home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



6

Одет он был, разумеется, по-другому, и Уильям поразился при виде Гарсувина в белом, насколько точно он разглядел в нем «белого» клоуна под кричащим клетчатым костюмом на первой встрече. В необычном лице не изменилась ни одна морщина, ни одна черточка. Голая заостренная макушка, безбровый высокий лоб, темные блестящие глаза под набрякшими веками, вывернутые ноздри, широкий рот с узкими подвижными губами — все тот же грустный лицедей с тем же налетом деградировавшего аристократизма. И снова Уильям ощутил собственную ничтожность и в который раз отругал себя за такие чувства. Гарсувин смотрел бесстрастно — ни удивления, ни досады, ни удовлетворения при виде знакомого лица, только подчеркнутая вежливость, как и прежде. Словно они встретились в вестибюле лондонского отеля, а не на краю земли. Уильям представил коммандера и Рамсботтома, Гарсувин поприветствовал их с той же холодной учтивостью.

— Прошу прощения, мистер Дерссли, — просвистел он своим необычным голосом, негромко, но властно. — Нужно побеседовать с моим товарищем капитаном. Две минуты. А потом с вами.

— Хорошо, мистер Гарсувин, — как можно небрежнее кивнул Уильям. — И объясните ему, будьте добры, что мы никакие не чилийские революционеры, — если он еще сам не убедился.

— Конечно, конечно. — Гарсувин помахал крупной загорелой рукой. — Ваше преступление совсем пустяковое. — Он поискал нужное слово. — Traspaso.

— Что? Нарушение границ? На этой скале? — Коммандер презрительно рассмеялся.

— Нелепо, да? — улыбнулся Гарсувин. — Однако на официальном посту мыслят по-другому. Вы же понимаете, коммандер? Вам знакомо. Но все будет в порядке. Прошу прощения, через две минуты вернусь, и поговорим.

— Вот он, значит, какой, — задумчиво протянул Рамсботтом, глядя вслед Гарсувину, быстро шагающему по палубе. — Занятный тип. Даже для иностранца чересчур. С таким хоть целую жизнь рядом проживи, все равно не знаешь, чего ожидать.

— По-моему, я его видел раньше. — Коммандер силился заглянуть в прошлое. — Давно. Вот где — не припомню. Он тогда был довольно молод, а в остальном совершенно такой же. Вспомнить бы, где мы виделись, но голова болит — сил нет. Теперь так и буду мучиться. Когда поездишь по свету с мое — от Чатема до Шанхая — и повстречаешь такую уйму народа, знакомые попадаются на каждом шагу, словно обрывки старых писем. Лица, лица, сотни лиц… — В голосе послышались ворчливые стариковские нотки.

— Этот тип здесь не ради забавы, — заключил Рамсботтом, словно не слыша коммандера. — К гадалке не ходи. Так что будем блефовать.

Гарсувин вскоре вернулся и предложил перебраться с ним на яхту, чтобы побеседовать в тишине и покое. Компаньоны согласились, и уже в шлюпке Гарсувин завел разговор об острове.

— Теперь у чилийцев есть для него название, — сообщил он как бы между прочим. — Исла-Леона. Как раз наш знакомый, капитан «Майбо», придумал — издалека остров напомнил ему крадущуюся львицу. Я бы сам никогда не заметил. А вы, мистер Дерссли?

Уильям ответил угрюмо, что не видит ни малейшего сходства. Название — это, безусловно, мелочь, однако сознавать, что его Затерянный остров теперь официально значится в чилийских бумагах как Исла-Леона и вскоре будет нанесен на карты и лоции, было тяжело. Остров уплывал из рук вместе со всем содержимым. Смена названия будто ставила последнюю точку. Нет больше Затерянного, есть остров Леона — вот он, высится над ними, наморщив свои скалы под лучами стремительно заходящего солнца, но это больше не Затерянный. Он тает вместе с остальной сказкой, исчезает туда же, куда исчезла Терри — не та, последняя Терри, уплывшая на яхте «Сапфира», а другая, прежняя, исчезнувшая во время первой, неудачной, экспедиции к острову. Уильям убеждал себя, что прежняя Терри где-то на Затерянном, и отправлял их обоих в фантастические Южные моря, которые тоже таяли вместе с остальной сказкой. Очнувшись от этих печальных видений, Уильям встретил устремленный на него пристальный взгляд Гарсувина. В нем читалась непонятно чем продиктованная ирония.

Под навесом на верхней палубе яхты сидели четверо — за столиком, уставленным бутылками, сифонами и бокалами. Две женщины, двое мужчин. Один из них, осанистый и представительный, показался Уильяму смутно знакомым. Неужели? Да, точно. Благородный высокий лоб, римский нос, квадратный подбородок, сенаторский облик… Сомнений быть не может, это второй коммандер Айвибридж, надежда Лиги имперского единства, малайского рыболовства и австралийских внутренних перевозок. Тогда одна из девиц — его секретарь, та самая, высокая и стройная, с бледным треугольным личиком и огромными фиалковыми глазами с поволокой? И тут Уильям угадал, только теперь в ней не осталось почти ничего секретарского. Уильям смотрел на них, остолбенев. Это не люди, это кролики, вытащенные фокусником из шляпы. Но кто же фокусник? Гарсувин? Разумеется, Гарсувин, который как раз принялся знакомить всех между собой. Разделался он с этим быстро, Уильям успел лишь мельком взглянуть на оставшихся двоих — стройную, очень смуглую смазливую девицу и мужчину средних лет с дубленой кожей и кустистыми седыми усами, судя по всему, латиноамериканцев.

— Вот мы и встретились, мистер Дерсли! — пропел коммандер Айвибридж своим оперным баритоном. — Помните, вы ко мне заезжали?

— Прекрасно помню, — ответил Уильям, постаравшись вложить угрозу в короткий ответ. — И никак не ожидал увидеть вас здесь.

— Охотно верю! — громко и почти безмятежно расхохотался коммандер Айвибридж. — Но тем не менее вот они мы.

На большее времени не хватило. Гарсувин, извинившись перед своими гостями, попросил троих путешественников проследовать за ним в кают-компанию — такую уютную и элегантную, что Уильям с товарищами снова почувствовали себя оборванцами. Послав стюарда за сигарами, сигаретами и спиртным, Гарсувин, не тратя лишних слов, перешел к делу.

— Прошу меня простить, джентльмены, — извинился он перед коммандером и Рамсботтомом, — что обращаюсь не к вам, но я не знаю вашей роли в этой истории.

— Они мои компаньоны, — поспешил вставить Уильям.

Гарсувин в ответ обозначил вежливый кивок.

— Но все равно разговаривать, мистер Дерссли, я буду с вами, на то есть веская причина. Вы прибыли сюда на шхуне с Таити, чтобы разведать имеющееся на острове месторождение. Я прав? Прав. Вас к этому подвиг рассказ дяди, моего старого знакомого, Болдуина Тоттена. Однако вы опоздали. Остров не ваш, и вы не имеете права проводить тут разведку. Чилийское правительство объявило его своим…

— Это нам известно, — перебил Уильям.

— Отлично! Вам известно. Возможно, вам известно и то, что я заключил небольшой договор с чилийским правительством, дающий мне право распоряжаться островом за скромные отчисления в пользу Чили.

— Вы получили концессию…

— Концессию, да, можете так называть. Я и раньше вел дела с Чили, у меня есть знакомства в верхах, так что поддержка мне обеспечена. В таких местах — где на многие мили никого кругом — это бывает очень кстати. Итак, ваш дядя, мистер Дерссли, не имел никаких прав на данный остров.

— Я бы повременил со столь категоричными утверждениями, — вмешался коммандер.

Гарсувин учтиво кивнул ему.

— С радостью вас выслушаю — чуть погодя, если не возражаете. По-моему, все просто. Остров был ничей — Болдуину Тоттену он принадлежал ровно в той же степени, что и любому другому, кто знал, как его найти. Теперь все изменилось. Это чилийская территория, а права на добычу и реализацию ископаемых отданы мне. Вы не можете даже высаживаться на острове без моего разрешения или бумаги от чилийского правительства. Так обстоит дело. Видите ли, мистер Дерссли, вы промешкали. Я давал вам возможность еще в Англии. Вы ее упустили. Жадность, друг мой, до добра не доводит.

Уильям не ответил, опасаясь, что любое слово обернется против него. Рамсботтом, очевидно, этих опасений не разделял.

— Что ж, вы вовремя подсуетились! — выпалил он, стукнув кулаком по столу и глядя на Гарсувина в упор. — А что вы рассчитываете здесь добыть?

— Все то же, на что рассчитывал мой приятель Тоттен.

— Тогда вы просчитались, — ответил блефом на блеф Рамсботтом.

Гарсувин улыбнулся:

— Этот джентльмен, которого вы видели наверху — не ваш соотечественник, другой — большой, как это называется? — специалист по золоту, серебру и меди. По минералам, вот.

— Минералог?

— Да, именно. Благодарю. Так вот, он крупный эксперт-минералог из Сантьяго. Ваш дядя, мистер Дерссли, вряд ли мог претендовать на такое звание.

— Нет, разумеется. Но он сюда не на геологоразведку приезжал.

— Само собой. Он оказался здесь случайно. Однако что-то он здесь все-таки нашел, друг мой, и нашел не иначе как в скальной породе, поскольку, кроме скал, тут, по сути, ничего больше нет.

— Вы, я смотрю, готовы безоговорочно верить моему дяде?

— В данном деле — да. Я знаю, что он хранил какую-то большую тайну. Он сам говорил мне, и не раз. Она может быть связана только с этим островом. Мистер Дерссли, — продолжил Гарсувин с глубочайшим сожалением, — я ведь просил вас, еще в Англии, взять меня в компаньоны. Я имел на то полное право. Согласно уговору с вашим дядей. О нем вы должны были знать, мистер Дерссли.

— Дядя предостерегал меня насчет вас.

— Это потому, что мы поссорились. Он хотел разорвать соглашение. С возрастом он стал другим — немощь, болезни, — неудивительно, что он готов был нарушить слово. Мы подписали договор, о котором он, разумеется, ничего вам не сказал, потому что уничтожил документ.

— Вот и нет, — возразил Уильям едва слышно. — Он его не уничтожал. Это сделал я.

Гарсувин приподнял свои тяжелые веки чуть выше обычного — однако перемена оказалась разительной. На мгновение глаза его стали огромными и алчными, но злости он по-прежнему не выказывал. Только печаль усилилась, словно он только что получил миллионное или не менее устрашающее по количеству нулей доказательство падения мира.

— Должен сообщить, — продолжал Уильям, — что эти двое джентльменов ничего не знали о договоре до сегодняшнего дня. Я нашел документ уже после того, как мы собрались на поиски острова. Тогда было поздно забивать им голову, поэтому они узнали только сегодня. И я уверен, что один из них точно не одобрит моего поступка.

— Этот один не я, — заявил Рамсботтом решительно. — Плохо, что утаили, но, по-моему, Дерсли поступил совершенно правильно, я бы сделал то же самое. Подобные соглашения все равно сомнительны, и потом, его дядя — чью последнюю волю он сейчас выполняет — предостерегал насчет вас. Я полагаю, Дерсли все сделал верно.

— А я нет, — подал голос коммандер.

— Я тоже, — признался Уильям. — Нужно было открыто все с вами выяснить, мистер Гарсувин. Я зря отказался от предложения встретиться, и это еще долго не давало мне покоя.

— Иначе и быть не могло, Дерсли, — высказался коммандер сурово.

— По-моему, вы раздуваете из мухи слона, — вынес свой вердикт Рамсботтом.

— Да нет, непохоже, — проговорил Гарсувин вкрадчиво. — Разве что вы сами эту затею в грош не ставите. Ведь если бы мистер Дерссли поговорил со мной, вместо того чтобы уничтожать документ, а потом ускользать тайком, я тоже мог бы стать вашим компаньоном, причем, осмелюсь сказать, пользы принес бы несравнимо больше, чем вы, друг мой. Пока же вы проделали весь этот путь, потратили деньги, силы — а что в итоге? Вы остались без острова. Вас арестовывают, и теперь вы видите этот остров в последний раз.

Разозленный такими речами Рамсботтом тут же воинственно выпятил губу.

— Эй, полегче на поворотах, мистер Гарсувин! Вы и сами немало хлопотали и тратились — гораздо больше нашего, считая взятки чиновникам и что там еще потребовалось, чтобы притащить сюда яхту. Откуда такая уверенность, что затраты окупятся? Сперва нужно что-то найти, вам не кажется? Вдруг ваш минералог сядет в лужу? Вы действуете наугад, а мы не гадаем, мы знаем! Мы кое-что выяснили, прежде чем пуститься в путь.

— Вам кажется, я не представляю, что вы тут ищете, — понимающе кивнул Гарсувин.

— Я в этом просто уверен! — прорычал Рамсботтом.

— Спокойнее, — урезонил его коммандер.

— А вы, мистер Дерссли, тоже считаете, что я не знаю?

Уильям выдержал его взгляд.

— Да, думаю, вряд ли.

— Если бы знали, то не тратили бы сейчас время на разговоры с нами. Заметьте, это лишь предположение.

Гарсувин улыбнулся:

— Буду искренен, джентльмены. Я и впрямь не знаю. Но подозреваю. И если уж Тоттен нашел здесь сокровище, — каким бы оно ни было, — то мне и подавно труда не составит, при поддержке специалистов.

— Дяде, по-моему, элементарно повезло. Вы сами в этом убедитесь, когда начнете исследовать остров. Он совсем не так прост, как кажется.

— Золото, — сощурился Гарсувин, — всегда прячется в труднодоступных местах.

Компаньоны промолчали, стараясь сделать каменные лица.

— Я давно заметил. Так распорядился Господь — золото скрывается в пустынях, в горах, в снегах и льдах Клондайка или на таких вот скалах вдали от всего живого.

— Интересное наблюдение, — сухо отметил Рамсботтом.

— Значит, — Гарсувин обвел всех проницательным взглядом, — это не золото?

— Нет.

— Ладно, скоро выясним. Завтра приступим к делу, и остров откроет нам свою тайну!

— Не исключено, — сказал коммандер.

— А вам может и не повезти, — покачал головой Рамсботтом. — Удача — такая штука, имеет свойство заканчиваться, вам ведь и без того отсыпали щедрой мерой. Вот остров, например, вы сразу отыскали нужный, разве не чудо?

— Пусть будет чудо.

— Да нет, никакое это не чудо, — проговорил Уильям, пристально глядя на Гарсувина. — Я и сам сперва не понял, но теперь догадываюсь, как так вышло. Коммандер Айвибридж — нет, не вы, коммандер, — другой, тот, что на палубе…

— А я-то голову ломаю, как он здесь очутился, — мрачно протянул коммандер. — Слишком уж большое совпадение: два коммандера Айвибриджа на весь огромный мир, и оба здесь.

— И что же он здесь забыл? — насупился Рамсботтом.

— Минутку, джентльмены, — с улыбкой прервал разговор Гарсувин. — Без сомнения, вопрос животрепещущий — для вас, но не для меня, а поскольку я хотел бы побеседовать со своими друзьями на палубе, то на некоторое время вас покину, если не возражаете. И еще: приглашаю остаться на ужин.

— Вот за это спасибо, мистер Гарсувин! — оживился Рамсботтом. — Признаюсь без утайки, ужин меня уже давно беспокоит. Мы ведь фактически остались голы и босы. Вы услали нашу шхуну…

— Вовсе не я.

— Ну значит, эти, на крейсере. Но ведь чем-то нам нужно питаться, независимо от того, Чили принадлежит этот остров, вам или «Вулворту». Или нам погибать от голода? Нужно с кем-то этот вопрос уладить.

— Пока можно со мной — и я приглашаю вас на ужин. А потом обсудим остальные вопросы. Прошу прощения.

Как только Гарсувин исчез, компаньоны склонились ближе друг к другу, невольно принимая заговорщицкий вид.

— Ребята, — прошептал Рамсботтом, — сразу предупреждаю: ни звука о том, что находится на острове. Нас запросто могут подслушивать. Испытанный приемчик — оставить гостей одних, и слушай, сколько душе угодно. Так что рот на замок!

Все согласились.

— Каковы наши шансы? — спросил Уильям.

— Не ахти, — прикинул Рамсботтом. — Наша единственная надежда — блефовать, пока не уговорим его на долю. Мы знаем то, чего не знает он, с этим можно торговаться.

— Насколько большую долю?

— Насколько сможем, вряд ли удастся выбить много. Но как все-таки они нашли остров? При чем здесь второй коммандер Айвибридж?

— К нему попало дядино письмо с координатами долготы, — объяснил Уильям. — Помните, коммандер, я заехал к нему, и он дал мне ваш адрес? Подозреваю, Гарсувин наведался к нему тем же утром.

— По какой надобности?

— Наверное, дядя упоминал при нем некоего коммандера Айвибриджа — это как раз в его, дядюшкином, духе. И вот, зная про остров — то есть зная о существовании неизвестного острова, представляющего какую-то ценность, — Гарсувин решил, что коммандер Айвибридж сможет ему помочь. Они объединили усилия. Понимаете, этот второй коммандер знал долготу — списал ее на промокашку буквально при мне.

— Не имея на это никакого морального права! — возмутился коммандер.

— Да. Но как бы я смог ему помешать? Дальнейшее вы представляете. Они взялись за дело сообща. Долгота у них имелась. Тут как раз выясняется, что Чили присоединила недавно открытый остров на данной долготе. Да, широта могла не совпасть, но они решили рискнуть, тем более что приблизительно в этих местах, по предположениям Гарсувина, и должен находиться дядин остров. Он обращается к чилийскому правительству, которое наверняка считает остров просто голой скалой, и получает разрешение делать с этой скалой что вздумается. Потом садится вместе со своим Айвибриджем на яхту, добывает эксперта…

— Может, он и эксперт… — задумчиво проговорил Рамсботтом. — А может, и нет. Вдруг тоже блеф?

— Не исключено. Однако итог мы знаем — Гарсувин здесь. Все сходится.

— Неплохо обстряпано, вот что я вам скажу, — пожевал губами Рамсботтом. — Играл бы этот тип на нашей стороне, мы бы сейчас трубили победу, малыш Дерсли. А так мы медленно идем ко дну.

— Я ведь извинился, Рамсботтом. И вы сами признали, что на моем месте поступили бы так же.

— Я уже не уверен. Возможно, знай я этого типа получше, предпочел бы держать его в союзниках. Но что сделано, то сделано. Теперь нужно как-то выплывать.

Больше они не сказали ни слова, потому что в кают-компанию вошел второй коммандер Айвибридж, элегантный и величественный в своем белом яхтенном костюме.

— Ну, рассказывайте, — начал он в своем привычном снисходительно-покровительственном тоне, — кто у вас за главного? У мистера Гарсувина есть предложение.

Компаньоны переглянулись, Уильям и коммандер согласно кивнули. Переговоры, без всякого сомнения, надлежало поручить Рамсботтому. Тот встал.

— Мистера Гарсувина вы найдете на верхней палубе, — сообщил Айвибридж и посторонился, пропуская Рамсботтома. Потом закурил сигарету и сел на диван.


предыдущая глава | Затерянный остров | cледующая глава