home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



Глава пятьдесят четвертая

Конец.

Но можно ли назвать победой то, что оплачено сотней тысяч жизней? И можно ли сказать, что ты выиграл войну, если от твоей армии почти ничего не осталось?

Охваченный глубокой усталостью, Бринд часами напролет сидел в полумраке обсидианового зала. Его мышцы содрогались, когда приступы боли пронзали все его тело, но тут же отступали, побежденные культистской чертовщиной, которая текла в его крови. Иногда заходил связной с новостями, и тогда Бринд слушал его, подавшись вперед в своем кресле и глядя в пол. Редкие уцелевшие гаруды еще проводили воздушную разведку, но теперь Виллирен, похоже, держался крепко. Где-то между связными зашел Бруг и сообщил, что Хааль умер в госпитале от потери крови.

– Когда же это кончится? – вздохнул Бринд.

Бруг вышел, сохраняя бесстрастное выражение лица, и Бринд снова остался один.

В открытое окно влетел легкий ветерок и зашелестел бумагами с планами обороны и картами города у него на столе. Командующий неподвижно смотрел, как они падают на пол. Карты больше ни к чему. В этом городе появятся теперь новые улицы, и линии на бумаге тоже придется проводить заново. Лутто уже много дней никто не видел. Трусливый бейлиф, должно быть, сбежал из города еще в самом начале заварухи. Так что задачу послевоенного строительства Бринду тоже придется пока взять на себя.

Кошмарные видения все еще жгли его мозг, стоило ему закрыть глаза: куски отрубленной плоти, лужи крови, полчища захватчиков, топчущие их мертвых… Он слышал, что у других солдат случались настоящие припадки, когда они вспоминали все виденное. Взрослые мужчины плакали как дети. И ничего в кодексе поведения солдата империи не могло подсказать ему, что с этим делать.

Недостаток сна притупил его реакцию, вот почему он не сразу заметил появление Джамур Рики, бывшей императрицы. Рядом с ней маячила какая-то громадная фигура, нависая над ним, но он не в силах был пошевелиться, даже если бы ему сказали, что это стоит его смерть. Негодующие крики его солдат в коридоре указывали на то, что эти двое, видимо, вошли силой.

Бринд произвел мысленную перекличку всем мышцам своего тела и выпрямился. Его особенно интересовала могучая, жутковатого вида незнакомка рядом с бывшей императрицей. Что это? Он снова перевел взгляд на Рику.

– Вы разве не умерли?

– А вы – после такой драки? – ответила ему Рика.

– Возможно, – сказал Бринд. – Чем я могу вам помочь? – Опять скосив глаза на великаншу подле Рики, он вдруг заметил изящного молодого человека с длинными до нелепости волосами, который как раз вошел в комнату. С ним была младшая сестра Рики, которая, похоже, сильно возмужала с их последней встречи. Она улыбнулась ему, и он промямлил приветствие.

– А это кто с вами? – Он кивнул в сторону странной фигуры. Росту в ней было, наверное, футов семь, не меньше, а такой формы, как у нее, ему еще никогда не доводилось видеть. Материя на ней казалась скрепленной не обычными стежками, а чем-то вроде болтов; клинки, выглядывавшие у нее из-за спины, отличались превосходной работой.

– Меня зовут Артемизия, – ответила великанша.

Но больше всего его поразило то, что он услышал после.


Наконец-то события обрели смысл или, по крайней мере, ясность и связность.

Артемизия объяснила, что она принадлежит к расе дауниров, хотя была нисколько не похожа на Джарро. Она так прямо и объявила: я, мол, из расы богов. И начала свой рассказ, события которого охватывали тысячи лет истории. Еще никогда в жизни Бринд не чувствовал себя таким невеждой.


Эйр с Рандуром наконец-то нашли комнату – ничего особенного, но в ней, по крайней мере, была кровать. Вместе они улеглись на нее. Голова Рандура все еще шла кругом от всего, что он повидал сегодня. Мир оказался мрачным местом, но ему надо было как-то прожить в нем остаток жизни, и он еще не отказался от надежды спасти Эйр.

– Все ведь еще не кончилось, правда? – прошептал он.

Она шевельнулась с ним рядом. Провела пальцами по его подбородку.

– Я хотела быть рядом с сестрой.

– Ты и сейчас этого хочешь? – Он помолчал. – Она ведь так изменилась.

Но Эйр уже спала, и он ее не винил.


Много времени спустя, когда они с Рикой, ее свитой и этой богиней сидели за столом, Бринд наконец собрался с мыслями. Он все еще оставался командующим армией, и ему надо было делать свое дело, руководить людьми. Законы законами, а он теперь впишет свою страницу в историю. Бремя ответственности угнетало его; за время войны его мозг едва не лопнул от напряжения, однако теперь… теперь настало время созидать.

Согласно имевшемуся у него приказу, ему следовало бы арестовать Рику, но при сложившихся обстоятельствах это не имело особого значения. Кроме того, Артемизия сломала руку часовому, который пытался ее удержать, так что применение силы представлялось ему не особенно разумным выбором, когда он взвешивал открывшиеся перед ним возможности. Кроме того, он не доверял Уртике.

– Вот что я предлагаю, – объявила Рика, кладя обе ладони на стол.

– Вы предлагаете? – отреагировал Бринд. – В данный момент вы пленница империи.

– Вы ведь уже знаете меня, командующий, и знаете, что на мое слово можно положиться. – И Рика принялась описывать ему обстоятельства их пленения и их путь в Виллирен.

– Скажите мне, что вы предлагаете, – перебил ее Бринд, – а я скажу, доверяю я вашим словам или нет.

– Я хочу отделить Виллирен от остальной империи, чтобы находящиеся в нем военные могли принести мне присягу. Затем мы возьмем Виллджамур, а вот потом настанет самое сложное. Мы должны будем вступить в союз с народами из мира Артемизии и обеспечить их постепенное переселение на Бореальский архипелаг, где они будут жить с людьми и румелями. Лишь включив культуру ее народа в наш мир, мы обретем источник силы для сопротивления последующим атакам. Вы ведь не будете утверждать, что мы сейчас победили только своими силами?

Ужасы войны на миг вновь зашевелились в памяти Бринда.

– Главный портал, сквозь который чиррипы – вы их зовете окунами – проникли в ваш мир, временно обезврежен, – добавила Артемизия. – Но скоро его починят. Мы даже не знаем наверняка, сколько времени у нас есть.

– То есть вы хотите сказать, – подхватил Бринд, – что наша единственная надежда – это союз с вами?

– Мы и они – единственная надежда друг друга, – поправила его Рика.

– Как я уже не раз говорила, – подвела итог Артемизия. – Отныне я предлагаю искать исключительно мирные пути. Ненасильственная интеграция – другого способа нет.

Да, головоломка оказалась та еще. Был ли у Бринда вообще выбор?

– Пройдет немало времени, прежде чем что-то станет ясно, – сказал наконец он. – Город разрушен. Силы армии истощены. Нам придется строить все заново. А вы намерены захватить Виллджамур? Да вы хотя бы представляете, насколько хорошо укреплен этот город?

– Как только о нашем альянсе будет объявлено официально, – заявила Артемизия, – я смогу оказать помощь в решении и этой проблемы.


Когда все уже было сказано и добавить было больше нечего, они оставили Бринда наедине со своими мыслями. Предоставленный самому себе, он подошел к окну, из которого хорошо был виден город. Небо на севере окрасилось пурпурно-синим – он уже давно не видел таких цветов. Виллирен овевал теплый ветерок, казавшийся предзнаменованием того будущего, о котором ему только что рассказали. На городских окраинах жгли мертвецов, столбы дыма от погребальных костров стояли в воздухе, морские птицы вернулись и пировали на развалинах.

Немного вы там найдете.

Покинув обсидиановый зал, Бринд вернулся в свою комнату. После драки с Нелумом там так и не прибрались, все валялось вверх дном; спасибо хоть пятна крови кто-то замыл. Измученный, он упал на кровать, глубоко вздохнул и закрыл лицо ладонями.

Как он понимал, выбора у него, скорее всего, не было. То, что предлагала Рика, по всей вероятности, имело смысл, хотя растаскивать на куски империю, которой он служил всю жизнь, казалось ему ошибочным. Однако настали иные времена, и жителям островов, нравилось им это или нет, предстояло свыкнуться с переменами. Так что если ему суждено сыграть в истории Бореальского архипелага позитивную роль, то, наверное, только путем восстановления жизни на нем, хотя как именно это будет, когда к живущим на нем людям и румелям присоединятся представители иной цивилизации, он не представлял. С другой стороны, после битвы, совсем недавно бушевавшей над Виллиреном, он готов был поверить во что угодно.

«Формировать новую культуру, – подумал Бринд, закрывая наконец глаза. – Наверное, это и значит быть богом».


Глава пятьдесят третья | Город холодных руин | Глава пятьдесят пятая