home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



Глава пятнадцатая

«Глупо они поступили, что не закрыли дверь», – подумал он.

Держась шестью лапами за косяк, паук протиснулся в дверной проем и бесшумно опустил свое тело на пол. Сквозь ту же дверь в дом лился свет обеих лун, и паук видел собственную тень, протянувшуюся по полу далеко впереди него.

Семья была богатой, так он сразу решил. Дневные ароматы еще не выветрились из помещения, и он, уловив запах пищи, понял, что питаются они хорошо. Отборная добыча, Воланду понравится. В призрачном свете двух лун он вглядывался в узор на обоях и настенных коврах, силясь разобрать хоть что-нибудь, кроме едва ощутимых вибраций. Его дело требовало темноты и тайны, так как никто не должен был знать об услугах, оказываемых им доктору Воланду.

Быстро перебирая лапами, паук поднялся сначала на второй этаж, потом на третий, ведомый своими чувствительными волосками. Третья дверь справа – за ней текстура воздуха изменялась. Значит, там спящие.

Мясо.

Крадучись, он прошел по коридору, поравнялся с дверью, протянул к ручке лапу, дождался небольшой трансформации: безболезненно прорвав плюсну и коготь, появилась рука. Руки иногда бывают куда полезнее лап и когтей, вот и теперь дверь открылась без малейшего усилия. Вот они – вся семья в одной постели для тепла, – двое взрослых и двое ребятишек крепко спят. И не подозревают, что вот-вот станут добычей.

Паук пошел боком, обходя комнату вдоль стены.

Потом вскочил на кровать и навис над лежащими в ней людьми, раздумывая, не убить ли их ядом, без боли. Но нет, Воланду это не понравится, яд портит конечный продукт. Тогда он начал с отца – крепкого рыжего мужика, храпевшего во всю мочь, – следуя правилу всегда ликвидировать сначала наибольшую опасность. Пользуясь все той же рукой-лапой, паук приподнял ему голову и с нежностью любовницы приоткрыл ему рот.

Мужик вздрогнул, открыл глаза и начал:

– Какого черта?…

Но паук, не забывая следить за тем, чтобы не разбудить других, уже выплюнул неядовитую нить ему в рот, отчего тот немедленно задохнулся. Паук осторожно снял его с кровати, перенес на пол, где сразу прижал двумя лапами к полу и окончательно придушил своей слюной. Напоследок мужчина вытаращил глаза – сначала недоумевая, потом осознавая происходящее.

Потом пришел черед матери. Она лежала на другой стороне кровати, так что пауку пришлось взобраться туда снова и устроиться над детьми. Он приподнял ей голову, плюнул в рот, задушил. С женщиной все прошло на удивление быстро, и скоро второе тело уже лежало на полу рядом с первым.

Затем паук посмотрел на ребятишек – мальчика и девочку.

Те лежали, мирно обнявшись, и не шелохнулись, когда он приподнял одеяло, чтобы разглядеть их тощенькие тельца. На вид лет по пять-шесть, не больше, и мяса у них, хотя и нежного, было очень уж мало, кожа да кости. Воланд всегда говорил, что дети бесполезны: мяса на них нет.

Переставляя по две лапы зараз, паук отступил назад и спеленал родителей своим шелком. Затем отнес тщательно завернутые тела вниз по лестнице, на первый этаж, и через ту же открытую дверь выбрался с ними наружу, под небо в оспинах звезд.


Пока Джерид размышлял о событиях предыдущего вечера, жуя крабовое мясо в панировке, которое купил у чумазого торговца на улице, кое-что привлекло его внимание.

Два ящика опасно накренились на подводе и наконец упали. Напуганная их грохотом, лошадь рванула и понесла по широким улицам района Альтинг. Никто не попытался остановить животное, и скоро лошадь вместе с повозкой пропала в тумане, который надвинулся с моря еще вечером. Натянув потуже шляпу на уши, Джерид подошел к двум мужчинам, торопливо собиравшим с земли содержимое ящиков.

– Что это у вас тут, парни? – спросил Джерид.

Двое подозрительно уставились на него, встали и загородили собой ящики. Оба были рыжими, у того, что левее, татуировки покрывали шею.

– А тебе какая, на хрен, разница? – поинтересовался один, а другой угрожающе сложил на груди руки.

– А я, видите ли, любопытный следователь. – Джерид вытащил свой медальон. – Вы же знаете, инквизицию хлебом не корми, а дай сунуть нос в чужие дела.

Этот точно любитель. Переглянувшись, парочка перед лицом закона неохотно сменила гнев на милость. Какое-то время никто ничего не говорил.

– Сколько? – спросил наконец один.

– Сколько за что? – буркнул Джерид.

– Сколько возьмешь за то, чтобы… ну, это… свалить по-тихому? Ты же знаешь, как это делается, – и мы знаем.

Попытка подкупа только добавила Джериду решимости дознаться, что там в ящиках.

– Боюсь, ребята, вы не на того напали. Мне нужен ответ. Что у вас там?

Молодые люди шепотом посовещались.

– Мясо, – объяснил тот, что с татуировкой. – Развозим по иренам с бойни. Приказ босса. – И добавил: – А нашего босса зовут Малум, он лидер банды «Кровь», и ему не нравится, когда к его людям пристает инквизиция. Тебе ясно?

Джериду все было абсолютно ясно. Малум представлял собой самую влиятельную персону городского подпольного мира. А еще, если верить тому, что о нем говорили, социопата, склонного к насилию. Джерид много слышал о нем с тех пор, как приехал в Виллирен. В штаб-квартире инквизиции его имя повторяли на каждом углу, причем не иначе как боязливым шепотом. Легенды и мифы, судя по всему, окружали его таким плотным кольцом, что Джерид диву давался, как тот еще не задохнулся.

Он посмотрел на мужчин, потом на куски кровавой требухи, выпавшие на мостовую, потом снова на лица уличных бойцов.

– Мне не надо платить, чтобы я ушел, – заявил он. – Я ведь говорю, не на того напали, ясно?


Чтобы попасть в свой кабинет, Джерид должен был пройти мимо тюремной камеры в главном здании инквизиции. Несмотря на то что дела редко расследовались как положено, арестованных приводили каждый день, причем самых разных, в том числе и таких, кто ничуть не походил на преступников. Джерид начал задавать вопросы.

– Только между нами, ладно? – предупредил его один из помощников, тщедушный коротышка с копной светлых волос. – Мы арестовываем тех, кто мешает Лутто и его планам. Ну, например, надо ему снести целую улицу домов для прохода войск, а жители возмущаются, протестуют, тогда он называет это преступлением, и глядишь – у нас в камерах полно народу. Хочет он избавиться от обычных торговцев, чтобы очистить место для новых, более конкурентоспособных, тех, у кого все товары дешевле. Тогда прежних торговцев разгоняют – и это называется «свободный рынок». Но такое не всем по вкусу, люди устраивают скандал, так? А места на улицах до`роги. Городу ведь надо зарабатывать деньги. И те шахтеры, которые теряют работу, устраивают марши протеста и дерутся во время них… они тоже сюда попадают. Тем временем на улицах хозяйничают убийцы. Хотя, по-моему, «преступник» – понятие относительное, все зависит от того, с какой точки зрения смотреть. Да и вообще, я просто делаю свою работу, а хороша она или плоха – меня не спрашивайте. И смотрите, никому не говорите, а то меня в два счета отсюда вышибут, а мне неохота терять место из-за такой ерунды.

С каждым днем этот город все сильнее разочаровывал Джерида, вот и теперь он вошел в свой кабинет в состоянии глубокой задумчивости.

Там его уже ждала Нандзи.

– Утро доброе, Нандзи. – Джерид положил шляпу на стол и с громким вздохом опустился на стул.

– Доброе утро, следователь, – ответила Нандзи. – Выпьете чего-нибудь?

– Нет, спасибо, я по дороге позавтракал. – Он потер ладонями лицо, чтобы окончательно проснуться. – Похоже, теперь у нас появились кое-какие зацепки.

– Какие же?

– Я про вчерашнюю вечеринку в цитадели. Я нашел там интересную и необычную субстанцию. И медленно, но верно прихожу к убеждению, что это как раз то, что нам нужно.

– Что за субстанция? – спокойно спросила она.

– Пока не знаю. Я уже отдал вчера образец командующему на анализ – с ним работает культистка, которая может знать, что это такое. Связано ли это как-то с исчезновениями, я пока не уверен.

– Следователь Джерид, вы так близко принимаете к сердцу каждое расследование. Это восхитительное качество, но не пора ли вам немного отдохнуть? У человека должна быть и личная жизнь, она тоже требует внимания. Я могу проследить за этим делом с командующим, а вы получите небольшую передышку.

– Да, ты права, девочка. Я ко всякому делу отношусь серьезно. – Ему не хватило духу объяснить ей, в каком долгу он, по его мнению, был перед жизнью. Он был бесконечно предан своей жене и считал, что должен отдавать миру хотя бы немного хорошего взамен.

Да и как он мог ей объяснить, что на каждый свой поступок, пусть даже самый обычный, он переносит скрытое чувство вины? Тот случай с его женой в Виллджамуре изменил его навсегда. Он очень старался забыть о нем, запрятать его куда-нибудь подальше в глубины памяти, но он не уходил, и Джерид продолжал задавать себе вопросы.

Однажды он решил, что единственный способ справиться со всем плохим в жизни – помогать другим, но, возможно, он и тут ошибся, и он никому не помогает, а только сидит за своим столом, отгородившись от реального мира медальоном инквизиции, объятиями жены и своей всеобъемлющей теорией.

– Не знаю, что я стал бы делать, если бы у меня вдруг случился отпуск. Провел бы его с женой, может быть, съездил бы с ней куда-нибудь, да только куда в ледниковый период подашься? А гулять мы и так по вечерам ходим. Нет, работа – это все, что у меня есть, и я твердо намерен узнать, почему так много людей исчезает с улиц этого чертова города.

– Эта задача представляется мне невыполнимой, – заявила Нандзи. – Есть преступления и попроще, которые мы вполне можем расследовать и посадить преступников за решетку. Торговля пиратскими реликвиями, к примеру. Только вчера еще один человек потерял руку, причем ему повезло. А незадолго до вашего приезда в город ребенок запустил одну на ирене, сам погиб, еще троих угробил и несколько десятков ранил.

– Это, конечно, трагедия, – согласился Джерид. – Но хороший следователь не сдается, даже если ему кажется, что ничего поделать нельзя. Иногда, чтобы решить запутанное дело, требуется малюсенький ключик, крохотное открытие, которое повлечет за собой огромные последствия. Я не знаю. Как ни странно, мне мало что известно об этом деле, и отсутствие информации сильно меня смущает.

Нандзи мягко улыбнулась ему:

– Когда мы снова увидим командующего? Мне интересно, какие у него новости о судьбе города?

– Мне тоже, детка.


Глава четырнадцатая | Город холодных руин | Глава шестнадцатая