home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



Глава двадцать седьмая

– Деньги не возвращаем! – стоял на своем продавец, вывернув руки ладонями к падающему снегу. Небо над их головами было темно-серым, под стать настроению Джерида.

– Деньги мне не нужны, – твердо сказал Джерид, – я только хочу знать, где ты взял это мясо.

– Не сказать. – Торговец нахмурился.

Фиакр прогрохотал за спиной Джерида, и он вздохнул. Ослабил воротничок, чтобы легче было доставать инквизиторский медальон, который и показал торговцу, убедившись, что он видит.

– Следователь Румекс Джерид, инквизиция Виллирена. Может быть, теперь ты скажешь мне, откуда взялось это чертово мясо? Или предпочитаешь, чтобы тебя доставили в тюрьму, где ты до конца недели будешь справлять малую нужду в вонючее ведро в углу какой-нибудь камеры?

– Я не могу говорить. Я… бояться.

Джерид нахмурился.

Чего тут бояться?

– Что-то я не понял.

– Не сказать. – Глаза у продавца вылезли на лоб; то и дело он бросал вороватые взгляды на соседний проулок, как будто оттуда за ним кто-то наблюдал.

– Если ты боишься, мы тебя защитим, – предложил Джерид. – Инквизиция охраняет своих информаторов от кого угодно.

– Очень хорошо. – Торговец глуховато усмехнулся. – Думаете, инквизиция крутая, да? Не крутая, как он. Не так страшно.

Джерид схватил его за воротник и подтянул к себе:

– Не назовешь имя, я тебя упеку за продажу неизвестного мяса, так что хватит мне мозги парить. – И оттолкнул.

Торговец нацарапал что-то на клочке бумаги, потом стал пятиться, беспомощно выставив перед собой ладони, пока не исчез в проулке, бросив прилавок.

Джерид прочел записку. Там стояло всего одно имя: «Малум».


Ему надо было доделать кое-какую бумажную работу, да и Нандзи уже ждала его с утренним чаем – жест, который он не мог недооценить. Как всегда, она была одета в скучные оттенки коричневого, кардиган поверх рубашки и длинную шерстяную юбку из тех, которые она носила постоянно.

Когда она спросила его, как прошел романтический вечер, он только отмахнулся.

– Я не романтик, – солгал он, зная, что вся его жизнь – одна сплошная тщетная попытка сорвать с себя бесконечную шелуху ностальгии, и спросил: – А скажи, есть в городе какой-нибудь бандит, которого особенно боятся уличные торговцы?

– До меня доходили слухи… – Она бросила взгляд на дверь, точно проверяя, закрыта ли она. – Тут иногда болтают… – И она наклонила голову, точно намекая на всю инквизицию в целом. – Есть банды, которые контролируют многое из происходящего в городе, скажем так. Никаких подробностей я не знаю, но если бы выяснилось, что кое-кто из инквизиторов получает от бандитов взятки за то, чтобы закрывать глаза на их особо неприглядные делишки, то я не удивилась бы. В этой организации иногда лучше не задавать лишних вопросов, а то косо посмотрят, но сама я никогда не была замешана в подобных вещах.

– Рад слышать, – заметил Джерид. – Хороший следователь всегда старается держаться подальше от соблазнов разных сомнительных сделок. – Он ничуть не удивился, узнав, что в городе столь беззаконном, как Виллирен, происходят подобные вещи. Насколько глубоко проникла порча – вот что волновало его по-настоящему, хотя он и убеждал себя, что зря беспокоится, ведь он сам скоро уедет из этого города. Если банды напрямую связаны с правительством, то вряд ли стоит пытаться расчистить эти конюшни. В конце концов, его дело – спрятаться и затаиться, а то как бы не нагрянул кто-нибудь из Виллджамура, где в определенных кругах были наслышаны о его похождениях.

– Есть какая-то особая причина, по которой вас интересуют бандиты?

– Мне попался кусок плохого мяса, – ответил Джерид. – Я купил его у торговца, а тот не хочет говорить, где он его взял. Может, за этим ничего нет, только я хочу получать хорошее качество за хорошие деньги. Но этим я займусь в свободное от работы время, разумеется. Буква закона превыше всего.

– А какие-нибудь соображения у вас уже есть? – осторожно поинтересовалась Нандзи.

– У меня есть имя. Малум.

– Король преступного мира, – прошептала Нандзи почтительно.

– Слышал. Полагаю, в нашем заведении немало таких, кто охотно прикрывает глаза на любые подвиги подобных королей. Так что придется поработать детективом.


Остаток дня Джерид и Нандзи провели, собирая слухи.

Начав с бистро и баров, они довольно быстро оказались в подземных логовах, где их посылали от одного к другому типы с такими рожами, каких нигде, кроме как в преступном мире, и не сыщешь. Настоящие бандиты, Джерид давно научился распознавать таких по физиономиям, читать, что они сообщали друг другу, обмениваясь взглядами. Хорошо, что с ним была Нандзи: в ее присутствии они вели себя более сдержанно.

Джерид сделал все, чтобы по преступному сообществу прошел слух: инквизиция ищет Малума. Цепочки следов казались бесконечными, однако уже к концу дня Джерид и его помощница заполучили верный адресок, который передал им чумазый парнишка с гнилыми зубами. И не просто адресок – к нему еще прилагался номер будки.

Странно…

Парень настойчиво порекомендовал:

– Приходи один. Бабу брось. – С этими словами он шмыгнул в толпу на ирене и затерялся в ней.

По заснеженным улицам Нандзи проводила Джерида к переулку где-то в Скархаузе и там, без слова жалобы, оставила его одного, как он просил. Он был благодарен ей за тактичность.

Над железной дверью криво висела деревянная доска, на которой яркими красками было намалевано: «Пип-шоу».

Он постучал в дверь, задвижка скользнула в сторону.

– Какого тебе?… У нас еще закрыто.

– Я ищу Малума. По приглашению. – Джерид украдкой оглянулся и заметил, что снова пошел снег, который целый день то стихал, то вдруг начинал валить большими хлопьями. Мимо прогремел фиакр, и Джерид поспешно натянул шляпу поглубже; не хватало, чтобы кто-нибудь заметил его в таком месте, неважно, в чужом он городе или нет.

– Ты следователь? – переспросил шепелявый голос.

– Ага, следователь Джерид.

Дверь с лязгом распахнулась, и давно не мытый темноволосый парень, едва ли не подросток, взмахом руки поманил его за собой в темноту.

– Кажется, мне нужна будка номер три. – Джерид протянул юнцу клочок бумаги, на который тот даже не взглянул.

В темном коридоре едва уловимо пахло благовониями. Румель кожей ощущал обступавшую со всех сторон сырость.

Похоже на тюрьму инквизиции.

Из невидимых комнат до него доносились голоса; разговоры прерывались, когда они с провожатым проходили мимо. Раз или два он слышал стоны и еще какие-то странные утробные звуки, которых не распознал.

– Здесь. – Парень показал куда-то в сторону.

– Спасибо. – Джерид разглядел в полумраке узкую деревянную дверь с вырезанной на ней цифрой 3, толкнул ее, вошел и прикрыл за собой.

Деревянный табурет стоял возле чего-то похожего на большое окно; за ним была непроглядная темнота. Какое-то ведро, несколько полотенец и ничего больше, только холодный голый камень кругом. Джерид подошел к табурету, встал на него коленями и заглянул в темное стекло, чувствуя, как учащается в тишине его пульс.

Он довольно долго смотрел в странное окно, ничего не различая за ним, кроме темноты, чувствуя, как нарастает его напряжение. Он постучал по стеклу костяшками пальцев – оно было крепким.

Вдруг за стеклом вспыхнул яркий свет, и он увидел человека: тот сидел, развалившись, на стуле, на нем были длинный стильный плащ и маска, из-под которой виднелись коротко стриженные темные волосы. Сбоку от него с потолка спускался крюк – на такие вешают на бойнях туши животных, – с крюка свисала цепь и кружевное нижнее белье, а вдоль стен стояли три-четыре зеркала в серебряных рамах, отражавшие человека на стуле в разных необычных ракурсах.

– Следователь Джерид. – заговорил он. – Я слышал, ты расспрашивал обо мне. Обо мне многие сейчас спрашивают – значит, я популярен, верно?

– Да, правильно. Значит, это ты Малум? – Джерид не мог понять, как ему пробраться за стекло, которое, казалось, было вмуровано прямо в каменную кладку. Крошечный металлический лючок сбоку предназначался, видимо, только для монет.

– Да, это я. Только сюда нельзя войти, Джерид, – холодно предупредил Малум. – Так что не оглядывайся. Стекла разработали культисты, специально для безопасности.

– Чьей безопасности? – уточнил Джерид.

– В данный момент твоей, а так в основном для безопасности моих женщин.

– И что, они тоже просто сидят там?

– Нет, они раздеваются за деньги. А одинокие мужчины смотрят на это разинув рот и бросают им монеты.

– И эти мужчины?…

– Смотрят, – ответил Малум, – или мастурбируют. Никакого секса, женщины защищены. И все довольны.

– Почему же я не видел тебя, пока ты не зажег свет?

– Культистское стекло – отменное качество. У меня большие связи. – Его тон изменился: – К делу. Зачем ты меня искал?

– Кое-кто назвал мне твое имя, когда я стал интересоваться, откуда взялось плохое мясо, которое я купил.

Малум расхохотался:

– И это все? Мясо, и ничего больше?

– У меня есть основания подозревать, что в этом городе в продажу поступает немало мяса сомнительного происхождения. Торговец сказал, что распространяешь его ты. Все, что мне нужно знать, – откуда берется это мясо.

– Да ты храбрец, раз пришел сюда задавать такие вопросы.

– Может быть, и так, а возможно, я просто глуп.

Малум усмехнулся:

– Ты мне нравишься, следователь. Слушай, сейчас немало людей задают такой же вопрос, а я не хочу, чтобы мое имя ассоциировалось у людей со всякой дрянью. Давай договоримся. Я дам тебе адресок и имя, а ты от меня отстанешь.

Поза крутого парня Джерида не впечатлила, но на предложение он согласился:

– Договорились.

– Воланд. Он наш поставщик. В последнее время я вел с ним еще кое-какие дела и, честно говоря, остался недоволен. Среди прочего он знает меня как специалиста, обслуживающего узкую категорию потребителей; так вот, он поставил мне оборудование, которое не справляется со своей задачей. Так что я буду только рад, если инквизиция почешет ему бока. И, как ты понимаешь, не без причины.

– А что он сделал?

– Слишком много вопросов задаешь.

– За это мне платят – хотя и не так уж много.

– У каждого на рынке свой сегмент, и запомни, на это заведение у меня есть разрешение бейлифа. Когда будешь выходить, загляни в седьмую кабину, увидишь образчик воландовой работы. Я включу там свет и активирую стекло. И смотри, никогда больше не ищи меня по имени, а не то я не отвечаю за твою безопасность.

Свет погас, окно почернело, а потом в лючке справа от стекла раздался щелчок. Джерид выдвинул небольшой ящичек и вынул из него записку с именем и адресом.

– Спасибо, – сказал он, хотя и не знал, там еще Малум или уже нет.

Воланд… Какое странное имя.

Сунув записку в карман, Джерид встал и вышел из комнаты. В темном коридоре он зажег спичку и нашел седьмую кабину, она была в дальнем конце. Он нажал на дверную ручку, дверь мягко отошла в сторону. В окне горел неяркий свет, он лился откуда-то сверху, и казалось, что стены камеры, обитые малиновым бархатом, вибрируют. Продолжая гадать, что же это за рыночные сегменты такие, он подошел вплотную к окну и увидел за ним лежащее на полу тело женщины.

Нет, не женщины.

А… твари.

Прижав обе ладони к стеклу, чтобы сохранить равновесие, Джерид почувствовал, как у него забурлило в желудке. Одетая в белое дамское белье тварь имела ноги какого-то животного вроде лошади, точнее он сказать не мог. Она лежала, скорчившись, в позе эмбриона, ее тело сплошь покрывал короткий белый мех, весь в пятнышках крови, струйка которой вытекала у нее изо рта. На лбу у нее был рог, он придавал ей сходство с мифическим животным, длинные светлые волосы в пятнах крови разметались по полу. И все это – вся эта гадость – трижды отражалась в зеркалах, позволяя разглядеть все чудовищные подробности.

Что за чертовщиной такой занимается этот Воланд? Что за человек… нет, что это за город, в котором можно получить разрешение на подобное? Кто захочет платить, чтобы увидеть такое?

Специалист, обслуживающий узкую категорию потребителей.

Джерид бросился к ведру, которое стояло в углу, и его тут же вырвало.


Глава двадцать шестая | Город холодных руин | Глава двадцать восьмая