home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

Loading...


Глава 21

Джина, чистившая картошку у раковины, оглянулась на вошедшего в кухню Ларри.

— Ты что-то рано закончил, — сказала она.

Он посмотрел на часы. Почти четыре. Обычно он работал до половины пятого.

— Закончил эту дурацкую корректуру, — сказал он, доставая из холодильника пиво. — Что-то другое начинать уже поздно. — Он открыл крышку бутылки. — А где Лейн?

— Еще не вернулась.

— Это я знаю. У нее были какие — нибудь планы после школы?

— Она ничего не говорила. Может, задержалась у Бетти или еще где — нибудь.

— Понятно. — Ларри налил пиво в кружку, высосал белую пену и опустошил бутылку. — Что ты собираешься делать с картофелем?

— Пожарить по — французски.

— Прекрасно. — Он бросил бутылку в мусорное ведро. Она упала со стуком.

Ларри отнес пиво в гостиную, плюхнулся в свое кресло и начал перелистывать новый номер журнала «Мистерии», который пришел с дневной почтой. Джина, вероятно, просмотрела его. Она бы уже сообщила ему, если бы там говорилось о нем. Поэтому он сразу же перешел к «Письму из Голливуда» Брайана Гарфилда.

Он попытался читать.

День был теплым. Кондиционер был выключен, окна открыты. Каждый раз, когда Ларри слышал звук проезжавшей машины, глаза его обращались к окну.

«Ну, где же она?»

«Терпение, — приказал он себе. — У них может и не оказаться ежегодника за шестьдесят восьмой год.

Должен быть».

Ларри пожалел, что не попросил Лейн позвонить ему из школы. Тогда ему не пришлось бы волноваться целый день. Но ему не хотелось, чтобы она знала, что это так много для него значит.

— Попробуй взять шестьдесят восьмой, — сказал он ей. — Я как раз работаю над этим годом. Если этого года нет, тогда подойдет шестьдесят седьмой или шестьдесят шестой. Даже шестьдесят пятый. А если бы ты смогла получить ежегодники за все эти годы…

— Ты шутишь, — сказала Лейн. — Я буду рада, если Свансон даст мне хотя бы один из них, не то что четыре.

— Тогда лучше за шестьдесят восьмой, хорошо?

Ларри услышал еще одну приближающуюся машину.

Он знал звук «мустанга» — низкое ворчание, это был не он. Тем не менее он выглянул в окно. Мимо проехал большой фургон.

Ларри отхлебнул пива, дочитал Гарфилда и поискал «Угол скупого» Уоррена Мерфи. В этом номере его, по — видимому, не было.

— Заразы, — пробормотал он.

«Может, рассказ задерживается оттого, что еще не совсем готов? В следующий раз, когда буду разговаривать с Эдом, надо будет спросить его».

Ларри пробежал глазами колонку. Половина книг принадлежала авторам, которых он терпеть не мог. Но он нашел рецензии на новые книги Даниеля Ренсома, Джо Лансдейла и Чета Уильямсона. Он уже прочитал обсуждаемые книги. Хорошо. Такие обзоры никак не могли навредить ему.

Ларри отхлебнул еще пива.

Начать читать.

Услышал звук «мустанга».

Почти вовремя!

На улице появилась ярко — красная машина, замедлила ход, свернула на подъездную дорожку и исчезла из виду. Мотор заглох. Хлопнула дверца. Когда Ларри услышал шаги Лейн на дорожке, он отложил журнал в сторону и направился к двери.

— Привет! — сказал он, открыв дверь. Лейн держала в руке ключ, другая рука была пуста. — Как прошел день?

— Здорово.

«Похоже на то», — подумал Ларри.

Лейн выглядела еще более оживленной, чем обычно.

Он пропустил ее и закрыл дверь. Лейн сбросила свой рюкзак с книгами с плеч. Пытаясь скрыть волнение в голосе, Ларри спросил:

— Ну как, повезло тебе с ежегодником?

— Свансон не хотела давать мне его на руки. Но тебе повезло. Там был мистер Крамер, и она разрешила ему взять ее.

— Так ты принесла его?

— Ну, конечно, — Лейн бросила рюкзак на диван, расстегнула его и вынула удлиненный тонкий том. — Завтра его надо вернуть.

— Без проблем. — Ларри потянулся за книгой.

Лейн прижала ее к груди и покачала головой.

— С тебя причитается.

— Что бы ты хотела?

— Вопрос открыт для обсуждения. Мне пришлось пойти на значительные жертвы ради тебя. В частности, чтобы расплатиться за услугу, я пообещала мистеру Крамеру помогать проверять тетради после занятий на этой неделе каждый день.

— Ты шутишь.

— Я бы не стала разыгрывать тебя.

— Он не мог заставить тебя делать это.

— Нет, я сама ему предложила, а он не отказался.

— А, тогда другое дело.

— А все из — за этого, — сказала Лейн, улыбаясь, и постучала костяшками пальцев по обложке книги.

— Хорошо. Что ты хочешь?

Она подняла глаза.

— Дай подумать. Мои услуги стоят недешево, как ты понимаешь.

— Они никогда не были дешевыми.

— Па-па.

— Ле-ейн.

— Послушать тебя, так можно подумать, что я такая меркантильная.

— Но разве это не так?

— Конечно, нет. Правда, я недавно видела чудную пару кроссовок.

— И как это ты не купила их?

— Решила, что не надо. Я уже сделала несколько покупок в тот день.

— Если ты имеешь в виду тот день, когда мы с мамой последний раз ездили на пикник с Питом и Барбарой, то я это хорошо помню.

— Мне действительно понравились эти кроссовки. Но я сдержалась. Только ради тебя.

— Я очень тронут.

— Так я могу купить их?

— Конечно, почему бы нет?

— О, папочка, ты просто чудо! — Лейн вручила отцу книгу. Когда Ларри взял ее, она бросилась ему на шею и поцеловала. А потом понеслась на кухню.

Ларри взял свое пиво.

Он услышал, как Лейн крикнула:

— Привет, мам. Что будем есть? Я умираю с голода.

В своем кабинете Ларри плотно закрыл дверь. Он поставил свое пиво на подставку рядом с компьютером. Откинулся на спинку стула, пристроив низ книги у себя на животе. Голубая обложка была декорирована золотыми буквами, которые гласили: «Бафордские памятные записки, 1968».

«То, что надо, — подумал он. — Бог мой, как раз то, что надо».

Сердце колотилось. В желудке ощущалась противная дрожь.

Ларри открыл книгу. Поверхностный просмотр обнаружил глянцевые страницы с черно — белыми фотографиями. В конце был список учащихся. На последней странице списка значились учащиеся, чьи фамилии начинались на букву С. Ларри скользил глазами сверху вниз:

Сакай Джоан Самилсон Памела Сандерс Тимоти Сатмари Маурин Сейфер Рональд Бонни Саксон не было.

«Продолжим, — подумал Ларри. — Она должна быть здесь».

Он отчаянно листал страницы к началу списка. И обнаружил подзаголовок «Первый курс».

— Слава Богу, — пробормотал он. В 1968 году Бонни была старшеклассницей, а вовсе не первокурсницей.

Ларри перелистнул списки младших курсов. Как раз над заголовком «Юниоры» значилось имя Циммерман Ронда. Конец списка выпускного класса. Ларри поднял глаза к левому верхнему углу. Симпсон Кеннет. Симпсон. С!

Ларри закусил нижнюю губу. Он перевернул страницу и начал снизу: Симмонс Ден Сейджел Сьюзан Сефридж Джон Скляр Тони Саксон Бонни. Всего лишь одно из имен в списке. Оно не было напечатано красным цветом, не было набрано заглавными буквами или курсивом. Но Ларри показалось, что оно вырвалось со страницы и разорвалось где-то у него в голове.

Справа от фамилии были указаны номера страниц. Их было шесть.

Шесть страниц с фотографиями Бонни Саксон!

Боже милостивый!

Ларри просмотрел страницу. У большинства фамилий стоял номер только одной страницы, у некоторых две или три. Мало у кого было больше трех страниц.

У Бонни было шесть.

«Вероятно, она была очень занятной, — подумал Ларри. — И популярной.

Популярные девочки почти всегда симпатичные».

Первый номер страницы подле ее фамилии был 34. Ларри заложил спичечный коробок в список, чтобы отметить место, вернулся к началу ежегодника и начал листать страницы, пока не нашел тридцать четвертую.

Первое имя в левом верхнем углу было Бонни Саксон.

Ларри уставился на фотографию.

И застонал.

Она была восхитительна. Сияющая, очаровательная. Ее блестящие белокурые волосы мягкой волной изгибались над бровью и спускались к плечам. Глаза, казалось, были направлены на что-то чудесное, расположенное рядом с фотокамерой. Они были веселыми и живыми. У нее был маленький милый носик. Линия щек плавно изгибалась над уголками ее рта, словно их приподнимала и придавала им форму ее улыбка.

Такова была Бонни.

Она очень напоминала Лейн.

И меньше всего была похожа на труп на чердаке гаража Ларри. Но ее волосы, зубы и овал лица подтверждали, что он не ошибся: тело принадлежало Бонни Саксон. В этом не было никаких сомнений.

Страшный труп когда-то был девушкой с этой фотографии — прекрасной, сияющей красотой юности.

Ларри смотрел на фотографию.

Бонни.

Он чувствовал себя очень странно: взволнованный своей находкой, очарованный ее красотой, подавленный. Когда делалась эта фотография, она, наверное, думала, что впереди ее ждет целая, прекрасная жизнь. Но ей оставалось всего несколько месяцев, а затем кто-то прервал ее, воткнув кол ей в грудь.

Она не была вампиром.

Она была прелестным, невинным ребенком.

И, вероятно, была разбивательницей сердец. Наверняка, все мальчишки в школе мечтали о ней.

Может, ее убил один из них? Какой — нибудь ревнивый приятель? Она разбила его сердце, поэтому он воткнул ей в грудь кол? «Вполне вероятно», — подумал Ларри. Но кол в ее груди и распятие на лестнице свидетельствуют о том, что кто-то считал ее вампиром.

Ларри еще немного посмотрел на фотографию, затем глянул на список и нашел страницу 124. Там он обнаружил групповые фотографии комитета по общественным связям, программного комитета и клуба искусств. Он не стал изучать перечисляемые фамилии. Он хотел сам искать Бонни, найти ее и радоваться тому, что узнал ее.

Фотография комитета по общественным связям была передержана. Большинство лиц получились бледными, расплывчатыми, их черты были размыты и слаборазличимы. Навряд ли Бонни была в этой группе, но Ларри на всякий случай просмотрел фамилии под ней.

Затем он перешел к фотографии программного комитета. Он не думал, что найдет ее здесь. Хотя он точно не знал, в чем заключается деятельность программного комитета, но Бонни больше была похожа на девочку, которая будет отвечать за украшение физкультурного зала для танцев. Ларри изучил лица всех девочек на фотографии. Бонни не было.

Он нашел ее в клубе искусств.

В первом ряду, вторая слева, между двумя унылыми толстушками.

Бонни выглядела грандиозно. Она стояла прямо, руки по швам, приподняв головку и улыбаясь прямо в камеру. Лицо было не крупным планом, как на снимке выпускного класса, но зато эта фотография показывала ее с головы до ног. На ней была надета белая блузка с короткими рукавами, прямая юбка, доходящая до колен, белые носки и белые спортивные тапочки.

Ларри поднял книгу к глазам, наблюдая, как Бонни вырастает, по мере приближения страницы. Он изучал ее лицо. Несмотря на то, что фотография была сделана с расстояния, она была хорошего качества. Все черты были хорошо различимы. Ворот ее блузки был расстегнут. Ларри посмотрел на ее шею и увидел ямочку на горле, легкий изгиб ключиц. Ниже, подъем ее груди лишь слегка намечался. Ларри скользил глазами вниз по ее рукам до кистей. Пальцы рук были чуть — чуть согнуты, слегка касаясь ткани юбки. Его взгляд задержался на плавном изгибе ее обнаженных ног.

Один из ее белых носков был слегка ниже другого. Если бы она знала об этом, то, наверняка, подтянула бы их. Ларри почти явственно видел, как она наклоняется и подтягивает носок. Ему даже стало немного больно, как будто он пропустил что-то очень важное из — за того, что его там не было.

Ларри опустил книгу и прочитал короткое описание деятельности клуба искусств. Бонни, оказывается, была секретарем.

Должно быть, была сообразительной. Только толкового и ответственного человека могут назначить секретарем.

«Вероятно, была хорошей ученицей, — подумал он. — Из тех людей, которым дано все от природы — красота, индивидуальность, ум».

Ларри сверился опять с содержанием и узнал, что следующая фотография на странице 126. Он вернулся к клубу искусств, перевернул страницу и сразу же узнал Бонни на верхней фотографии. Она была членом законодательного собрания школы. Краткая подпись внизу гласила, что эта группа отвечала за «принятие законов школы и проведение их в жизнь».

Бонни сидела в первом ряду, ноги на полу, коленки вместе, руки на коленях. Она была одета так же, как и на снимке клуба искусств. Здесь носки у нее были на одном уровне. Ларри улыбнулся. Было озадаченное выражение лица. Челка немного сбилась, открыв приподнятые брови.

Ларри поднес книгу поближе к лицу. Ее голова была немного повернута в сторону, волосы заправлены за ухо. Казалось, она чуть — чуть подалась вперед. Блузка была аккуратно заправлена, и груди вырисовывались слабой горизонтальной тенью на белой ткани.

Ларри собрался было вернуться к содержанию, как вдруг заметил Бонни на противоположной странице. Она была на верхней фотографии, в первом ряду, третья справа. Член комитета по социальной деятельности.

— Ага! — прошептал Ларри.

Значит, она все — таки украшала спортзал для танцев.

— Я так и знал.

На этом снимке на ней был свитер с закрытым горлом и большой буквой Б на груди.

Подает сигнал к овациям?

«Танцор, — подумал он. — Я должен был сразу догадаться».

Бонни была немного другой. Ларри уставился на снимок. Здесь она не улыбалась, из ее глаз исчезло сияние, а губы были сжаты в мягкую прямую линию.

Очевидно, что-то ее расстроило.

Может быть, в этот день неважно себя чувствовала. Может, плохо написала контрольную. Может, поссорилась с приятелем.

Что-то случилось. Что-то, во всяком случае на какой-то момент, лишило ее счастья.

Это казалось несправедливым. Жизнь Бонни должна быть безоблачной, ведь ей так мало осталось жить.

Ларри почувствовал, как в горле запершило.

Он быстро вернулся к содержанию, затем нашел страницу 133.

Бонни стояла в ряду с шестью другими девочками. «Солистки», а не организаторы аплодисментов. На них были светлые свитера с огромной буквой Б впереди и темные плиссированные юбки. Они стояли с маракасами в поднятой левой руке, подбоченясь правой рукой, правая нога высоко выброшена вперед.

Бонни выглядела так, словно впереди у нее еще целая жизнь. Она откинула голову назад и смеялась. Нога ее была выброшена вперед выше, чем у других девочек. Не прямо в камеру, а немного в сторону. Носок ее белой туфельки был почти на одном уровне с ее левой подмышкой. С поднятой ноги свисал подол ее юбки. Носков на ней не было. Ларри смотрел на ее тонкую лодыжку, изгиб икр и линию бедра. Он заметил полумесяц ее нижнего белья, чуть светлее, чем юбка.

Ларри поборол в себе желание поднести книгу поближе к глазам.

Он оторвался от снимка. Взял свою кружку и отхлебнул пива.

Посмотрел снова.

«Да нет, это не трусики, — сказал он себе. — Это часть ее костюма».

Но все — таки…

Он обратил внимание на вторую фотографию на этой же странице. Те же самые девочки. Те же костюмы. Здесь они все смотрели в объектив и подпрыгивали, маракасы в обеих руках взлетели над головой, спины изогнуты, ноги отброшены назад. Свитерок Бонни немного выбился из юбки и виднелась тонкая полоска тела. Ларри заметил ее плоский живот и маленькую точку ее пупка.

Он тряхнул головой. Отхлебнул еще пива, но проглотил с трудом. Затем снова вернулся к содержанию.

Рядом с фамилией Бонни непросмотренной оставалась всего одна страница. Он начал листать до страницы 147.

И у него перехватило дыхание.

Фотография Бонни крупным планом занимала полстраницы. — Господи Иисусе, — прошептал он.

Ларри посмотрел на подпись. «Бонни Саксон, Королева красоты 1968 года». Здесь же были фотографии еще четырех девушек — принцесс, — ее королевский двор.

Он отложил изучение этой фотографии. Она была последней. Ларри хотел продлить удовольствие.

На противоположной странице была фотография падающего на землю футболиста. Под ней была подпись — «Кульминационные моменты осеннего сезона». Ларри бегло пробежал описание праздников, которые, по видимому, были подпорчены поражением бафордской команды. Затем он перешел к интересующей его части. «Шерри Кейн, Сэнди О Конор, Джулия Кларк, Бетси Джонсон и Бонни Саксон в перерыве между таймами были представлены как принцессы вечера выпускников. В этот же день Бонни Саксон была выбрана „Королевой красоты“. Несмотря на поражение школьной команды, настроение у всех было прекрасным». О Бонни больше ничего не говорилось.

«Фантастика», — подумал Ларри.

Королева на вечере выпускников.

— Молодец, Бон, — прошептал он.

Затем он опять обратился к фотографии.

И вздрогнул, так как кто-то постучал в дверь.

— Пора обедать, — позвала Лейн.

— Хорошо. Сейчас приду.

Ларри взглянул на королеву красоты и захлопнул книгу.

В эту ночь он лежал в постели неподвижно, уставившись в потолок. Прислушавшись к дыханию Джины и убедившись, что она уснула, Ларри тихонько выбрался из постели. Было прохладно. Он дрожал от холода и нервного возбуждения. В стенном шкафу снял с вешалки свой халат и, выйдя в холл, надел его. Теплый велюр согрел его обнаженное тело.

В гостиной Ларри нашел рюкзак Лейн, стоявший у стены возле входной двери. Он открыл рюкзак, пошарил в нем одной рукой, нащупал ежегодник и вынул книгу.

Он отнес его в свой кабинет, плотно закрыл дверь, включил свет и устроился поудобнее на стуле.

Его трясло, несмотря на теплый халат. Сердце стучало, будто изнутри колотили кулаком.

«Должно быть, я сошел с ума, — подумал он. — Что, если проснется Джина? Или Лейн? Что будет, если они застанут меня за этим?

Они не проснутся. Успокойся».

Положив книгу на колени, он нашел королеву красоты.

«Боже, она великолепна».

На ней был темный топ, оставлявший ее плечи открытыми.

Он сможет налюбоваться ею позже.

Ларри достал из ящика стола нож, прижал открытую книгу и провел острым, как бритва, лезвием вниз по ежегоднику, чуть не оторвав страницу там, где она соединялась с корешком.

Он вырезал все фотографии, где была снята Бонни.

Закончив, он спрятал их в свой шкаф, сунув в одну из пятидесяти папок с копиями рассказов, написанных им за многие годы.

Здесь фотографии будут в полной безопасности.

Ларри снова сел и перелистал книгу. Несколько страниц вот — вот могли выпасть. Он смазал их края клеем и вставил на место.

Ларри закрыл книгу и посмотрел на ее верх. Вдоль корешка были заметны крошечные пробелы, как раз там, откуда были вырезаны страницы. Но это можно было заметить лишь при тщательном рассмотрении. А если кто-нибудь и заметит, то откуда узнают, когда это было сделано? Может, давным — давно.

Ларри выключил свет и вышел из кабинета. Он положил ежегодник обратно в рюкзак Лейн, закрыл замок и пошел в спальню.

Уже у двери он услышал замедленное, тихое дыхание Джины.

Ларри повесил свой халат и осторожно скользнул в постель. Он облегченно вздохнул, думая о снимках.

Теперь они его. Он будет их хранителем.

Ларри вспоминал, как выглядит Бонни на каждой из них. Но память его возвращалась к снимкам с солистками.

А потом она была одна на футбольном поле. Она подбросила свои маракасы в небо и закружилась, ее длинные волосы взметнулись вверх, а юбка развевалась вокруг нее, поднимаясь все выше и выше.


Глава 20 | Кол | Глава 22







Loading...