home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



9

КРАСНЫЙ ДОЖДЬ НАД РЕБЕНКОМ

Я ожидал, что столкнусь за дверью с каким-то липким существом. Возможно, я думал так потому, что так представлял себе пришельцев из других миров.

Липкость, именно это свойство вертелось у меня в голове. Не знаю почему, но я не мог отогнать этот образ от себя.

Я открыл дверь со страхом. Он был там, сидел в центре камеры для допросов. Он смотрел не на меня, а в пол и совсем не был липким.

Ему было лет четырнадцать, выглядел он совсем как «человек» в традиционном смысле слова. И совсем не был липким.

Внешне он очень походил на Алена Делона в фильме «На ярком солнце». Полон жизненной силы и удивительно красив. Хотя он не отрывал глаз от пола, чувствовалось, что у него большие глаза и очень мягкие волосы.

Он ничего не сказал, даже не поднял глаз.

Я сел напротив. Нас разделял белый квадратный столик. Его поверхность была покрыта каракулями, которые выводят заключенные, когда остаются одни. Я мельком прочел обрывки фраз вроде: «я невиновен… я не должен находиться здесь… мои права нарушены».

Он продолжал сидеть, уставившись в пол. Словно застенчивый подросток.

Одежду ему выдали в заведении, где он содержался, нечто вроде голубой больничной пижамы. Под растянувшимся воротником была видна вполне обычная кожа. Совсем не липкая.

— Привет, — поздоровался я.

Он не ответил. Вероятно, не заметил меня или я его ничуть не интересовал.

На самом деле в нем не было ничего странного, обыкновенный мальчишка.

Я постарался поймать его взгляд, чтобы получить необходимую информацию, но сразу же почувствовал, что мой дар не работает. Несмотря на мою просьбу, электронные приборы и прослушивающие устройства были включены.

Я сделал жест в сторону большого зеркала на стене, показав на камеры, создававшие помехи.

Прошло несколько секунд. Пришелец закинул ногу за ногу. Его безразличие начинало раздражать меня.

Я ощутил, как отключаются один за другим электронные приборы, и мой дар постепенно набирает силу. Меня охватило странное удовольствие. Вроде того, которое испытываешь, глядя на теплый приятный цвет.

Когда выключилось последнее прослушивающее устройство, я почувствовал, что остался один. Смотревшие на нас через зеркало не слышали, о чем мы говорим, и не могли увеличить наше изображение с помощью зума.

Я остался наедине с пришельцем. Я ощущал свое могущество.

— Вчера умерла твоя мать, да? — спросил пришелец, даже не поднимая глаз.

Мое сердце и мой желудок сжались. Я не знал, как реагировать на его вопрос.

Как будто ты собираешься послать куда-то ракеты, а с неба неожиданно падает атомная бомба. Как он об этом узнал?..

Я сделал паузу, мне не хотелось обнаруживать свое смятение. Снова попытался поймать его взгляд, но он по-прежнему сидел, понурив голову, словно спросил меня о том, который час или какая погода будет завтра.

— Тебе страшно, — продолжал он. — Ты чувствуешь, что после смерти матери твоя жизнь потеряла смысл. Ты тоскуешь по ней, вы часто бывали вместе во многих странах. Ты и она, всегда только ты и она. Это очень тяжело… Тебе никогда еще не было так плохо, верно?

В это мгновение он поднял глаза. И тут я догадался: у этого пришельца такой же дар, как у меня. Впервые я на себе испытал, что чувствуют люди, которых я безжалостно просвечиваю, как на рентгене.

Должно быть, на моем лице появилось выражение крайнего испуга, потому что комнату заполнил голос шефа.

— С тобой все в порядке, Маркос? Тебе нужна помощь? — грозно спросил он.

— Все в порядке. — Я снова успокоился. — Выключите, пожалуйста, прослушку.

Электронные приборы снова выключили. После некоторой паузы пришелец продолжал.

— Чувствуется, что у тебя была очень хорошая мать, — сказал он. — С ней связано восемь из твоих воспоминаний.

Я ничего не ответил. Я попытался проникнуть в него, восстановить паритет. Но что-то мне мешало, и электронные помехи были ни при чем.

Он улыбнулся.

— Сегодня ты увидел одну девушку. И испытал большое удовольствие, верно? Ты должен встретиться с ней прежде, чем она выйдет из театра. Ты не представляешь, как это важно для тебя. Серьезно, сейчас же отправляйся на спектакль о коммивояжере. Хотя это не самый приятный момент твоей жизни, но…

— Хватит! — крикнул я.

Сам не могу понять, почему у меня вырвался этот крик, почему я не захотел услышать продолжение. Однако в беспардонной расстановке моих чувств по ранжиру было нечто, возмутившее меня, и я не пожелал услышать итог его подсчетов относительно самого большого удовольствия в моей жизни.

Я предпочитал, чтобы момент наивысшего счастья оставался для меня загадкой, так как никогда не знал, какому из двух-трех наилучших и наисчастливейших мгновений моей жизни отдать предпочтение. И намеревался оставаться в неведении до конца дней.

Ужасно, когда кто-то пытается составить список твоих чувств и страстей. Я никогда не мог себе представить, что это произойдет со мной.

После некоторых колебаний я спросил:

— Кто ты?

Он посмотрел на меня, взял стакан воды, стоявший около него, и начал медленно пить.

— Разве не ты должен ответить на этот вопрос?

— Да, но…

— Ты заблокирован, верно? — Он улыбнулся во второй раз.

Эта вторая улыбка мне не понравилась. Я решил включить свой дар на полную мощность. Сконцентрировался, как никогда. Но у меня ничего не вышло. Наверное, пришелец по-прежнему мне мешал.

— Ты оттуда? — простодушно спросил я.

Он рассмеялся. Смех был веселым и доброжелательным, невообразимым для пришельца с другой планеты.

— Твои начальники ничего тебе не рассказали?

— Нет.

— Хочешь, чтобы я тебе рассказал?

— Если тебе не трудно…

Он придвинулся ко мне, насколько смог. Я заметил, что он в наручниках, прикрепленных к ножке стола. Придвинувшись еще немного, он прошептал:

— Я знаю, твой матери нравилось общаться шепотом. — Он по-прежнему шептал, но его тон изменился, став страдальческим. — Помоги мне, я должен немедленно отсюда выйти.

По коже у меня пробежали мурашки. Кто этот пришелец, который столько обо мне знает и так нуждается в моей помощи? Я покрылся испариной.

— К сожалению, не могу, — ответил я, не раздумывая.

— Не хочешь или не должен? — спросил он.

Я сглотнул, что-то в нем вызывало страх.

— Не станешь рассказывать, кто ты такой? — настаивал я.

— Сначала вытащи меня отсюда, — впервые в его голосе прозвучала тоска.

— Тебе не сделают ничего плохого, — сказал я. — Скажи, кто ты?

— Мне уже сделали все, что можно.

Внезапно он замолчал. Постепенно у меня в голове стало появляться изображение. Он решил рассказать о себе с помощью образов, а не с помощью слов.

Сначала я не понял, что это за воспоминание, так как оно пришло ко мне необычным способом. Оно могло быть самым лучшим или самым худшим, а то и просто одним из двенадцати остальных.

Наконец изображение полностью проявилось…

Это был образ счастья.

Улыбающийся мальчик играл с отцом в футбол. Он был очень похож на сидевшего передо мной пришельца. Он в детстве. Оба были необычайно счастливы, но неожиданно стал накрапывать дождь, и сын с отцом, смеясь, поспешили укрыться под деревом.

Подобную картину я видел у сотен людей, которых подвергал исследованию. Радость отца и сына. Это чувство, которого я не изведал, всегда присутствовало в одном из двенадцати изображений, хранившихся в душе.

Но вдруг в воспринимаемых мною образах я заметил нечто странное. Дождь, падавший на землю, не был обычным. Он был красным.

Красный дождь. Однако отец и сын воспринимали это как должное. Они смотрели на вечернее небо, на котором вместо луны висела пятиугольная планета.

Дождь лил все сильнее. Красный цвет становился все более ярким. Да, это было воспоминание о счастье, но пришелец хотел показать мне не его, а место, где все это происходило. И оно, могу поклясться, не было Землей.

Не знаю, где оно находилось, но это было самое необычное место, какое я только видел.

Картина растаяла, и пришелец посмотрел на меня.

— Теперь ты мне поможешь? — прошептал он.


8 ДЕВУШКА ИЗ ПОРТУГАЛИИ И БУЛОЧНИК, ЛЮБИТЕЛЬ ЛОШАДЕЙ | Все то, чем могли бы стать ты и я, если бы мы не были ты и я | 10 БЕЗ ЭТОГО Я НЕ СМОГУ В НЕГО ПРОНИКНУТЬ