home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава 1

О том, что некромант Шуббин умер страшной смертью, я узнал одним из первых.

Так уж вышло, что в тот день в нашем офисе остался только я да Костик, наш новый сотрудник — скелет, с некоторого времени исполняющий обязанности сторожа и охранника. И когда зазвонил телефон, трубку снял именно я, и ехать на вызов пришлось мне. Не Костика же туда отправлять…

А остальные наши коллеги оказались крайне заняты, и все благодаря недавней истории с мошенником высшей пробы Козловым и его бандой. Результаты работы Отдела были признаны в Москве неудовлетворительными, и к нам в Чертанск отправили спецкомиссию в составе трех человек, точнее, одного человека, одного гнома и одной очень въедливой ведьмы. И в эту минуту комиссия в полном составе на полигоне изучала профпригодность нашей команды, оставив лишь меня в качестве представителя Службы на рабочем месте. Мне же подобная проверка предстояла в будущем, и от ее результатов зависело, останусь ли я сотоварищи в Отделе или нас с позором выгонят со службы, отправив на вольные хлеба с пометкой «за несоответствие занимаемой должности».

Шеф, вернувшийся из поездки в дурном расположении духа, контролировал действия комиссии. С нами же инцидент не обсуждал, считая, что мы сами во всем виноваты и должны понести заслуженное наказание.

А Оля, которой проверка грозила лишь косвенно, от греха подальше взяла больничный и сидела дома, периодически позванивая в офис и интересуясь текущим состоянием дел.

Поэтому мое настроение не являлось в тот день примером бодрости и веселья, и, когда раздался звонок, я резко поднял трубку и мрачно сообщил:

— Дежурный Стоцкий у аппарата.

— Босс! Беда! Босс!

Так меня во всем мире называл только один человек, точнее, не человек, а домовой Афанасий — служащий небольшой гостиницы, а по совместительству мой агент-информатор.

— Так, не тараторь! Говори четко, что случилось?

— Босс! — Афоня говорил хрипло и сбивчиво. — Приезжайте! Срочно! Начальника убили!

— Какого еще начальника? — не сразу сообразил я.

— Шуббин, он мертв. Разрезан на куски. Мы нашли его десять минут назад!

Шуббина я знал по той самой истории с Козловым. Ведьма Третьего круга, незабвенная Лиридона Шалай влюбила в себя грозного некроманта и облапошила на круглую сумму, причем дважды. Шуббин, как только скинул с себя любовные оковы, пришел в ярость, грозился отыскать всех членов банды и жестоко их наказать, но я считал, что шансов у него мало. Козлов и его ребята укатили в неизвестном направлении, и вероятность их скорой поимки стремилась к нулю. Слишком они были хитры, осторожны и умели заметать следы, чтобы попасть в руки одного из своих многочисленных недоброжелателей.

— Стоп! Кто это «мы»? Где нашли?

— Он в своем кабинете. Администратор его обнаружила. Нинка! Она до сих пор в обмороке, но это понятно. Перетрусила. Босс, вы бы видели, сколько тут крови!

А вот теперь я услышал в его голосе неподдельный страх. От него парень и хрипел. Страх сдавливал ему горло, не давая говорить. А чтобы так испугался много повидавший в этой жизни, ушлый домовой, должно произойти нечто экстраординарное.

— Афанасий, без паники! Я уже еду!

— Жду вас, босс!

Так, нужно позвонить шефу. Я нажал кнопку быстрого набора. «Аппарат абонента отключен или находится вне зоны действия сети…» Эх, как не вовремя! Очевидно, он выключил телефон на полигоне. Что у Вика? То же самое. И Лена недоступна. Ладно, поеду один, а здесь за старшего оставлю Костика.

Я включил автоответчик, сделал пару наказов скелету, который равнодушно кивнул мне в ответ, и вышел на улицу, по дороге активировав все защитные заклятья. Теперь к нам в офис так просто с улицы не попасть.

На улице я непроизвольно поежился — до Нового Года оставалась пара недель, и погода соответствовала времени года. Высокие сугробы окружали парковку со всех сторон. Снега выпало так много, что коммунальные службы не справлялись, дворники организованными группами работали круглосуточно. Но погода побеждала человеческие усилия. На дорогах из-за заносов выстраивались многокилометровые пробки. И, несмотря на огни праздничной иллюминации, на сияние гирлянд и новогодних витрин, на радостные лица людей, мне казалось, что зима будет вечной.

На парковке одиноко стоял рабочий «форд». Я минут десять прогревал двигатель и очищал от снега стекла. Конечно, я мог бы воспользоваться магией, но сейчас мне почему-то хотелось действовать, как обычному человеку — скребком и щеткой. Надо же ведь и руками иногда работать, в конце-то концов! Отвлекает от дурных мыслей.

Наконец я смог выехать с парковки, но ехать пришлось медленно, в потоке озлобленных водителей. Поэтому, когда я добрался до места, Афанасий изрядно замерз, по привычке ожидая моего появления на улице. Его густые брови заиндевели, кудрявая голова успела покрыться толстым слоем снега, а губы посинели от холода.

— Босс, — приветствовал он меня, и мелкая дрожь била при этом все его кривоватое неказистое тело.

— Ждал бы внутри. Зачем тут торчишь?

— Лучше здесь, чем там. Страшно…

Это я мог понять, все домовые достаточно трусливы от природы, а тут иного и ожидать не стоило, учитывая обстоятельства.

— Показывай! — приказал я, и Афоня услужливо открыл дверь, пропуская меня в гостиницу. — Полицию вызывали?

— Нет, я решил, что это дело внутреннее. Работа для Службы. Что тут делать обычным ментам?

Он был прав. Даже случись полицейским первыми заняться этим или любым другим делом, имеющим отношения к Малым Народам либо к обладающим Даром, все равно в итоге оно перешло бы под нашу юрисдикцию. Конечно, чистильщики провели бы ряд мероприятий, корректирующих воспоминания, а мне пришлось бы в очередной раз предъявлять фальшивые корочки, но итог оказался бы тем же. Все происшествия среди Малых Народов расследовали исключительно мы — Служба Контроля.

Кабинет Шуббина располагался на первом этаже гостиницы, подниматься наверх не пришлось. Мы прошли через холл, миновали стойку администратора, которая в данный момент пустовала и, открыв неприметную дверь, попали в короткий коридор.

— Слева кухня и комнаты для персонала, справа его кабинет, — пояснил Афоня, приотстав на пару шагов. Видно было, что идти внутрь ему совершенно не хотелось.

— В кухне кто-то есть?

— Сегодня никого. А после случившегося я заблокировал все входы и выходы. Включил «охранку».

Домовой явно превысил свои полномочия, но в данном случае поступил правильно.

— Молодец! Следуй за мной!

Я на всякий случай достал Глок и толкнул дверь в кабинет. Она легко и бесшумно распахнулась, открыв нашим взорам ужасающую картину: стены, выкрашенные в светлые тона, оказались испещрены странными рисунками красного цвета, на длинном столе для совещаний в строгом порядке лежали кем-то любовно разложенные куски человеческого тела, только руки были перепутаны с ногами, а внутренние органы развешены на рядком стоящих стульях. Голова отсутствовала.

На полу, рядом с огромной лужей крови, лежала женщина. Нина — так, кажется, назвал ее домовой. По-моему однажды я ее уже видел, когда арестовывал в этой гостинице ведьму. Впрочем, память на лица у меня была не слишком хорошая, по крайней мере, на человеческие лица. Вот гоблинов, гномов и прочих представителей Малых Народов я различал и запоминал довольно ловко.

Разглядев всю картину целиком, я едва сдержал рвотные позывы, но, справившись с собой, спросил Афоню мгновенно охрипшим голосом:

— Ты уверен, что это Шуббин? Головы-то нет!

— Точно уверен, босс. Это он! Татуировки на плече и на левом предплечье. Его! Я как-то прислуживал им с друзьями в сауне — парил их вениками, так что рассмотрел все внимательно. У Шуббина на плече череп с красными зубами. Не могу ошибаться!

Так, что делать? Первым делом собраться с духом и решиться зайти в комнату. Я сделал несколько глубоких вздохов и приказал домовому:

— Сейчас выносим Нину, я наложу на нее сонное заклятье. Пусть отдохнет, придет в себя. Ты вызывай чистильщиков и оставайся за стойкой, «охранку» пока что отключи. А я осмотрю место происшествия. Вопросы?

Афоня покачал головой, демонстрируя высокую степень сообразительности. Он все надеялся пристроиться к нам на работу, и я даже обещал посодействовать ему, но в последнее время подходить с подобными просьбами к шефу было, по меньшей мере, небезопасно.

Мы осторожно зашли в комнату, обходя кровавую лужу, и, прихватив администратора Нину за руки и ноги, осторожно вынесли бедняжку в коридор. Хорошо, что тащить тяжелую мадам предстояло недалеко. Афанасий локтем открыл дверь в комнату персонала, мы внесли Нину внутрь и уложили на небольшой потертый диванчик, и я тут же прошептал формулу крепкого здорового сна с легкой долей амнезии.

Лицо Нины разгладилось, умиротворилось, и она тут же довольно громко захрапела, перевернувшись на правый бок.

— Так, с ней будет все в порядке, — сообщил я. — Делай, что я тебе сказал!

— Конечно, босс! Все исполню в лучшем виде! — пообещал домовой и бегом умчался прочь, подальше от страшной комнаты.

А я вышел в коридор, дошел до приоткрытой двери и закурил, не решаясь вновь заглянуть внутрь.

Нет, я повидал за время своей работы в Службе много разного. Были и смерти, и смерти кровавые, но вот с такой мясницкой работой я сталкивался впервые. Хладнокровно разрубить человека на части, выложив тут же рядом его внутренности — кто способен на подобное?

Это не человек. Не мог человек поступить подобным образом! Значит, искать придется среди самых отпетых уголовных элементов Чертанска. Проверить оборотней, гоблинов и всех прочих, принадлежавших к группе риска. Обязательно съездить в корпус некромантов, поспрашивать, не было ли у Спиридона Шуббина врагов. Узнать, не проводил ли он опасные эксперименты? Вполне возможно, что это очередной зомби вырвался на свободу. Ведь мог некромант потерять над ним контроль? Вполне. Но зомби сожрал бы тело несчастного Шуббина… Нет, тут что-то иное…

Я поймал себя на мысли, что всячески оттягиваю, не желаю заходить в комнату, и осознав это, тут же двумя затяжками докурил сигарету, затушил окурок каблуком и резко шагнул внутрь.

Там ничего не изменилось. Все те же куски свежего мяса на столе, длинные кишки на стульях, кровь на полу…

Если забыть на минуту о том, что все это в совокупности еще недавно являлось живым человеком, то выглядела инсталляция даже элегантно. Внутренности висели, сплетаясь в замысловатый узор, пальцы на кистях рук, лежащих ладонями вверх, были перекрещены между собой, половые органы некроманта скромно прикрывал легкий шелковый платок. Помимо платка на теле не имелось иной одежды, а все вещи покойного я обнаружил сваленными в беспорядочную кучу в углу кабинета.

Произведя внешний осмотр останков, я увидел те самые татуировки, о которых говорил Афанасий. На предплечье — стандартная для любого члена корпуса — короткий жезл и чаша, а на плече — череп с пустыми черными глазницами и ярко-алыми зубами — это уже личное. По ней Шуббина и смог опознать домовой.

Нет, это точно не работа зомби. Шуббин был сильным и опытным некромантом, и не позволил бы себя убить простому ходячему мертвецу. Эту версию можно сразу откинуть, как нелепую.

Я обошел стол вокруг, стараясь обнаружить хоть что-то. Не мог же преступник совершить подобное и совершенно не наследить?.. Или мог? По крайней мере, я ничего не видел. Пол сиял чистотой, если не считать луж крови.

Так, хорошо. А знаки на стене? Что они означали?

Символика была мне незнакома. Ни на один из известных мне языков надписи не походили. Я аккуратно сфотографировал на телефон с разных ракурсов комнату, тело, стены. Пусть Лена над этим голову ломает. Если ее, конечно, еще не уволили…

Судя по всему, некроманта убили прямо в кабинете, иначе снаружи остались бы следы, к тому же переноска тела не могла не сопровождаться шумом, который наверняка услышали бы, персонал обратил бы внимание, а раз этого не случилось, то все произошло здесь. Но вот как убийца попал внутрь? Надо проверить записи камер наблюдения — это раз. Во-вторых, расспросить Афоню и Нину, не видели ли они кого подозрительного. Не невидимка ведь злодей…

Да, и с чего я решил, что убийца действовал в одиночку? Вполне возможно, что их было несколько.

И, наконец, где же голова?

Я в задумчивости покинул кабинет и, миновав коридорчик, вышел к стойке администрации.

Афони там не было. Очевидно, он вопреки моему приказу дожидался прибытия группы чистильщиков на улице.

Что ж, значит как раз можно просмотреть записи камер наблюдения. Тем более что компьютер на столе удачно включен, а на экране приветливо мерцала заставка.

Так, что тут у нас? Стандартная система, пароля нет. Вот данные с камер, интересно! Хорошо, по камере на каждом этаже, одна камера в холле — видно стойку администрации. Одна на улице, но она, очевидно, сломана. Придется довольствоваться единственной подходящей мне камерой, установленной в холле. Прокрутим с самого утра.

7:02. Нина сменила за стойкой напарницу. Выпила чашку чая, потом еще одну. Посетителей нет.

7:35. Гостиницу покинул невысокий мужичек в дубленке, с сумкой через плечо. Ничего особенного. На вид простой постоялец.

7:59. Прибыл Шуббин. Один. Коротко переговорил с Ниной и скрылся в коридоре за стойкой.

8:16. Афоня приблизился к стойке и завел с Ниной беседу. Выпили по кружке чая.

9:00. Сначала домовой, затем и администратор вышли на улицу. Видно, решили устроить перекур.

9:03. В холл зашел подозрительный субъект в длинном черном пальто до пят и широкополой шляпе, полностью закрывающей лицо. Судя по тому, что ни Нина, ни Афоня не вошли за ним следом, гостя они не видели. Субъект огляделся по сторонам и, недолго думая, скрылся в коридоре за стойкой.

Вот он — наш убийца! Дождался, пока администратор и домовой выйдут покурить. Скорее всего, они зашли за угол дома, там я видел массивную пепельницу. И, как только вход в гостиницу оказался свободен, преступник тут же проник внутрь.

Так, интересно, что же случилось дальше?

9:14. Афоня и Нина вернулись к стойке. Опять чай. Да, служба здесь не слишком утомительная.

До 11:30 ничего особого не происходило. Наша парочка еще пару раз отлучалась на перекуры, но субъект в пальто не появлялся.

И, наконец, бинго! 11:59. Нина уходит по лестнице на второй этаж, Афоня следует за ней. И как только они скрываются из виду, дверь за стойкой приоткрывается, и оттуда выходит незнакомец. Шляпа все так же скрывает его лицо, а пальто не позволяет рассмотреть фигуру. Он скорее толст, но вдруг на нем два свитера — тут сложно понять, тем более что картинка особой четкостью не отличалась…

Человек в пальто спокойно покидает гостиницу незамеченным. Еще через полчаса Нина возвращается и скрывается в коридоре. Надо думать, что она заорала, потому как Афоня примчался на зов через несколько секунд.

Вот он забегает за стойку, а через минуту вновь появляется в кадре, держась за живот. Не стошнило, молодец!

Афоня хватается за голову, видно, рассуждая, что предпринять. Потом снимает трубку с телефона, стоящего на столе, и лихорадочно набирает номер.

Все правильно, время совпадает. Это он позвонил мне.

Теперь, по крайней мере, ясно, что убийца действовал в одиночку, и что ни Нина, ни Афанасий к смерти Шуббина не причастны. Конечно, теоретически они могли сговориться с преступником и специально покинуть холл, чтобы дать ему возможность прийти и уйти незамеченным. Но это только теоретически. На практике я четко знал, что, хотя Афоня особым умом не блещет, но и он не настолько туп, чтобы вызывать Службу Контроля в моем лице, будучи замешенным в грязных делах.

По поводу Нины я ничего сказать не мог, но, учитывая ее простоватое лицо, да и невысокую зарплату, особым интеллектом и она не блистала.

Значит, их смело исключаю из списка подозреваемых.

Я, недолго думая, отправил запись с камеры на наш офисный компьютер. Пусть Лена еще раз просмотрит в более спокойной обстановке. Может, заметит, что я не приметил…

Входная дверь отворилась. Афоня вбежал в тепло, дуя на замерзшие на морозе ладони.

— Босс! Они приехали!

Следом за ним в холл вошли пятеро серьезного вида мужчин со Стасом во главе. Он тоже являлся некромантом, хотя и не достиг еще высот Шуббина, и я не удивился, что на этот вызов старшим назначили именно его.

— Стоцкий, — приветствовал меня Стас. — Что там?

— Все очень плохо, — я пожал протянутую руку. Остальным просто кивнул. Чистильщики не очень любили нас — детективов. По их мнению, мы только и создавали лишние проблемы. Да, работа у ребят грязная, но зато оплачивается по высшим ставкам. Это первый плюс. Во-вторых, неоценимый опыт. А в-третьих, чистильщиков охотно продвигали по карьерной лестнице. Это было своего рода дополнительной платой за тяжкий труд.

— Насколько плохо? — уточнил Стас.

— По десятибалльной шкале на двенадцать. Там просто кровавое месиво. Жуткое зрелище. Пусть твои люди действуют крайне аккуратно, о любых найденных уликах незамедлительно сообщать мне. Договорились?

— Конечно, — легко согласился Стас, но глаза его подозрительно сузились. Я понял, что теперь не только мы, но и весь корпус некромантов будет искать убийцу. Такие проступки не прощались никому.

— Я тебя прошу, Стас, без самодеятельности! Если что-то найдете — сразу звони! Мой номер ты знаешь!

— Позвоню.

— Хорошо, тогда я в офис. Здесь мне больше делать нечего.

— Слышал, у вас проблемы?

— Разберемся, не впервой, — отмахнулся я, не желая посвящать посторонних во внутренние дела.

Стас кивнул, и, более не глядя на меня, пошел следом за Афоней, который показывал путь, все еще дрожа, то ли от страха, то ли от холода.

Но Стас был прав. Приезд комиссии не предвещал ничего хорошего. Когда я вернулся в офис, все уже оказались на месте. Даже шеф сидел в совещательной комнате, попыхивая толстой сигарой.

— Изволили прогуливаться? — ласково поинтересовался он. Когда шеф обращался на «вы», не стоило ожидать чего-то хорошего, мы все это знали…

— У нас убийство, — ответил я, и Вик, до этого уныло развалившийся на стуле, тут же весь подобрался. — Некромант Шуббин. Убит в собственной гостинице…

— Докладывайте, Стоцкий! — приказал шеф и выпустил густое облако дыма.

Пока я рассказывал обо всем, что видел, шеф, Лена и Вик слушали, не перебивая. Чингиз и Брайан почти сразу ушли в зал тренироваться. Их работа наступит после — когда нужно будет арестовывать убийцу, поимка же злодея — не их компетенция. Везет же некоторым, не податься ли самому в Истребители?..

— Елена, — выслушав доклад, шеф тут же начал раздавать задания, — вы на связи с чистильщиками. Проверьте также сводку полиции за последнюю неделю, не было ли похожих ситуаций. Постарайтесь увеличить изображение преступника с камеры наблюдения. Может быть, удастся разглядеть лицо или какие-то приметные детали внешности, одежды. Виктор, вы отправляетесь в университет. Отработайте круг знакомых, коллег. Нельзя исключать версию личной мести, тем более что способ убийства… хм… достаточно специфичен.

Я понял, о чем он. Все некроманты практически поголовно учились параллельно в медицинском институте и прекрасно ориентировались в анатомии человеческого тела — это было крайне важно для их дальнейших опытов и экспериментов по основной деятельности. А Шуббина разрезали на куски, причем достаточно аккуратно, я бы даже сказал — красиво. Это мог проделать тот, кто привык обращаться со скальпелем и хирургической пилой. Поэтому, конечно, первым делом необходима проверка корпуса, я сам думал так же.

— Елисей, — продолжил шеф, — а вам придется для начала поучаствовать в одной беседе. Понимаю, не вовремя, но ничего поделать не могу. Иначе просто не имею права допустить вас до работы, несмотря на экстренную ситуацию.

— Понятно, я готов… — а что еще отвечать? Хочешь — не хочешь, выбора нет. — Куда ехать?

— Никуда ехать не нужно, комиссия здесь, в моем кабинете. Там с вами поговорят. Если разговор пройдет успешно, вы будете допущены до полигона…

Я молча кивнул. Вик уже сорвался с места и умчался в университет, Лена ушла в свой кабинет, только Костик тихо сидел в углу и смотрел в одну точку на стене. Шеф, кстати, отнесся к появлению скелета в нашем офисе спокойно. Только лишь просканировал его лично, убедившись, что Костик никому постороннему точно не подчиняется, и дал добро на его службу, тем более что она никак не оплачивалась. После этого я распространил на всех членов нашего Отдела право повелевать Костиком, и с тех пор он непрестанно жил и трудился у нас в Отделе. Оля облагородила кладовку, поставив туда раскладушку, табурет и телевизор, и Костик в свободное время включал один из каналов и непрестанно пялился на экран.

— Пойдемте, Стоцкий. Я буду присутствовать в качестве наблюдателя без права голоса. Мой вам совет — отвечайте обдуманно. Комиссия в дурном настроении.

— А как ребята? Они сдали тест?

— Полигон они прошли успешно, — кивнул шеф. — Беседы же «удостоились» только Елена и Виктор. Результат положительный. Поэтому комиссия и не в настроении. Им обязательно нужен козел отпущения. Имейте это в виду.

Ну, хоть ребят проблемы обошли стороной, теперь главное и мне не подкачать!.. Да, меня явно будут валить, и даже шеф не сможет помочь. Да и захочет ли? С одной стороны, ему тоже хочется, чтобы комиссия, наконец, от нас отстала. Так не легче ли отдать им того самого пресловутого козла на заклание? И не я ли им оказался?

— Пойдемте со мной.

Шеф шел первым, я следом. Как же не вовремя случилось это убийство! Преступник будто знал о наших трудностях и специально выбрал такой день, когда им особо некому заняться.

Кабинет Яхонта Марии Игоревича фон Штарка, профессора истории и криминологии, члена-корреспондента всевозможных мировых академий, официального представителя Совета в нашем регионе, а так же начальника Чертанского отделения Службы Контроля, всегда поражал меня.

Ничего лишнего: рабочий стол дорогих пород дерева с компактным ноутбуком, удобное глубокое кресло, несколько стульев, мягкий ковер, пара светильников на стенах, широкое окно, выходящее на реку, стол для совещаний, который редко оказывался занят: ведь в основном все собрания проводились на первом этаже — и полки во всю стену, заставленные книгами и документами.

И, конечно, фортепиано. Ослепительно белое, оно гордо стояло в дальнем углу. Сам я ни разу не слышал, чтобы шеф играл на нем. Но само его присутствие придавало кабинету изысканную утонченность и аристократизм.

Теперь же за столом для совещаний в строгих позах с подчеркнуто прямыми спинами сидели представители комиссии. Я их уже видел с утра, когда принимал дежурство, но представиться они не соизволили. Да меня особо и не интересовали их имена, хотелось только, чтобы они поскорее убрались обратно в свою Москву. Все, что я о них знал — их расовую и клановую принадлежность: человек, гном и ведьма. Да, с некоторых пор ведьмы стали входить в высшие круги Совета, как и некроманты, и многие другие представители традиционно темных сил. Кому-то это не нравилось, мне же было все равно.

Шеф прошел за свой стол, стоявший у окна, и по дороге сообщил членам комиссии:

— Это Стоцкий, маг-детектив. Прошу вас, приступайте!

Начал, как ни странно, не человек, а гном:

— Садитесь, — он указал на свободный стул напротив. Я сел и от нечего делать стал вглядываться в их лица.

Гном заинтересовал меня больше прочих. Ухоженная борода, дорогой костюм, перстень на пальце и хорошая прическа — все говорило о его состоятельности, только лишь крикливо-яркий галстук оставлял сомнения в чувстве вкуса. Казалось, что одевали его исключительно специалисты-имиджмейкеры, настолько все вместе гармонировало между собой, а вот галстук гном выбрал сам, показав свое глубинное нутро работяги, выбившегося чудом в высшие сферы.

Ведьма, конечно, была красива, как и все обладатели этого Дара. Одета в деловой костюм, который очень ей шел. Минимум макияжа, но он ведьме и не требовался, она и так была чертовски хороша. Возраст ее определить я не смог, после тридцати они практически не старели до самой смерти.

А вот человек оказался ничем внешне непримечателен. За пятьдесят, лысоват, полноват, глаза слегка прикрыты, будто задремал, и весь общий его вид навевал сон и тоску.

— Как вы уже знаете, Стоцкий, — продолжил гном, — работа Чертанского отдела признана неудовлетворительной по результатам последних событий. У вас есть, что сказать по этому поводу?

— Я уже все написал в рапорте, — мне не хотелось оправдываться перед этой троицей столичных хлыщей. — Мы сделали, что могли. И не наша вина, что Козлов и его люди сумели скрыться.

— Ну-ну, — неприятно улыбнулся гном. — Как это не ваша вина? Разве не вы сотрудник Службы Контроля? Разве не ваш коллега произвел арест и доставил преступника в камеру, а вы упустили его?

— Все было не так, — рассердился я. — Вы вообще читали мой рапорт?

— Читал, — кивнул гном. — Мы все его читали. Занимательное чтиво, знаете ли… Оставляет больше вопросов, чем дает ответов. Зачем, к примеру, вы притащили этого вашего Костика-скелета в офис? Ведь именно он сумел освободить Козлова из карцера?

— Послушайте, это что — допрос? Я думал, что пришел на переаттестацию!

— Нет, детектив, это не допрос. Это Беседа в рамках законов Совета. Вы можете и не отвечать на вопросы, но в ваших интересах суметь нас удовлетворить.

— Я вам не девочка, чтобы вас удовлетворять, и не тарелка борща, — при этих словах шеф слегка поморщился, и я слегка сбавил темп и повторил вновь: — Я все изложил в рапорте. Скелет попался мне случайно. Я пожалел его, не дал уничтожить.

— А можете ли вы допустить, что находились в тот момент под воздействием? — внезапно спросила ведьма, заглянув мне в глаза.

— Нет, — твердо покачал я головой. — Ваша коллега, госпожа Шалай, пыталась на меня воздействовать в тот день, но по ее же собственным словам, практически безуспешно.

— Что значит «практически»?

— Глубинному гипнозу я не подвергся, лишь самой легкой степени.

— Вы могли себя контролировать?

— Полностью!

Ведьма замолчала, гном тоже молчал, разглядывая меня, а человек все дремал на своем стуле. Казалось, разговор его не интересует.

Я бросил взгляд в сторону шефа — тот на происходящее больше не обращал внимания, а занимался изучением ногтей на левой руке.

— Первое правило Службы Контроля? — внезапно спросил гном.

— Всегда действовать во имя интересов Совета, — отчеканил я.

— А если интересы Совета пересекаются с человеческими законами?

— Интересы Совета превыше всего!

— Что скажете по поводу прав Малых Народов?

— Каждый представитель любого из Малых Народов имеет равные с другими права. Никто не выше прочих.

— А люди?

— Люди в том числе. Все равны до тех пор, пока не преступили законы Совета.

Гном забарабанил пальцами по столу и переглянулся с ведьмой. Что это с ними? Неужели для этого меня сюда и позвали — спрашивать прописные истины, известные каждому со школьной скамьи? Или все происходящее лишь подготовка к серьезным по-настоящему вопросам?

— Мне послышалось, или сегодня в городе случилось очередное преступление? — человек впервые открыл глаза. Они оказались пронзительно-синего цвета.

— Убийство. Я был на выезде.

Интересно, как он узнал? Ведь вниз никто не спускался, а шеф еще ничего им не рассказал.

— Интересное дело? — с любопытством спросил синеглазый.

— Жуткое, — честно ответил я.

— Тогда идите и работайте, Стоцкий. Не смеем вас больше задерживать! Полигон пройдете завтра с утра. Это все.

Я кивнул и в некоем недоумении покинул кабинет. К чему весь этот цирк? Сначала пытались пробить мою защиту странными подозрениями, потом нелепые вопросы. И в конце концов простое — «идите». Ну что ж, раз меня не отстранили и даже четко приказали, буду работать. Шеф мне никаких особых указаний не давал, значит, можно действовать по собственному разумению.

Лена занялась аналитикой, Вик отправился в университет, а я наведаюсь в одно местечко, где, может быть, мне поведают свежие сплетни относительно произошедшего. Наверняка весь город уже кипит, бурно обсуждая далеко не рядовое событие. Убийства у нас случались, но чтобы настолько жестокое, да еще с персоной уровня некроманта — это настоящее ЧП.

Я как раз садился в машину, когда зазвонил телефон. Стас! Может, у него есть что-то новое?

— Слушаю, Стоцкий.

— Лис, мы отправили труп… точнее, то, что от него осталось, на экспертизу доктору Холмогорову. Место зачистили. В газеты дали некролог.

— И что вы в нем указали?

— Как обычно, — удивился Стас, — сердечная недостаточность. Справку о смерти уже подготовили. Все, как полагается.

— Я не сомневался в вашей компетентности, — извинился я. — Просто день нервный.

— Понимаю, — Стас помолчал. — В общем, все вопросы к Холмогорову.

— Хорошо, если будут новости, звони Лене.

— Договорились…

Разговор прервался. Стас никогда не любил прощаться.

Так, куда сначала: к доктору или собирать сплетни? Доктор Холмогоров жил и практиковал в частном доме в черте города. Он не состоял в штате чистильщиков, но иногда в особо серьезных случаях занимался изучением останков. Номер его телефона, кажется, у меня был записан…

Точно! Я нашел нужную фамилию и нажал кнопку вызова. Трубку долгое время не поднимали. Наконец, после двенадцатого гудка, раздался раздраженный голос:

— Что вам надо, сиреневый демон вас раздери?!

— Доктор, извините за беспокойство, это детектив Стоцкий, Служба Контроля. Я по поводу трупа, который вам недавно доставили…

— Стоцкий? Как же, помню. С трупом я еще не закончил. Единственное, что могу сообщить: в желудке у покойного я обнаружил цветок — красную розу. Точнее, не всю розу, а лишь ее бутон. Это вам о чем-то говорит?

— Нет, — растерялся я.

— Тогда работайте, Стоцкий, работайте! Если что, ваш номер у меня есть!..

И Холмогоров по примеру Стаса отключился, не прощаясь. Да что за день сегодня такой? И почему каждый норовит послать меня работать? Может, ну ее, эту службу? Написать «по собственному» и уйти? Без работы я не останусь, это точно… Вот только что скажут Вик и остальные?..

Так, ладно, об этом подумаю после. Более интересный вопрос: что делал бутон розы в желудке Шуббина? Употребил ли он его в пищу из собственных неизвестных мне соображений или преступник заставил некроманта это сделать? Вот вопрос!

Я скинул Лене сообщение о розе, мало ли, вдруг пригодится, а сам поехал в гоблинский ночной клуб «Плесень», который днем работал, как обычная забегаловка среднего уровня. Меня там знали хорошо, хотя не могу сказать, что любили. Как-то раз мы помогли хозяину заведения, гоблину Зельдену, распутать смерть его подружки, поэтому кредит мне и моим коллегам там всегда был открыт.

В клубе традиционно собирались представители нижних социальных слоев Малых Народов, которых не желали лицезреть в эльфийской «Высокой Луне» и прочих заведениях элитарного уровня.

Зато в «Плесень» пускали всех. Зельден поднялся высоко — редкость для гоблина, но он не забыл свои корни. Его уважали, и заведение процветало, при этом в нем редко случались инциденты. А может, нам о них просто-напросто не сообщали, стараясь уладить все проблемы своими силами.

Сам хозяин заведения еще не приехал, но тролли-охранники впустили меня без вопросов, сразу признав. Да и попробовали бы не узнать! В этом часу в «Плесени» было еще малолюдно, основная масса посетителей собирались к полуночи, но несколько знакомых физиономий за столиками я все же разглядел. То, что надо!

— Привет, Чикерс!

Маленький синий гоблин тоскливо поднял на меня глаза и отставил в сторону банку с «Жижей Б-10» — традиционной гоблинской выпивкой, одной из немногих, которая вообще способна их пронять.

— А, это ты, командир! Давненько не виделись…

Чикерс был абсолютно сумасшедшим, но при этом вполне адекватным, как бы абсурдно ни звучало подобное утверждение. И всегда был в курсе всех свежих новостей.

— Слышал уже про некроманта?

— Слыхал, — подтвердил гоблин. — Ты по этому поводу?

— Да. Что говорят в народе? Кто виноват?

— Я же не твой стукач, командир. Зачем спрашиваешь?

— Нет, Чикерс, ты не мой стукач, — я положил руку на его плечо и несильно сжал. Гоблин скривился, но промолчал. — И я спрашиваю тебя не как стукача, а как честного гражданина, обязанность которого делиться с правоохранительными органами любой полезной информацией. Доступно?

— Вполне, — согласился гоблин, и я отпустил его плечо. — Но разочарую тебя, командир, версий много, но все они — левак! А толком никто ничего не знает.

— Давай, расскажи, а уж я сам решу, левак или нет…

Чикерс задумался ненадолго и отхлебнул из банки.

— Некромант искал исполнителей. Профи-охотников. Хотел найти своих обидчиков и наказать.

— Нашел? — заинтересовался я.

— Никто связываться не хотел, хотя денег он предлагал достаточно. Козлова уважают все, против него далеко не каждый пойдет. Так что мне неизвестно, обнаружил ли он дурные головы. Думаю, нет.

— Хорошо. Был ли он замешан в чем-то незаконном?

— Знаешь, командир, сложно сказать. Некроманты — они от природы своей далеко не добряки, но конкретно о Шуббине мне ничего не известно. Наверняка он вел дела разного рода и связи имел обширные, но чтобы из-за этого умереть, да еще так… Не уверен, что копать надо в этом направлении…

— Что ты имеешь в виду?

— Посуди сам, отвратительная смерть; кто на такое способен?

— Думаешь, это личная месть?

— Возможно, месть, но не личная. Может, он кому-то перешел дорогу…

Да, вполне вероятная версия. Хотя смерть Шуббина и выглядит, как типичное ритуальное убийство, но вполне вероятно, что все специально обставлено подобным образом, чтобы сбить с толку, увести на ложный след.

— Вот еще что, — вспомнил я. — В желудке у некроманта нашли бутон красной розы.

Услышав эти слова Чикерс неожиданно опрокинул банку с напитком и затрясся. Жидкость потекла по столу, но гоблин не обращал на это внимания. Синее лицо его позеленело, кулаки судорожно сжались, зубы застучали.

— Что с тобой? — удивился я.

— Роза… красная роза…

— Ну да, бутон. Он проглотил его перед смертью. Или его заставили это сделать.

— Красная Роза! — вновь повторил гоблин, четко выговаривая слова, будто имя собственное. — Он вернулся!

— Кто он? При чем тут роза?

— Ты не понимаешь, — гоблин вскочил на ноги, мгновенно преобразившись. Пьяная вальяжность исчезла, он был готов к немедленным действиям. И очень напуган. — Я уезжаю из города. Немедленно!

— Стоять! — я мгновенно очутился рядом с ним и вновь крепко схватил за плечо. — Пока не расскажешь все, что знаешь, никуда не поедешь!

— Командир, отпусти, времени нет, бежать надо. Неужели ты ничего не слышал о Красной Розе? Поищи в архивах. Если он вернулся, то над каждым из нас нависла беда.

Гоблин неожиданно резким движением вырвался из моих рук и, не оглядываясь, припустил по залу, через минуту скрывшись в дверях. Я за ним не погнался. Гоблин бегал быстро, да и, собственно, рассказал мне все, что мог. Пусть себе уносит ноги в любом направлении.

Красная Роза. Это прозвище мне прежде не попадалось, иначе я бы запомнил, но ведь Чикерс не зря говорил про архив. Синий гоблин обладал удивительным свойством знать все и обо всем. Ладно, хоть какая-то зацепка, будем копать. Архив так архив…

В «Плесени» мне больше делать было нечего. Нет, на меня не косились охранники и посетители даже после бегства Чикерса. Я бросил на стол купюру, хотя ничего не заказывал, и вышел из заведения.

Снег валил беспрестанно, словно стараясь погрести город под собой, засыпать его навсегда, чтобы и памяти не осталось. Я набрал номер Вика. Он ответил сразу же, но не смог меня порадовать.

— Проверил корпус, поговорил со студентами и преподавателями. Явных врагов у Шуббина не имелось, хотя недоброжелателей хватало. Но, по сути, ничего. Пусто. Ни одного имени, на которое стоило бы обратить внимание. И это несмотря на то, что он значился как один из шести членов правления орденом, и к серьезным деньгам имел доступ. А у тебя что?

— Пока тоже ничего особенного. Так, есть одна зацепка, поеду в офис, покопаюсь в архивах.

— А я сейчас планировал проверить его бизнес. Несколько гостиниц, которыми он владел, плюс еще три фирмы, где он числился учредителем. В общем, работы достаточно. До связи!

— Удачи!..

Вернувшись в офис, я застал в совещательной комнате Степана, читавшего свежий выпуск «Вечернего Чертанска» с планшетки. Парень в последнее время делал огромные успехи, и шеф возлагал на него особые надежды. А ведь начинал Степка как лучший из всех моих знакомых специалист по замкам и охранным сигнализациям. Талант был у него в крови.

— Привет молодым магам! Что пишут?

— Здравствуй, Лис. В основном про некроманта. «Страшная смерть в гостинице». Там на самом деле все так ужасно?

— Даже хуже, — серьезно кивнул я. — Лучше тебе не забивать этим голову. Как успехи в школе? Что нового изучил?

— О! — глаза Степки загорелись. — Смотри!

Он отложил планшет в сторону, сложил пальцы левой руки в особую фигуру, а правую сжал в кулак, пробормотал под нос формулу и показал мне открытую ладонь, над которой висел небольшой светящийся шарик.

— Огненный шар! — гордо заявил Степан.

На самом деле от шарика такого размера даже сложно было прикурить, но я понимал его радость. Огненные шары традиционно входили в боевые заклятья, а пацан есть пацан. Все, что связано с войной и разрушением, стоит на первом месте. Да и кто бы на его месте не возгордился? Огненный шарик, пусть и маленький, это большое достижение!

— Молодец!

— Я знаю! У меня долго не получалось, хотя старался. Шарик — он капризный… — Степка с любовью поглядел на свое творение.

— Шеф у себя?

— Нет, они вчетвером уехали ужинать в ресторан. Лена в кабинете, Костик смотрит телек. Брайан с Чингизом отправились по домам, да и я скоро поеду. А Вик не появлялся.

— Хорошо, я поработаю в архиве. Если Лена спросит, отправляй ее туда…

Степка кивнул и вновь вернулся к своему шарику, заставляя его летать вокруг комнаты, выписывая замысловатые фигуры.

Архив, как и кабинет шефа, располагался на втором этаже нашего здания. Сказать честно, ходили мы туда редко, только если уж совсем выбора не оставалось. Архив давно требовал обработки и сортировки, да и полного перевода на современные цифровые носители, но времени на это ни у кого не находилось. По-хорошему, на месте шефа я бы нанял специального человека, чтобы он со всем и разбирался, но Яхонт Игоревич то ли экономил бюджет, то ли считал, что это дело внутреннее и может подождать. В общем, архив так и находился в плачевном состоянии, им никто толком не занимался, кроме Лены, которая время от времени забредала туда в поисках старых документов и старалась навести там относительный порядок. Поэтому работы мне предстояла масса.

Когда-то давно, когда за архивом еще относительно следили, все папки с бумагами раскладывали по нескольким категориям: внутренний номер дела, степень завершенности, фамилии задействованных лиц. Сейчас же большинство дел валялось вперемешку в старых коробках, и найти в это хаосе жемчужину нужной информации представлялось чрезвычайно сложным.

Но, по крайней мере, я знал, с чего начать.

Красная Роза. Если это кличка человека, то смотреть нужно в каталоге преступников. Вот только какой год выбрать? Так, начнем, пожалуй, с десяти или даже пятнадцатилетней давности. Я тогда еще не работал в Службе, поэтому, вероятно, это имя мне ничего и не говорит.

Я вытащил поочередно десяток толстенных коробок с нужного стеллажа, уселся за стол, высыпал из них стопки с делами и принялся планомерно пролистывать, стараясь найти любую зацепку.

Каких только забавных и грозных прозвищ ни носили наши подопечные. К примеру, кличка Зыбраган. Кто это вообще? Что значит это прозвище? Или, скажем, Термохвост. Судя по личной карточке, гном. Мне не знаком.

Так, дальше. Вася-Лютик — о нем я читал, страшный злодей, убивал в конце 90-х несчастных девушек, работающих в ночных киосках. Насылал на них заклятье доверия, они открывали ему задний вход в киоск, и на этом для них все оканчивалось. Убивал он безжалостно, но прибыль от своих злодеяний имел копеечную. Много ли украдешь в дешевом киоске? Лютика вычислили через три недели и уничтожили при задержании, но погубить он успел целых пять ни в чем не повинных, молодых и красивых девушек…

Перебрав с пару сотен всевозможных Колченогих, Сизых, Культей, Кривозубов, Молотков, Бей-с-Левой и прочих злодеев прошлого, ни малейшего упоминания о Красной Розе я так и не отыскал. Может быть, вернее будет послать сюда Лену с заданием? Она знала архив лучше меня, и если что-то тут и есть по интересующему меня человеку, то только она и способна это отыскать.

Но природное упрямство не давало мне так сразу опустить руки. Я отложил просмотренные папки в сторону и принес с очередного стеллажа несколько новых коробок. Еще через полтора часа я начал потихоньку звереть.

А потом мне пришла в голову одна простая идея. Почему я решил, что Красная Роза — это обязательно имя? Ведь в нашем случае бутон — лишь улика. И если злодея тогда не поймали, а Чикерс явно знал о чем или о ком идет речь — хотя бы понаслышке, — то и искать надо в разделе «нераскрытых дел».

Теперь, когда я обрел надежду, работа у меня пошла веселее. И все равно, я засиделся до позднего вечера, прежде чем обнаружить искомое.

Папка была пыльной и очень толстой, вдобавок перевязана черной траурной лентой. На первой же странице я нашел фотографию, сделанную еще в 198.. году на черно-белый фотоаппарат. Бутон розы на фоне разложенных на анатомическом столе человеческих внутренностей.

Кажется, то что надо!

Я взялся за чтение, и с каждой последующее страницей мрачнел все больше.

Все началось тридцать лет назад, в том самом 198.. году здесь у нас в Чертанске. Серия страшных убийств, преступника так и не отыскали. А в желудке каждой из жертв обнаружили бутон розы, непременно красной. И головы у жертв отсутствовали. Тогдашние работники Службы задержали некоего Глыбу — недавно вышедшего из тюрьмы Совета горгула. Все улики указывали на его причастность, хотя головы жертв так и не обнаружили. К тому же он успел совершить ряд иных преступлений, шустрый оказался малый. Глыба получил пожизненное, но отсидел только семь лет, когда объявился свидетель, показавший, что горгул к смертям не имеет никакого отношения. Дело пересмотрели. Глыбу выпустили, дальнейшая его судьба неизвестна. Компенсации за судебные ошибки в те времена требовать еще не научились, поэтому горгул просто лег на дно, зажил мирной жизнью и Службу более не интересовал.

А убийства повторились вновь, ровно десять лет спустя, с пугающей похожестью. Снова неуловимый преступник, опять бутон красной розы в желудке каждой жертвы, отсутствие голов и никаких следов.

В этот раз обошлось без ошибок следствия, но и злодея не нашли. Убийства вскоре прекратились, и дела перешли в разряд «висяков». Сменили руководство отдела, детективов, но это не принесло результата.

Прошло еще десять лет, и вновь, как и прежде: смерти, розы и отсутствие голов.

Снова уволили начальника Отдела, а на его место пришел фон Штарк и привел с собой Чингиза и Брайана. Но преступник перестал убивать, и вскоре другие заботы вытеснили нераскрытое дело.

И вот теперь, тридцать лет спустя, все вновь, как и прежде. Хотя труп на данный момент имелся лишь один, но бутон в желудке показывал, что это только начало очередного цикла. Дочитав дело до конца, я был в этом абсолютно уверен.

Маньяк — а кто еще способен на подобное? — вернулся. С пугающей регулярностью раз в десять лет он совершал несколько убийств и пропадал. Кто он, зачем совершает преступления, фокус-группа жертв, места совершения убийств? На все эти вопросы в папке ни имелось ответов. Точнее, все предыдущие преступления были скрупулезно и подробно описаны, но в итоге детектив делал вывод: жертвы между собой никак не связаны, кроме того факта, что все они являются представителями Малых Народов либо людьми, обладающими Даром; места преступлений также ни имеют видимой систематики; психологический портрет убийцы составить невозможно… Предполагалось лишь, что это мужчина, хотя и высоких женщин нельзя было исключать из списка возможных подозреваемых.

В общем, невидимый и неуловимый маньяк с огромным опытом. И нам его теперь ловить…

Не позавидуешь, а тут еще эта комиссия… Как все не вовремя…

Неудивительно, что Чикерс, только лишь услышав о розе, поспешил скрыться из города. Под удар мог попасть любой, и гоблин это понимал, вот и решил не рисковать понапрасну. И он совершенно прав…

Я так и сидел, задумчиво глядя на раскрытую папку с неразгаданным делом, когда в архив вошла Лена.

— Собирайся на выезд, у нас второе убийство!..


Глава 5 | Мир под Контролем. Фактор Трикстера | Глава 2