home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава 33

Шторм, при помощи которого мы загнали всех пассажиров в каюты, все-таки пришёл. Я всегда считал, что у меня хороший вестибулярный аппарат, и я спокойно могу стать лётчиком. Оказалось, что я довольно легко переношу боковую качку, а вот продольная качка давалась мне с трудом. Зато дед Сашка был молодцом, как будто он вырос на палубе пиратского судна и ему не впервой встречать сильные бури и схватки с неприятелем. Меня спасал только лимонный сок. Он помогает скрыть радость от чего-то и морскую болезнь.

Аргентина встретила нас спокойной солнечной погодой. Размеренная жизнь Буэнос-Айреса совершенно не походила ни на Берлин, ни на другие немецкие города, ни тем более на оккупированные советские города. Буэнос переводится как добрый, хороший. При встрече испанцы говорят «буэнос диас» – добрый день. Перед сном говорят «буэнос ночес» – доброй ночи. И название города можно перевести так же «Буэнос-Айрес» – хороший воздух, хорошая атмосфера. Так вот, атмосфера Буэнос-Айреса обволакивает каждого прибывающего туда.

Посольское обустройство прошло быстро. Моя новизна быстро всем приелась, потому что я не жил на территории посольской колонии, а снимал квартиру в городе. Этим я привлёк несомненное внимание к моей персоне со стороны как некоторых коллег, так и со стороны спецслужб Аргентины. Впрочем, они лояльно относились к немецким представителям, тем более к тем, кто так же, как и они, выполнял нелёгкие задачи по обеспечению государственной безопасности.

Помимо дипломатической деятельности я был ещё и официальным представителем одной из крупных немецких фирм, осуществлявших экспортно-импортные операции, а мой родственник – дед Сашка – по документам был представителем фонда помощи людям, оставшимся без родственников.

Любой человек мог оказаться без родственников, и это позволяло ему открывать счета на предъявителя, класть на этот счёт по нескольку сотен песо или с десяток американских долларов. Если собрать все счета, открытые представителем вышеупомянутого фонда, то получалась кругленькая сумма, а счета открывались не в одном банке, а практически во всех банках Аргентины, включая и банки иностранных государств. Все это было выгодно Аргентине, так как движение денежных средств отстёгивало часть прибыли в бюджет государства.

Дед Сашка превратился в респектабельного иностранца, активно изучавшего испанский язык. В Аргентине часть людей говорит на классическом кастильском варианте испанского языка, а широкие массы говорят на лунфардо, которым пользовались испанские каторжники и иммигранты из Италии.

Я боялся, что испанский темперамент сыграет злую шутку с дедом, но, похоже, что шутки играл он. Подкрученные усики, аккуратная причёска, ровно подстриженная бородка, костюм от хорошего портного и некоторые небрежности в одежде, как например, ослабленный галстук и воротник «апаш» на рубашке делали деда неотразимым кавалером, а я вам даже не буду напоминать, сколько дону Александеру лет.

Наша несколько разгульная жизнь прикрывала нашу основную работу – создание системы банковских счетов, разработка легенды и получение настоящих документов для двух особ, фотографии которых лежали в конверте в особом отделении сейфа. Самые могущественные люди Рейха могущественны только тогда, когда они вместе со всеми тянут одну тележку, но стоит кому-то повернуть назад, то всё его могущество теряется в мгновение ока, как будто его вообще и не было.

Я завёл знакомства среди сотрудников министерства внутренних дел, которые имели отношение к организации охраны посольств. Обильные угощения в ресторанах могут являться чем-то предосудительным в странах с определёнными правилами поведения европейского типа. В мусульманских странах тоже свои особенности. В Африке там сильные различия между европейцами и африканцами. В Латинской Америке большинство населения – белые, то есть потомки испанцев, представителей других европейских наций и местных наций – индейцев. Индейская и испанская кровь образовали такой конгломерат, который не встречается нигде. Весь мир собрался здесь. И Азия, и Африка, и Европа.

Нужные контакты нашлись не в среде высокопоставленных полицейских чиновников, а среди офицеров среднего звена, выходцев из провинций Огненная Земля и Санта-Крус, самых удалённых от столицы и находящихся ближе к Антарктиде, нежели к Парижу.

Уважительное отношение и деньги делают всё. Через три месяца у меня уже были два паспорта на двух граждан Аргентины, проживающих в небольших посёлках с экзотическими названиями.

По линии партийной связи я передал сообщение о готовности посылки, точно такое же сообщение прошло и по линии связи гестапо. Паспорта в дипломатической упаковке я передал двум курьерам, прибывшим порознь. Как говорится, дружба дружбой, а табачок врозь.

Через полгода моего пребывания в Буэнос-Айресе я встретил на улице товарища Миронова.

– Буэнос диас, дон Мигель Антонио Голомб, – приветствовал я его.

Реакция Миронова была такой, что он чуть не сел посреди тротуара, вымощенного ровной плиткой. Говорят, что ещё индейцы выкладывали дороги и тротуары плиткой, а нынешние дворники моют их с мылом, поэтому на плитку можно садиться спокойно, не боясь испачкать свой парадный сюртук.

– Пойдёмте, любезный дон, – сказал я ему, – в ближайший ресторанчик и пропустим по рюмочке местной самогонки за встречу. Не бойтесь, я не кусаюсь и к провалу Брайтенбаха не имею никакого отношения.

– А здесь чего делаете? – спросил меня Миронов.

– Работаю в посольстве, – сказал я, – готовлю почву для перемещения немецких специалистов в Латинскую Америку на случай возможного поражения в войне.

– Это же отлично, – оживился Миронов, – представляешь эффект информационной бомбы о том, что Германия уже предчувствует своё поражение…

– Хочешь меня отправить вслед за Брайтенбахом? – спросил я его. – Вы хоть проанализировали, из-за чего гестапо вышло на него?

Миронов пожал плечами.

– А я знаю, – сказал я, – вернее догадываюсь. То, что он вам дал, появилось на фронте раньше, чем у немцев. Тут и доказывать ничего не надо. Проверить людей, имевших доступ к этой документации и сделать вывод.

Если не бояться делать смелые выводы, то можно выходить сразу на агентов и на их резидентов. Я, по идее, должен скрываться от вас, потому что вы заподозрили меня в провале человека, присматривавшего за мной и, кроме этого, моё нынешнее задание смертельно для меня как от вас, так и от тех, кто мне сюда прислал. И ты, как знающий что-то, тоже становишься в ряд тех, кому нельзя доверять очень серьёзную информацию по причине твоих неоднократных арестов и отсидок в лагере.

Ты это прикинь для себя, а в Центр сообщи, что Фред сейчас в Буэнос-Айресе на обеспечении нейтралитета Аргентины и безопасности торговых перевозок в Германию. Могу дать тебе информацию по номенклатуре перевозимых товаров. И ещё. Летом 1943 года должно состояться генеральное наступление в районе Орла. Это информация от абвера. И ещё. В распоряжение РСХА есть информация о том, что началась переписка по проведению встречи руководителей воюющих с Германией великих держав – Рузвельта, Сталина и Черчилля. Сейчас выясняется место проведения встречи для нанесения удара по собравшейся троице, то есть тройке. Да, кстати, ты как-нибудь объясни Центру, что в России у меня никого и ничего нет, и выбираться в Россию для меня равносильно самоубийству.

– А как нам удостовериться в том, что ты искренен с нами и что работаешь на СССР? – спросил меня Миронов.

– Ты живой, ты работаешь, – ответил я, – значит, я не предатель и могу приносить ещё большую пользу, если ко мне будут относиться не как к предателю, а как к солдату России.

– Почему ты всё поминаешь Россию, – спросил Миронов, – России как таковой нет, есть СССР.

– Э-эх, Миронов, вот ты русский, а говоришь, что России нет, – укорил я его, – если бы не было России, то не было бы никакого СССР. И поверь мне, когда не будет СССР, то Россия будет и будет Россией всегда. Это история, ей шею не свернёшь, зато она свернёт её любому.


Глава 32 | Личный поверенный товарища Дзержинского. Книга 3. Барбаросса | Глава 34