home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Предтечи Нестора Махно

А вот крестьянская организация выходила за рамки понимания. В самом деле – на крестьян привыкли смотреть как на тупое быдло. Или, в лучшем случае – как на неразумных детей, которые сами ничего не могут и не умеют. А тут такое… Чиновники чесали в затылках. Кто же за этими крестьянами стоял?

А никто! Община вполне умела самоорганизовываться. Благо она существовала веками. Стоит вспомнить эпизод из иного времени. В 1918 году, после оккупации Украины немцами, партизанский командир Нестор Махно в кратчайший строк создал в Гуляйольском уезде великолепно действующую подпольную организацию – сеть так называемых повстанческих комитетов. Эти комитеты вели разведку, а затем, выбрав удобный объект для атаки, они давали знать батьке. Одновременно крестьяне доставали из схронов винтовки, садились на коней, соединялись с небольшим, а потому мобильным постоянным отрядом Махно – и наносили по оккупантам мощный неожиданный удар… Создать такую структуру за пару месяцев возможно было только в случае наличия традиций самоорганизации.

Так что за крестьянскими выступлениями стояла именно община. Тем и определялись движущие силы. Этой силой были отнюдь не самые бедные и голодные, как может показаться.

«Середняки, в соответствии с точным определением этого слова, были решающей силой в российском селе и большинства в его общинах. Безземельные и “бобыли“ не имели достаточного веса в деревнях и не могли оказать в одиночку длительного сопротивления в сельской борьбе. Восстание совершалось не маргиналами, а теми, кто отказывался превращаться в таковых. Сила общинного схода была такой, что наиболее богатые обычно не могли удержать контроль над этими общинами. Что касается кулаков в сельской местности России, по крайней мере в крестьянском значении этого термина, они были не обязательно самыми богатыми хозяевами или работодателями, но “не совсем крестьянами“, стоящими в стороне от общин или против них. Наиболее близким крестьянским синонимом термину “кулак“ был в действительности “мироед“ – “тот, кто пожирает общину“…»

(Т. Шанин)

Впрочем, Шанин тут не совсем прав. Как мы увидим дальше, кулаки очень даже участвовали в крестьянском движении. Другое дело – они далеко не всегда «светились». Кулаки имели в деревне большую экономическую власть – а значит, могли действовать чужими руками, оставаясь в тени.

В самом деле, происходившее было выгодно прежде всего кулакам! Ведь идея «выкурить помещиков» и поделить их землю была все-таки достаточно сомнительной в смысле её реализации. Хотя, если бы не крутые действия Столыпина – власть могли бы дожать.

Но ведь имелась и иная, более реальная перспектива. Итак, помещикам жить в усадьбах становится всё более неуютно. Да и дохода в таких условиях имения не приносят. Значит, самое умное – избавиться от такой недвижимости. Продать. При массовых продажах цены на землю упадут. Да и кто станет покупать поместье в «неблагополучной» местности? А значит – под шумок можно земельку скупить… У большинства крестьян денег не было – а вот у кулаков-то они имелись. Кулаки были совсем не глупыми и прекрасно понимали ситуацию. Впрочем, правительство подсуетилось, дабы этого не произошло. Имения продавались Крестьянскому банку, который финансировался правительством. Так вот, руководство банка стремилось избежать падения цен на землю. Как видим, когда начинались интересы помещиков, «рыночные отношения» тут же заканчивались.

А еще имелась такая структура, как Крестьянский союз.

«…В 1905 году возникла общероссийская организация. Организация загадочная, поскольку ее деятельность редко сопровождалась какими-либо документами – крестьяне не хотели плодить бумаги, а часто и не могли по причине неграмотности.

Единственный легальный съезд Крестьянского союза состоялся в ноябре 1905 г. Большинство делегатов были середняками, 25 человек принадлежали к сельской интеллигенции. Из 317 местных организаций ВКС 224, или 70 %, создавались на общинных сходах. Кстати, большинство членов Союза были беспартийными».

(Е. Прудникова)

Вот как описывает очевидец этот съезд:

«Стена крестьянских поддевок и бород; две женщины в платках (представляющие сход крестьянок из деревни неподалеку от Воронежа), делегат без ноги, который прошел весь путь на костылях, несколько интеллигентов в костюмах (в основном сельские учителя), священник в черной рясе (сразу после съезда лишенный духовного сана и сосланный в монастырь “за непослушание”) и единственный в парадной форме армейский офицер в отставке крестьянского происхождения – делегат, который вызвал панику, явившись по такому случаю в мундире, которым он гордился».

«Крестьянские делегаты продемонстрировали высокую степень ясности своих целей. Идеальная Россия их выбора была страной, в которой вся земля принадлежала крестьянам, была разделена между ними и обрабатывалась членами их семей без использования наемной рабочей силы. Все земли России, пригодные для сельскохозяйственного использования, должны были быть переданы крестьянским общинам, которые установили бы уравнительное землепользование в соответствии с размером семьи или “трудовой нормой”, т. е. числом работников в каждой семье. Продажу земли следовало запретить, а частную собственность на землю – отменить».

(Т. Шанин)

Но наиболее интересным в крестьянских выступлениях было то, что они стали брать власть на местах. Тут они явились предшественниками Нестора Махно. Последний ведь был не только талантливым партизанским командиром. В августе 1917 года – то есть до большевистского переворота, Махно захватил власть в Гуляйпольском уезде, где установил порядки, вполне соответствовавшие крестьянским интересам. Помещиков разогнали, землю поделили, всех чиновников и комиссаров[27] (чрезвычайных представителей) Временного правительства послали по известному адресу – и установили «вольные Советы» – по сути, общинное самоуправление.

Ничего особо нового батька не придумал. То же самое происходило и во время первой русской революции. Причем ни анархистами, ни кем-либо иным крестьяне себя не называли.

«…Уже 17 октября 1905 года в Марковской волости Дмитровского уезда Московской губернии на сходе тамошнего сельского общества крестьяне попросили местного агронома выступить с рассказом о манифесте. Аудитория сообщение выслушала и разошлась по домам – думать.

Через две недели, переварив новости, крестьяне собрали второй сход, уже гораздо более представительный. На него сошлись жители нескольких деревень. Сход принял своеобразную “синтетическую” резолюцию, в которой смешались требования крестьянские и политические: демократические свободы, всеобщее образование, наделение землей безземельных крестьян и амнистия политзаключенным. Более того: сход постановил властям не подчиняться, податей не платить и рекрутов не давать до тех пор, пока эти требования не будут выполнены (из чего можно предположить, что агроном, вероятно, был “с народническим уклоном”).

Но все это оказалось только началом. Тут же, на этом сходе, было провозглашено “государство в государстве” – Марковская республика, президентом коей избрали сельского старосту Бурышкина. В ноябре программу дополнили требованиями отмены самодержавия и созыва Учредительного Собрания. Как видим, с обменом идеями между промышленными центрами губернии, радикальной интеллигенцией и сельскими обществами явно было все в порядке.

Республика просуществовала до июля 1906 года. Все это время ею де-факто управлял местный комитет Крестьянского Союза, состоявший из пяти человек. Первое и главное, что они делали, – строго контролировали арендные платежи, поскольку плата за аренду земли в малоземельной Московской области была очень высока. Летом 1906 года полиция вошла на территорию “республики”, староста-президент был арестован. Крестьянские органы власти мгновенно исчезли, испарились, словно бы их и не было. Община – осталась.

В Сумах отделением Крестьянского Союза руководил некто Щербак, двадцать лет пробывший фермером в Калифорнии и, по-видимому, научившийся там не только прогрессивным методам земледелия[28]. В ноябре 1905 года крестьяне запретили в своей волости торговлю землей и взяли в коллективную собственность местный сахарный завод. Отделение Крестьянского Союза установило собственную власть, сместив царских чиновников, ввело свои суды, издавало газету, организовало вместо полиции крестьянскую дружину.

Часто обходились и без Крестьянского Союза. Инициаторами создания мужицких “республик” могли быть кто угодно: активисты РСДРП и эсеров, просто активные местные жители. Сплошь и рядом во главе крестьянского движения оказывались, как естественные лидеры, лавочники, сельские старосты, мельники[29]. Все они были объединены общим интересом, ибо земля, которую брали в аренду, в основном принадлежала помещику – естественному общему врагу всех крестьян, от безземельного бедняка до лавочника, озабоченного повышением платежеспособного спроса.

Образцовыми можно считать события в селе Николаевский городок Саратовской губернии. 1 ноября 1905 года на общем собрании представителей окрестных деревень решено было сместить местные власти, заменив их крестьянскими комитетами, конфисковать оружие и деньги, создать боевые дружины. А главное, провести то, ради чего всю кашу и заварили, – конфискацию помещичьих, удельных и казенных земель, а также помещичьего хлеба и передачу всего этого в безвозмездное пользование крестьянам».

(Е. Прудникова)

Опять же для сравнения. Во время революции 1905 года в некоторых местах захватывали власть и рабочие, создавая Советы. И что же?

Вот, к примеру, «Красноярская республика». Власть в городе захватил Объединённый совет рабочих и солдатских депутатов, в котором заправляли большевики А. А. Рогов, К. В. Кузнецов, И. Н. Воронцов. Совет существовал с 6 декабря 1905 по 3 января 1906 года. Двадцать восемь дней. А в Марковской волости крестьянская власть продержалась семь месяцев. Между прочим, власть Колчака в Омске продержалась ровно год. Вполне сравнимые временные промежутки. Хотя у Колчака была трехсоттысячная армия и поддержка Запада. А у крестьян?

Но самое главное – красноярский Совет решительно не понимал, что делать после захвата власти. А крестьяне понимали.

«Иллюзии продолжались недолго. Манифест 17 октября принимался не ради крестьян. В Государственной Думе – новорожденном российском парламенте – интересы большинства населения страны защищала крохотная трудовая группа. С возомнившим о себе быдлом власть разговаривала сперва огнем и железом, а потом петлей и розгой. Мужику показали и его права, и его место в Российской империи. Он затаился, подчиняясь силе, однако ничего не забыл.

В 1906 году Союз, как и вообще крестьянское движение, был частично разгромлен, а большей частью просто исчез, самоликвидировался, растворился в общинной массе. Что нисколько не означало ликвидацию крестьянского самоуправления, ибо фундамент-то остался. Опыт революции 1905 года показал, что на базе сельской общины любые крестьянские организации возникают с легкостью необыкновенной».

(Е. Прудникова)

Подведем итоги. «Годы красного петуха», как назвали крестьянские выступления, показали: с крестьянским вопросом нужно что-то решать. Пока поздно не стало. Стало понятно и направление реформ. Ведь, как оказалось, община представляла собой не только экономическую, но и политическую проблему. Сельские общества были готовыми революционными структурами. И никакими репрессиями справиться с этим было невозможно. А значит – их требовалось разрушить. Так что столыпинская реформа имела и очень четкую политическую цель.


Осмысленный и бескровный | Петр Столыпин. Революция сверху | Вокруг земельного вопроса