home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава 4

Горгула мы доставили без приключений, закрыв по прибытии в карцере, но ничего нового он нам не поведал. Разве что рассказал немного о своем приятеле Джуке и об отношениях, их связывающих.

Познакомились они давно, во времена сопливой молодости. С нескладным и простоватым горгулом никто не хотел дружить, тем более что многие его небезосновательно побаивались, а вот будущий циркач — в то время стройный, ловкий и жилистый паренек — сошелся с ним на удивление легко.

И Глыба, не избалованный прежде настоящей дружбой, сблизился с Джуком, как ни с кем другим в своей жизни. С тех пор и пошло. Они все делали вместе: гуляли, влюблялись в девчонок, дрались с пацанами из соседних дворов, строили планы на будущее.

Глыба едва смог закончить восемь классов и поступил в техникум, а Джук осилил программу до конца и без особых проблем поступил в цирковое училище, исполнив свою заветную мечту. В Чертанске подходящего не имелось, поэтому ему пришлось переехать в столицу, и вновь друзья встретились лишь спустя семь долгих лет.

Горгул за это время успел отслужить в армии, а после, ощущая неодолимую тягу к легким деньгам, создал не слишком большую, но действенную преступную группу, промышлявшую автоугонами. Взяли его через полгода, срок по первому разу вкатали не слишком большой, и когда он, наконец, вышел на свободу, тут-то и встретился вновь на его пути друг детства.

Конечно, встречу отметили, как полагается. Месяц не просыхали, тем более что Джук находился в законном отпуске. Кстати, человеком акробат не являлся, а относился к достаточно редкой в наше время расе крыксов, от природы обладавших недюжинной ловкостью и известной хитростью.

Финал той встречи нам уже был известен: Джук уехал из города по окончании отпуска, а Глыба на следующий день угодил под арест, затем в тюрьму, из которой вышел спустя долгие года.

Все это мы пересказали шефу, который молча сидел за столом в совещательной комнате. А напротив него в кресле так же молча восседало тело ведьмы из комиссии, прибывшей по наши души. Отличие состояло в том, что шеф был хоть и мрачен, но вполне жив, а вот ведьма мертва.

Третья жертва маньяка в этом цикле, хотя и косвенная…

Ее появление здесь объяснялось просто: ведьма захотела покопаться в файлах отдела, поэтому шеф выдал ей запасной ключ и предоставил все пароли для разблокировки охранных заклятий и систем защиты, а сам с остальными членами комиссии отправился в ресторан, где под хорошую закуску надеялся окончательно уладить все возникшие в последнее время недоразумения. Но не тут-то было…

Ведьма прибыла в офис как раз после нашего отъезда. Как видно, только села поработать и практически мгновенно умерла. Причина банальна — еще один неучтенный скорпион, но в этот раз никого не оказалось рядом, чтобы оказать первую помощь. Яд подействовал за минуту, она лишь успела набрать номер из быстрого набора на телефоне, и жизнь оставила ее окончательно. К счастью, позвонила она своему коллеге-гному.

Конечно, шефу не составило труда отследить звонок. Они прибыли в офис быстро — через четверть часа, но все равно опоздали. Скорпиона они обнаружили и лично уничтожили, но и это проблему не решило.

И теперь над нашим отделом висела уже не столько банальная проверка, пусть и отягощенная предыдущими обстоятельствами, сколько обвинение в злонамеренной гибели одного из членов комиссии, а это грозило не простым отстранением от служебных обязанностей, а реальным сроком в тюрьме Совета. Основание — халатная небрежность, приведшая к смерти высокопоставленного чиновника.

А то, что пострадала и Лена — наша сотрудница — никого не волновало. Неудивительно, что Яхонт Игоревич пребывал в крайне негативном душевном расположении.

— Значит, так, — наконец выдал он, — вызвать Чингиза в офис, пусть побудет на дежурстве. Брайан остается в больнице: мало ли, какая помощь понадобится. Степан — ты ступай домой. И без разговоров! Стоцкий, Гусев — с вас клоун! И чтоб без промахов!

— Акробат, Яхонт Игоревич, а не клоун, — поправил его Вик.

— Мне хоть дрессированный слон, не важно! Доставить сюда и допросить! Разрешаю применять любые средства, но чтобы к утру маньяк сидел в карцере и давал признательные показания!

— Если это он… — пробормотал я.

— Что, Стоцкий?

— Ничего, это я так…

— А раз так, то и помолчите. Выполнять!

Когда шеф находился в подобном состоянии, а пребывал он в нем частенько, все давно знали: нужно тихо делать свою работу, и, если повезет, результат оправдает любую инициативу, если же нет, то в мире существует столько всего интересного, помимо работы в отделе — на наш век хватит…

Я сел за руль, Вик набрал по очереди Брайана и Чингиза и передал им указания шефа.

До места добрались быстро, благо ехать было недалеко.

Цирковые шатры раскинулись в городском парке, прямо на центральной поляне, где летом обычно гуляли молодые мамочки, толкая перед собой коляски, а зимой, кроме сугробов и редких продавщиц горячих пирожков, ничего интересного не имелось. Так что цирк никому не помешал. Напротив, цирковые расчистили поляну, установили шатры, развесили повсюду разноцветные гирлянды, и поляна зажила яркой праздничной жизнью, привлекая своим обновленным видом потенциальных посетителей куда больше, чем банальная реклама в газетах или растяжки над дорогами.

«Мистер Снупольд и его друзья!» — подмигивающая огоньками надпись над центральным, самым крупным, шатром легко заманила нас с Виком внутрь. Пара крепких ребят на входе попытались было осведомиться о цели нашего несвоевременного визита (до вечернего представления оставалось еще несколько часов, и вход для обычных посетителей был закрыт), но легкая волна дружелюбия и расслабленности сделала свое дело. От нас тут же отстали, чтобы заняться более важным делом: левый крепыш вытащил из кармана небольшую курительную трубку и пакет с табаком, а правый просто сел на стул, откинулся на спинку и безмятежно задремал, похрапывая.

Больше на нас никто внимания не обращал. Мол, раз прошли внутрь, значит, имеем право. Цирковые работники занимались своими делами: две женщины катили в неизвестном направлении длинную вешалку с десятками костюмов, смешной дядька в простецком трико жонглировал в сторонке бананами, тощий клоун в рыжем парике орал что-то грозное в мобильник, стройная девушка в короткой юбке жевала бутерброд…

Мы с любопытством оглядывались по сторонам. Не знаю, как Вику, а мне прежде не доводилось бывать в цирке не во время представления. Оказывается, закулисная жизнь здесь не менее любопытна, чем то, за что обычно мы платим деньги. Надо признаться, цирк я не любил с детства. Мне всегда казалось, что вот именно сейчас, в тот момент, когда я сюда пришел, акробат обязательно свалится с трапеции, лев задерет дрессировщика, а шутки и ужимки крашенных клоунов будут настолько ужасными, что вызовут лишь отвращение.

Говорят, большинство посетителей втайне надеется на что-то подобное, и ждет этого с нетерпением. Мне же не хотелось присутствовать при подобных катастрофических конфузах, поэтому в последний раз я ходил на представление еще ребенком. А после, уже вступив в самостоятельную жизнь, всячески избегал подобных мест.

— Вы кого-то ищете? — по-английски поинтересовалась у нас та самая стройняшка с бутербродом, прервав на время свою трапезу.

— Да, красавица, — улыбнулся ей Вик, стараясь произвести впечатление. Его английский был ужасен. — Нам нужен Джук. Где его можно найти?

— Он у директора, — девушка перешла на русский. — Показать, где это?

— Будем вам чрезвычайно признательны!

— Идите за мной!..

Это предложение мы приняли без колебаний, тем более что следовать за ней было приятно во всех отношениях. Ее короткая юбочка при каждом шаге вздымалась вверх, обнажая длинные ноги гораздо больше, чем предписывалось правилами приличия, но, к сожалению, все же меньше, чем хотелось взбудораженному воображению.

Вик показал мне большой палец, что означало — он тоже оценил девушку.

— Его кабинет здесь, неподалеку, — обернулась она. — Сразу за клетками!

— Что еще за клетки? — насторожился Вик.

— Да вы не волнуйтесь, все звери спокойные, тем более, под замком. Репетиции на сегодня уже закончились, так что можете дышать свободно, — девушка явно насмехалась над нами.

Мы вошли в неприметную дверцу и пошли дальше по полукруглому коридору, на правой стороне которого располагались обещанные клетки, и в каждой находился обитатель, не забывавший приветствовать нас грозным рыком.

Кого тут только ни имелось! Уж насколько я не разбирался в перечне животных, запрещенных к неконтролируемому размножению в городских условиях, и то определил несколько тигриц, одного льва, гепарда, леопарда, рысь и несколько менее крупных, но не менее грозных хищников.

— Сидеть! — пытался прикрикнуть Вик, но его восклицание не достигло цели. Звери угрожающе рычали в нашу сторону. — Вот твари!..

— Что ж вы так, уважаемый, к зверью нужно иначе. Они же все понимают, словно люди-человеки, только сказать не могут!..

Нам преградил дорогу полный коротыш с блестящим от пота лбом, тут же укоризненно ткнувший Вика пальцем в грудь. Наша провожатая просто-напросто обогнула его, не удостоив ни малейшим вниманием, и продолжила путь. Мы последовали ее примеру.

— Дикари! Чухундры! Чтоб вас японский клещ за причинное место ухватил темной ночью!..

— Сам ты… чухундра… — пробормотал Вик, пытаясь не вступить в кучки навоза. — Милая красавица, далеко ли нам еще?

— Пришли… — обронила девушка и распахнула толстую занавесь, прикрывавшую вход в комнату. — Эй, Капитан! К тебе делегация!..

Мы волей-неволей зашли в отсек, отгороженный занавесками, и очутились в премилой комнатушке — небольшой, но уютной. Узкая койка, стол, стул и проволочный шкаф — обстановка сей обители была крайне скромна.

На столе я приметил фотографию. На ней молодой мужчина с крученными кверху усами обнимал смешливую девушку в старомодном платье.

В комнате находилось лишь двое — оба в возрасте, лет пятидесяти-шестидесяти, точнее определить я не мог. Цирковые часто выглядели моложе своих лет.

Они уставились на нас с великим недоумением, но Вик тут же поспешил развеять все вопросы, представившись:

— Маги-детективы Гусев и Стоцкий. У нас к вам дело!

Тот, что сидел за столом, уточнил:

— Важное?

— Самое что ни на есть! — подтвердил Вик, и даже я для наглядности кивнул.

— Тогда оставь, пожалуйста, нас наедине…

Крыкс попытался было откланяться, но я остановил его вопросом:

— А не вы ли изволите являться господином Джуком?

Старик кивнул и замер на месте, а я, устав от всех событий последних дней, просто-напросто достал Глок.

— Вы мне угрожаете?

— Джук, вовсе нет, я вам не угрожаю, как и мой коллега. Обстоятельства, знаете ли, способствуют подобному стилю общения…

— Что за обстоятельства? — заинтересовался Капитан, он же, как я догадался, директор цирка мистер Снупольд, нахмурившись.

— В городе происходят убийства, и начались они через некоторое время после вашего прибытия в город. Что вы скажете на это, Джук?

Акробат молчал, директор же привстал со стула, лицо его побагровело, жилы на лбу четко проступили.

— Марго, ты кого сюда привела? Вон! Убери их!

Нас эти дикие крики нисколько не смутили. И пистолет я не убрал, а наоборот, постоянно держал Джука под прицелом. Но он не шевелился, впав в состояние прострации. Марго тоже замерла на месте, не понимая, что ей делать.

— А вы, должно быть, мистер Снупольд? — не повышая голоса, спросил Вик.

— Да, вы правы. Я — Снупольд! А вы убирайтесь отсюда немедленно! И без ордера не возвращайтесь!

— К чему вам ордер? — голос Вика зазвучал обманчиво ласково. — Вы же вполне представляете себе наши полномочия, не так ли?..

Он первый увидел то, что я осознал только сейчас, хотя и смотрел магическим зрением с того самого момента, как только мы пересекли порог цирка. Джук выглядел как типичный крыкс — его расу я опознавал в любой ситуации сразу, да и как тут не узнать? Слегка вытянутое лицо неправильно формы, маленькое сухое тело — только седина в волосах выдавала его настоящий возраст. А главное — хвост! Он обвивал его левую ногу, и временами нервно подрагивал.

А вот Снупольда я вычислил только сейчас. Он выглядел, как бывший силач на пенсии. Широченные плечи, огромное пузо, пышные усы и лысый череп. Но только лишь когда он заорал на нас, я заметил, как он несколько раз подряд моргнул, и зрачки его глаз внезапно стали вертикальными. На такие мгновенные метаморфозы были способны одни лишь оборотни, поэтому я немедля перевел пистолет на Капитана, решив, что он тут персона более опасная.

А оборотень, как и крыкс, не могли не знать о полномочиях детективов Службы Контроля, тем более в расследовании таких преступлений, как убийства. Неудивительно, что Снупольд перестал орать, поумерив свой пыл, и придав зрачкам более традиционный вид, примирительным тоном сказал:

— Марго, ты можешь идти. Оставь нас с этими господами наедине.

Девушка молча вышла, Вик послал ей вслед легкую волну рассеянности. Так что с уверенностью можно сказать — через несколько минут она полностью выкинет этот эпизод из головы. Заклятье не осталось незамеченным со стороны Снупольда.

— Зачем это? — мрачно поинтересовался он.

— А зачем вам лишние свидетели? Девочка хорошая и не имеет к этой истории отношения. Пусть живет спокойно.

— Ладно, что вы хотите?

— Нам нужен ваш сотрудник — Джук. Это мы вам уже сообщили. А вы в ответ изволили занервничать…

— Что же вы от него хотите?

— Задать несколько вопросов и получить на них ответы. Не больше и не меньше. И пока мы не сочтем их удовлетворительными, разговор наш с ним будет продолжаться и продолжаться…

— Кого убили?

— А разве это так важно? Или вы попросту тянете время? Учтите, Снупольд, у нас критическая ситуация, наша коллега при смерти, и мы не намерены вдаваться в долгие дискуссии!

— Вот так даже? Хорошо. Вы поговорите с ним. Но только здесь! В ваши казематы он не поедет! И я буду присутствовать при беседе!

Что ж, мы с Виком переглянулись, такой вариант нас тоже устраивал. А уже в зависимости от ответов крыкса можно будет строить дальнейшую линию поведения. Если сочтем, что он причастен, то заберем его с собой без дальнейших рассуждений. Присутствие же оборотня нам не помешает, но обезопасить себя от резких метаморфоз все же стоит.

— Хорошо, — согласился я. — Вы можете остаться при одном условии. Мы накинем на вас обоих сеть стабильности. Сами понимаете, во избежание…

Снупольд угрюмо кивнул. Сеть ограничит все его природные способности, не позволит перекинуться, а нам будет спокойнее. Вик произнес формулу, и сеть накрыла комнату. Главный минус этого заклятья состоял в том, что все, находящиеся в помещении, подпадали под его воздействие, и мы в том числе. Конечно, Вик мог снять сеть в любой момент, и все вернулось бы на круги своя. Но спокойствия ради допрос следовало произвести со всеми мерами предосторожности, и я надеялся, что для защиты от потенциальной агрессии нашего оружия вполне достаточно.

— Джук, вы нас слышите? Понимаете?

Крыкс безучастно кивнул.

— Поговори с ними, — попросил Снупольд. — Иначе не отстанут!..

— Что вы хотите знать? — Джук впервые поднял на нас глаза. Они оказались на удивление серыми, невыразительными, но взгляд был жёсток и даже, я бы сказал, жесток.

Я перекрыл дверь, как единственный путь к отступлению, и предоставил Вику вести допрос.

— Какие отношения связывают вас с горгулом по имени Глыба?

— Дружеские. Я его давно знаю. С самого детства.

— Как вы познакомились?

— Жили по соседству.

— Но позже вы переехали в Москву?

— Да, переехал. И что с того? Закончил цирковое, у меня там легко шло. Но после все надоело, слишком однообразно и без особых перспектив. Как раз отпуск дали, я вернулся в Чертанск. Глыба тогда только откинулся, а я как раз искал возможность для перемены жизни. Меня все достало, хотелось нового. Вот мы с ним и сошлись опять, как в детстве. Он радовался жизни после тюрьмы, а я смотрел на него и набирался энергии для перемен. Потом, в один прекрасный день, этой энергии оказалось достаточно, я вернулся в Москву, написал заявление по собственному желанию, уволился из цирка и уехал в Америку — меня давно звал к себе Капитан.

— Это произошло сразу после убийств? — жестко спросил Вик. — Не слишком ли странное совпадение?

— Я ничего не знал тогда. Уже потом выяснил, спустя много лет, и сразу вернулся. А тот вечер был самый обычный. Мы с Глыбой пили, разговаривали. Он мечтал о собственной мастерской, хотел заниматься автомобилями — больше он ничего не умел, только угонять их и ремонтировать, потом уснул. Я сидел почти до утра, все не мог решиться на поступок. После ненадолго задремал, а когда проснулся, все встало на свои места. Я понял, что если не уеду сейчас, то не уеду никогда. Я не стал будить Глыбу, просто собрал свои вещи и ушел. Вот и вся история. И свидетельство мое верное — он не выходил в ту ночь на улицу, я бы увидел.

— Значит… — протянул Вик.

— Значит, те убийства не мог совершить Глыба. Мы постоянно были вместе. Или вы считаете, что я вру? А если нет, вам нужен другой кандидат на эту роль!

— Хорошо, — согласился Вик, — скажите, вы ведь метатель ножей?

— В том числе, — подтвердил Джук.

— Значит, в принципе, при желании, вы сможете быстро разделать тело?

Крыкс нахмурился:

— Намекаете, что я?..

— Пока просто спрашиваю.

— Я же метатель, а не мясник. Кинуть нож могу, хоть в глаз, хоть в любое другое место. А вот на кусочки кого-то резать… увольте…

— Вы ведь и после часто приезжали в Чертанск?

— Временами…

— С Глыбой виделись?

— Конечно, когда я его вытащил из тюрьмы Совета, он был совсем плох. Потерял смысл жизни. Я помог ему с мастерской, дал денег в долг.

— А вам не кажется, что ваши приезды слишком уж подозрительно совпадали с новой волной убийств?

— Знаете, детектив, не помню вашу фамилию…

— Гусев.

— Так вот, меня уже обо всем спрашивали много раз. Ваши предшественники. Проверяли алиби, искали улики. Думаете, от Глыбы так просто отстали? Нет! Его всегда держали на карандаше, и меня с ним заодно. Но мы ни при чем! Вы это понимаете? Ни при чем! Поэтому в конце концов нас и оставили в покое. А теперь вы снова за старое…

Дверь распахнулась. В комнату ввалилась масса народу под предводительством милой девушки Марго, приведшей нас сюда. Значит, заклятье не сработало, она прекрасно все запомнила и мало того — привела подмогу. Очень плохо. Почти все держали в руках импровизированное оружие: кто палки, кто кусок трубы, заметил я и пару ножей.

Мы с Виком встали спина к спине. Я держал на мушке Джука, а Вик — всех остальных. Убивать я не хотел, но выстрелил бы при малейшем движении. Плохо, что мы накинули сеть на комнату, а снимать ее времени не было — все внимание сосредоточилось на цирковых.

— Стоять! Стреляю! — заорал Вик.

Крик принес результат. Толпа замерла на месте, но я чувствовал, что еще мгновение и они нападут, защищая своих.

— Снупольд, на вашем месте я бы приказал всем разойтись. И быстро! Зачем вам проблемы со Службой? Мы же тихо, мирно беседовали, без нервов. К чему неприятности?..

Капитан внял моим словам. Он устало поднялся со стула и одним легким жестом утихомирил своих подчиненных. Вот что значит — твердая рука! Таких руководителей я уважал.

— Марго, спасибо за помощь, но все в порядке. Эти люди в своих правах. Более того, они расследуют важное дело, связанное с гибелью людей. Идите и репетируйте. У нас здесь все нормально…

— Но, капитан!..

— Я сказал, спасибо и идите! — Снупольд лишь незначительно повысил голос, и толпу как рукой вымело из комнаты. Он тяжело опустился обратно на стул и вздохнул: — Не обижайтесь на них, детективы. Они хотели как лучше…

— Никаких обид, — подтвердил Вик. — А вам спасибо за спокойное и своевременное разрешение конфликта. Продолжим?

— Как вам будет угодно…

Крыкс за последние несколько минут даже не шевельнулся, он как сидел на своем стуле, буравя взглядом стену, так и сидел. Явление толпы спасителей оставило его безучастным, воцарение спокойствия — тоже.

— Скажите-ка, Джук, — внезапно спросил Вик. — А зачем вы купили несколько дней назад розы?

— Что? — мне показалось, но крыкс впервые за весь допрос удивился. — Какие розы?

— Редкий в наших краях сорт «Мария Калласс». В количестве примерно десяти штук.

— Я не покупал розы. Вы что-то путаете…

— Ну как же? — поразился Вик. — А вот ваш друг Глыба утверждает обратное. Он сообщил, что приобрел по вашей просьбе цветы и передал их лично вам в руки. Или вы это станете оспаривать?

— Конечно! — Джук порывисто вскочил на ноги. Тема цветов его взволновала. — Я не заказывал никаких роз, тем более через Глыбу. Зачем? По-вашему я сам не могу купить букет, если он мне понадобится?

— Значит, именно этот букет вы не могли купить сами, — парировал Вик. — Или вы считаете, что ваш друг нам соврал? С какой целью, могли бы вы сообщить?

— Нет, я не думаю, что он врал. Скорее всего, это какое-то недоразумение и не больше.

— Недоразумение, говорите вы? — Вик повысил голос. — А знаете ли вы, что именно розы этого сорта, точнее, их бутоны, были найдены в желудках у всех жертв? Вы и сейчас считаете это недоразумением?

— Да. Это ошибка. Но я смогу вам все доказать. Могу я переговорить с Глыбой?

— Конечно, он сидит у нас в карцере. Причем по собственной воле. Поедемте с нами в офис, и у вас появится возможность пообщаться с вашим другом.

Очная ставка. Ловко задумано! Интересно, согласится ли акробат?..

— Капитан, ты не против?

— Езжай, Джук. Пусть все скорее разрешится наилучшим образом.

— Едем!..

А мне вдруг пришло в голову, что скорпионы — хоть и насекомые, но, возможно, вполне поддаются дрессировке. По крайней мере, магическими средствами. И кому как не циркачам насылать их на нас? Еще один минус для Джука…

Обратная дорога до машины прошла, к счастью, без приключений. Вик шел первым, за ним Джук, а замыкал цепочку я. На нас косились все без исключения, но препятствовать конвоированию старого акробата никто не пытался — авторитет директора оказался непререкаем.

Только лишь Марго, встретившаяся нам по пути, презрительно отвернулась в сторону. У Вика не было с ней ни малейшего шанса.

Джук вел себя спокойно. Бежать не пытался, знаки никому не подавал. Мне казалось, что он и в самом деле заинтересован в скорейшем прояснении ситуации. Но, тем не менее, глаз с него я не сводил, и оружие держал наготове.

В машине я пристегнул акробата к специальному держателю, а сам сел рядом, уступив Вику место за рулем. Он резко стартанул, оставив за нами широкую колею в снегу, и на предельно возможной скорости погнал по городу.

Мы не знали, сколько еще протянет Лена. Конечно, доктор сделает все возможное, но если не найти заклинателя, то яд скорпиона убьет ее, и ничто не сможет этому помешать. Счет шел на часы, а мы пока не приблизились к разгадке тайны Красной Розы.

До офиса мы долетели быстро. Вытащив Джука из машины, мы подхватили его под руки с двух сторон и бегом понесли в здание. В приемной нас встретила растерянная Оля. Судя по ее красным глазам, она много плакала.

— Ребята, привет. Я как узнала, сразу же приехала. Есть новости?

— Скоро узнаем!..

Мы протащили Джука в совещательную комнату и пристегнули наручниками к стулу. Тело ведьмы уже увезли. Вик и Чингиз тут же отправились в карцер за горгулом, и через минуту оба старых товарища могли, наконец, лицезреть друг друга.

Глыбу мы пристегнули к стулу напротив. Вик активировал все защитные заклятья, так что нам никто не должен был помешать.

В комнату заглянула Оля и поманила меня пальцем. Я выглянул в приемную и вопросительно посмотрел на нее.

— Шеф звонит. Поговори!

Я взял трубку стационарного телефона:

— Яхонт Игоревич?

В трубке некоторое время раздавались лишь трески и непонятное шипение, наконец, я услышал голос шефа:

— Примените к ним гипноз!

— Что?

— Стоцкий, ты оглох? Я сказал, примените к допрашиваемым гипноз! Возможно, это поможет. Отбой!..

И резко, не дожидаясь ответа, шеф бросил трубку. Что ж, в его манере. Когда мне будет столько же лет, и я добьюсь широкой известности в узких кругах Великих Магов, тоже смогу позволить себе подобные выходки. Пока же оставалось либо мириться с его манерой поведения, либо менять работу. Впрочем, совет он дал интересный. Гипноз… Это идея! Вот только откуда он узнал о том, что мы привезли в офис и горгула, и Джука? Ведь если Глыба сидит тут уже пару часов, то акробата мы доставили только что… Кажется, мои подозрения о специальной системе контроля и слежения, установленной шефом для личного наблюдения за офисом в свое отсутствие, не полная паранойя. После недавних событий, когда все наше здание чуть было не продали местному бизнесмену, мне стало казаться, что шеф слишком часто знал то, чего знать не мог в принципе. Значит, все-таки установил прослушку. Что ж, его право…

— Программа закончила дешифровку? — спросил я у Оли.

Ведьмочка несколько секунд лишь шмыгала носом и таращила на меня прекрасные глаза, потом отрицательно покачала головой:

— Я не знаю…

— Так узнай, будь любезна! Лена считала, что программа может выдать интересные сведения! Пожалуйста!

— Конечно, Лис. Сейчас схожу… — она порывисто поднялась на ноги, сделала пару шагов по направлению к двери, но внезапно замерла на месте, повернулась ко мне и тихонько спросила: — Она выживет? Ведь правда?

— Конечно! — как можно убедительнее ответил я. — Ты же знаешь, она — боец! Смелая, умная и добрая! Она справится, а мы ей поможем!

Оля несмело улыбнулась.

— Спасибо тебе, Лис…

— Все будет хорошо!

Оля выскользнула за дверь. Эх, мне бы на самом деле эту уверенность. Ведь шансы на спасение Лены крайне низкие. Найти убийцу, который успешно скрывался от правосудия столько лет, за столь короткие сроки было, по меньшей мере, очень сложно. Но шансы оставались, и не стоило их упускать.

Я вернулся в совещательную комнату. Вик уже вел перекрестный допрос, но, судя по его недовольному виду, ничего нового не узнал. Я жестом попросил его прерваться и обратился к обоим фигурантам:

— Господа! У меня к вам необычное предложение. Скажу сразу, оно может помочь продвинуться в этом деле, а может и не помочь. Гарантий нет. Вам будет немного больно, но это пройдет. Согласны ли вы сотрудничать со следствием в нашем лице и навсегда снять с себя подозрения?

— Что вы предлагаете? — тихо спросил Джук.

— Гипноз…

— Ну уж нет! — Глыба попытался вскочить на ноги, но наручники помешали. — Я на это не пойду!

Его можно было понять. Магический транс, именуемый попросту гипнозом, — вещь крайне серьезная. Помимо болевых ощущений, гипноз полностью открывал нам все тайные закоулки мозга допрашиваемого. У него не оставалось от нас ни малейших секретов. Он рассказывал все самые грязные подробности своей жизни, ничего не стесняясь и не скрывая. Поэтому добровольно на подобную процедуру соглашались немногие, а насильно ввести клиента в транс являлось делом чрезвычайно сложным, требующим много времени и энергии. Даже шеф не сумел бы так сходу провернуть подобное. Нам требовалось согласие!

— Послушайте…

— Нет! Даже слушать не буду! Ничего не говорите! Я на такое не подпишусь, командир! Я же не идиот!

— Все прочие ваше прегрешения, если подобные обнаружатся в процессе сеанса, мы вам спишем полностью, — мрачно перебил его Вик, сходу вникнув в привлекательность идеи. — Слово!

А вот теперь горгул задумался крепко. Подобного рода индульгенция, да еще подкрепленная словом детектива из Службы Контроля, стоила многого. Можно было разом списать все свои прошлые грехи, начать жить с чистого листа. Такой шанс выпадал немногим.

— Я согласен, — негромко произнес Джук.

Глыба взглянул на него удивленно, а потом резко кивнул:

— Хорошо, я тоже! Хрен с вами, командиры, действуйте!

Согласие мы получили, поэтому, пока наши подопечные не передумали, Вик скомандовал:

— Откиньтесь на спинки стульев, расслабьтесь, закройте глаза, слушайте только мой голос…

Они послушно прикрыли глаза, а Вик произнес формулу захвата сознания. Она была проста и эффективна, но за все долгие годы маги так и не сумели обойти формальное препятствие в виде дозволения со стороны клиента на процедуру. Так что если бы горгул и акробат отказались, мы ничего не смогли бы с этим поделать.

Глыба негромко вскрикнул от боли, Джук поморщился, но промолчал, а уже через несколько секунд оба расслаблено задремали, готовые, тем не менее, к диалогу. Чингиз включил диктофон.

— Приступим, господа, — начал Вик. — Сейчас вы находитесь в состоянии гипнотического магического транса. Мы зададим вам ряд вопросов, постарайтесь отвечать точно и по существу. Задача ясна?

Горгул и акробат синхронно кивнули. Они напоминали сейчас игрушки из детского магазина: безвольные, готовые к любой жестокости ребенка.

— Вопрос первый: зачем вы, Глыба, купили несколько дней назад букет роз?

— Меня попросил мой друг, Джук, — голос горгула звучал тускло и невыразительно, но отвечал он четко и по существу, без малейшей задержки. Гипноз работал!

— Подтверждаете ли вы, Джук, его слова?

— Нет. Я ни о чем подобном не просил.

— Глыба, перескажите ваш разговор с Джуком о розах!

— Мы встретились в гномьем баре, выпили пару пива. Он попросил на следующий день купить цветы, сказал, нужно для номера в цирке. Я спросил, почему он не может купить сам. Он ответил — не хватает времени. Написал на бумажке сорт роз, сказал, что обязательно нужны эти. После мы расстались. Цветы я купил, передал их Джуку. Он был доволен.

— Джук, вы помните эту ситуацию?

— Не совсем. В баре мы встретились, пиво пили. Про цветы же я ничего не спрашивал. Они не нужны мне ни для одного из номеров. Тут какая-то ошибка.

— Вспоминайте лучше! — голос Вика зазвучал громче. Он не просил, он повелевал. — Что было еще тем вечером?

— Ничего особого, разве что перед встречей с Глыбой я встретил еще одного старого знакомого.

— Его имя?

— Я не знаю.

— Но он ваш знакомый?

— Да, давний.

— И вы не знаете его имени?

— Нет.

Вик вопросительно взглянул на меня. Я кивнул и сам продолжил допрос:

— Джук. Расскажите подробнее об этом знакомом. Где и при каких обстоятельствах вы впервые с ним встретились?

— Это случилось давно, много лет назад. За три недели до того, как я бросил цирк и уехал в Америку.

Хм… критическая точка. Интересно!

— Дальше!

— Мы гуляли с Глыбой, выпивали. Много с кем общались. С кем-то дрались. Не упомнить. Этот человек встретился нам в одной из компаний.

— Как он выглядел?

— Лет тридцати. Внешность самая обыкновенная, ничем внешне не примечателен. Но пить он умел. И все говорил о непонятном.

— Например?

— Сложно объяснить. Я и слов-то таких не знаю. Он рассказывал о том, что двое — это сила, замкнутая цепочка, но над ними всегда стоит третий.

— Что это значит?

— Не знаю.

— Хорошо, вернемся на несколько дней назад. Вы встретили его около бара?

— Да, случайно столкнулись на улице. Я бы его не узнал, но он окликнул меня по имени. Мы поговорили несколько минут и разошлись.

— О чем говорили?

— Не помню, — акробат замолчал.

— Как не помните? — изумился я. Такого просто быть не могло, чтобы под магическим гипнозом клиент забывал подобные детали. Невероятно!

— Не помню, — повторил Джук.

Вывод отсюда следовал единственный: мы не первые, кто гипнотизировал акробата! Иного объяснения я не находил. Да его и не было вовсе! А значит…

— На следующий день вы встречались с Глыбой?

— Да.

— Зачем?

— Не помню.

— Я отдал ему цветы, — пояснил горгул.

— Это правда?

— Не помню.

— Что вы делали вчера с девяти утра и до полудня?

— Находился в цирке, — твердо ответил акробат.

— Вы точно в этом уверены?

— Да.

— А вечером?

— Тоже.

— Помните по минутам?

— Нет…

— Глыба, все ли цветы ты ему отдал? — внезапно спросил Вик.

— Не помню…

Вот так номер! Теперь и горгул потерял память. Неужели и он тоже?.. Хм… Двое — это сила, но над ними стоит третий… А что, если?..

— А ты помнишь утро позавчера? — обратился я к горгулу.

— Помню, — твердо ответил Глыба.

— Целиком? С точностью до минуты?

Горугл задумался на некоторое время. Лоб его пересекла титаническая морщина, пальцы сжались в кулаки, и, наконец, он ответил:

— Не помню…

Вот вам и здравствуй, дядя, Новый Год!

В совещательную комнату заглянула Оля. Глаза у нее были огромные и испуганные. Я быстро подошел к ней.

— Что случилось?

— Программа! Она выдала результат!

— И что там? — не сказать, что я не верил в современные компьютерные средства, тем более, когда Лена самолично занималась наладкой программного обеспечения, но все же я не думал, что мы на выходе получим нечто путевое.

— Посмотри сам!

Что ж, сам так сам. Я аккуратно отодвинул Олю в сторону, прошел по коридору до кабинета Лены и зашел внутрь. Компьютер на ее столе приветливо мигнул мне и сообщил, очевидно, в сотый раз:

— Разбор задачи закончен. Обнаружено одно совпадение. Разбор задачи закончен…

Я подошел к столу и уставился на экран. Не знаю, каким образом Лена этого добилась, но на меня смотрела физиономия Глыбы, собственной персоной. Только взгляд на картинке у него был несколько странный, будто горгул медитировал на снимке — зрачки глаз слегка расширены, но он не смотрел в какую-то конкретную точку, взгляд его словно расплывался в пространстве, не концентрируясь ни на чем конкретном.

Неужели он и убил Шуббина? Рост совпадает, ширина плеч на снимке условная, а горгул — тип здоровый, но, в принципе…

Я отдалил картинку, покрутил ее так и этак. Все оставалось без изменений. Длинное пальто, шляпа, закрывавшая лицо — тот же самый тип, никаких сомнений. Значит, Глыба?..

Невероятно! Вот так программа, вот так Лена. Она собрала изображение лица, выудив его из краткосрочной памяти предметов, окружавших в тот момент преступника. Кусочек тут, кусочек там. И в итоге сработало! Никаких сомнений, горгул попался!

Я распечатал фото и вернулся в совещательную комнату. На время моего отсутствия допрос прервался, наши подопечные все так же находились в трансе, Вик молча курил, а Чингиз, казалось, дремал в кресле.

Вик бросил на меня быстрый взгляд, я показал ему распечатку, после чего передал лист горгулу.

— Глыба, что вы скажете на это?

Горгул раскрыл глаза и уставился на собственное фото.

— Это я. Несомненно.

— А где и когда, можете сказать?

— Нет. Не знаю. Пальто и шляпа не мои. Я такое не ношу.

— Но это точно вы?

— Да.

— Фото сделано позавчера, во время убийства некроманта, в гостинице, той самой, где и произошло преступление. Что вы там делали?

— Я там не был.

— Но точно вы этого не помните?

— Нет!

У меня вырисовывалась версия. Не ахти какая, но других на данный момент просто не имелось.

— Чингиз, последи тут за всем! — попросил я. Чингиз кивнул, не открывая глаз, а мы с Виком вышли в коридор и зашли в наш скромный кабинет.

— Что ты обо всем этом думаешь? — поинтересовался Вик, опустившись в кресло и по привычке задрав ноги на стол.

— Хочешь верь, хочешь нет, но мне кажется, что мы взяли убийцу, а точнее — убийц!

— Аргументируй!

Я прикурил сигарету из пачки — предпоследнюю. Нужно купить еще, а то, когда я нервничаю, выкуриваю в три раза больше обычной нормы.

— Пожалуйста! Этот странный тандем: крыкс и горгул мне сразу показался подозрительным. Тем более розы! И, конечно, фото Глыбы! Это факты!

— Согласен, — кивнул Вик. — Дальше!

— А дальше вот что: у нас не один убийца, и даже не два, а три! Третий — тот, кого мы не знаем, мистический знакомый Джука, — он и есть кукловод, а наши подопечные — всего лишь марионетки, лишенные воли. Да, они убивали. Несомненно! Глыба устранил некроманта — у него хватило бы на это и сил, и уменья. У Шуббина не было шансов при внезапном нападении. А вот второго убил уже акробат. У него как раз на этот период наблюдается подозрительный провал в памяти. То, что метод обоих убийств схож, объясняется просто — их заранее запрограммировали на идентичные действия! Нам нужен третий — он-то и есть наш маньяк! Я уверен, он каким-то образом подобрал ключики к горгулу и крыксу много лет назад. Этим и объясняются провалы в памяти, нераскрытые убийства и прочее. У каждого имелось в наличии своего рода алиби, ведь работали они по очереди и были абсолютно уверены в собственной невиновности. Потом Джук уехал и все на время прекратилось. А затем вернулся, вытащил Глыбу из тюрьмы, вероятно, повстречал тайного старого друга, и вновь круг замкнулся. И так повторялось снова и снова. Их делали преступниками против воли, а кукловод сидит себе спокойно, наслаждаясь результатом!

— И кто бы это мог быть? — задумчиво спросил Вик. С версией он не спорил, это уже радовало. Пусть она даже мне казалась сырой, недоработанной, но другой у нас не имелось. Значит, будем работать по ней.

— Не имею ни малейшего представления. Одно знаю точно — он сильный и умелый маг. Иной не смог бы внедрить столь глубокие установки в мозги горгула и крыкса, просто не хватило бы сил. Он человек умный, ни разу не подставился сам, даже в мелочах. Образованный. А вот цели его мне непонятны. Зачем убивать именно этих людей? Чем они мешали? И предыдущие жертвы… Никакой связи между ними, кроме той, что все они из Малых Народов либо обладатели Дара. Конечно, можно взять за основу тот факт, что он обычный шовинист, но я отчего-то в этом сомневаюсь…

— Я тоже не думаю, что все так просто. Иначе убийства не прекращались бы. Он нашел бы способ, подчинил бы своей воли кого-то еще, раз уж система оказалась налажена… И что дальше?

— Выход только один, — я глубоко вздохнул. — Придется делать глубинную ментоскопию…

— Но…

— Знаю, согласия на это нам не давали. Они могут умереть. И если ты предложишь иной выход, я откажусь от своего предложения.

Вик молчал. И не сложно догадаться, отчего. Иного выхода просто не существовало. Конечно, мы могли наткнуться на истинного преступника в дальнейшем, но для этого потребовалось бы еще масса работы, а время нас поджимало. Лена умирала. Так что единственный шанс — вскрыть черепушку крыкса, а если не поможет, то и горгула, и вытащить на свет скрытый в недрах сознания облик кукловода. Ведь исчезнуть он не мог, все, что мы когда-либо видели, навсегда запечатлевается в нашем мозгу, но и обойти блокировку иным способом не удавалось.

Если акробат не умрет, то он скажет нам, кто на самом деле отдавал ему приказы. А дальше уже дело за малым. Найти и арестовать. Это единственный шанс спасти Лену, и мы с Виком оба это понимали.

— Что ж, — он поднялся на ноги. — Приступим?..

Несколько шагов до совещательной комнаты дались нам на удивление тяжело. Наши арестованные сидели в тех же позах, в которых мы их оставили. Чингиз открыл глаза при нашем появлении, я отвел взгляд в сторону. Все-таки метод, к которому мы собирались прибегнуть, отдавал концлагерями. Без согласия допрашиваемого… без уверенности в успехе… и с огромными шансами убить…

Но на другой чаше весов Лена, и она ни в чем не виновата!

— Начинай! — жестко сказал я.

Вик начал активировать формулу. Процесс должен был занять не меньше минуты — слишком уж сложная структура в ней содержалась. Одно дело — подчинить мозг по согласию и не целиком, а совсем другое — захватить контроль полностью и безо всякого дозволения. Тут требовалось постараться. И Вик старался…

Даже Чингиз перестал имитировать сон, ровно сел в кресле и со странным чувством взирал на происходящее.

Вик концентрировал энергию вокруг себя. Подчинить магическое существо требовало не меньше ресурсов, чем взорвать, скажем, здание конгресса США. Но Вик работал, и у него начало получаться.

Джук резко дернулся на стуле, словно через его тело пропустили высокое напряжение, мышцы напряглись, жилы вздулись, хвост нервно забарабанил по полу, но очень быстро он расслабился, и вновь погрузился в полудрему.

Готов к использованию. И еще жив. Крепкий орешек.

— Ты меня слышишь, Джук? — спросил я. У Вика же сил осталось лишь на то, чтобы опуститься на стул.

— Слышу, господин! — на этом уровне вторжения в мозг я мог отдавать приказы любой сложности, а он тотчас же подчинился бы им.

— Вспоминай!

— Что именно, господин?

— Вспоминай лицо того, кто приказал тебе купить розы, кого ты называл своим давним приятелем! Вспоминай!

— Я вспоминаю, господин!

— Что он тебе приказывал еще?

— Убивать! Он приказывал убивать. Жертв и способ назначал сам, но обычно требовал расчленить тело, а предварительно заставить жертву проглотить бутон. Он говорил, это важно.

— Почему?

— Не знаю, он не пояснял своих приказов.

— Всех убивал ты?

— Нет, только часть. Вторую — мой друг, Глыба. Он тоже подчиняется приказу.

Ну, вот и почти все. История ясна, я был прав. Тот, кто загипнотизировал парочку приятелей, решал их руками собственные проблемы, либо просто-напросто уничтожал первых встречных. Это можно узнать лишь у главного героя всей этой истории, и мне очень хотелось знать его имя.

В воздухе зазвенели защитные заклятья, но тут же смолки. Кто-то вошел в здание, но система определила его, как своего. Может, шеф явился…

— Кто он, твой бывший господин? Опиши его!

Акробат охотно начал говорить:

— Он высокий, худощавый…

Дверь в комнату резко распахнулась. Брайан зашел в комнату, шумно отряхиваясь от налипшего на одежду снега.

— Ну и душно тут у вас, — громко заявил он, осмотревшись.

— Тихо! — попросил я, но Брайан проигнорировал.

Не долго думая, он приблизился к центру комнаты, а потом внезапно одним махом оказался рядом с акробатом. В руке у него сверкнул нож. Чингиз взвился со своего места, но опоздал.

Брайан, наш двухметровый викинг, одним движением перерезал крыксу горло и тут же всадил нож ему в сердце. А потом, для верности, свернул шею.

Джук даже не вскрикнул.

Чингиз снес друга ударом ноги, уронив на пол. Нож отлетел в сторону, но Брайан моментально поднялся, очень недобро улыбнувшись.

— Усыпляй его! — успел крикнуть Чингиз, прежде чем начать атаку.

Его движения сложно было разглядеть стороннему наблюдателю, но и Брайан ничем ему не уступал. Удар, блок, еще удар, уход в сторону. Их бой велся на недоступном моему восприятию уровне, зато я услышал главное — усыпляй!

И я не подвел. Вик был слишком слаб после активации формулы, Чингиз не мог отвлечься от драки, Оля же вообще находилась в соседней комнате и ничем не могла помочь, поэтому я вкачал в себя всю свободную энергию, витающую в пространстве вокруг, и произнес формулу.

Может, я даже несколько переусердствовал. Вик вырубился сразу, за ним упал на пол горгул, краем уха я услышал звук падения тела и в соседней комнате — Оля.

Чингиз и Брайан держались до последнего. Недаром Истребителей тренировали на износ. Оба стояли на ногах, никто не засыпал, но я усилил нажим, сконцентрировав его исключительно на Брайане, и, наконец, он сдался.

Движения его замедлились, и он тут же пропустил целую серию ударов. Но окончательно вырубил его прямой в голову, профессионально проведенный Чингизом из очень неудобной позиции.

Брайан тяжело рухнул на пол, изрядно ударившись головой. Чингиз сел рядом, горестно ощупывая друга.

— Жить будет, — констатировал он через некоторое время. — Околдован!

Последний диагноз я и сам уже сумел поставить. Иначе с какой стати Брайан атаковал нас? Значит, он успел повстречаться с тем, кто был сильнее, и кто сумел натравить нашего же сотрудника на нас самих.

А Лена? Неужели она теперь одна, без присмотра?!

Чингиз тоже это сообразил.

— Езжай, — тоном, не терпящим возражений, приказал он. — Проследи за ней! А я тут разберусь!..

Дважды повторять мне не требовалось. Я бросил короткий взгляд на Вика — тот дышал тяжело, но ровно, и выскочил в приемную.

Оля лежала на полу рядом со своим столом, но, кажется, с ней было все в порядке. Извинения позже. Если жива, то все будет хорошо! Главное, Лена!

Даже если таинственный кукловод прислал Брайана лишь затем, чтобы убить крыкса, это не значит, что он не решит воспользоваться удачной возможностью и не попытается заодно уничтожить окончательно и беззащитную в настоящий момент Лену.

Я гнал по городу, словно сумасшедший. Ворота клиники Холмогорова еще не закрыли, несмотря на поздний час. Я промчался до главного входа, выскочил из машины и забежал в корпус, выхватив Глок.

Вокруг стояла тишина. Я не увидел ни медсестер, ни охранников, ни самого доктора. Дом словно вымер. Неужели он уже здесь?

Я побежал вперед, заглядывая поочередно во все комнаты. Пусто.

И тут заиграла музыка. Классическая мелодия в великолепном исполнении приковала меня на мгновение к месту, заставив поневоле насладиться гармоничным звучанием изумительного оркестра.

А потом в партию вступил женский голос. Я не сразу узнал исполнительницу, слишком давно в последний раз слышал ее.

Но узнав, замер. Пела Мария Каллас. И именно в ее честь был назван сорт роз, бутоны которого обнаружили в желудках жертв.

И в тот же миг на все окна опустились тяжелые бронированные внешние ставни, полностью перекрыв обзор и возможность к бегству. Наступила абсолютная темнота.

А музыка все играла, и божественное сопрано Марии выводило изумительные рулады.

Мысли беспорядочно метались в моей голове. Что происходит — вот главный вопрос, ответ на который я хотел бы знать!

Я шагнул вперед, но пол внезапно исчез под моими ногами. Левитация! Нет, слишком поздно, для этого надо хотя бы несколько секунд подготовки.

Я попытался сгруппироваться, но удар оказался слишком сильным. Пистолет отлетел в сторону, а я мгновенно уплыл в далекие страны, куда нет хода в обычном состоянии.

А если бы в тот момент я мог посмотреть на себя со стороны, то решительно бы заявил, что умер…


Глава 3 | Мир под Контролем. Фактор Трикстера | Глава 5