home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



19

Наступил вечер. С полей и лугов потянулись стада. Пыль, поднятая сотнями копыт, забивалась в ноздри. То там, то тут всплывали тонкие струйки дыма, наполняя рот чем-то терпким и вязким. Надвигающаяся темнота окутала все вокруг легким прозрачным покрывалом, над которым временами стремительно взлетали птицы, словно вырываясь из невидимых тенет. Однотонный и тревожный звук храмовых колоколов окрашивал все вокруг в тусклые суровые тона.

Дхупо сидела дома и беседовала с женой Дина, человека из касты бхарбхуджа. Их беседе, казалось, не будет конца. Дхупо уже успела забыть и о Пьяри, и о Банке. После того как Банке избили, она больше не думала о мести. Жизнь вошла в привычную колею. До прихода Дина обе женщины наговорились досыта. Увидев его, жена тут же покрыла голову краем накидки.

Дин не стал заходить в дом, он сел на пороге. С ним пришло еще несколько человек — друзья.

Прислушиваясь к мужской беседе, жена Дина проворчала:

— Все, теперь уселся, забыл про еду и питье.

Дхупо вспомнила о своем муже.

— Эх, сестрица, — вздохнула она. — Мужчинам есть о чем потолковать.

— Да-да! А лепешки стынут.

Дин не был ни ученым попугаем, ни моряком. Он был всего лишь мусульманином. Под навесом шел разговор о мирских делах.

— Послушайте-ка, я расскажу вам одну историю, — предложил Дин.

Он прочел молитву и громким, проникновенным голосом начал:

— Посмотрите, как играют нами божественные силы! Это они заставили йеменского падишаха совершить паломничество в Мекку. Он отправился туда вместе с сыном. В то время не было обычая брать с собой дочерей, поэтому он оставил свою дочь дома. Но стоило ему уехать, как его визирь задумал черное дело. Принцесса была такой красавицей, что описать невозможно. От ее нежного смеха трепетали лепестки цветов. Куда она ни взглянет, все расцветает, и ночь превращается в день. Стройна принцесса, как молодое деревце! А уж добродетельная была! Пришел к ней визирь и говорит: «Принцесса, приходи сегодня ко мне». А она отвечает: «Возвращайся к себе во дворец и жди моего ответа». Визирь повиновался, ушел, но пораженное красотой сердце не знает покоя. Ядом наполнилось оно, и страсть, извиваясь, как змея, шипела у него в груди. В душе у него пылало пламя. Что делать? Как поступить? И тут к нему в душу и проник демон. Проник и зашептал: «Не жди ответа. Вставай и иди к ней. Силой возьми ее. Разве она сама уступит?» Наконец настала ночь, взошла луна. Она сияла, как лицо принцессы, и визирь не смог устоять и пошел ко дворцу. А принцесса сидела перед зеркалом в своей опочивальне. Вдруг она увидела в зеркале крадущегося к ней визиря. «Что мне делать? — задумалась она. — Отец далеко и братец уехал вместе с ним. Я одна. Если я потеряю честь, как мне потом жить?» И приказала принцесса слугам закрыть ворота, а визиря забросать камнями. Так они и сделали. Пришлось визирю убираться восвояси.

По воле Аллаха в это время вернулись отец и брат принцессы. Предстал перед их очами избитый визирь, а падишах и спрашивает: «Эй, мой верный визирь, что с тобой приключилось? Отвечай!» А визирь и отвечает: «Не обращай внимания, мой повелитель! На все воля Аллаха!» Но от падишаха так просто не отделаешься, и визирь решил соврать: «Твоя дочь дурно вела себя, мой повелитель, я пытался урезонить ее, но она приказала побить меня камнями».

Вот тут-то все и произошло. Падишах был человек легковерный да к тому же любил лесть, а визирь был не человек, а скорпион, знал, куда ужалить. Падишах тут же отдал приказ наследнику: «Иди и разруби пополам неверную, которая посмела опозорить меня!»

Наследник пошел. Но сердце ему подсказывало, что оболгал принцессу коварный визирь.

Дхупо слушала, затаив дыхание.

А Дин, простерши руки к небу, продолжал:

— Пошел наследник к сестре, а ноги его не слушают.

«В детстве мы играли вместе! — думает он. Ее ли я не знал! Нет, сначала сам проверю, правда ли то, что о ней сказали!» Входит он, а принцесса сидит на белоснежной постели и читает Коран. И слышит наследник падишаха такие слова: «Иззатэ ман сахатван аур зиллатэ ман сахатван», что означает: «О, Аллах! Ты даруешь нам честь, ты же приносишь нам и бесчестье!» И заныло у юноши сердце. «Нет, не может она быть грешницей!» — сказал он себе. Но принцесса стала его умолять: «Исполни поручение отца, разруби меня. Я не хочу жить, если он подозревает меня в бесчестии. Любезный брат, исполни поручение отца, это моя к тебе просьба». — «Нет, любезная сестра, — отвечает наследник, — я поступлю по-другому». Он принес большой красивый ящик из дорогого дерева, посадил туда сестру и бросил ящик в реку. Но ящик не утонул, а всплыл, потому что это был волшебный ящик. Он не мог потонуть, его не могло выбросить на берег, он мог только плыть и плыть по течению…

Дхупо слушала с широко раскрытыми глазами. Она все пыталась представить, о чем думала бедная принцесса в ящике, который качался на волнах и плыл неведомо куда!

Жена Дина шумно вздыхала.

Дин откашлялся и продолжал рассказ:

— Тем временем китайский император присылает письмо: «Мой наследник вырос ладным и красивым юношей, а у тебя, о, великий падишах Йемена, есть прекрасная дочь. Пришли ее ко мне, и мы сыграем свадьбу». И разве на то не воля Аллаха, что не успело письмо уйти в Йемен, как ящик, плывя по реке, достиг Китая! И надо же было случиться, чтобы китайский наследник охотился тем временем на берегу реки и заметил его.

Он подал знак, и тотчас же его люди бросились в воду и вытащили ящик. Позвали плотника. А у плотников испокон веков есть обычай: прежде чем пустить в ход свой плотницкий топорик, постучать по предмету, проверить его на слух. Вот и постучал плотник по ящику, а оттуда слышится ему голос: «Потише, пожалуйста, будьте осторожны».

Плотник от страха чуть не лишился речи. Он что было духу пустился бежать. Наследник приказал взломать ящик. Увидел он принцессу и тут же влюбился в нее, и она, смущенно опустив глаза, призналась себе, что полюбила юношу. Наследник же подумал: «Вот чудеса! Мы собрались было в Йемен, а теперь и ехать незачем, сколько денег сберечь можно. Невеста сама приплыла к дому».

Он привел принцессу во дворец, и сыграли свадьбу. Молодые зажили спокойно да счастливо. Шло время, и ко всеобщей радости родила принцесса сына.

— Вот хорошо-то! — воскликнула Дхупо.

— Все в руках судьбы, — наставительно произнесла жена Дина.

— Это так, это точно. Тут как на роду написано, так и будет…

Дин гордо посмотрел по сторонам и поглубже надвинул шапку себе на лоб. Затем жестом он пригласил сесть тех, кто слушал его стоя, для чего попросил сидящих потесниться и дать место другим.

— Слушайте дальше. Снова воля Аллаха! — продолжал Дин, когда все удобно уселись. — Пошел однажды наследник в поселок ткачей и услышал, как одна женщина и говорит ткачу: «Вот тебе мое решение, почтенный! Если хочешь жениться, как наш падишах, то я согласна хоть завтра, но если надеешься сыграть свадьбу по всем правилам, как требуют законы общины, то я соглашусь только тогда, когда ты сможешь укусить себя за локоть».

Эти слова удивили наследника. Надо же было ему оказаться в этом поселке и услыхать речи, которые разбередят ему душу! Но на все воля Аллаха! Вернувшись во дворец, стал думать наследник: «Какие странные речи произнесла та женщина из рода ткачей! Какой смысл заключен в ее словах?» Он ударил в гонг. И когда придворные собрались, приказал немедленно привести во дворец ткача и женщину, говорившую непонятные речи. Стража привела ткача и женщину. Они дрожали от страха: кто знает, как поступит с ними наследный принц? Но тот сказал им: «Не бойтесь, вам ничего не грозит. Но ты, женщина, объясни, почему сказала ему, что если он хочет справить свадьбу, как падишах, так ты согласна, а если по законам общины, так не раньше, чем он укусит себя за локоть?» — «Великий принц, — отвечала ему женщина, — твоя воля казнить, твоя и миловать, но правде огонь не страшен[49]. Когда женятся падишахи, невеста сама приходит к ним в дом: ни тебе расходов, ни забот. Прочитали молитву, и делу конец. А когда свадьба идет по законам общины, тут расходов не оберешься!»

Женщина и ткач ушли. А наследник достал портрет йеменской принцессы и вдруг увидел, что это и есть его царственная супруга! Позвал он министра и говорит: «Эй, министр! Отвези ее к отцу, а после мы с ней справим свадьбу, как велят законы общины, с торжественной процессией и музыкой». Принцесса с сыном отправились в путь, но по дороге — послушайте люди, что делает с нами воля Аллаха, — министр решил овладеть принцессой. Дрянной был человечишка, бандит, да и только! Он изменил слову, данному наследнику. Разбил он шатер и говорит: «Принцесса, утоли мою страсть». А она отвечает: «Сначала доставь меня к отцу, а потом я отвечу тебе». Страже министр приказал разместиться в другом месте, бояться ему было некого, и стал он настаивать: сейчас, да и только. Бросилась принцесса в шатер и залезла на самую верхушку. Министр приказывает: «Иди ко мне, спускайся, не то я убью твоего сына!» Но она ответила ему: «Свою честь я должна защищать, а жизнь и смерть — в руках Аллаха». И министр, чтоб ему плохо было, убил мальчика. Ночью принцесса спустилась с шатра и скрылась в лесу. Министр послал всех своих солдат за ней в погоню, но ее и след простыл. Вернулся министр к наследнику и говорит: «Великий принц! Супруга ваша оказалась дурной женщиной, в дороге она съела своего ребенка. Не женщина, ведьма! Сделав же это черное дело, она скрылась неизвестно куда».

О-хо-хо! Как передать горе принца! Ему не было ни конца, ни края. Он ведь очень любил принцессу. В гневе и отчаянии послал он гонца к йеменскому падишаху: «Мы скоро прибудем, чтобы взять в жены твою дочь, готовься к свадьбе, не то пойдем на тебя войной!» Йеменский падишах не знал, что отвечать, у него голова кругом пошла. Это заметил визирь. Какой визирь? Да тот, из-за которого принцессу посадили в ящик и бросили в реку; выбрал он момент и говорит: «Повелитель души моей! Я тебя выручу. Можешь выдать мою дочь вместо своей. Никто не узнает». На том и порешили. А в Китае начали готовиться к приему свадебной процессии. По всей стране шум пошел. Но в это время вернулась принцесса. Она переоделась в одежды факира и поселилась в храме на окраине столицы. Там она прославилась искусством заклинаний и пророчеств, к ней стекались люди со всей страны. Слава об искусном прорицателе достигла и ушей наследника, и перед свадьбой он решил посетить факира и узнать свою судьбу…

На небе загоралась звезда за звездой, и казалось, что это светлячки, прочертя по небу огненную полосу, запутались в темных тенетах деревьев и теперь не могут выбраться, чтобы продолжать свой путь.

Но Дхупо не видела звезд, не замечала, как сгущалась тьма, так она была поглощена рассказом. Под навесом сидело много людей; рядом с Дхупо примостилась жена Дина.

— О, Аллах! — вздохнула она. — Сколько пришлось натерпеться бедной принцессе!

— Чего только судьба не делает с человеком!

Дин переменил позу, вздохнул и продолжал голосом, полным печали и сострадания:

— И опять Аллах проявил свою волю: принцесса, переодетая факиром, узнала о предстоящей свадьбе, а на следующее утро к ней пришел наследник китайского императора. Принцесса приняла его и сказала: «Господин мой, сегодня мне приснился сон». — «Святой отец, — попросил наследник, — поведай нам свой сон». Но факир отвечал: «Нет, господин, сон есть сон, кто знает, что в нем правда, а что ложь. А вдруг он западет тебе в душу, разбередит твое сердце. Не расспрашивай лучше, пусть мой сон останется со мной». Наследник не пожелал ничего слушать. «Нет, отец мой, — настаивал он, — тебе придется рассказать». — «Хорошо, брат мой, если ты так просишь, то слушай. Мне приснилось, что некий падишах отправился поклониться святым местам в Мекку, а свою дочь оставил дома. В нее влюбился визирь и стал ее домогаться, но принцесса не уступила. Тогда визирь, дождавшись приезда падишаха, пошел к нему и оклеветал принцессу. Брат принцессы ослушался приказа отца, повелевшего ему убить сестру. Вместо этого он посадил ее в деревянный ящик и бросил в реку. Тем временем на берегу реки охотился один наследный принц, он приказал выловить ящик. Увидев принцессу, он воспылал к ней любовью и взял ее себе в жены. Ну да ведь сон есть сон, и кто знает, что в нем правда, что ложь. Пусть тут будет конец. Не проси меня рассказывать дальше, господин мой!»

Но не тут-то было. Наследника захватил рассказ, и он горел нетерпением дослушать до конца. «Нет, отец мой, — взмолился он, — говори дальше!» — «Нет, господин мой, позволь мне на этом закончить». — «Нет, нет, говори!» Наследник упрямо стоял на своем, и факиру пришлось рассказать сон до конца: «Так, видно, было предопределено свыше, чтоб наследник подслушал разговор ткача с одной женщиной. И решил тогда наследник вернуть супругу свою ее отцу. Но по дороге ее стал преследовать министр, посланный провожатым, и она, спасая свою честь, убежала от него. Тогда министр убил ее сына. Вот и все! Теперь отпусти меня с миром, господин мой, потому что сон есть сон, и кто знает, что в нем правда, что ложь. Не запал бы он тебе, в душу, не разбередил бы твое сердце!» — «Святой отец, — обратился к факиру наследник, — ты должен принять участие в моей судьбе. Но сначала я хочу знать конец».

«Это ведь только сон, мой господин, — ответила принцесса. — Я странствующий факир, мне ли участвовать в судьбах? Но если ты просишь, я приду к тебе на свадьбу».

Тем временем прибыла свадебная процессия, а с ней и дочь визиря. Тогда факир и говорит: «Сравни ее с портретом йеменской принцессы!»

О, что тут было! Наследник сличил портрет с лицом прибывшей. Не та! Где то царственное величие? Где неземная красота? Где молочное лицо и черные как смоль кудри? О боги! Наследник упал как подкошенный. Народ заволновался, стали расспрашивать у факира, что случилось. «Посыпь его святым пеплом, отец, прочитай над ним молитву. Он единственный сын, его родители умрут с горя! Сотвори чудо, святой отец!» — кричали люди. И разве не воля Аллаха, что стоило факиру сказать: «Встань!», и наследник встал и спросил: «Где я?» Вот какая сила кроется в сберегшей честь женщине!

А принцесса, сбросив одежды факира, говорит наследнику: «Узнаешь меня?» Тот посмотрел на нее и расцвел, как весенний цветок. Тут их снова обвенчали. Заиграли барабаны, запели трубы. Наследник привел во дворец любимую жену, и начались торжества, всем праздникам праздник, в воздух взлетали огненные шутихи…

Дин замолчал. Он представил себе, что это он продает шутихи, народ нарасхват покупает их и в конце концов он становится богатым, у него куча денег. От этой мысли Дин даже глаза зажмурил, а когда раскрыл их, то увидел очарованных рассказом слушателей. И тогда Дин сказал, а вернее, пропел:

К чему расспросы, если вновь

любовь нашла свою любовь?

О женской чести был рассказ,

ее храните пуще глаз!


предыдущая глава | Я жду тебя | cледующая глава