home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



Глава 51. 25 октября 2004 года

Дик Гефке стоял рядом с огромным окном кабинета — коренастая фигура с бейсбольным мячом в руке. Он несколько раз подбросил его и поймал.

— Итак, — произнес он, даже не глядя на Мейсона. — Похоже, что мы с вами получили некую ситуацию.

Директор стукнул мячом о ладонь.

В то утро Мейсону велели явиться в кабинет к боссу, но причин не назвали. Впрочем, он и без того знал, в чем тут дело. Войдя в кабинет, Мейсон садиться не стал, однако повернулся лицом к человеку, который терпеливо ждал от него дурных известий.

— Я имею в виду разговор с той женщиной. Но не только его. А также ее встречу с Роббином. — Он отвернулся от окна. — Я, как генеральный прокурор, хочу знать, почему вы не поняли того, что я и губернатор сказали вам на прошлой неделе?

— Я все прекрасно понял.

— И поэтому решили сделать по-своему! — Гефке сжал мяч с такой силой, что жилы на руке набухли, а затем положил его в вазу, доверху набитую наручниками.

Мейсон посмотрел на этот контейнер и подумал, для чего, собственно, хозяину кабинета понадобилось собирать наручники.

— Я не одобряю ваших действий, Тэб. Ни в коей мере. То, что вы сделали, идет вразрез с тем, что мы с вами, казалось, разделяли: повиновение закону, поддержание порядка. В нашем деле главное — работа в команде, именно благодаря ей дела делаются правильно. Я думал, вы это понимаете.

Мейсон смерил его взглядом.

— К счастью, этот неприятный инцидент удалось исчерпать. Если бы информация дошла до прессы, нам пришлось бы огрести по полной программе. А так это дело останется исключительно в стенах департамента. Остальным вовсе не обязательно о том знать.

Чтобы скрыть нетерпение, Мейсон спрятал руки в карманы.

— Тогда поступим следующим образом. Вы останетесь на посту начальника нашей старой доброй тюрьмы до января. Потом пойдете в отпуск. Увидитесь с семьей, отдохнете. А когда вернетесь, будете работать в Пендлтоне. Джонс как раз уходит на пенсию, вот мы вас под это дело и просунем туда. Должность та же, зарплата та же. Все как здесь, даже лучше — никаких казней. Мне кажется, вам должно там понравиться. — Он улыбнулся. — Я прав?

Мейсон по-собачьи втянул носом воздух, словно в предчувствии неприятностей. Пендлтон располагается в нескольких часах езды к востоку от Портленда, окруженный полями овса и населенный преступниками, обвиненными в самых страшных сексуальных преступлениях.

— Зачем ждать? Я могу уже сейчас туда перебраться, — в итоге сказал он.

— Правильно, можете. Но к чему торопиться? Давайте сначала переживем праздники, вы съездите в отпуск, а там разберемся, — сказал Гефке и улыбнулся. — Что скажете?

Мейсон внимательно разглядывал своего начальника, его офис, вазу с наручниками. Было время, когда он сам хотел стать генеральным прокурором.

— Боюсь, я скажу «нет».

Гефке скрестил руки на груди.

— Вам придется подыскать кого-то еще на эту должность в Пендлтоне, сэр. Я не хочу там работать.

— Что ж, ваш выбор.

Мейсон кивнул. Гефке прав. Это был его выбор. Он подумал про Роббина, как тот заявил миссис Стенли, что не дождется собственной смерти, и как он сам сидел в соседней комнате и ему было стыдно посмотреть в глаза Блисс.

— И вы можете найти кого-то еще, чтобы он привел в исполнение приговор Роббину. Я не хочу иметь никакого отношения к этому делу.

Босс снова улыбнулся:

— Вы уверены? Потому что я должен предупредить: я предполагал такое развитие событий и на всякий случай приготовился к нему.

— Что вы хотите этим сказать?

— Ну, мне почему-то подумалось, что вы заартачитесь. Впрочем, я вас не виню. Симпатичный парень вроде вас, неженатый, какого хрена вам ловить в такой дыре, как Пендлтон? Потому что кто здесь живет — одна неотесанная деревенщина да бывшие отставники, из которых еще не вышел их горчичный газ. Вы когда-нибудь замечали эти вещи? Честное слово, если террористы захотят учинить разгром, им достаточно разбить здесь самолет. — Генпрокурор вновь подкинул мячик и ловко его поймал. — Но не переживайте. Если хотите, можете уйти тихо, без лишнего шума. Хоть сегодня. Я не буду против. Я уже подобрал новую команду.

Мейсон прищурился:

— Уотерс?

— Да. Он вполне пригоден, чтобы встать у руля. Мне он нравится, даже несмотря на то, что закончил всего-навсего местный колледж. Я нашел еще одного хорошего парня, как раз подойдет на должность исполнителя приговора. Меткий стрелок. Зовут Рик Стоунхайм.

Мейсон улыбнулся:

— Отлично, сэр. Следует отдать вам должное. Ваш выбор неизменно падает на самых отъявленных садистов, каких только свет видывал. Это надо уметь.

— Рад, что вы одобряете мой выбор.

— Полагаю, именно он рассказал вам про визит миссис Стенли?

— Вы не ошиблись, именно он. Бедняга с такими талантами не должен прозябать на проходной.

Мейсон посмотрел куда-то мимо Гефке, мимо его мяча и окна.

— У меня имелись веские причины пустить миссис Стенли.

— О, веские причины всегда найдутся.

— Неправда, не всегда.

Гефке пожал плечами:

— Ну хорошо, не всегда.

— Стоунхайм мерзавец, и вы это знаете не хуже меня.

— Согласен.

Мейсон потер шею:

— Итак, я остаюсь. Делаю свое дело. Что дальше?

— Затем вам самому решать. Можете оставить свою собственную команду. Мне все равно. Главное, чтобы они были одной командой, а не просто бандой горячих парней, которые делают все, что им вздумается.

— Так вот, значит, как? Я остаюсь, я делаю свое дело, и мои люди остаются со мной?

— Нет, и еще кое-что. — Гефке улыбнулся, и Мейсон понял, что за этим последует. — Я не хочу, чтобы здесь ошивались эти две бабенки. Больше никаких визитов, и чтобы духу их не было в ночь казни. Никаких контактов с прессой — ни в ту ночь, ни потом, если это возможно.

— Ну, это как сказать. Они имеют полное право присутствовать при казни. Что касается прессы, не в вашей власти удержать их от общения с репортерами.

— Вы правы. Не в моей. Но вы знаете хотя бы, о чем я сейчас думаю? Я думаю, что тот, кто готов пойти на нарушение правил, чтобы впустить их в тюрьму, возможно, слегка ими увлекся. Особенно той, что помоложе. Как я понимаю, она очень даже смазливая телка.

Мейсон сжал кулаки и сделал шаг вперед. Но тут же остановился.

— Вот так будет лучше, дружище. Держите свой член в узде, и все будет нормально. Но если вы вновь приведете в тюрьму этих баб, клянусь, вам не поздоровится. Стоунхайм спит и видит себя в роли вашего помощника в ту ночь. И я сделаю все для того, чтобы он был готов занять это место. Как видите, так или иначе, — Гефке бросил мяч в последний раз, — я разработал свой план и не намерен от него отступаться.


Глава 50. 21 октября 2004 года | Плакучее дерево | Глава 52. 26 октября 2004 года