home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Югославия

Легальную резидентуру в Югославии возглавлял военный атташе СССР в Белграде генерал-майор А. Г. Самохин («Софокл»). Его заместителем был В. З. Лебедев («Блок»), официально занимавший пост советника советского полпредства в Югославии. Сообщения, направляемые в Центр из Белграда, также были достаточно обстоятельны.

«Сообщение „Софокла“ из Белграда от 14.02.1941 г.

Начальнику Разведуправления Генштаба Красной Армии

По данным югославского генштаба, Германия имеет сейчас 250 дивизий, из которых находятся: в Восточной Пруссии 15, Генерал-Губернаторстве 70, протекторате 14, Румынии 20, Словакии 6, Венгрии 2, всего в восточном секторе 127 дивизий, при этом в Генерал-Губернаторстве войска имеют крупную группировку: Варшава-Люблинская 16, Тарновская 18, Краковская (Бласковица) 14, Лодзинско-Познанская 22 дивизии. В Румынии войска сгруппированы: Молдавии 5, Добрудже Банате и Трансильвании 3, Валахии 8 дивизий. Остальные части немецкой армии группируются: скандинавские страны 5, английский фронт (побережье Ла-Манша) 50, оккупационная армия (мюнхенская группа) 11, в Италии 5, и общий резерв — центральная Германия 24 дивизии. Словацкая армия имеет 5 дивизий, около 100000, венгерская 18 дивизий, около 300000, румынская 28 дивизий, около 500000. В Болгарии немецких единиц нет, есть инструктора в количестве 5000 чел. Состав дивизий в восточном секторе неизвестен, считается, что немцы всего имеют 30 моторизованных, 15 бронетанковых, а остальные пехотные. В Румынии зафиксированы 3 бронетанковых, 4 моторизованных и 13 пех. дивизий. Нумерация дивизий и место высших штабов неизвестны».[229]

«Сообщение „Софокла“ из Белграда от 9.03.1941 г.

Начальнику Разведуправления Генштаба Красной Армии

Рыбникарь сообщил сведения, исходящие от министра двора:

1. Германский генштаб отказался от атаки английских островов, ближайшей задачей поставлено — захват Украины и Баку, которая должна осуществиться в апреле-мае текущего года, к этому сейчас подготавливаются Венгрия, Румыния и Болгария.

2. Через Берлин, Венгрию идет усиленная переброска войск в Румынию.

Важный доложил, что с 7.03 фактически власть в Югославии принадлежит генштабу, без него министерский совет ничего не предпринимает».[230]

«Сообщение „Софокла“ из Белграда от 4.04.1941 г.

Начальнику Разведуправления Генштаба Красной Армии

Блок сегодня беседовал со Смеляничем, последний высказал большую тревогу, сообщив ему следующие сведения:

1. Немцы перебрасывают в Финляндию войска.

2. По сообщению военного атташе Югославии в Берлине, немцы перебрасывают из Австрии в Венгрию 10 пехотных и 3 бронетанковых дивизий в район Печуй-Сегедин, он же сообщает, что немцы готовятся в мае напасть на СССР, исходным пунктом для этого будет требование к СССР присоединения к тройному пакту и оказывать экономическое содействие.

3. Против СССР немцы имеют три группировки:

Кенигсбергская — генерал Рундштейн.

Краковская — генерал Бласковиц или Лист.

Варшавская — генерал Бек.

4. Румынские мониторы на Дунае имеют немецкие экипажи.

5. В Праге немцы изготовляют большое количество тракторов, предназначаемых для Украины».[231]

Кроме сообщений из закордонных резидентур, как легальных, так и нелегальных, в Разведуправление РККА регулярно поступали донесения из разведотделов приграничных военных округов: Прибалтийского, Белорусского (позднее Западного) и Киевского. Эти разведотделы вели разведку не только в зонах ответственности своих военных округов, но и в интересах всей РККА. Поэтому с их разведсводками и спецсообщениями внимательно знакомились в Центре, где в начале 1939 г. был создан специальный 7-й отдел приграничной разведки во главе с полковником И. В. Виноградовым. Именно этот отдел занимался укомплектованием кадрами, техникой и материальными средствами приграничных разведотделов. Кроме того, на него возлагалась разработка мобилизационных предписаний для разведотделов приграничных округов, инспекция их боевой готовности и анализ поступающей от них информации. Особую важность в тот период приобрели донесения разведотделов западных особых военных округов, для руководства которыми в отделе приграничной разведки было создано 2-е отделение, его возглавил майор Н. В. Шерстнев.

Говоря о работе разведотделов западных приграничных военных округов, не лишним будет привести выдержку из воспоминаний В. А. Никольского, в 1939–1941 гг. работавшего во 2-м отделении 7-го отдела. Сложившуюся тогда ситуацию он характеризовал следующим образом:

«Необходимо отметить, что при достаточно хорошо налаженной работе по получению нужных Кремлю сведений о планах и намерениях политического и военного руководства зарубежных государств, в первую очередь Германии, в отношении нашей страны, ее ответственные работники были весьма слабо информированы о планируемых акциях собственного правительства. Так, освобождение западных областей Украины и Белоруссии, заключение с Германией договора о дружбе и границе были неожиданностью для разведупра. Поэтому мы не смогли дать указания на передислокацию наиболее ценной агентуры из бывших восточных областей Польши на Запад. Вот и получилось нелепица: в результате стремительного продвижения Красной Армии к Бугу наши агенты оказались в собственном глубоком тылу.

… Весной 1941 г. в разведуправлении было созвано совещание начальников разведотделов штабов приграничных военных округов, на котором была вскрыта вопиющая беспечность в подготовке к действиям в условиях войны. Участники выступали с дельными конкретными предложениями по повышению боевой готовности разведки в грядущем вооруженном столкновении с немцами. В том, что это произойдет, ни у кого из присутствующих не было сомнений. Предлагалось развернуть отделы по штатам военного времени, обеспечить техникой, экипировкой, подготовить соответствующие базы на своей территории на глубину до 400 километров на случай вынужденного отхода от границы и ряд других. Руководство Разведуправления и Генштаба отнеслось к этому сбору, как к обычному плановому мероприятию. На таком важном совещании никто из руководства НКО и Генштаба не присутствовал, а начальник управления генерал-лейтенант Голиков прибыл лишь на заключительное заседание, на котором зачитал стандартную речь о повышении бдительности. И ни слова о серьезности предвоенной обстановки. Более того, нас, участников совещания, предупредили, чтобы мы не поддавались паническим слухам, поскольку воевать в соответствии с советской военной доктриной будем только на территории противника…

Создавалось парадоксальное положение, когда в разведуправлении все оперативные сотрудники ожидали войны и боялись даже друг другу открыто сказать об этом».[232]

К этому надо добавить, что агентурная разведка разведотделов западных военных округов была недостаточно укомплектована подготовленными кадрами. Большинство агентов являлись местными жителями, которые не имели доступа к важной информации. А так как связь с ними осуществлялась с помощью курьеров, то немецкой контрразведке без особого труда удалось парализовать их работу — она только лишь усилила контроль на границе. Да и агентурную разведку приграничных округов ориентировали на выявление подготовки Германии к нападению на СССР только с 24 мая 1941 г.

Что же касается войсковой и радиоразведки западных военных округов, то она также не была укомплектована опытными кадрами и не оснащена техническими средствами. То же можно сказать и о воздушной разведке — до мая 1941 г. она велась силами 10 разведывательных авиаполков, имевших в своем составе только 157 самолетов. Все это надо учитывать, читая сводки разведотделов западных приграничных военных округов.


Из сводки № 20 разведотдела штаба Киевского Особого военного округа (КОВО) от 20–31 июля 1940 г.:

«Прибытие германских войск в пределы генерал-губернаторства объясняется, с одной стороны, стремлением Германии усилить свою восточную границу, поскольку она значительно ослаблена в период решительных операций на Западе, с другой стороны, необходимостью размещения войск, освободившихся после заключения перемирия с Францией, на территориях, более богатых продовольственными ресурсами. Переброска германских войск на территорию бывшей Польши начиная с 20 июля значительно сократилась по сравнению с первой половиной июля. Вместе с прибывшими войсками численность германских войск на территории генерал-губернаторства составляет 35 дивизий».[233]

Из спецсообщения разведотдела штаба Западного Особого военного округа (ЗапОВО) от 3.06.1941 г.:

«На основании ряда проверенных агентурных данных военная подготовка Германии против СССР за последнее время, особенно с 25 мая, проводится более интенсивно и характеризуется следующими данными:

В течение второй половины мая немцы увеличили свою группировку войск на 2–3 пд., две бронетанковые дивизии СС, главным образом в районе Остроленка, Прасныш, Млава, Цеханов. Дивизии СС — в Сувалки (данные требуют проверки).

Особенно характерно прибытие артиллерийских частей, танковых подразделений и бронемашин.

Одновременно отмечается прибытие средств ПВО, ПТО. Так, например, в районе Варшава — 130 орудий ПТО, 51-й зенитный артполк; Млава — зенитный дивизион и дивизион ПТО…

О том, что возможность начала военных действий немцами против СССР не исключается в июне м., свидетельствует следующий факт:

По сведениям, требующим проверки, 24.5.1941 г. филиал германской разведки в г. Цеханов выслал на территорию СССР пять агентов с установкой: вернуться не позже 5.6.1941 г.

Один из агентов сказал, что к этому сроку из Белостока в Гродно он возвратиться не успеет. Майор — нач. разведпункта — на это ответил: после 5.6.1941 г. возможно начало военных действий с СССР, поэтому он не может, вне этих сроков, гарантировать жизнь агента; поэтому посещение Белостока и Гродно ему исключили…

Вывод:

Сведения о форсированной подготовке театра и об усилении группировки войск в полосе ЗапОВО заслуживают доверия.

Данные о прибытии двух дивизий СС в Сувалки требуют дополнительной проверки».[234]

Из сводки № 3 разведотдела штаба КОВО от 20.06.1941 г.:

«1. Движение немецких войск к нашим границам подтверждается различными источниками, главная масса прибывающих войск концентрируется на томашов-сандомирском направлении севернее Таневских лесов…

3. Данные о нумерации армий требуют проверки и уточнения, но наличие двух штабов армий на люблинском и томашов-сандомирском направлениях вполне возможно.

4. Замена ранее находившихся частей на краковском направлении заслуживает внимания, тем более что вновь прибывшие части относятся к менее устойчивым частям германской армии.

5. Крупное движение всех родов войск и транспорта южнее Томашов преследует какую-то демонстративную цель или связано с проводимыми учениями».[235]

Из сводки № 01 разведотдела штаба Прибалтийского Особого военного округа (ПрибОВО) от 20.06.1941 г.:

«Продолжается сосредоточение немецких войск к границе. Произошло увеличение в Тильзитской группировке на 1 пд, 2 мотополка. Отмеченные 3 полка тяж. артиллерии, очевидно, являются артиллерией усиления. Появление нового штаба армии в районе Каукемен требует проверки, так как данные первичны».[236]

Из сводки № 02 разведотдела штаба ПрибОВО от 21.06.1941 г.:

«1. Продолжается сосредоточение немецких войск к госгранице и из глубины в районы Восточной Пруссии.

2. Общая группировка войск продолжает оставаться в прежних районах.

3. Требуется установить достоверность дислокации в г. Кенигсберге штаба 3-го ак, штаба 1-й армии (Нашими данными в течение продолжительного времени отмечался штаб 18-й армии. Данных о его убытии не поступало.)…».[237]

Из сводки разведотдела штаба ЗапОВО от 21.06.1941 г.:

«1. По имеющимся данным, основная часть немецкой армии в полосе против Западного ОВО заняла исходное положение.

2. На всех направлениях отмечается подтягивание частей и средств усиления к границе.

3. Всеми средствами разведки проверяется расположение войск у границы и в глубине».[238]

Вся добываемая военными разведчиками информация стекалась в информационный отдел Разведуправления, где ее анализировали и в виде сводок, спецсообщений и записок за подписью начальника управления рассылали руководителям государства и НКО. Об этом пишет П. И. Ивашутин:

«Тексты почти всех документов и радиограмм, касающихся военных приготовлений Германии и сроков нападения, докладывались регулярно по следующему списку: Сталину (два экземпляра), Молотову, Берии, Ворошилову, наркому обороны и начальнику Генерального штаба».[239]

Об этом же свидетельствует и рассылка, указанная на каждом таком документе.

Начальниками информационного отдела Разведуправления в период с 1939 по июль 1941 г. были:

полковник Г. П. Пугачев — с 05.1939 до 12.1940 г.

генерал-майор Н. И. Дубинин — с 12.1940 до 01.1941 г.

подполковник В. А. Новобранец (и.о.) — 01–04.1941 г.

генерал-майор Н. С. Дронов — с 04.1941 г.

Столь частая смена начальников, разумеется, не способствовала нормальной работе отдела, играющего ключевую роль в оценке складывающейся военно-политической ситуации в мире вообще и опасности германского нападения в частности. Хотя при всех изменениях заместитель начальника отдела по Западу полковник Л. А. Онянов, начальник немецкого отделения полковник Гусев и их подчиненные полковник Дьяков, майор Скрынников, майор Лукманов, капитан Горценштейн и другие оставались на своих местах, а значит, большого урона работе нанесено не было.

Характеризуя работу информационного отдела, очень часто ссылаются на воспоминания В. А. Новобранца, в которых он описывает, с каким недоверием относилось к информаторам руководство Разведуправления. В частности, о Ф. И. Голикове, начальнике Разведуправления (июль 1940 г. — ноябрь 1941 г.), В. А. Новобранец пишет следующее:

«Вновь назначенный начальник Разведупра генерал-лейтенант Голиков прибыл к нам из Львова, где он командовал 6-й армией. Как командовал — не знаю, но начальником Разведупра он был плохим. В Разведупре это был единственный человек, который попал в сети дезинформации немецкой разведки и до самого начала войны верил, что войны с Германией не будет.

Близко соприкасаясь по работе, почти ежедневно бывая на докладе, я изучил нового начальника Разведупра. Среднего роста круглолицый блондин, вернее, лысый блондин со светлыми глазами. На лице всегда дежурная улыбка, и не знаешь, чем она вызвана — то ли ты хорошо доложил, то ли плохо. Я не заметил, чтобы он определенно высказывал свое мнение. Давая указания, говорил: „Сделайте так или так…“. И я не знал, как же все-таки надо. Если я поступал по своей инициативе или по его указанию, но неудачно, он всегда подчеркивал: „Я вам таких указаний не давал“, — или: „Вы меня неправильно поняли“. Он просто не знал, какие давать указания. Мы его не уважали. Голиков часто ходил на доклад к Сталину, после чего вызывал меня и ориентировал в том, что думает „хозяин“; очень боялся, чтобы наша информация не разошлась с мнением Сталина».[240]

Однако чересчур доверять мнению В. А. Новобранца не следует, хотя бы потому, что его воспоминания, содержащие множество неточностей, были написаны явно в духе хрущевской конъюнктуры, когда вину за все военные неудачи СССР в начале войны старались свалить на И. В. Сталина и его выдвиженцев. Некоторые авторы идут в своих «разоблачениях» гораздо дальше, доводя ситуацию до анекдота. Так например, известный петербургский историк Б. А. Старков в предисловии к запискам перебежчика В. Кривицкого «Я был агентом Сталина» утверждает, что Голиков, приходя на доклад к Сталину, имел при себе две папки, в каждой из которых лежали донесения, но составленные по-разному и, узнав от секретарши о настроении Сталина, на ходу решал, какой из папок воспользоваться.

Причины же конфликта Голикова и Новобранца, скорее всего, в том, что в Разведуправлении по-разному оценивали численность немецкой военной группировки на Востоке, и их точки зрения по этому поводу, естественно, расходились. И хотя Новобранец в конце концов оказался прав, из этого нельзя делать вывод об угодничестве Голикова перед Сталиным. Вернее будет предположить, что начальник Разведупра считал маловероятным нападение Германии на СССР до разгрома Англии и твердо отстаивал это свое мнение. Что до характеристик Ф. И. Голикова, то имеет смысл привести еще две из них. Опытная разведчица М. И. Полякова, проработавшая в оперативном аппарате Разведупра с 1937 по 1946 г., характеризует его как «хорошего боевого генерала, который особенностей нашей работы не знал и не понимал».[241]

Другой высокопоставленный сотрудник Разведуправления, И. Ахмедов, вспоминал:

«Несмотря на все великолепие парадной формы генерал-лейтенанта РККА, он (Голиков) был не слишком видной фигурой. Он был маленького роста, не выше метра шестидесяти, тучный и совершенно лысый. Лицо у него было неприятно багрового цвета. Однако в его глазах сразу читалась суровая сила. Взгляд его небольших голубых со стальным оттенком глаз буквально пронизывал собеседника».[242]

Что же касается разведсводок и спецсообщений, посылаемых Разведуправлением руководству страны, то они направлялись установленным адресатам регулярно. Ниже приводятся выдержки из отдельных сводок и спецсообщений (в основном сделанные там выводы), они позволяют судить о заключениях, к которым пришло руководство Разведуправления в то тревожное время.

Из сводки 5-го Управления РККА о положении в Германии, Румынии и Латвии от 19.06.1940 г.:

«1. Германия усиливает свои войска на границе с Литвой.

2. Переброску на север Румынии 4-й горнострелковой бригады и нахождение в этом районе 1-й горнострелковой бригады, в районе Быстрицы — 2-й горнострелковой бригады можно расценивать как прикрытие специальными горнострелковыми частями горных проходов с севера на юг (от стыка советской и словацкой границ).

Зам. народного комиссара обороны СССР

генерал-лейтенант авиации И. Проскуров».[243]

Из сводки 5-го Управления РККА о сосредоточении германских войск на границах с Литвой от 15.07.1940 г.:

«Переброска германских войск на территорию бывшей Польши и Восточной Пруссии, и в частности в приграничные районы с СССР продолжается. По состоянию на 13 июля 1940 г. в Восточной Пруссии сосредоточено до 11 дивизий и на территории бывшей Польши — до 26 дивизий.

Начальник 5 Управления Красной Армии

генерал-лейтенант Ф. Голиков».[244]

Из сводки № 86/252104сс 5-го Управления РККА по событиям на Западе от 20.07.1940 г.:

«Переброска германских войск в В. Пруссию и на территорию б. Польши подтверждается рядом агентурных источников, данными иностранной прессы и заявлением германского военного атташе в Москве от 5.7.1940 г., предупреждавшим о предстоящих перебросках, мотивируя их, как возвращение частей на старые места расквартирования.

За период с 15.6 по 16.7.1940 г. германские части усилились в В. Пруссии на 6–7 дивизий, а в бывшей Польше на 8 дивизий (без учета 7 пех. дивизий в районе Варшавы) Переброска продолжается.

Начальник 5 Управления Красной Армии

генерал-лейтенант (Голиков)».[245]

Из спецсообщения № 252724сс Разведуправления Генштаба Красной Армии о новых перегруппировках немецких войск на Балканах от 10.12.1940 г.:

«Вместо убывшей в Румынию группы Бласковиц германское командование создает новую группировку в восточной части Протектората.

По-видимому, Германия намерена разрешить балканскую проблему до начала весны.

(Голиков)».[246]

Из спецсообщения № 660159сс Разведуправления Генштаба Красной Армии о мобилизационных мероприятиях в сопредельных с СССР капиталистических странах от 14.02.1941 г.:

«В связи с приближающимся весенним периодом во всех сопредельных с СССР капиталистических странах отмечается усиление мобилизационных мероприятий, направленных на увеличение своих армий.

Голиков».[247]

Из всех спецсообщений и сводок Разведуправления того периода наиболее часто ссылаются на доклад Ф. И. Голикова от 20 марта 1941 г. и на сделанные там выводы. Учитывая важность этого документа, есть смысл привести его полностью:

«Доклад начальника Разведуправления Генштаба Красной Армии генерал-лейтенанта Голикова в НКО СССР, СНК СССР и ЦК ВКП(б) „Высказывания, [оргмероприятия] и варианты боевых действий германской армии против СССР“

б/н

20 марта 1941 г.

Большинство агентурных данных, касающихся возможности войны с СССР весной 1941 г., исходят от англо-американских источников, задачей которых на сегодняшний день, несомненно, является стремление ухудшить отношения между СССР и Германией. Вместе с тем, исходя из природы возникновения и развития фашизма, а также его задач осуществление заветных планов Гитлера, так полно и „красочно“ изложенных в его книге „Моя борьба“, краткое изложение всех имеющихся агентурных данных за период июль 1940 — март 1941 г. заслуживают в некоторой своей части серьезного внимания.

За последнее время английские, американские и другие источники говорят о готовящемся якобы нападении Германии на Советский Союз. Из всех высказываний, полученных нами в разное время, заслуживают внимания следующие:

1. Геринг якобы согласен заключить мир с Англией и выступить против СССР.

2. Японский ВАТ передает, что якобы Гитлер заявил, что после быстрой победы на западе он начнет наступление против СССР.

3. В Берлине говорят о каком-то крупном разногласии между Германией и СССР. В связи с этим в германском посольстве говорят, что после Англии и Франции наступит очередь за СССР.

4. Турецкая газета „Сон Поста“ сообщает, что германский командующий войсками в Австрии, обращаясь к войсковым частям, заявил, что главным врагом Германии являются русские, и что на германских солдат может быть возложена задача еще большего расширения границ Германии.

5. Американский посол в Румынии в своей телеграмме в Вашингтон сообщает, что Джигуржу имел беседу с Герингом, в которой последний сказал, что если Германия не будет иметь успеха в войне с Англией, то она вынуждена будет перейти к осуществлению своих старых планов по захвату Украины и Кавказа.

6. Германский ВАТ высказал, что после окончания войны с Англией немцы помогут Финляндии получить обратно потерянную территорию.

7. Гитлер намерен весною 1941 г. разрешить вопрос на Востоке.

8. В беседе с югославским ВАТ в Москве, последний говорил, что Финляндия — это зона интересов СССР. Недавно советник германского посольства в Москве Пильгер прямо сказал, что финны храбро дрались зимой и они их русским не отдадут. За последнее время немцы подстрекают финнов против русских. Финны уже поговаривают о том, что „граница с СССР еще не окончательная, посмотрим, что будет после заключения мира в Европе“.

9. Югославский ВАТ считает, что среди немцев имеется два течения: первое — СССР в настоящее время слаб в военном и внутреннем отношениях и настаивают на том, чтобы использовать удобный момент и вместе с Японией покончить с СССР и освободиться от пропаганды и от „дамоклова меча“, висящего все время над Германией; второе — СССР не слаб, русские солдаты сильны в обороне, что доказано историей. Рисковать нельзя. Лучше поддерживать с СССР хорошие отношения.

10. Английские и французские журналисты утверждают, что в Германии происходит какая-то расстановка сил. В Стокгольме велись переговоры между Германией и Англией, представителем от Англии был Ллойд Джордж, но что эти переговоры ни к чему не привели. Греческий журналист сообщил, что в Мадриде в июле 1940 г. имели место переговоры между Германией и Англией и что Германия недовольна СССР, так как последний предъявляет какие-то новые требования.

11. Данные Германией и Италией гарантии о границе Румынии направленны исключительно против СССР. Эти гарантии дополнены военным соглашением между Германией и Румынией. Этими гарантиями проникновению СССР на Балканы будет положен конец.

12. Министр иностранных дел Румынии Стурдза старался убедить Гантера внести предложение Рузвельту о мире между Германией и СССР. Гитлер хочет мира, так как его терпение к СССР почти истощилось и что СССР полностью будет готов к войне только в 1942 г… Он же сказал, что неофициальные мирные переговоры ведутся в Стокгольме, Мадриде и Ирландии.

13. Среди немецких офицеров ходят слухи о том, что в феврале 1941 г. в своем выступлении в „Спортпаласе“ на выпуске офицеров, Гитлер сказал, что у Германии имеются три возможности использования своей армии в 228 дивизий: для штурма на Англию, наступления в Африку через Италию и против СССР.

14. Столкновение между Германией и СССР следует ожидать в мае 1941 г. Источником подчеркивается, что это мнение высказывается как в военных кругах, так и в кругах министерства иностранных дел. Никто не реагирует одобрительно на эти планы. Считают, что распространение войны на СССР только приблизит конец национал-социалистического режима. Это мнение высказывает и племянник Браухича, который занимает видный пост в министерстве иностранных дел.

15. Шведский ВАТ в подтверждение сведений о подготовке наступления против СССР весной 1941 г. подчеркнул, что сведения получены от военного лица и основаны на сугубо секретном приказе Гитлера, который известен ограниченному кругу ответственных лиц.

Руководитель восточного отдела министерства иностранных дел Шлиппе сказал, что посещение Молотовым Берлина можно сравнить с посещением Бека. Единомыслия достигнуто не было ни в вопросе о Финляндии, ни о Болгарии.

Подготовка наступления против СССР началась значительно ранее визита Молотова, но одно время оно было приостановлено, так как немцы просчитались в своих сроках победы над Англией. Весной немцы рассчитывают поставить Англию на колени, развязав себе тем самым руки на Востоке.

16. Для борьбы с Англией достаточно тех сил, которые сосредоточены на канале, а остальные силы свободны для борьбы против СССР. Выступление необходимо для того, чтобы создать ясность на Востоке и ликвидировать постоянную опасность того, что СССР может выступить на стороне Англии, а также захватом Украины обеспечить Европу продуктами питания.

Из наиболее вероятных вариантов действий, намечаемых против СССР, заслуживают внимания следующие:

1. Вариант № 1 по данным анонимного письма, полученного нашим полпредом в Берлине от 15 декабря 1940 г.:

„… Основное направление удара: а) от Люблина по Припяти до Киева; б) из Румынии между Яссы и Буковиной в направлении Тетерев, и в) из Восточной Пруссии на Мемель, Виллинг, р. Березина и далее вдоль Днепра на Киев“;

2. Вариант № 2 по данным КОВО от декабря 1940 г.:

„… Три главных направления удара: а) из Восточной Пруссии в направлении Литвы, Латвии и Эстонии. Этот удар имеет те преимущества, что Литва, Латвия и Эстония сразу же становятся союзниками Германии. Кроме того, Финляндия сразу же присоединяется к Германии, чтобы отнять забранную территорию; б) через Галицию и Волынь. Эта группа войск будет иметь поддержку украинцев и в[ойск] из Румынии, которая будет стремиться захватить отобранную у нее территорию.

Группа войск 2-го и 3-го направлений окружает войска противника в Мало-Польше. На остальном участке наносятся вспомогательные удары на фронтальном направлении с целью очищения всей остальной территории“.

3. Вариант № 3 по данным нашего агентурного донесения на февраль 1941 г.:

„… Для наступления на СССР создается три армейские группы: 1-я группа под командованием генерал-фельдмаршала Бок наносит удар в направлении Петрограда, 2-я группа под командованием генерал-фельдмаршала Рунштудт — в направлении Москвы, и 3-я группа под командованием генерал-фельдмаршала Лееб — в направлении Киева.

Начало наступления на СССР ориентировочно 20 мая“.

Кроме этих документов, по данным других источников, известно, что план наступления против СССР будет заключаться в следующем:

а) после победы над Англией Германия, наступая против СССР, предполагает наносить удар с двух флангов: охватом со стороны севера (имеется в виду Финляндия) и со стороны Балканского полуострова;

б) коммерческий директор германской фирмы „Тренча майне лимитед“ [заявил, что] нападение на СССР произойдет через Румынию. Для этого Германия строит шоссе из Протектората через Словакию в Венгрию с целью переброски войск к советской границе. Венгрия и Румыния разрешили Германии пользоваться всеми путями сообщения для переброски войск, а также разрешили ей строить новые аэродромы, базы для мотомехчастей и склады для амуниции. Венгрия разрешила Германии пользоваться частью своих аэродромов. Все румынские войска и военно-технические сооружения находятся в распоряжении германского командования;

в) югославский ВАТ (военный атташе — авт.) Смидович заявляет, что разрешая балканский вопрос, трудно представить, куда немцы направят свое острие, но он лично убежден, что все это предшествует нападению на СССР. Сам факт выхода немцев в Дарданеллы является прямым актом против СССР. Вообще Гитлер никогда не изменял своей программе, изложенной в книге „Моя борьба“, и эта программа является основной целью войны. Дружбой Гитлер пользуется как средством, дающим ему возможность решить задачу переустройства Европы;

г) по сообщению нашего ВАТ от 14 марта, в Румынии упорно распространяются слухи о том, что Германия изменила свой стратегический план войны. В разговоре с нашим источником немецкий майор заявил: „Мы полностью изменили наш план. Мы направляемся на Восток, на СССР. Мы заберем у СССР хлеб, уголь, нефть. Тогда мы будем непобедимы и можем продолжать войну с Англией и Америкой“. Полковник Риошану, бывший товарищ министра в Румынии, в личной беседе с нашим источником сказал, что главный штаб румынской армии вместе с немцами занят сейчас разработкой плана войны с СССР, начала которой следует ожидать через три месяца. Немцы опасаются выступления СССР в тот момент, когда они пойдут в Турцию. Желая предупредить опасность со стороны СССР, немцы хотят перехватить инициативу и первыми нанести удар, захватить наиболее важные экономические районы СССР, и прежде всего Украину.

д) по сообщению нашего ВАТ из Берлина, по данным вполне авторитетного источника, начало военных действий против СССР следует ожидать между 15 мая и 15 июня 1941 г.

Вывод:

1. На основании всех приведенных выше высказываний и возможных вариантов действий весною этого года считаю, что наиболее возможным сроком начала действий против СССР являться будет момент после победы над Англией или после заключения с ней почетного для Германии мира.

2. Слухи и документы, говорящие о неизбежности весною этого года войны против СССР необходимо расценивать как дезинформацию, исходящую от английской и даже, может быть, германской разведки.

Начальник Разведывательного управления

Генерального штаба Красной Армии

генерал-лейтенант (Голиков)».[248]

А уже через две недели тот же Голиков докладывал: Из спецсообщения № 660370 Разведуправления Генштаба Красной Армии об усилении группировки немецких войск на границе с СССР от 4.04.1941 г.:

«В течение всего марта немецким командованием осуществлялись усиленные переброски войск в пограничную полосу с СССР. Начались они еще с конца января 1941 г.

Переброска войск производилась как с западного фронта, так и из центральных районов Германии…

Общее количество германских войск на границе с СССР до Словакии выражается:

Пехотных дивизий… 61

Моторизованных дивизий… 6

Танковых дивизий… 6–7

Всего: 72–73 дивизии.

… К этому составу немецких войск нужно добавить немецкие войска в Молдавии и Северной Добрудже в общем количестве около 9 пехотных и одной моторизованной дивизий.

С ними общее количество немецких дивизий всех типов в приграничной полосе с СССР достигает 83–84 дивизий, не считая войск, сосредоточенных в Чехии, Моравии и в центре Румынии.

Голиков».[249]

Еще через месяц: Из спецсообщения № 660477сс Разведуправления Генштаба Красной Армии «О группировке немецких войск на Востоке и Юго-Востоке на 5 мая 1941 г.» от 5.05.1941 г.:

«1. За два месяца количество немецких дивизий в приграничной зоне против СССР увеличилось на 37 дивизий (с 70 до 107). Из них число танковых дивизий возросло с 6 до 12 дивизий. С румынской и венгерской армиями это составляет около 130 дивизий.

2. Необходимо считаться с дальнейшем усилением немецкого сосредоточения против СССР за счет освободившихся войск в Югославии и их группировкой в районе протектората и на территории Румынии.

3. Вероятно дальнейшее усиление немецких войск на территории Норвегии, северо-норвежская группа которых в перспективе может быть использована против СССР через Финляндию и морем.

4. Наличные силы немецких войск для действий на Ближнем Востоке к данному времени выражаются в 40 дивизиях, из которых 25 — в Греции и 15 — в Болгарии. В этих же целях сосредоточено до двух парашютных дивизий с вероятным их использованием в Ираке.

Голиков».[250]

Затем: Из спецсообщения № 660506сс Разведуправления Генштаба Красной Армии «О распределении вооруженных сил по театрам и фронтам военных действий по состоянию на 15.05.41 г.» от 15.05.1941 г.:

«Перегруппировка немецких войск за первую половину мая характеризуется усилением группировки против СССР на протяжении всей западной и юго-западной границы, включая и Румынию, дальнейшим усилением сил для действий против Англии на Ближнем Востоке, в Африке и на территории Норвегии…

Общее количество немецких войск против СССР достигает 114–119 дивизий, включая 6 дивизий, находящихся в районе Данциг — Познань — Торн. Из них пехотные — 82–87 горных — 6, танковых — 13, моторизованных — 12, кавалерийских — 1…

Основными районами сосредоточения являются: южная часть Генерал-Губернаторства, Словакия и северная часть Молдавии.

(Голиков)».[251]

Из спецсообщения № 660569 Разведуправления Генштаба Красной Армии о группировке немецких войск на 1 июня 1941 г. от 31.05.1941 г.:

«Группировка немецких войск на 1 июня 1941 г.

В течение второй половины мая месяца главное немецкое командование за счет сил, освободившихся на Балканах, производило:

1. Восстановление западной группировки для борьбы с Англией.

2. Увеличение сил против СССР.

3. Сосредоточение резервов главного командования.

Общее распределение вооруженных сил Германии состоит в следующем:

— против Англии (на всех фронтах) — 122–126 дивизий;

— против СССР — 120–122 дивизии;

— резервов — 44–48 дивизий.

… В результате немецких перебросок за май месяц против СССР, необходимо отметить:

1) что за вторую половину мая месяца немцы приступили к созданию оперативной глубины, сосредоточив, как выше отмечено, западнее линии Лодзь, Краков — 6–8 дивизий;

2) перебросив значительные силы из Югославии, Греции и Болгарии на территорию Румынии, немцы в значительной степени усилили свое правое крыло против СССР, повысив его удельный вес в общей структуре своего восточного фронта против СССР (к настоящему времени в Румынии, вместе с Молдавией, насчитывается 28 дивизий).

Что касается фронта против Англии, то немецкое командование, имея уже в данное время необходимые силы для дальнейшего развития действий на Ближнем Востоке и против Египта (29 дивизий, считая Грецию с островом Крит, Италию и Африку), в то же время довольно быстро восстановило свою главную группировку на Западе, продолжая одновременно переброску в Норвегию (из порта Птоттин), имея в перспективе осуществление главной операции против английских островов.

В заключение можно отметить, что перегруппировки немецких войск после окончания Балканской компании в основном завершены.

Голиков».[252]

Таким образом, Разведуправление РККА осознавало угрозу нападения фашистской Германии на СССР и регулярно информировало о ней руководство страны. В поле зрения военной разведки находились как Германия с ее союзниками, так и страны англо-французского блока. Поэтому неправы те исследователи, которые пишут о слабости советской военной разведки, ссылаясь при этом на «Акт о приеме Наркомата обороны Союза ССР С. К. Тимошенко от К. Е. Ворошилова», где говорилось:

«Состояние разведывательной работы.

Организация разведки является одним из наиболее слабых участков в работе Наркомата обороны. Организационной разведки и систематического поступления данных об иностранных армиях не имеется.

Работа Разведывательного управления не связана с работой Генерального штаба. Наркомат обороны не имеет в лице Разведывательного управления органа, обеспечивающего Красную Армию данными об организации, состоянии, вооружении, подготовке к развертыванию иностранных армий. К моменту приема Наркомат обороны такими разведывательными данными не располагает. Театры военных действий и их подготовка не изучены».[253]

Процитированный документ, несмотря на свою важность для исследователей, не имеет точной датировки. Дело в том, что сдача и прием дел по НКО СССР были проведены во исполнение Постановления СНК от 8 мая 1940 г. Однако на документе имеются пометы, указывающие на то, что этот акт был отпечатан 7 декабря 1940 г. в пяти экземплярах, которые были направлены И. В. Сталину и В. М. Молотову 16 декабря, К. Е. Ворошилову — 12 декабря и Н. Ф. Ватутину — 23 января 1941 г.[254]

Однако не совсем прав и А. Г. Павлов, когда говорит о наличии у Разведуправления полных данных, «по которым можно было сделать твердые выводы: о принятии Германией решения напасть на СССР; о политических и стратегических планах немцев; о конкретных мероприятиях на всех этапах подготовки войны; о силах и средствах, подготовленных для войны; о замысле и способе развязывания войны; о группировке и боевом составе сил, развертывавшихся у границ СССР; о конкретных сроках нападения».[255]


Разведуправление, хотя и узнало о переброске немецкой армии к границам СССР и в достаточной степени освещало ее, но не располагало точными данными о численности развернутой группировки, что привело к ее завышению. Более того, постоянно завышалось и общее количество немецких дивизий вообще. Это привело к ошибочному мнению о том, что на 1 июня 1941 г. Германия сосредоточила против СССР лишь 41,6 % дивизий (на самом деле — 62 %), а против Англии — 42,6 %. В результате был сделан неверный вывод о том, что Германия не начнет войну против СССР, не победив Англию, а также, что процесс сосредоточения германских сил у границ СССР еще не завершен.

Не соответствует действительности утверждение, что военной разведке удалось получить все основные положения плана «Барбаросса». На самом деле ей стали известны лишь сведения о принятии Гитлером стратегического решения о начале войны с СССР, но никаких конкретных деталей плана, а тем более даты нападения она не знала. Да и знать не могла быть, так как агентура Разведуправления не имела доступа к высшим секретам Рейха. Поэтому говорить, что советской военной разведке удалось вскрыть замыслы германского командования, было бы неправильным. (К тому же, сделать это вообще было бы несколько затруднительно: в Германии было несколько концепций войны, и они постоянно менялись, как менялась и дата нападения на СССР.) Это относится и к предположению Разведуправления, что война с Германией будет затяжной. На самом же деле Гитлер и его генералы строили свои планы на теории «блицкрига».

В свете всего этого трудно упрекать Ф. И. Голикова за то, что он считал невозможным нападение Германии на СССР до окончания войны с Англией, а значит и невозможным нападение в ближайшее время. Соответственно и упреки И. Сталину в том, что он не слушал разведку, не совсем обоснованы. (А ведь к нему направлялись донесения и из НКВД, и НКИД, и НКВМФ, и Коминтерна.) Кроме того, надо учитывать и огромное количество дезинформации, направляемой немцами по различным каналам с целью скрыть свои истинные намерения.

Поэтому, на наш взгляд, наиболее верным будет следующий вывод. Советская военная разведка приложила максимум усилий для того, чтобы добыть и представить руководству страны исчерпывающую информацию о намерениях Германии. Однако в силу объективных причин сделать ей это полностью не удалось, а полученные сведения были довольно противоречивыми, чтобы со всей определенностью ответить на поставленные вопросы. Однако считать работу советской военной разведки плохой неверно, так как германские спецслужбы добились еще меньших результатов.


Франция | Империя ГРУ. Книга 1 | Советская войсковая разведка в 1941–1945 гг.