home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



1

Открыв глаза, вглядываясь в нависший закопченный потолок, Павел некоторое время припоминал, где он. Луч солнца, пробившись сквозь пыльное оконце, протянулся пучком туго натянутых золотых струн. Он сел на лавке, чувствуя, что ему значительно лучше, что жар прошел.

— Дядя, ты и сегодня у нас жить будешь? — послышался голос Ленушки.

— Да, маленькая… Есть хочешь?

— Не… А Петюши все нету, — сказала она и замолчала, дожидаясь ответа.

— Придет, — успокоил ее Павел.

— Должен придти, — рассудительно согласилась она. — А дед Роман все без памяти.

Тонкое, прозрачное личико пришлось в солнечном луче, и теперь было видно, что глаза Ленушки не синие, а изумрудные и бесконечно печальные.

Он вышел, порадовался теплу, спустился к реке и умылся. Быстрая, чистая вода, впитавшая холод подземного камня, зазвенела между пальцами, обожгла лицо.

Это было прекрасно; он долго плескался в воде, как бы смывая свою болезнь.

— Ты, дядя, иди ляг, а то пуще занедужишь, — проговорила Ленушка наставительно.

— Здесь останусь… Тепло…

Не хотелось возвращаться в темную избу. Растянувшись на сухом песке, он задремал и вдруг как бы проснулся окончательно, с недоумением прислушиваясь к тишине и к самому себе. Что он здесь делает, зачем ушел в тишину? «Шахта? Что на шахте? — думал он. — Чего я жду? Чтобы старик позвал? Да ведь это у моря ждать погоды! А там с минуты на минуту может кончиться разборка подорванной части ствола, там я нужен. Что будет плохого, если я появлюсь на шахте хоть на один час! Только на час…»

Послышалось осторожное покашливание. Павел увидел Осипа, взъерошенного, как видно только что проснувшегося, с мутными глазами.

— Как почивали? — сипло спросил галечник. — Может, на Клятую шахту сбегать, сказать что?

— Нет, не нужно… Почему вы в Конской Голове? Почему ничего не делаете, чтобы найти Петюшу?

— Зря это, — равнодушно возразил Осип. — Разве в Клятом логе человека найдешь! Чащоба, болота… Да он сам придет. Бывало уж так — ходит-ходит невесть где, да и придет. Верно, в Баженовку забежал.

— Почему же вы не пойдете в Баженовку? Может быть, он там.

— Пустой-то не пойдешь, — пробормотал Осип. — Пойдешь туда, а харчей-то нет.

— Куда девалось все то, что Петюша получил на шахте?

— Что съели, а что он унес.

— А ботинки?.. Почему на вас опорки? Где новые ботинки? Продали?

Не дождавшись ответа от Осипа, тупо смотревшего в землю, Павел достал деньги:

— Возьмите и ступайте в Баженовку. Тут хватит на харчи. Найдете или не найдете Петюшу, немедленно возвращайтесь назад.

Снова смутная, беспокойная дрема, снова мысль, которую он гнал от себя и которая упорно возвращалась: «Кто, зачем все это делает, кто и зачем так вцепился в Клятую шахту?»

Послышался голос: «Здравствуйте, Павел Петрович!» Он открыл глаза и увидел братьев Первухиных, сидевших на плоском валуне, с берданками между коленями. Румяные от свежего воздуха и быстрой ходьбы, они присели отдохнуть.

— Куда собрались, товарищи?

— На сенокос Никита Федорович отпустил, — ответил Василий. — Как себя чувствуете, товарищ начальник?

— Ничего, дело идет на поправку. Что на шахте?

— Абсолютный порядок! — доложил Миша. — Вы, товарищ начальник, скорее в форму входите, а мы из отпуска вернемся — чемпионат проведем.

— Разве вы не слыхали, что я снят с работы? — спросил Павел.

— Слыхали сегодня утром, да не поняли, — нахмурившись, ответил Василий и поднялся, взяв ружье на ремень за плечо. — Нагоняй! — сказал он брату. — Всего хорошего, Павел Петрович!

— Постойте! — встрепенулся Павел. — Вы, Вася, два года назад во время комсомольской военной игры послали Петюшу в разведку к старым копушкам, откуда он кристалл уралита принес. Вы знаете это место?

— Бывал там.

— Петюша, вероятно, пошел туда искать вентиляционный шурф Клятой шахты, может быть сунулся в некрепленую копушку… Надо немедленно отправиться к этим копушкам, поискать мальчика.

— Петька из лога не вернулся? — переспросил обеспокоенный Василий. — В Баженовке я его вчера тоже не видел, и слышно о нем ничего не было. — Он досадливо почесал за ухом. — Не с руки нам к копушкам бежать, да придется. Вот оголец дал нам задачу!.. Слышишь, Миша, надо тем более время уплотнять… Сделаем что нужно, Павел Петрович, верное слово!

Младший Первухин опустился возле Павла на колени, нагнулся.

— Товарищ начальник… Павел Петрович, — шепнул он, — наши ребята велели вам кланяться и передать… Не верят они тому, что о вас болтают. Никто на шахте этим глупостям не верит. Не вы ходили по Короткой гати и вообще… Я не вас видел, когда на посту стоял. Честное слово, Павел Петрович, теперь это совсем ясно. Я, Павел Петрович, ведь тогда не промахнулся, хоть и темно было! Васька мне даже боксерские перчатки отдал. Вот мы и идем, в общем, «сено» косить! — Он подмигнул, вскочил и перебежал через жердочки на другой берег речушки, где его ждал Василий.

Братья приблизились к лесной опушке, обернулись, замахали Павлу кепками и исчезли за деревьями. Долго смотрел им вслед Павел. Захотелось уйти с солнца, с припека в тень. Он направился к себе, глянул на окно Романовой избы и решил еще раз попытаться: вошел и, не сразу привыкнув к полутьме, ступил к старику, лежавшему на лавке. Громадный и костлявый, с заострившимся носом, он казался безжизненным.

Павел наклонился над ним.

Роман дышал тихо, грудь едва заметно поднималась.

— Роман! — позвал Павел. — Слышишь?.. Лицо старика оставалось неподвижным.

— Роман… слышишь, Роман! — продолжал он. — Петюша в Клятый лог за тобой пошел и не вернулся, пропал. Вспомни, Роман, где ты был, куда мог пойти Петюша? Надо спасти его! Зачем ты вчера хотел видеть начальство, что хотел сказать? Слышишь меня?

Даже не дрогнуло лицо старика.

«Ничего я от него не узнаю! — подумал Павел. — Ничего не узнаю от этого полумертвого человека!»

В своей избе Павел опустился на лавку, и вдруг закружилась голова, запылали, заискрились в глазах камни, те камни, которые мирно светились у него на письменном столе давно-давно…

«Это солнце в глазах осталось, — подумал он. — А камни… «Альмариновый узел» отца? Нет, не может быть!..»


предыдущая глава | Зелен камень | cледующая глава