home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Наша история

В 1739 году, в Челябинске жил Михаил Петрович Сажин, 46 лет, с женой Аграфеной Михайловной 30 лет. «До возраста» Михаил рос в отцовском доме в Ярославле, но в 1719 году был выслан в Петербург, где работал лопатником, правда, всего три месяца. И был «отпусчен» с государевой работы. Десять лет жил в Петербурге «своею волею», а потом уехал в Казань, где провел пять лет. После Казани — Уфа, погонщик при Оренбургской артиллерии, наконец, записан полковником Тевкелевым в Челябинскую крепость.

В северной столице Михаил Сажин обитал при Петре I. Столица была молодая, на глазах украшала себя каменными нарядами. Но не стал Михаил столичным жителем. Видно, не давала ему покоя охота к перемене мест. И вынесла его та охота на восточный край государства, в только что сбитую крепость у соснового бора, у чистой реки.

Среди первых жителей Челябы был и Родион Ефимович Метелев 21 году с женой Устиньей 19 лет. Родом он из Вятской провинции, деревни Косых, откуда его брат Филипп, солдат, вывезен в Уфу. В возрасте 16 лет Родион ходил в поход с полковником Тевкелевым в Оренбург, извозчиком в артиллерии. Оттуда с Тевкелевым же дошел до Теченской слободы, и тот же Тевкелев в 1736 году записал его в Челябинскую крепость.

Еще одного из первых челябинцев звали Антипой Дементьевичем Смирновым. Было ему 48 лет. Без жены и без детей. Сам он из Нижегородской губернии, из-под Балахны, дворовый крестьянин. Воспитывался у родственников, а когда подрос, лет двадцать ходил по Волге, кормился работою, которая подвернется. С Волги перебрался на Яик, а с Яика — на завод Демидова. Но там продержался всего год — записался в Челябинскую крепость.

Так можно рассказать о всех первых жителях Челябинска. Вряд ли история хотела сохранить такие подробные сведения о бывалых людях, которые волею судьбы оказались в далекой крепости за Уральскими горами. Но и не бросила их в полное забвение. Дело в том, что в 1739 году все население Челябинской крепости было внесено в переписную книгу. Книга сохранилась в архиве древних актов в Москве. Челябинский краевед И. В. Дегтярев в свое время переписал ее, сохранил. Благодаря ему мы имеем документ, с которого, собственно, и начинается истинная история Челябинска и челябинцев.

Мы вознамерились было опубликовать весь список первопоселенцев в расчете на то, что он возбудит интерес к своей родословной у наших современников-однофамильцев. Однако список велик. В нем 184 семьи. Всего 1061 имя.

Люди, которые поселились в необжитом краю на реке Миасс, конечно, были рисковыми людьми. Из тех, кто уже успел помотаться по белу свету. Кто знал толк в приключениях. Чья бродяжья кровь гнала с места, звала в неведомую даль, в которой грезились волюшка и довольство. Наверное, это были незаурядные люди, из открывателей, первопроходцев, с характером, с норовом, хваткой. Словом, жизнь их отбирала по таким признакам, как сила, воля, мужество, вера в себя. Впрочем, попадалось среди них, конечно, и всякое перекати-поле, сорванное с корня и гонимое ветрами из края в край.

Не удержусь упомянуть еще несколько фамилий.

Петр Семенович Плотников 26 лет. Жена Прасковья 25 лет. Дочь Алена — году. С Петром жили старики — отец 80 лет и мать 82 лет. А также братья Исак 35 лет, Федор 18 лет и Мирон 17 лет. Исак был не один, а с женой Авдотьей 40 лет, а у них дочь Софья 14 лет, сыновья Антон 9 лет и Михаил трех лет. Брат Федор тоже был женат, на Матрене 18 лет.

Может быть, вы заметили, что Исака Авдотья на пять лет старше мужа. Такое встречалось довольно часто. Видимо, в те времена в наших краях женщин было меньше, чем мужчин. Да и во все времена в дальних гарнизонах и заставах мужики не очень разборчивы. Однако и тогда случалось, что старик брал молодку. Стариков среди первопоселенцев было не очень много, но попадались старцы в весьма почтенном возрасте. Те же, допустим, родители Петра Плотникова. Например, его мать Настасья Осиповна родилась в 1658 году. Это же еще при патриархе Никоне! При царе Алексее Михайловиче! Только-только, четыре года назад, Украина присоединилась к России. Когда Стенька Разин буйствовал на Руси, Настеньке было 12 лет. А когда русские и шведы сражались под Полтавой, ее, наверное, уже успели выдать замуж за Семена.

Без жены и без детей прижился в крепости Гаврило Ильич Сивов, 80 лет.

Колоритна чета Герасимовых. Трудно поверить, но у Антипа Антоновича 84 лет и Лукерьи Ларионовны 80 лет были такие дети: «Леонтей 25 лет, Яков 20 лет и Савелей 5 лет». Ясно? Порода! Таких предков стоило бы и поискать. У потомков-то, понятно, кровь пожиже.

Еще — Семен Андреевич Пермяков 89 лет. Жена Парасковья Савельевна 80 лет. При них семья сына Григория с женой Ириной 30 лет и детьми Авраамом, Пелагеей и Терентием. А также племянник Влас Иванович Еремеев

45 лет. Лет двадцать скитались в разных краях, пожили на заводе у Демидова, в деревне Карповой Долматовского монастыря, пока не оказались в Челябинской крепости.

Ничего не боялись наши предки. Старики записывались в неспокойную крепость. С грудными детьми ехали в неведомую жизнь. В 1739 году в Челябинске было 178 детей до 5 лет. По улицам крепости бегали 150 детишек от 5 до 10 лет. Детей постарше, до 15 лет, было меньше, всего 60 человек. А всего — 389 детей.

Все первые жители Челябинска были крестьянами (кроме, разумеется, начальства). Часто из одного села снимались несколько семей. Это можно понять: с односельчанином, соседом, родственником и переезд веселее, и новая жизнь вернее. Например Дударевы. Три семьи, три брата — Афанасий, Яков и Федор. Из Бишкильской слободы Исетского дистрикта переехали все вместе в Теченскую слободу, где обитали 20 лет, однако сорвались с места еще раз и тремя семьями переселились в Челябу.

Далеко ли от нас то время, первая половина XVIII века? Ни много ни мало — 260 лет. Сколько «пра» будет, чтоб выследить родство?

Возьму для примера Ивана Федоровича Смирнова, 60 лет. Жена его Мария Ивановна на 20 лет моложе. У них дочь Лукерья 10 лет и сын Иван полугоду. Тоже не держались одного места, лет тридцать меняли «адреса», «а где сколько жил, про то сказать не может, понеже по многому времени не живал».

Ладно, предположим, что в Челябинске Смирнов осел прочно. Теперь обратимся к его сыну Ивану. Рожденья он, значит, 1739 году. Вполне мог дожить до конца века. Еще одно допустим: сам Иван и его потомки будут жить по 60 лет, а в 30 лет родят сына. Значит, сын Ивана родится в 1770 году и доживет до 1830 года. Много чего произойдет при его жизни: отцарствуют свое Екатерина II и Александр I. Пугачев. Взятие Очакова и присоединение Крыма. Несколько турецких войн. Наконец, Отечественная война. Восстание декабристов. Пушкин. Правнук Ивана родится в 1830 году и доживет до 1890 года. Уже при Николае II, при Ленине. Праправнук (1860—1920) увидит три русские революции. Прапраправнук (1890—1950) будет строить социализм и воевать с фашистами. Прапрапраправнук (1920—1980) застанет застой. А еще один внук жив и по сей день. Кто он? Какой из Смирновых?

Всего-то семь поколений связывает нас. Семь звеньев. Семь колен. Но мало кто их знает.

Ну, и еще несколько фамилий.

Родион Агафонович Худяков 55 лет. Жена Настасья Денисовна того же возраста. Сыновья Федор, Егор, дочь Авдотья, племянник Степан с его матерью. Родом из Костромского уезда. «Оттоль сошел от хлебной скудости» с братом Петром 6 лет тому назад, добрались до деревни Ольховки близ Шадринска. В 1736 году записаны в казаки в Челябинскую крепость. Брат уже в крепости умер. Жена брата и его сын Степан остались в семье у Родиона.

Никита Прокопьевич Кондаков 20 лет. Один. Не знает «отколь родом» — свезен отцом с малых лет. Отца же нет, убили башкирцы.

Семен Пантелеевич Ярославцев 67 лет, с семьей, брат его Осип тоже с семьей. Из Ярославля. Оттуда с отцом подались в Москву, где провели 20 лет, там отец умер. А братья перебрались в Петербург, пожили, затем рванули на Урал, на «Невьянский дворянина Демидова завод». С завода, как и многие другие, — в Долматовский монастырь, и уж оттуда — в Челябу.

И последнее имя: Андрей Леонтьевич Уржумцев 25 лет. Жена Татьяна. Трое детей. Из троих выделим одного — Максима 8 лет. Выделим, потому, что известно: 5 января 1774 года в Челябинске, в виду близости войск Пугачева, вспыхнуло восстание, которое возглавили Максим Уржумцев и Наум Невзоров. Не тот ли Максим? Мальчишка восьми лет через 34 года стал зрелым мужчиной, мог и восстание возглавить, а потом умереть под пытками…

Интересно выяснить, откуда народ съехался в Челябинскую крепость. На этот счет есть почти полная ясность. Можно сказать так: с северо-востока. Точнее, с берегов Исети. Еще точнее: 73 семьи (из 184) из-под Шадринска и 30 семей из Долматовского монастыря. Десять семей из Теченской слободы. Это уже сколько?

Вокруг Шадринска было много сел и деревень, заселенных во второй половине XVII века. Оттуда-то и перебирались люди: из села Замараевского 11 семей (Колмогоров, Казанцев, Черных, Шилов, Минкин, Русин, Шерстнев и т. д.), из деревень Деминой, Мыльниковой, Першиной, Воробьевой — по 5 семей, из деревень Кривской, Сухринской, Атяшевской — по четыре семьи.

Можно считать, что Челябинск связывают с Шадринском и его округой родственные узы. Челябинск с Шадринском — истинные братья. Причем за старшего брата — Шадринск. Может, стоило бы и вспомнить об этом родстве.

В Челябинской крепости были и пришельцы из более дальних мест, из Сибири. Так, 29 семей прибыло из Сибирской губернии, из Краснослободской, Буткинской, Ирбитской слобод. Более всего — из Краснослободской: Шумилов, Варлаков, Завьялов, Хорошавин, Сазонов, Мохирев, Папулов и др.

«Близка» Челябинску река Кама. Великий Устюг на Каме — еще один брат нашего города. Оттуда переселились 14 семей: Тропин, Согрин, Панов, Чипышев, Воронин, Бухарин, Кузнецов и др. Еще несколько семей с Камы же — из Кунгура, Чердыни, Сарапула, Соликамска.

Наконец, переселенцы из далеких краев — Вологды, Ярославля, Балахны, Владимира, Архангельска, Серпухова, Новгорода, Казани, Уфы…

С того далекого 1739 года времени прошло много. Население Челябинска с тех пор выросло в 1200 раз. Не потерялись ли среди нынешних горожан потомки первых жителей? Потерялись, конечно. Но есть ли они, хоть и в малом числе?

Недолго думая, я взял последний телефонный справочник. Подсчитал, сколько в нем Поповых. Оказалось, 608 фамилий. Есть ли среди них кто-то из «коренных» Поповых? Возможно, есть. А возможно, и нет. Мало ли Поповых по всей России… Смирновых в телефонной книге 407, Соколовых 375, Новиковых 320, Морозовых — 263, Волковых — 232, Казанцевых — 210, более ста Медведевых, Поляковых, Коноваловых, Калининых… Нет, эти фамилии слишком распространены, чтобы даже предположить, что они дошли до нас от первопоселенцев. Но, например, фамилия Нечеухин не из «обычных», а Нечеухиных в телефонной книге 16. Футин — совсем редкая фамилия, но один Футин в Челябинске живет. Не на слуху и такая фамилия, как Патысьев, но трое Патысьевых внесены в телефонный справочник. Надо полагать так: чем своеобразнее фамилия, тем больше вероятности, что она коренная.

Возможно, кто-то из челябинцев загорится восстановить свою родословную за 260 лет. Что ж, это не так просто. Но и не так сложно. В России с XVIII века переписи населения проводились довольно регулярно и аккуратно. Остается только в архивах Челябинска, Оренбурга, Уфы, Екатеринбурга отыскать списки и выследить в них свою фамилию. При известной настойчивости успех почти неизбежен.


Точка зрения | Городской романс | Сочинитель легенды