефонов играла песня, которую Клэр узнала. Многие достали из карманов какие-то светящиеся в темноте вещи, и через несколько секунд это была самая настоящая вечеринка.

Их небольшая группа была островом ничего не понимающих среди моря двигающихся, прыгающих тел… и вдруг она больше не видела их экскурсоводов. Они просто растворились в толпе. Ушли.

Глаза Вивы широко распахнулись, она прижимала к груди все свои бумаги МТИ, как будто кто-то может захотеть отобрать ее карты и брошюры. Она ближе подошла к Клэр, когда парень с огромными отверстиями в ушах и бритой головой начал прыгать как кенгуру рядом с ними. Шум стоял оглушительный.

Клэр заметила приближающихся университетских охранников в форме и показала Виве, Вива ахнула и выглядела так, будто сейчас упадет в обморок.

— Джек! — крикнула она и повернулась по кругу, дико оглядываясь. — Джек, они идут! Джек!

Но их экскурсовода нигде не было видно, и теперь, когда спустилось еще больше охранников, их рейв распался и студенты начали пробиваться прочь в сотнях направлений… оставив их маленькую туристическую группу застывшей и ошеломленной.

Их гида нигде не было видно.

Клэр, чей инстинкт выживания был намного более отточен, уже была готова выбираться оттуда, но дрожащая рука Вивы на ее руке помешала ей последовать за студентами колледжа, и прежде, чем она смогла заставить Виву бежать с ней, было уже слишком поздно. Их окружили три охранника, хмурящиеся и выглядящие очень серьезно.

— Хорошо, вы знаете, что на эту территорию вход воспрещен, — сказал один из них. — Имена!

Последовал растерянный лепет голосов, он оборвал их нетерпеливым жестом и указал на Клэр.

— Клэр Дэнверс, — сказала она. — Но мы были на экскурсии. Мы не знали, что сюда нельзя.

— Хорошая история, мисс Дэнверс. Если вы были на экскурсии, то где ваш гид?

— Хм… — Вива подняла руку. — Он ушел? Я Вива Адевах.

Он сделал заметки.

— Угу. Как звали гида, для протокола?

— Эээ, я не знаю. Он взял и оставил нас здесь!

Трое мужчин переглянулись, и тот что в центре сделал еще одну пометку в своей книге.

— И куда вы направлялись?

Он получил бегающие взгляды и бормотание от их брошенной группы, и Клэр вздохнула.

— Бейкер Хаус, — сказала она. — Что неверно, да? И Джек Флори не настоящий человек?

— Мнения разделились, — сказал полицейский и убрал блокнот. — Оранжевый Тур. Старая традиция. Иногда они позволяют нам изводить вас. Думаю, вам повезло. Вы все с Пятой Восточной?

— Откуда вы узнали? — спросила Вива.

— Потому что если вы не оттуда, у вас был бы другой гид. Быстро возвращайтесь назад. Держитесь вместе. Не блуждайте по своему усмотрению. И поздравляю. Вы теперь часть истории — вы пережили Оранжевый Тур. И не позволяйте нам поймать вас за хакерством.

Хакеры, на жаргоне МТИ, — люди, моделирующие реальность… допустим, кто-то из них превратил здание Наук о Земле в гигантский тетрис с цветным внутренним освещением. Хакеры не уничтожали, они просто… по-творческому изменяли. И Джек Флори рассказал им правила хакерства, которые очень были похожи на правила выживания в Морганвилле. Не воруй. Не уничтожай чужое имущество. И никогда не хакерствуй в одиночку.

Были все шансы, что большая часть людей в этом туре в какой-то момент будет вовлечена в хакерство, либо увидит одно из крутых.

Но не она, подумала Клэр с небольшой толикой сожаления. Она здесь не как первокурсник; она будет учиться у профессора Андерсон по программе, утвержденной Морганвиллем, и Амелия не одобрит подобные отклонения от учебы.

В сопровождении бдительных охранников, они поплелись назад к центру университетского городка, где купол здания Маклорена (прим. пер. — одно из общежитий МТИ) доминировал во всем пейзаже. Вива по-прежнему держалась за локоть Клэр. Она выглядела маленькой и потерянной; остальные в группе смеялись и веселились, возбужденные от пережитого приключения и волнения. Они, казалось, были рождены для этого места.

Но не Вива. И Клэр поняла, что девушка была моложе — моложе ее самой или остальных людей в группе. Не намного, но достаточно, чтобы этот вопрос засел в ее сознании.

— Эй, — сказала ей Клэр. — Так откуда ты, Вива?

— Айова, — сказала она. — Роквелл Сити. Ты наверно о нем и не слышала.

Это правда.

— Там здорово?

— Не как здесь. Я имею ввиду, здесь… — Вива махнула рукой вокруг них, не в силах описать словами. — По-другому. Это классно, и я думала, что знаю, на что иду, но это…

— По-настоящему, — сказала Клэр. Она понимала, что чувствовала девушка. — Будто это больше, чем все мы.

— Да, — Вива прижала брошюры еще ближе, словно это магический щит. — Так много напряжения, а ведь занятия еще даже не начались. Я просто чувствую…

— Одиночество?

Вива кивнула, выглядя пристыженной.

— Остальным здесь комфортно.

— Я хотела бы помочь тебе, но я не живу в общежитии. Подожди-ка… может, я все же смогу помочь. — Клэр схватила Виву за руку и потянула ее в сторону, направляясь к группе смеющихся девушек и парней; они казались дружелюбными, и ей понравилась футболка на одном из них. Она означала, что у него по крайней мере хорошее чувство юмора. — Эй, ребята? Это Вива. Мне нужно идти, могли бы вы убедиться, что она вернется в общежитие в целости и сохранности? Я Клэр, кстати. Клэр Дэнверс.

— Привет, — сказал парень в футболке. У него были грязные, вьющиеся волосы, лезущие ему в глаза, и улыбка на миллион долларов. — Я Ник Салазар. Этого психа зовут Одед, это Дженни, Аманда, Трент… — Он перечислял имена, как будто он знал их всю свою жизнь, хотя Клэр была уверена, что он только что познакомился с ними. — Приятно познакомиться с вами. Вива, верно? Классное имя.

— Спасибо, — сказала она. Она выглядела испуганной, но решительной.

— Тебе нужна сумка, — сказада Дженни и порылась в рюкзаке, доставая пакет с логотипом МТИ. — Попробуй это. Из какой ты комнаты?

— Да ладно вам, более важный вопрос, это какая твоя специализация? — сказал Одед. — Говорю сразу, ответы кроме World of Warcraft или Advanced Ninja Studies не принимаются. (прим. пер. — компьютерные онлайн игры)

— Бойцовский клуб, — сказала Вива. Одед засчитал ответ и протянул ей кулак. Она ударила своим в ответ.

— Я признаю ошибку, — сказал он. — Она прошла проверку.

Клэр хотела остаться с ними — хотела всем сердцем. Эта простая дружба напомнила ей о том, что она оставила позади и в чем так нуждалась… но ей нужно поговорить с Шейном. Так что она отошла от них, и Вива — погруженная в разговор — вряд ли заметила ее уход. Клэр трусцой побежала по тропе, ведущей к студенческому центру. В этот час там было не так многолюдно; она нашла столик, купила мокко и села, достав телефон.

Она набрала номер Майкла.

— Эй, — ответил ей мрачный, и в то же время теплый и серьезный голос Шейна, как если бы он лежал под одеялом. — Ты в порядке, крепкая девочка?

— Сейчас, да, — ответила она. Там, где он находился, не было тихо; она слышала гул, может быть, колес. — Едешь куда-то?

— За рулем, ага. Ты знаешь меня, я постоянно в движении, как акула. Я беспокоюсь без тебя.

— Скучаю по тебе, — сказала она. Она прислонилась к стене. — Я правда скучаю по тебе, Шейн.

— Насколько сильно?

Она засмеялась.

— На публике такого не произносят, к тому же, ты за рулем.

— Черт возьми, это мой шанс на какой-нибудь очень сексуальный разговор.

Его голос, осознала она, заставлял ее чувствовать тепло, разливающееся внутри, заставлял думать о непристойностях, которые не должны были увидеть сотрудники столовой.

— Ненавижу свою соседку, — произнесла она, чтобы сменить тему на какую-нибудь более безопасную.

— Элизабет? Я думал, что она была твоей лучше подругой в средней школе.

— Была. В средней школе. Но сейчас…

— Она изменилась? Да, такое случается. Посмотри, что произошло с Майклом.

— Шейн!

Он снова рассмеялся низким гортанным звуком.

— Шучу, Клэр. Просто говорю, что люди меняются. Если ты там не ради изменений, то тебе будет нелегко привыкнуть к ним, так ведь? Вот почему я ненавижу их. Ненавижу пропускать твою жизнь. Ненавижу терять те маленькие моменты, которые изменяют тебя. Потому что они изменят нас.

Он был прав, но… но одновременно не прав.

— Мне нужно немного измениться самостоятельно, — ответила она. — Шейн, я люблю тебя, и я хочу быть с тобой, но так же мне нужно дышать. Мне нужно немного полетать и увидеть, как далеко я могу зайти. Вот почему я использовала этот шанс. Это не навсегда. Лишь на некоторое время.

— Возможно, совсем ненадолго, ибо твоя соседка сводит тебя с ума. Что она вообще делает?

— Так… она постоянно драматизирует, и это не смешно, постоянно всем заправляет, у нее ОКР (прим. пер. — обсессивно-компульсивное расстройство), она пассивно-агрессивна…

— Ты заинтриговала меня ее драматизмом. Я обязан познакомиться с этой цыпочкой.

— Нет, поверь мне. Раньше она была забавной занудой, но сейчас… сейчас она сознательно не такая, понимаешь? Она так усердно пытается быть крутой, что не кажется таковой. Я думаю, это из-за плохих отношений.

— Понял. Видел слишком много трагических примеров. Знаешь, как те в хипстерских шляпах, кто пытается выглядеть как какой-то страшно любимый ребенок Джека Уайта и Эштона Катчера?

— Я сегодня узнала новое слово.

— Какое?

— Чидиот.

— Это так мило. Ты правда не знала это слово? А ты знаешь, что оно означает?

Она понизила голос до шепота.

— Чертов идиот?

— Мне нравится, что ты прилагаешь столько усилий, чтобы произнести ругательство. Как если бы ты боялась ранить кого-нибудь. Серьезно, это восхитительно. Так еще не было нападений вампиров?

— Ни одного.

— Зомби? Гигантские пауки? Водные монстры?

— На сверхъестественном фронте действительно спокойно.

— Жаль, потому что я был атакован дьявольской собакой. Это не было потрясающе.

— Чем?

— Большезадым псом с горящими красным глазами. Поверь мне. Ты не захочешь встретиться со сворой этих плохих мальчиков. Да волки по сравнению с ними маленькие пуделечки.

— Но ты в порядке, верно?

— Да, — сказал он слишком уж легкомысленно. — Я в порядке. Только пара синяков. Копы — и я предполагаю, вампиры — заботятся о нашей дьявольско-собачей проблеме. Ничего страшного, поверь мне. Все будет хорошо. Разве так не всегда?

— Почти всегда. — Она проглотила комок в горле, потому что уверенность в его голосе заставила ее почувствовать неожиданный испуг. — Пожалуйста, Шейн, не будь таким дерзким, ладно?

— О, теперь ты хочешь начать возбуждающий разговор?

— Я серьезно! Пожалуйста. — В ее воображении всплыл образ, как он плавал в баке мутной воды, кровоточащий… умирающий от рук врагов вампиров. И это привело ее в ужас. — Я ненавижу, что я здесь в безопасности, а ты…

— Купаюсь в океане опасности вместе с акулами? Да ладно, это то, что делают отважные мужчины. Это и борьба с бешеными барсуками.

Он вел себя легкомысленно, и это убивало ее.

— Шейн!

Он молчал довольно долго, а потом сказал:

— Клэр, ты в порядке?

— Да… я… я… — Она сделала глубокий вдох. На стене напротив нее висел плакат, рекламирующий восхитительные рогалики, и она сосредоточилась на цветах, формах и пыталась выкинуть странный шум из головы. — Я в порядке. Дай мне знать, когда у тебя будет новый телефон… а пока я могу тебе звонить на этот?

— Если хочешь. — Он казался довольным этим. — Я знаю, что ты сейчас обустраиваешься и все такое, но, может быть, я могу звонить тебе

примерно в это же время ночью? Договорились?

— Да. Договорились.

— Потому что я не хочу провести день без тебя. — Она молчала, не потому, что не согласна с ним, а потому, что пыталась преодолеть волну эмоций, настолько сильную, что не могла вымолвить ни слова. Он воспринял это иначе, потому что поспешил продолжить, тон стал более объективным. — Что ж, хорошо, я должен идти. Созвонимся завтра, верно?

— Верно, — удалось ей выдохнуть.

— Разве это не толкает тебя сказать "я люблю тебя"?

— Нет, — теперь это уже была не волна эмоций, а целое море, и она тонула в нем. — Люблю тебя. — Это было все, с чем она могла справиться. Она повесила трубку и разразилась обжигающими и безжалостными слезами. Она старалась вести себя как можно тише, но она знала, что каждый мог понять, что происходит. Просто очередной срыв унылого тоскующего по дому одинокого первокурсника. Отлично.

Странно, но ей полегчало. Она использовала шесть дешевых салфеток, буря прошла, оставив ее с утомительной, пустой болью внутри и столь же опустошенным разумом. Ее глаза ощущались опухшими, и она знала, что выглядит ужасно, но иногда… иногда эмоции были слишком сильными, чтобы сдержаться.

Она выбросила мусор, избегая взглядов других студентов, и пешком пошла домой. Дом, который она делила с Элизабет, был не так уж далеко — приблизительно в шести кварталах, такое же расстояние она проходила от Техасского Университета Прерий до Стеклянного Дома. Она заметила нескольких гуляющих студентов, и большинство из них были в наушниках, покачиваясь, когда шли, но она не могла даже подумать об этом… Морганвилль научил ее всегда быть внимательной.

Поэтому в первом же квартале она поняла, что за ней кто-то идет.

Он был далеко, но независимо от того, как быстро она шла, он довольно быстро сократил расстояние. Клэр мельком видела его размытое отражение в стеклянных окнах, но она ничего не могла сказать о нем, кроме как что он был выше, чем она (как и все?), и шире. Не размера Шейна, но почти, достаточно большой, если хотел причинить ей вред.

В Морганвилле она бы достала оружие, но это не Морганвилль. Здесь самозащита не была такой же ясной. Вдруг она заколет совершенно невинного человека?

— Эй! — наконец окликнул ее человек, когда он был примерно в двадцати футах от нее. — Клэр?

Она повернулась, продолжая идти, и увидела, что это был парень из кампуса. Ник. Видимо, было что-то в ее поведении, потому что он замедлился и поднял обе руки, выглядя вдруг осторожным.

— Извини, — сказал он. — Это я. Ник. Я знаю, это странно, что я шел за тобой, ведь мы только познакомились, но… я просто не хотел, чтобы ты шла одна, вот и все.

— Ох, — сказала Клэр. Она разрывалась между продолжением подозрений и сильного желания поверить в невинные намерения кого-то, для разнообразия. Конечно, весь мир не может быть таким отвратительным, не так ли? Да, у нее были плохие времена; да, ее предавали люди, которым она доверяла. Но это не право предполагать, что абсолютно все такие. — О, хорошо, спасибо. Как там Вива?

— Она вместе с моей компанией направилась в общежитие. Не то чтобы у меня есть компания как таковая, но больше орды. Возможно, стая. Так ты новенькая, верно? Первогодка?

— Да, — сказала она.

— И уже живешь за пределами кампуса?

— Ну… это больше похоже на ошибку. В общежитии, кажется, весело.

— Это эпическое приключение, — согласился Ник трезво. — Может быть, оно не для тебя.

Она чуть не рассмеялась.

— О, да. Я так напугана.

Он улыбнулся и пошел с ней в ногу. На комфортном расстоянии, дистанция джентльмена, ничего навязчивого.

— Ты не похожа на тип дамы без кавалера.

Это ощущалось так естественно и дружелюбно, что привело в шок, когда она подумала, он флиртует со мной. Могу я ответить флиртом? Я не должна, не так ли? Это было запутанным, странным и рискованным, но некоторая мятежная часть ее подумала, а почему бы и нет? Я приехала сюда, чтобы расправить крылья. Ну. Это расправление.

— Я довольно застенчивая, — сказала Клэр. — Очень.

— Скажу как бы между прочим, что ты вытащила Виву и вернула ее миру. Так какая твоя специализация?

Неизбежный вопрос в колледже. Она не колебалась.

— Физика.

Ник казался довольным, не испуганным — еще одно отличие МТИ от, ну, всех институтов.

— Ты не можешь просто сказать физика. Я имею в виду, какой вкус? Шоколадный, ванильный, прикладной, теория…

— И то и другое.

— Я очень не хочу быть тем, кто должен сказать тебе это, но я уверен, что нет специальности "и то и другое". Ты еще не знаешь, не так ли? — Когда она не ответила, он пожал плечами и сунул руки в карманы джинсов. — Все в порядке. Согласно литературе, люди меняются. Скорее всего, тебе просто стоит сперва подумать прежде, чем выбирать.

Вот почему я здесь, она чуть было не сказала. Чтобы подумать. Речь шла о гораздо большем, чем просто выбор исследования, но она не знала, как сказать это, и она действительно не хотела, чтобы он понял неправильно.

— А у тебя?

— Специализация? Машиностроение, акцент в робототехнике. Второй курс. До сих пор не провалился.

— Как ты думаешь, можно взять человеческий мозг и подключить его для управления компьютером?

Он пропустил шаг, но только один, и сказал:

— Ааа, я понял, ты задаешься классическим вопросом Трека. "Мозг Спока", верно? Где на планете женщин схватили Спока, вытащили его мозг и сунули в машину, чтобы усилить их систему?

— Я… — Она понятия не имела, о чем он говорит; она видела Стар Трек, но не старые эпизоды. Ее родители были детьми, когда те шли. — Ну, думаю, да.

— Баллы уважения за попытку запутать меня, но прости, тебе нужно что-то получше, чтобы сделать это. Хочешь посмотреть аниме за сотню? — увидев, что она выглядит озадаченной, он вздохнул. — Что смущает, аниме или ссылка к "Jeopardy"? (прим. пер. — телевизионная игра-викторина, популярная во многих странах мира.)

— "Jeopardy", пожалуй. Я совсем немного знаю об аниме.

— Немного? Девушка, тебя срочно нужно отправить на учебную программу. Ты не задержишься здесь на неделю, если не будешь идти в ногу с ссылками на поп-культуру. Как насчет "Властелина колец"? "Светлячок"? "Доктор Ужасный"? Нет? Очевидно, у нас много работы.

Он болтал, и это было так тепло, смешно и мило для разнообразия, не похоже на ее смертельную жизненную драму. Она потеряла счет времени, и вдруг поняла, что они подошли к ступенькам ее дома. Она повернулась и отступила, одарив Ника виноватой улыбкой.

— Ах. Старый дом, вижу. Ну, я выполнил свою Обязанность Парня — доберешься отсюда?

— Да, всё нормально, — сказала она. Она взглянула наверх. Окна Элизабет уже были темны; она легла спать. — Вероятно, я должна…

— Идти, да, должна. Так что просто… тогда, увидимся?

— Увидимся, Ник.

— Спокойной ночи, Клэр, — она еще раз улыбнулась ему, он улыбнулся в ответ и сделал еще несколько шагов прежде, чем повернулся к ней и достал телефон. — Хорошо, это, вероятно, выходит за рамки, и ты как Зена Королева Воинов можешь надрать мне задницу, но могу я…? — он указал на нее телефоном, выглядя при этом по-щенячьи мило, что она чуть не сказала "да".

— Я не могу, — сказала она тихо. — Извини. У меня есть парень.

— Оу. Оу, верно, конечно есть. О чем я думал? Извини.

— Нет, не… послушай, прости. Я думала, я просто… я не хотела давать повода. Мне просто было одиноко, понимаешь?

— Я знаю одиночество. Одиночество — мой хороший друг. Никакого вреда, Клэр. Я не собираюсь уйти, свернуться клубком и плакать больше чем, ты знаешь, часов шесть, не больше. — Он сверкнул нелепой забавной улыбкой, и она рассмеялась в ответ. — Тогда увидимся.

— До встречи.

Он ушел, засунув руки в карманы свободных мешковатых джинсов. Единственное, что у них с Шейном было общим — уверенность в себе. Шейн мог случайно выдать умную фразу, но Ник, вероятно, не мог соединить вместе больше нескольких предложений; Шейн знал, что на его пути борьба, и Клэр была уверена, что сможет уложить Ника, держа одну свою руку за спиной. Может, обе.

И все же, промелькнула небольшая предательская дрожь интереса. Наверное, просто потому, что он представлял всё, чего не было в Морганвилле — нормальный мир, где самое значительное, из-за чего приходилось волноваться большинству людей — это последний эпизод их любимого шоу, или действительно ли девушка даст свой номер за обаятельную улыбку.

Ей нравился этот мир. Просто она не была уверена, что является его частью… или будет когда-нибудь. Это было, поняла Клэр, тем, что представлял для неё Ник: мир, где парень просто мог быть забавным, интересным и смешным, а не боролся каждый день за свою жизнь с врагами, превосходящими его по силе. Жизнь с домом и детьми, простыми житейскими заботами.

Никаких вампиров и монстров. Не удивительно, что она ощутила какое-то покалывание притяжения.

Клэр отперла парадную дверь, тихо улыбаясь про себя, чувствуя себя сейчас расслабленно, а услышав скрип шагов позади, она обернулась, все еще улыбаясь, и сказала:

— Ник, я думала…

Это был не Ник.

Она не знала этого парня. Он был высоким, широкоплечим, красивым в мрачном смысле, что, вероятно, доставит ему неприятности в ближайшие несколько лет. Он был типа Моники Моррелл, подумала она, и в ту же секунду она оценила его на предмет угрозы. Пистолета нет, ножа нет, но он вел себя так, будто готов был броситься на нее, и красный сигнал мелькнул где-то глубоко внутри неё.

Она приготовилась, готовая двигаться.

— Привет, — сказал он и остановился на несколько ступенек ниже, чем она, заблокировав путь вниз. — Итак, ты новая соседка Лиз, верно? Она сказала, что старая подруга поселилась вместе с ней. Я Деррик.

— Деррик, — повторила она. Лиз не упоминала о нем, но потом, это не обязательно пророчит беду. Тем не менее, Клэр поставила одну ногу в дверной проем, заранее рассчитывая, что нужно будет сделать в спешке с ее телом. Перенести вес, качнуться вправо, завершить поворот, громко хлопнуть дверью, заблокировать ее. Это было одно, может, одно с половиной движение. Деррик не выглядел быстрым, но она обманывалась прежде. — Если ты ищешь Лиз, я думаю, что она уже спит.

— Нет проблем, — сказал он. — Я не вхожу. Просто хотел сказать привет.

— Привет, — сказала Клэр недружелюбно; она все еще чувствовала себя странно. Ей не нравилось стоять на пороге, особенно с кем-то с таким странным выражением в глазах. — Слушай, уже поздно. Извини, я не хочу быть грубой, но я…

Он поднял руки, но, так или иначе, она не рассматривала это в качестве извинения или в знак капитуляции.

— Нет проблем. Просто хотел узнать, как тебя зовут.

— Клэр, — сказала она. — Спокойной ночи.

Она не спускала с него глаз, пока заходила внутрь, закрывала дверь и запирала засов. Впервые она была благодарна за все эти замки. Деррик не двигался, по крайней мере пока не закрылась дверь, но она ощутила в нем странное напряжение, будто каждый мускул дрожал от желания поторопить ее.

Клэр сдвинула в сторону маленькую металлическую откидную створку с глазка и выглянула.

Огромное лицо Деррика промелькнуло прямо там, выглядя так, будто он знал, что она так и сделает. Она издала невольный вздох, опустила створку вниз и попятилась, пока не врезалась в лестницу. Честно говоря, она сталкивалась с вампирами у себя на пороге, а они, как правило, были не такими уж жуткими.

Она села на ступеньки, и в темноте, рядом с ней, в пространстве между лестницей и залом, услышала хриплый шепот:

— Это он, не так ли? Деррик.

Каким-то образом Клэр не удивилась, что это была Лиз, ютившаяся там, прижав колени к груди. На ней была надета пушистая пижама, которая выглядела бледно-серой в полумраке, и она была похожа на испуганную маленькую девочку.

Клэр встала, присела в узкое, темное пространство рядом с ней и обняла подругу. Лиз наклонилась, и она дрожала, действительно дрожала. Клэр сняла пальто и накинула его на плечи Лиз.

— Ты в порядке, — сказала она, обнимая ее. — Лиз, всё в порядке. Он снаружи. Дверь заперта.

— Но он здесь, — Даже при том, что это было сказано шепотом, похоже было на вопль отчаяния. — Я не думала, что он знает, где я, но он здесь. Он знает.

— Лиз… кто он?

— Я познакомилась с ним в моей старой школе. Это было свидание вслепую, мой друг свел нас. Я не люблю его, но он… он просто пытался встречаться со мной. Сначала это просто были сообщения, звонки и цветы, но потом он стал следить за мной. Я начала встречаться с другим парнем, и он…он… — голос Лиз дрогнул, и она с трудом сглотнула. — Он просто исчез. В конце концов, он позвонил мне и сказал, что должен уехать, потому что Деррик продемонстрировал и сказал ему, что если он не сделает этого, то умрёт. Он сказал мне… он сказал мне, что Деррик предпочел бы видеть меня мёртвой, чем с кем-то еще, и что он наблюдает за моей спиной. Поэтому я уехала. Я бросила школу, переехала за город, изменила цвет волос и одежду, завела новых друзей. Я не думала, что он следит за мной, я на самом деле не знала.

— Но ты боялась, что он будет, — сказала Клэр. — Поэтому все эти замки на двери.

Лиз несчастно кивнула.

— Он посылал мне письма. Он был очень зол, что я уехала. Он разыскал меня там, где я была в последний раз, послал мне фотографии с моей новой стрижкой, подписав, что я мило выгляжу. Он посылал материал и моим родителям тоже. Он знает, где живет вся моя семья.

— Ты обращалась в полицию?

— Конечно. — Лиз всхлипнула и немного выпрямилась, ее голос приобрел некоторую силу. — Они отнеслись к этому серьезно и всё такое, но он никогда не делал никаких угроз, которые мы смогли бы доказать. Он действительно был осторожен. То, как он делал это прежде… он действительно знает, чего не следует делать, чтобы попасться. Из-за этого он еще страшнее. Мне очень жаль. Я должна была предупредить тебя… я должна была предупредить, во что ты ввязываешься. Я имею ввиду, ты просто… ты всегда была такой хорошей и нежной, и я не хочу, чтобы ты была среди всего…

— Я не такая нежная, — сказала Клэр. — Знаешь ли ты, что я училась борьбе? И что я могу пользоваться луком и стрелами?

— Ты что? — Лиз спросила недоверчиво. — Ты имеешь ввиду, стреляла по мишеням? Ты занялась этим из-за того фильма? И вообще, как это может помочь?

— Я имею ввиду, город, где я жила — то место, в котором тебе лучше иметь хороший прицел, — ответила Клэр. — Крепкий желудок и стойкие нервы. Так что если Деррик хочет войти, его ждёт огромный, ужасный сюрприз. Я не собираюсь стесняться, защищая мой дом, себя или мою подругу. Поняла меня?

— Ты… ты серьезно. Что, правда собираешься выстрелить в него из лука?

— Ну, не прямо сейчас, потому что я не ношу их с собой в сумке, — произнесла Клэр. — Лук упакован в моих коробках. Нужно достать его в ближайшее время. Кстати, что ты знаешь об использовании ножа?

— Я… извини?

— Да ладно, — сказала Клэр. Она встала и протянула руку. — Позволь показать тебе.

— Клэр, я не могу драться с ним!

— Почему нет?

Лиз, казалось, была в недоумении от этих слов. Она взяла руку Клэр и подтянулась, встав на ноги. Клэр включила свет, а Лиз, казалось, не одобряла это; она вздрогнула и потянулась к выключателю.

Клэр остановила ее.

— Что ты собираешься делать? — спросила она. — Жить в темноте, взаперти здесь? Бояться смотреть в глазок, не открывать двери, не выходить? Да, он там, и он явно не оставит тебя в покое, пока не случится одна из трех вещей: он травмирует тебя и его посадят, либо он допустит ошибку и его посадят, либо ты его остановишь.

— Ты хочешь, чтобы я его убила?

— Я не говорила убить. Я сказала остановить. Это означает защитить себя. Есть разница между терять, бороться и сдаться. Если ты хочешь бороться, иди со мной.

— Я… — Лиз смотрела на нее в течение длительного, неопределенного момента. — Ты изменилась. Я поняла это еще тогда, когда ты вышла из самолета; не внешне, а внутри. Ты правда изменилась. Ты стала… сильнее.

— В Морганвилле, либо ты становишься сильной, — ответила Клэр, — либо тебя убивают. Но да. И я знаю, что это не Морганвилль, но мы все еще можем постоять за себя. Ну же. Первый урок — как защитить себя подручными средствами…

Лиз колебалась, когда Клэр потянула ее к кухне, и смотрела на дверь.

— Как ты думаешь, он все еще там?

— Возможно, — произнесла Клэр, — но мне все равно. Пусть мерзнет там или пусть его арестуют за подглядывание. Не играй в его игру. Играй в свою.

— У меня нет игры.

— Будет, — пообещала ей Клэр и улыбнулась такой же страшной улыбкой, как и все в Деррике. — Будет.

Мирнин не дал Клэр много информации о ее новом наставнике, только имя (Ирэн Андерсон) и тот факт, что когда-то она жила в Морганвилле и была его помощником. Очень впечатляло, что она пережила этот опыт, но она по-прежнему не представляла ее себе.

Казалось, что она была удивительной.

Прежде всего, она оказалась намного моложе, чем предполагала Клэр — лет тридцати, возможно. И когда Клэр постучала по двери ее офиса, она подумала, что приехала по неверному адресу, потому что миниатюрная женщина, стоящая там, не имела письменного стола, была одета в старый комбинезон и использовала маленькую паяльную лампу на груде метала.

— Секунду, — произнесла она, не отводя глаз от паяльника. Прошло секунд 10, затем женщина выключила паяльник, отложила его в сторону и пометила нечто на на листке бумаги, который лежал рядом. — Так. Готово. Значит, ты моя новая подопечная, верно?

— Я Клэр Денверс. А вы?

— Доктор Ирэн Андерсон. — Женщина подвинула защитные очки обратно на голову, но они смешно соскользнули на ее светловолосый хвост, а затем и вовсе упали на пол. — Знаю, это не то, чего ты ожидала, я права? Все говорят об этом. Даже моя семья. Привет. — Она обошла рабочее место и предложила Клэр пожать ее руку. Это было убедительное, крепкое рукопожатие; доктор пристально смотрела на Клэр достаточно долго, чтобы девушка могла рассмотреть ее голубые глаза, хорошо сочетаемые со светлыми волосами. Шейн, скорее всего, назвал бы ее горячей, хотя Клэр никогда не была уверена, каким образом он выбирал себе девушек. — Рада знакомству. Ты достаточно молода, чтобы продержаться там два года, учитывая, чем ты занималась.

— Разве мы не должны упоминать..?

— Морганвилль? Конечно, можем упоминать. Прости. Естественная предосторожность очень кстати. Я всегда старалась не обсуждать Мирнина, поэтому часто забываю использовать его имя, даже когда предоставлялась возможность. Кстати, слышала, ему сейчас лучше.

— Лучше, чем когда я к нему пришла.

— Ах. Это хорошо. Я не хотела уезжать, но он был слишком нестабилен, к счастью или нет, и я подумала, что было бы лучше, чтобы у него появился помощник-вампир на некоторое время. Появился?

— Я не знаю. Он никогда не говорил о людях, с которыми работал до меня. Знаю только то, что он, эм-м…

— Убил многих из них? Да, я тоже знаю это. И, конечно, он убил святую Аду. Он никогда не свыкнется с этим. — Это принесло раздраженный, неодобрительный взгляд, который остановился, когда Доктор Андерсон заметила, что Клэр не улыбается. — Что?

— Ада… ну, мертва. Предполагаю, что технически это третий и последний раз. То есть она не вернется.

Доктор Андерсон закрыла рот рукой и прикрыла глаза на мгновение.

— Как он принял это?

— Не очень хорошо, — призналась Клэр. — Он сильно расстроился. Но сейчас ему лучше. Я думаю, это помогло — отпустить ее. У него все еще бывают эти… эпизоды, но они не такие продолжительные, как раньше. Больше раздражающие, чем ужасающие.

— Это настоящее изменение, — сказала ее новый профессор и посмотрела на Клэр оценивающе. — Ты сделала то, чего я никогда не была в состоянии сделать. Мои поздравления. Мне сообщили, что Мирнин поборол заболевание…

— Теперь мы называем его Чумой Бишопа.

— Ах. Чума Бишопа… но думаю, к решению заболевания ты имеешь большее отношение, нежели он. Так ведь?

Клэр не отвечала. Она осматривала офис — хотя он больше похож на лабораторный чулан, чем офис — и увидела небольшой, заваленный стол в углу. Возле него стоял заклеенный скотчем стул и никакого удобства для посетителей.

— Это здесь мы будем работать?

— Здесь? Нет. Определенно нет. Я просто паяла, пока ждала тебя. Перед тем, как мы начнем, мне нужно твое удостоверение личности.

— У меня есть студенческое удостоверение…

— Не оно. — Доктор Андерсон подошла к своему столу и начала открывать и закрывать ящики, что-то бормоча, и наконец вытащила какую-то черную магнитную карту с логотипом на ней, который выглядел очень знакомым — знак Основателя. Она печатала на компьютере и водила мышкой, а потом провела картой через устройство. — Вот. Нажми пальцем в окно, где написано. — Она передала Клэр небольшой планшет, и Клэр сделала, как просили. Когда она это сделала, планшет щелкнул, и она поняла, что он сфотографировал ее. Прежде чем она успела спросить об этом, доктор Андерсон забрала его обратно и нажала на экран, затем взяла карту с магнитной полосой и поместила ее в маленькое белое устройство, подключенное к компьютеру.

Он издал несколько тихих жужжащих звуков, и тридцать секунд спустя из него выскочило готовое удостоверение, в комплекте с фотографией и отпечатком. Доктор Андерсон осмотрела его, назвала хорошим и украсила его шнурком МТИ, затем отдала.

— Носи его на шее, — сказала она. — Не привязывай на пояс или к рюкзаку, и не носи, как ободок, поверь, я видела, как студенты пытались сделать все это. Если оно не на нужном месте — охрана не пропустит тебя, а ты на самом деле этого не хочешь. Там, куда мы идем, охрана очень, очень серьезная. — Доктор Андерсон, увидела Клэр, уже надела свое. Удостоверение выглядело похожим, за исключением фото. — Если ты пострижешь свои волосы или покрасишь их, или как-то еще изменишься физически, ты получишь новое удостоверение. В нем закодированы все виды данных. Звучит по-Оруэлловски, верно? Привыкай к этому.

(прим. пер. — имеется ввиду рассказ Джорджа Оруэлла "1984", который считается одним из известнейших произведений в жанре антиутопии, предупреждающих об угрозе тоталитаризма)

Клэр встала, чтобы последовать за доктором Андерсон, она сняла свой лабораторный халат, повесила на крючок и направилась к выходу из офиса по длинному коридору к запертой двери с электронным устройством для чтения пропуска на ней. Андерсон влетела внутрь, но когда Клэр начала проходить за ней, женщина остановила ее.

— Используй свою карту после меня, — сказала она. — Если ты войдешь без нее — сигнализация выключится. Как я уже сказала. Охрана.

Клэр кивнула и позволила двери закрыться, затем поднесла собственную карту, загорелся зеленый огонек для входа. Она обратно продела голову через шнурок и шагнула в совсем другой мир.

Эта часть здания выглядела новой, блестящей и стерильной. Деятельность тут была в самом разгаре — аспиранты, преподаватели, люди в костюмах, похожих на официальное правительство или, может быть, на сотрудников частного бизнеса. Часто встречались группы, состоявшие из всех них, они ходили и говорили, прижавшись друг к другу. Она поймала обрывки разговоров о генетике, о лекарственной терапии, о нанотехнологиях, и всё это было за две минуты быстрой ходьбы. Доктор Андерсон обменивалась кивками с большинством из них, без всяких светских бесед.

Лаборатория д-ра Андерсон была отмечена простой белой карточкой в прорези, которая гласила КОНФИДЕНЦИАЛЬНО. Ничего больше… но когда Клэр немного отошла в сторону, чтобы позволить Андерсон пройти внутрь, она увидела, что, в конце концов, на бумаге было что-то еще. На ней был напечатан голографический логотип Основателя, который было видно лишь под определенным углом.

Дверь издала мягкий вздыхающий звук, открывшись, и дуновение прохладного воздуха, пахнущего металлом и химикатами, захлестнуло Клэр. Д-р Андерсон закрыла за собой, и Клэр воспользовалась бейджиком. Ей не надо было повторять дважды о мерах безопасности.

Внутри все было… ну, как в лаборатории Мирнина, только нормальной, аккуратной и чистой. Но она узнала многое из того, что располагалось на каждом из рабочих столов, хотя вместо использования алхимических методов Темных Веков у д-ра Андерсон были современные химические стойки, современные инструменты и компьютеры. Это было похоже на порно, но для помешанных на науке.

— Ничего себе, — выдохнула Клэр, и осторожно провела пальцами по матовой стали на рабочем столе, не настолько смело, чтобы оставить отпечатки пальцев на каком-нибудь ослепительно крутом оборудовании. — Вы…

— Хорошо финансированы? Да. Амелия хотела создать другой, менее хаотический метод исследования и документирования открытий Мирнина. Ты его знаешь; он великолепен, но он живое воплощение теории хаоса. Так что моя задача понять, почему его открытия работают, задокументировать и сделать так, чтобы они легко воспроизводились с современным оборудованием и техникой. И теперь это и твоя работа тоже.

— Я уже делала это. По крайней мере пыталась. Когда он позволял.

Доктор Андерсон тепло и понимающе улыбнулась.

— Да, я понимаю. Работа на Мирнина означает быть смотрителем зоопарка, няней и лучшим другом. Проблема в том, что нужно знать, когда кем необходимо быть, потому что при ошибке ты превращаешься в Хэппи Мил. Ты молодец, что пережила такой опыт, Клэр. И что к чертям покинула Морганвилль. Держу пари, ты думаешь, что худшее уже позади, верно?

Клэр вздрогнула, думая о драугах и Бишопе, о тысяче опасных для жизни моментов, через которые она прошла, начиная с прибытия в город.

— Надеюсь, — сказала она.

— Ты не права, — голос доктора Андерсон звучал твердо и умеренно. — Твоя жизнь там — как видеоигра. Выживание — цель, достижение. Затем ты приехала сюда, в реальный мир, и начались симптомы посттравматического стресса… потому что никому нет дела до того, через что ты прошла, что ты выжила, или что твое тело использовалось как постоянной адреналиновый насос. Это как бросить наркотики. Если тебя это еще не настигло, то настигнет… к нормальной жизни нужно привыкнуть, Клэр. Но если тебе нужно поговорить с кем-то, то я прошла через это. Чего тебе сейчас не хватает больше всего?

— Шейна, — сказала Клэр. Ее горло сжалось и саднило, и на мгновение она не могла идти дальше. — Моего парня.

— О, — сказала Андерсон. И ничего больше. Ее брови поползли вверх, но она ничего не спросила, и после того, как она подождала мгновение, она поняла, что Клэр не собиралась рассказывать. — Давай проведем экскурсию. Я предполагаю, что ты знакома с пространственными порталами Мирнина? Он научил тебя, как управлять ими?

После этого время пошло быстро, полное технических обсуждений и уравнений, молниеносных логических цепочек, основанных на чужих идеях и работах. К полудню они вывели математическое выражение, как работали порталы, и Клэр сопоставила это с работой, выполненной с Мирнином.

Окончательный вариант доктора Андерсон был лучше, чище и был более обоснован теоретически.

После обеда они использовали учебное оборудование, большую часть которого Клэр никогда не видела, но о некотором слышала. Самым увлекательным был генетический секвенсор, усердно работающий над ДНК вампиров.

— Они похожи на людей, — сказала доктор Андерсон. — Сложно назвать различия, потому что они слишком маленькие, чтобы их можно было найти. Это как если бы ДНК была единственной частью уравнения того, как превращаются вампиры — но это не просто физический процесс. И у меня нет оборудования, которое может захватить то, что происходит на духовном уровне, по крайней мере пока нет.

— Могу попробовать, — сказала Клэр. Она чувствовала неуверенность и была немного ошеломлена тем, что делала доктор Андерсон в этой блестящей лаборатории; кто она такая, чтобы притворяться изобретателем? Это не ощущалось так же странно, когда она была с Мирнином; все казалось возможным.

Здесь она чувствовала себя очень… молодой. И неопытной.

Доктор Андерсон пристально посмотрела на нее.

— Продолжай.

— Я… я подумала, так как Мирнин создал устройства, которые работали с помощью вампирской силы, то возможно мы можем создать устройство, чтобы погасить их.

Последовало длительное, странное молчание, а затем Клэр почувствовала растущий дискомфорт под устойчивым взглядом Андерсон. Тогда ее профессор произнесла очень осторожно:

— У тебя есть такое устройство?

— Возможно? В смысле, я знаю, что оно может усилить эмоции вампира. Думаю, если его использовать наоборот, оно могло бы сделать их испуганными вместо раздраженных, убрать их агрессию и голод… На самом деле, сейчас это просто мысль.

— Но ты создала его.

— У меня есть прототип.

— Где?

Д-р Андерсон отнеслась к этому более серьезно, чем когда-либо ожидала Клэр. Даже Мирнин, казалось, был не столь впечатлен.

— Он упакован, его привезут вместе с остальными моими вещами на этой неделе.

— Ты отправила его?

— Я подумала, что будет трудно пронести его через охрану в аэропорту.

— Ах. Превосходная мысль. Но ты действительно считаешь, что безопасней доверять транспортной компании? Вампиры знают, что у тебя есть это устройство?

— Мирнин знает.

— А он сказал Амелии?

— Я не знаю, — сказала Клэр. Она чувствовала, что наговорила лишнего, как будто она сделала кое-что плохое, но она не была точно уверенна в этом. — Разве он не должен был?

— Если он думает, что ты достойна жизни, он не станет рассказывать, — ответила доктор Андерсон. Внезапно взгляд ее голубых глаз стал отдаленным и расчетливым, и это пугало. — Последняя вещь, которую бы хотела иметь Амелия — это устройство, способное давать человеку способ управления вампирами. Когда это устройство прибудет сюда?

— Гм, завтра, я думаю. Они должны поместить коробки в мою спальню, если меня не будет.

— Будь дома, — произнесла Андерсон. — Не уходи никуда. Проверь коробку, в которую ты положила его прежде, чем они уйдут, а потом позвони мне, как только останешься одна, и я организую эскорт. Я хочу это твое устройство положить на охраняемую территорию как можно скорее, на всякий случай если оно работает, как ты говоришь. Вампиры не любят, когда мы разрабатываем новое оружие против них, Клэр. Я видела других, которые в конечном итоге умерли от простого разговора о таком устройстве, а ты на самом деле создала его. Это то, что Амелия не может и не будет игнорировать. Я действительно удивляюсь, что Мирнин позволил этому вообще случиться, и даже более удивлена, что он не сказал Амелии об этом.

Клэр подумала, с внезапным взрывом холода внутри, о том, что случилось с семьей Шейна, когда они покинули Mорганвилль. Амелия убьет каждого, кто вспомнит о секрете города, и когда мать Шейна начала вспоминать о многом, говорить о многом, она закончила тем, что умерла. Шейну и его отцу конкретно повезло, потому что они остались живы.

То, что она сделала в разработке этого устройства — нет, этого оружия — было намного хуже, чем просто болтать о Морганвилле. Это может быть реальной угрозой для них. Для их жизней.

Доктор Андерсон была права. Это было кое-чем, что вампиры не будут игнорировать… и теперь, когда она была вне Морганвилля, могли произойти несчастные случаи. Никто из ее друзей не знал об этом отличии.

Она была одна.

— Эй, — сказала доктор Андерсон и осторожно улыбнулась ей. — Спокойно. Ты выглядишь немного напуганной.

Клэр кивнула, не способная говорить.

— Ты привыкла к мысли, что в безопасности от них, не так ли? Потому что они были на твоей стороне. Легко совершить эту ошибку. Они будут относиться к тебе, как к активу, или даже как к другу, вплоть до того момента, пока ты не пересечешь черту и не станешь угрозой, Клэр; ты уже сделала это, даже если они еще не знают об этом. Ты перешла от подданной Амелии до ее врага, даже при том, что технически ты никогда не поворачивалась против нее… она не будет ждать фактического предательства. Вполне достаточно одного семени, — глаза Андерсон по-прежнему были расчетливыми, все еще прохладными. — Ты вооружена?

— Нет. Это реальный мир. Я не думаю, что нуждаюсь в оружии… есть законы против этого, верно?

— Лучше заплатить штраф за ношение спрятанного ножа или умереть в переулке?

— Это мои единственные варианты?

Улыбка доктора Андерсон стала теплее, и серьезность немного исчезла. Совсем немного.

— Не обязательно, но я верю в планирование худших случаев.

— Вы очень похожи на моего парня Шейна, — сказала Клэр. — Хорошо. Я буду носить нож… покрытый серебром, верно?

— У нас есть новый способ наносить слой серебра только на край. Это надежней и острее. — Доктор Андерсон подошла к запертому шкафу и открыла его отпечатком ладони и введя сложный код на клавиатуре; она протянула руку и вытащила нож в кожаных ножнах. Он был пугающе большим, и когда она передала его, он ощущался тяжелее, чем тот, что носила Клэр.

— У вас есть что-нибудь…

— Поменьше? Нет. Извини. Он удобно поместится в рюкзаке. Если ты хочешь носить его на себе, я советую тебе согласно текущей тенденции носить гигантские сумки. Следи за краем. Он достаточно острый, чтобы разрезать все, кроме алмаза. И ради Бога, носи его, Клэр! Ты бесполезна мне мертвой. Пока ты не начнешь работать, я не могу убедиться, что ты вообще полезна мне, но я готова дать тебе шанс. — Андерсон похлопала ее по плечу с безразличным видом. — Сколько сейчас времени? Ох, черт, у меня занятия через двадцать минут. Лабораторные правила: ты будешь рано приходить каждый день. Я приезжаю в шесть утра; надеюсь, что ты будешь здесь не позже семи. Ты не приходишь раньше меня и не остаешься после. Если я решу, что ты надежна, то я начну позволять тебе оставаться в лаборатории, в то время как я преподаю, но у тебя будет период оценки прежде, чем это случится, и, конечно, датчики в лаборатории будут контролировать все, что ты делаешь. Это не угроза, только для ясности — я бы предпочла, чтобы ты не была удивлена уровнем наблюдения за тобой здесь.

Это было неудивительно, но Клэр действительно не возражала; она понимала потребность в безопасности. Она не была уверена, как понимать доктора Андерсон, хотя она думала, что ее наставница чувствовала к ней то же самое. Ну, по крайней мере, она дала мне нож, подумала Клэр. Это говорило кое-что, но что именно, Клэр не была уверена.

Доктор Андерсон уже отпустила ее, судя по тому, как она листала кипу бумаг и игнорировала прощания Клэр, так что Клэр направилась обратно к двери. Там был второй пропускной пункт, поэтому она воспользовалась своей картой, чтобы разблокировать проход в коридор. На несколько секунд она была дезориентирована, потому что там было мало указателей и чистая белая плитка выглядела одинаково в любом направлении, но она, наконец, поняла, откуда все входят, и убрала бейджик, прежде чем вернуться в нормальные окрестности колледжа. Казалось странным выходить из высокотехнологичного мира туда, где люди ее возраста смеялись, играли в футбол на лужайке и флиртовали, как если бы это было самым важным умением в мире.

Может быть, обычный мир не такой уж и обычный, как я ожидала.

Отрезвляюще.

Она направилась через оживленное основание кампуса, нож засунут в рюкзак, что ощущалось странным; она часто проверяла, чтобы убедиться, что не было видно его контуров, но, конечно, ничего не было видно. Это походило на кусочек ее старой жизни, сующуюся в ее новую, и она не знала, как к этому относиться.

Оказалось, у нее были причины, чтобы быть счастливой.

Клэр пересекла улицу Олбани и направилась к "Чикаго Пицца", потому что внезапно проголодалась, и это было место, в котором она была раньше, так что оно было немного знакомым… и когда она получила свой кусочек пиццы, содовую и пробралась через многолюдную комнату к столику у стены, она увидела, что кто-то стоит с другой стороны окна, заглядывая.

Кто-то, кого она знала.

Деррик.

Бывший Лиз, преследующий ее, был тут не просто ради пирога дня… он смотрел прямо на нее, сверля ее своим взглядом, словно дрель. От шока сердце Клэр тяжело билось, и она инстинктивно оттолкнулась от стола и протянула руку к сумке, прислонив к колену — инстинкты выживания, даже при том, что Деррик ничего не делал, только смотрел на нее.

Было что-то в его глазах. Что-то… неправильное.

С другой стороны ее крошечного столика стула не было, но кто-то встал и уходил, и Деррик толкнул дверь, когда тот студент вышел. Он захватил стул по пути и шумно тянул его к столу Клэр, где он сел, положил локти на стол и сказал:

— Привет, Клэр. Как день прошел?

Она была не на светской беседе. Кое-что она узнала от Шейна: есть время для того, чтобы отвлечь болтовней, и время для того, чтобы замолчать и наблюдать, и это был определенно парень, с которым она не могла позволить себе играть в игры. Это была его игра, его правила. Она не могла выиграть.

— Ты должен оставить меня в покое, Деррик, — сказала она, не пытаясь понизить голос. Ресторан был полон людей, и некоторые из них наблюдали — не встревоженные, просто любопытствующие. — Уходи прямо сейчас.

— Перестань, Клэр, я ничего не делаю. Я только хочу быть друзьями. Лиз особенная для меня; я должен познакомиться с людьми, которых она любит, правильно?

— Лиз не хочет тебя видеть. Я не хочу тебя видеть. — Клэр внезапно встала, и звук ее отодвигающегося стула был очень громким. Разговорная шумиха вокруг них быстро смолкла. — Ты должен уйти, сейчас же.

— Или что? — Деррик вовсе не выглядел встревоженным. — Ты вызовешь полицейских и скажешь им, что я вежливо разговаривал?

Клэр даже не думала о том, что собирается сделать. Если бы думала, то, вероятно, передумала бы.

Она подняла ее содовую и вылила прямо ему в лицо.

Он задохнулся, вскочил со стула и стоял в каплях и в ярости. Куски льда сверкали в его волосах, рубашка была испачканной и промокшей.

Рядом кто-то начал медленно хлопать. Другие подхватили.

Угроза Деррика больше не кипела под поверхностью. Он смотрел на Клэр, как будто намеревался откусить от нее кусок, и маленький столик между ними не был достаточной защитой. Ни один из людей вокруг них ничего не сделал, они могли бы бесстрашно подняться, но предпочли избежать борьбы.

Она никогда так не скучала по Шейну, прикрывающему ей спину.

Деррик сделал глубокий вдох, встряхнулся и выдавил улыбку во все зубы.

— Все эти люди — свидетели. Я никогда не поднимал на нее руку, ясно? Это она напала на меня. — Он поднял обе руки, очистил волосы ото льда и отошел от стола, от Клэр. — Черт, девочка, поаккуратней с кофеином. Я ухожу. — Сейчас он говорил как обычный парень, ошеломленный ее реакцией, аплодисменты стихли. — Извини, если я напугал тебя, я не хотел. — Это звучало искренне. Внезапно волна народного настроения стала вращаться вокруг них.

— Хотел, — сказала Клэр категорически. — Ты знаешь это, и я знаю. Но ты не напугаешь меня, Деррик. Я… — убивала более страшных созданий, чем ты, чуть было не сказала она, но это бы неправильно прозвучало в этом месте. — Я знаю многих парней, которые похуже тебя. И я устояла.

— Сумасшедшая, — сказал он ни к кому в частности — просто заявление, и казалось, что некоторые согласились с ним. А некоторые нет. Одна девочка хмурилась на Деррика, прямо выражая обеспокоенность; по крайней мере несколько парней были не на его стороне. Один из них — достаточно крупный малый — встал.

— Наверное, тебе лучше уйти, чувак, — сказал он.

— Почему не она? — парировал Деррик.

Парень пожал плечами.

— Ну, у нее есть пицца. А у тебя нет.

Это был маленький, но обоснованный пункт, и тогда один из сотрудников — вероятно, менеджер, подумала Клэр — вышел из-за прилавка и уставился на Деррика, потом на Клэр успокаивающим взглядом.

— Что бы ни происходило, она остается здесь, — сказал он. — Или я звоню копам.

— Без проблем, — сказал Деррик. Он по-прежнему держал руки поднятыми. — Я ухожу, мужик.

Он ушел спиной через дверь, но когда он проходил мимо окна, где Клэр впервые заметила его, он послал ей быстрый косой взгляд, который был настолько злокачественным, что, возможно, мог вызвать рак.

Ее всю трясло, она поняла — последствие нахлынувшего адреналина. Она подняла свой стул и попросила у человека за стойкой несколько бумажных полотенец. Содовая по большей части разлилась на полу вокруг стула Деррика, она без проблем все очистила и тихо извинилась перед окружающими. Они не обратили на это внимания.

Пицца была вкусной, но для Клэр сейчас она на вкус как пыль и картон, и она съела ее быстро, не сводя глаз с оконного стекла.

Боясь момента, когда она ступит наружу.

— Эй, — Клэр вздрогнула, но это был парень, который под конец вступился за нее; он приблизился к ней, но она не заметила, поскольку ее целью было окно. — Ты беспокоишься из-за него?

Она засмеялась дрожащим голосом.

— Немного, да.

— Есть черный ход, — сказал он. — Он выводит на аллею, но это единственный быстрый путь на улицу. Если он наблюдает за парадной дверью, ты сможешь ускользнуть от него. Но если хочешь знать мое мнение, вызови копов. Есть в нем что-то неправильное.

— Я знаю, — сказала она. — Поверь мне, знаю. — Она протянула руку, и он пожал ее. — Спасибо. Я Клэр, кстати.

— Грант, — сказал он. — Береги себя.

Он не предлагал проводить ее до дома, но она бы не приняла предложение в любом случае; прямо сейчас нож в ее сумке был единственной вещью, которой она доверяла.

Задняя дверь, предположительно на случай опасности, была подперта открытой, чтобы впустить легкий ветерок и компенсировать сильный жар, идущий из печи для пиццы. Клэр проскользнула туда, никто и не думал ее остановить, и на секунду остановилась, чтобы осмотреть аллею. Было пустынно, и никакого места, чтобы Деррик мог спрятаться.

Она выбежала на улицу, повернула налево и направилась прямиком домой.

Хотя она все время оглядывалась через плечо, она не видела никаких признаков присутствия Деррика. Может быть, он ушел домой, чтобы отмыть липкие волосы, переодеться и составить план, как отомстить ей.

Не так уж и утешительно, в конце концов.

Час спустя в небольшом фургоне прибыли коробки Клэр; их было не так много, и она расписалась за них, когда их отнесли в ее комнату и сложили в небольшое оставшееся свободное пространство. Она повиновалась инструкциям доктора Андерсон и открыла коробку с ее устройством внутри… которое выглядело как стимпанковый бластер, только неуклюжий. Оно было внутри. Насколько она могла судить, в целости и сохранности.

Лиз не было дома. Клэр закрыла дверь за грузчиками и поднялась наверх, чтобы сложить коробки в порядке приоритетности распаковки. Она написала доктору Андерсон, чтобы сообщить ей, что устройство было в безопасности, и Андерсон быстро ответила, наказав ей сидеть дома. Видимо, она отправила подкрепление.

Клэр провела время в ожидании, проверяя систему на наличие признаков повреждения. Ничего. Все было в порядке, или в порядке насколько это возможно. Она распаковала зимнюю одежду из последней коробки, когда ей в конце концов позвонили — не доктор Андерсон, кто-то, чьего номера она не знала.

— Алло?

— Привет, Клэр. Ты не знаешь меня, но не вешай трубку. Ирэн Андерсон попросила меня забрать тебя и привезти в ее лабораторию. Меня зовут Джесси. — Ее голос звучал спокойно и непринужденно, с немного экзотическим акцентом, смутно напомнивший ей Глубокий Юг, но это было мало заметно. — Мой друг Пит и я подъедем около шести.

— Это поздно, — сказала Клэр, удивленная. — Я думала, она хочет, чтобы я привезла это как можно быстрее.

— Дневная работа хорошая помеха для социальной жизни, — сказала Джесси и усмехнулась. Это был теплый урчащий звук, и, несмотря на ее позицию быть-готовой-к-проблемам, она поняла, что ей нравится эта девушка. — Приедем, как только сможем. О, и она сказала, что ты всегда готова схватиться за оружие, поэтому, пожалуйста, не стреляй. Мы пришли с миром, и я бы не хотела разлететься на куски.

— Я обещаю, что сначала задам несколько вопросов, — сказала Клэр. Джесси снова засмеялась и повесила трубку.

И она их задала. Она позвонила доктору Андерсон, которая сразу подтвердила, что Джесси и Пит ее знакомые. Клэр действительно не сомневалась в этом, но она по-прежнему переживала из-за Деррика; казалось маловероятным, что он знал о докторе Андерсон и эскорте, который она отправила, но паранойя взяла верх.

Она провела эти несколько часов за учебой, лазаньем в интернете и задаваясь вопросом — беспокоясь — где был Шейн и чем занимался. Она увидела электронное письмо — на этот раз не видео, просто сообщение, говорящее ей, что теперь у него новый номер. Она запомнила его, сохранила в телефоне, внесла в свой личный список телефонных номеров на компьютере — ее обычная схема тройного дублирования — и подумывала позвонить ему (просто чтобы убедиться, что номер верный, конечно).

Как только ее палец завис над его именем в адресной книге, она услышала громкий стук в дверь. Она посмотрела на часы. Удивительно, шесть часов, они прибыли вовремя.

Она посмотрела в глазок, прежде чем начала отпирать замки. Не Деррик. Парень и девушка, оба немного старше ее. Девушка была тем, кто первым привлек ее внимание, потому что она была высокой, хорошо сложенной, с огненно-рыжими волосами, спадающими в сверкающих волнах почти до талии. Она также — как Ева — была готом, с большим количеством черного карандаша для глаз, бледным макияжем и неестественным оттенком губ. Весь ее наряд состоял из кожи и черепов.

Клэр немного приоткрыла дверь и сказала:

— Джесси и Пит?

Джесси улыбнулась и указала пальцем на ее низкого, незаметного друга. У него был вид как у бульдога, но лицо приятное, и он устало улыбнулся и махнул.

— Пит. Я Джесси, — сказала рыжая. — Так. Мы забираем тебя к доктору Андерсон, верно? Пойдем. Эй, есть места, где нам нужно быть.

— Я возьму свою сумку, — сказала Клэр. — Входите.

Пит и Джесси почти в унисон покачали головами.

— Надо следить за автомобилем, — сказал Пит. — В этом районе мы получим квитанцию, если не останемся здесь.

— Ох, — об этом Клэр не подумала; на обочине стоял автомобиль, блестящий, темно-синий. Он был затонирован и с переводными картинками, похожими на что-то из дэт-матала — на нем, вероятно, ездила Джесси. — Мне просто нужно запереть дверь, вот и все. — Потому что теперь оставлять ее открытой было ужасно, хотя она не думала, что Джесси и Пит позволят Деррику проскользнуть внутрь, пока она отойдет.

— Я войду, а Джесси останется тут охранять автомобиль, — предложил Пит. — Та твоя вещь тяжелая?

— Немного, — сказала Клэр.

Джесси похлопала Пита по плечу.

— Пусть мой мужчина отнесет её, он любит показывать свои мускулы дамам.

— Не будь женофобом. Парням я тоже демонстрирую силу.

— Да, но не так стильно. — Джесси подмигнула. — Иди. Я займусь полицией, если понадобится.

Клэр отвела Пита наверх, указала на коробку, и Пит очень счастливо (и супер легко) поднял ее и пронес через много пролетов без проблем.

— Итак, ты только переехала, верно? — сказал он. — Новенькая студентка?

— Это заметно?

— Не так, как у большинства. Я не вижу кучи плакатов с котятами и мальчиковыми группами на стенах.

Клэр чуть не рассмеялась.

— Не мой стиль. Хотя если ты знаешь какое-нибудь место, где я смогу достать постер с блестящим единорогом….

— Спроси Джесси, — сказал он и отошел в сторону, пока она открывала дверь. — Она фанатка блестящих единорогов.

Он сказал это достаточно громко, что было, как полагала Клэр, приманкой для Джесси, чтобы та ответила, и, вероятно, обычно рыжая так и делала, но сейчас она стояла неподвижно, отвернувшись. В это время года, учитывая высоту зданий, небо было темно-синим, а в сумерках Клэр не могла видеть дальше другой стороны улицы, так что она не могла понять, что привлекло пристальное внимание Джесси.

Затем уличный фонарь замерцал, разливая холодный белый свет на бетон, пожарный гидрант на углу, какие-то мусорные мешки… и человека, стоящего на тротуаре, прислонившись к стене и наблюдая за ними.

— Твой друг? — спросила Джесси. Ее голос по-прежнему звучал спокойно и расслабленно, но язык тела выражал что-то другое.

Клэр не могла видеть его лицо, но силуэт выглядел верно.

— Это, вероятно, Деррик. Бывший моей соседки. Он сталкер.

— Хочешь, чтобы мы пошли и немного поболтали? — спросила Джесси, и Клэр сразу поняла, что она серьезно. — Пит?

— Всегда готов для небольшой сердечной болтовни, — сказал он. — Но Андерсон довольно ясно дала понять о приоритетном деле. Так что, может, оставим это на потом, хорошо?

Джесси не двигалась; Деррик завладел ее вниманием, будто она приклеилась в одном направлении. Наконец она вздохнула и повернула голову, разочарованно посмотрев на Пита.

— Знаешь, что ты забираешь всё самое интересное из жизни? — Пит пожал плечами, как если бы он жил разочарованиями, и понес коробку вниз по лестнице. Джесси осталась на месте, по-прежнему внимательная к тихому Деррику, все еще находящемуся на другой стороне улицы, а Клэр заперла и перепроверила дверь. — У вас есть сигнализация?

— Нет, — сказала Клэр. — Я говорила Лиз, что нам нужно ее установить, но она не думает, что мы можем себе это позволить.

— Лучше разориться, чем умереть, — сказала Джесси. — Я отсюда могу чувствовать запах сумасшествия этого человека. У меня есть нюх на такое.

В тусклом освещении свет от проезжающей мимо машины ударил прямо в лицо Джесси и осветил его, как рекламный щит. Ее голубые глаза были очень, очень яркими, и на секунду Клэр посетило дежавю Морганвилля…. но это был реальный мир, а Джесси просто была задирой. Как и Пит.

Может, этого было достаточно.


Глава 3 | Падение Ночи | Глава 5