home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава 9

Дверь в горницу открылась, и в неё ввалились лейтенант из охраны и унтерштурмфюрер из Минского гестапо. Их под руки поддерживал правнук деда Сашки. Похоже, что это он над ними поработал. Лейтенанты были одеты в такие же рубахи и кальсоны, как у нас. Пригласил их к столу. Предложил выпить. Выпили, а глаза у людей просто слипаются, и сил нет никаких. Бывает так после бани с непривычки. Выживут. Вяло потыкав вилками в закуски, офицеры попросили разрешения идти отдыхать.

Я вызвал фельдфебеля, приказал удвоить посты и организовать помывку личного состава в бане, а правнука обеспечить помывку.

– Сделаем, ваше благородие, – сказал тот и ушёл.

Ну, просто Кудеяр с большой дороги. У этого рука не дрогнет, когда он будет чиркать спичкой у стога сена.

Мы остались в горнице вдвоём с дедом Сашкой.

– Мати-то у тебя украинка была? – внезапно спросил дед.

Я вздрогнул и утвердительно кивнул головой.

– Так уж она хотела дочку родить, да не сподобил её на это Господь, ты родился, – уверенно продолжал дед, – а она всё называла тебя как девочку – Доню – чуть умом не тронулась, да отец у тебя человек мудрый и образованный записал тебя как Дон. Вот с тех пор у тебя характер и мужской, и женский. Красоту чуешь, стихи пишешь, песни поёшь, любого сирого пожалеешь, а как до брани дело доходит, то тут пощады не жди. А если задумаешь что, то только человек сильно разумный может тебя в чем-то малом переубедить. Ну, давай, спрашивай, что у тебя впереди будет.

Я был ошарашен. Мне вскрылась семейная тайна, о которой мне никто не говорил. Мать иногда гладила меня по голове и убаюкивала песней:

Мати доню колисала,

Колихаючи, співала:

– Спи, дитинко, треба спати.

Коло тебе рідна мати.

Вот оно как всё было, а я всё думал и искал первоисточники, откуда у меня такое странное имя, по названию реки Дон что ли.

– Меня, дед Сашка, – сказал я, – своя собственная судьба мало тревожит. Как будет, так оно и будет. Что будет лет эдак через пять, то я могу предполагать, а вот что будет лет через сто пятьдесят – двести, вот это было бы интересно узнать. Как люди тогда жить будут, в радости или в горе и не является ли наше развитие движением к закату жизни вообще, вот это мне интереснее, чем что-либо.

– Ты смотри-ка, мил человек, чего удумал, – сказал старик, – так это я тебе по-умному и обсказать-то не смогу, это самому смотреть надо. Ты давай, наливай стопочки, а я капельки свои с божнички достану.

– С мухоморной настойкой? – поддел я его.

– С какой мухоморной настойкой? – рассердился дед. – Настойка весенней сон-травы, напиток волшебный, а ты мухоморы…

– Извини, дед, это люди так говорят, – начал оправдываться я.

– Люди, люди, – ворчал дед, – много они понимают эти люди, – он доставал из-за украшенной богатым окладом иконы какие-то запылённые пузырьки, просматривал их на свет, открывал, нюхал, ставил обратно, – а вот оно, – и он торжествующе поднял в руке пузырёк из коричневого стекла, – подвигай сюда рюмки. Говоришь на сто пятьдесят лет, давай на сто пятьдесят лет, – и дед Сашка аккуратно накапал по пятнадцать капель в рюмку, шевеля про себя губами. Накапав, сказал, – поехали, Дон Николаич, – и выпил одним махом.

Я тоже выпил одним махом. Что-то я про сон-траву уже слышал. Что-то в стихах про любовь. Как это там? А, вот оно:

Растворюсь я в дыму незаметно,

Поздней ночью, часов после двух,

И пойдут обо мне злые сплетни,

Что все женщины пьют сон-траву,

Ту, что я по весне собираю

Для напитка любовных утех,

Для прогулок с тобою по раю

И общенье со мною как грех.

Может, правы они в чем-то главном,

Что любовь это рай или ад,

И в течении времени плавном

Нам уже не вернуться назад.


Глава 8 | Личный поверенный товарища Дзержинского. Книга 3. Барбаросса | Глава 10