home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава 15

 20 июля 1941 г.

Хорошо живет на свете Винни Пух,

от того поет он песни вслух….

Вот так и мы, как Винни, тихо поем песни, стремясь как можно дальше убраться от места последнего хулиганства. Ведь правильно говорят, что в нашей работе главное во время смыться. А мы затянули с этим. Слишком многое надо было успеть сделать. И трофеев набрать, и раненых с лишними за линию фронта отправить, и за собой все подчистить.

Березовский аэродром нам достался с потерями. Мы потеряли только убитыми двенадцать человек. Еще тридцать бойцов получили ранения различной тяжести. И самое хреновое, что в основном пострадали люди имеющие отношение к технике — танкисты, зенитные самоходчики и саперы.

На Минской трассе и аэродроме немцы подбили пять моих танков. Три 26, двоечку и Т-28 Максимова. Несмотря на то, что на аэродроме мы захватили два Т-26, в относительно неплохом состоянии, восполнить потери бронетехники они не смогли.

"Махра" из числа нового пополнения пострадала при отражении контратаки немцев на аэродроме. Часть огневых точек артиллеристы не смогли своевременно погасить, вот и пришлось пехоте расплачиваться за все их промахи. Хорошо еще, что основную массу немцев мы не допустили к окопам, а то вообще была бы полная ж…а при их штурме. Обошлись, что называется малой кровью. Вовремя танкистов на поле выпустили.

Зенитчики и саперы влипли во время отражения атаки охранного батальона. Главное без потерь смогли разнести двигавшуюся из Барановичей колонну немцев, неплохо отработали на дороге блокируя передовую роту охранного батальона из Лесной. Проблемы возникли со следовавшей на отдалении второй ротой. Они связали боем не успевших отойти саперов и прикрывавших их зенитчиков. Немцы подтянули минометы и противотанковую батарею. Одна из самоходных зениток была подбита. Пришлось срочно спасать положение, отправляя танковый взвод Максимова на помощь "засадникам". Танковой атакой и огнем штугов, противника удалось отбросить на несколько километров. Увлекшиеся атакой танкисты попали под огонь противотанковой батареи. Вырвавшийся вперед Т-26 был подбит. Одно из орудий подавил Максимов. Немцы, сосредоточив огонь оставшихся "колотушек" на его Т-28, вскоре подбили танк. Третий танк взвода легкий Т-26 успел подавить еще одно орудие, когда на помощь танкистам подоспели зенитчики. Огнем своих установок они отогнали остатки немецкой роты и подавили огонь противотанкистов.

"Двоечку" из взвода Николая Козлова потеряли при отражении атаки немцев со стороны Ивацевичей. В принципе это была и не атака даже. Разведка. На наш заслон выскочило несколько бронетранспортеров и грузовиков с пехотой. Саперы зевнули с подрывом фугаса. Удар пришелся по грузовикам. Голова колонны из бронетранспортеров не пострадала. Танкисты, понадеявшись на свою броню, решили атаковать немцев. За что и поплатились. На одном из бронетранспортеров стояла "колотушка", ее расчет и подбил танк. Правда, это не спасло немцев. Второй танк из своего орудия уничтожил БТР. Довершил разгром колонны ракетный удар "Горыныча" и атака саперов и пехоты из штрафной роты.

В чистом итоге только за один бой в течение нескольких часов мы потеряли почти всю свою ударную бронесилу — пять из восьми имевшихся танков. Из подбитых машин удалось спасти часть экипажей. Поврежденные танки пришлось взорвать. Эвакуировать их было не на чем.

На аэродроме нам удалось захватить целыми два десятка самолетов. Остальные были повреждены при артобстреле и бое с охраной. Сразу по завершении боя за аэродром отрядные авиамеханики стали готовить самолеты к взлету. Куда лететь наши летуны знали. Их целью был аэродром в Кубинке. Именно туда мы отправляли захваченные самолеты раньше, и наши посылочки там были приняты. Не знаю, в каком виде, но, то, что они дошли, я узнал из утренней и вечерней оперативных сводок СовИнформбюро от 11 июля.

В них, в том числе сообщалось, о налетах нашей авиации на Варшавский железнодорожный узел и успешных действиях в тылу врага подразделения НКВД товарища С. Выполняя приказ командования, оно захватило аэродром врага и уничтожило на нем все самолеты и экипажи люфтваффе. Кроме того пленила большую группу высших чинов Германской армии. Говорилось там и о том, что данным подразделением за несколько недель войны уничтожено более тысячи солдат и офицеров врага.

О других подразделениях совершивших тоже, что и мы я не знал. Так что сказанное могло относиться только к нам. Приятно, что тут говорить. Тем более что в сообщениях говорилось и о наградах для бойцов и командиров подразделения.

Но вернемся к нашим делам. От немцев удалось оторваться благодаря летунам. Вообще это занимательное зрелище, когда бомбардировщик освобождается от своего груза на голову врага. Спасибо немецким спецам с вечера загрузивших бомберов, а то потерь было бы куда больше. После отлета самолетов, оставшиеся на аэродроме борта нами были уничтожены, а что с ними еще делать. Не оставлять же врагу. Вот и расстреляли мы их, к чертям собачим и еще и на танке прокатились, а до чего руки дотянулись, сожгли. Трофеев набрали, ели в машины сами разместились. Ехать нам было недалеко. По Минской трассе три километра в сторону Барановичей, а потом повернули к Павлиново. Была мысль там спрятаться, но немцы опередили. За сутки до акции разместили в дворцовом комплексе Бохвицев госпиталь и санаторий для раненых. Пришлось менять маршрут. Не воевать же с ранеными. Перебравшись через "железку" и скрывшись в лесу слегка задержаться. Оставить пару десятков сюрпризов с бомбового склада на трехкилометровом участке железной дороги в месте нашей переправы. Немцы железку совершенно не охраняли, так иногда поезд охраны с зенитными автоматами каталась до Лесной и обратно в Барановичи. Совсем мышей не ловят. А так пара составов под откос пойдет. Войска десятка три вагонов с грузом не получат и придется им с фронта еще пару батальонов для охраны путей снимать. Да и восстановление путей затянется. Три километра в обе стороны это вам не пару рельсов поменять. Их еще где- то найти надо.

Мы же продолжили двигаться дальше через леса и болота. Стараясь по максимуму не светиться в населенных пунктах. Направление движения на Слуцк мною было выбрано не случайно. Немецкие моторизованные дивизии, оторвавшись от пехоты, тут прошли сравнительно недавно, всего пару недель назад. Крупных гарнизонов по дороге быть не должно, только охранные, тыловые и ремонтные части. Бои шли вдоль дороги Ивацевичи — Бобруйск и сейчас кое — где еще идут. Наши из Белостокского и Новогрудненского котлов, бросая по дороге тяжелую технику и артиллерию, пытаются прорваться к линии фронта и в Полесье. Немецкие трофейщики все брошенное собрать явно не успели, так что нам себе еще припасов можно набить. Запас карман не тянет. Да и личным составом пополниться не мешало бы, а тут по дороге к фронту пару армейских сборных пунктов и дулагов имеется. Вот мы их и пощиплем.

По докладам разведчиков немцев в лесных поселках не было. На трассу Ивацевичи — Слуцк вышли в районе села Березки. Тут немецкий гарнизон стоял. Целых десять человек с унтером во главе и двумя десятками полицаев из числа местных жителей. Так и тянулась рука к пистолету навести порядок, но нельзя. Рано. Быстро свяжут наше появление из леса и уничтожение местного гарнизона с диверсией на железной дороге и аэродроме. Пришлось тихо и мирно двигаться дальше. Тем более что эти "граждане" неприятной наружности, увидев нашу колонну, быстро освободили дорогу от шлагбаума и даже воинское приветствие попытались изобразить.

Дальше терпеть сил уже не было. Места тут были обжитые, в деревнях стояли небольшие гарнизоны по несколько десятков солдат и местной "шантропы" с белыми нарукавными повязками. Трасса руками военнопленных поддерживалась в неплохом состоянии. Пришлось нарушать эту идиллию. Рек и мостов тут хватало. Вот и нашлась работа саперам и егерям. Мосты рвать, немецкие гарнизоны, одиночные машины и небольшие транспортные колонны разорять, телефонную и телеграфную связь портить, снося столбы и собирая проволоку с собой. Ну и команды пленных конечно освобождать. Хорошо мы так двигались. За двое суток преодолев шестьдесят километров. Быстро. Но не долго.

К вечеру 20 июля в районе села Городище, на железнодорожном переезде немцы нас встретили. Хорошо так. С артиллерией на железнодорожных платформах и пехотой в окопах. Разведка во время их обнаружила и успела нас предупредить. Благодаря чему у меня было время подумать и решить, что делать дальше. Лес нас скрыл от посторонних глаз. То, что немцы именно нас тут ожидали, я совершенно не сомневался. Наша маскировка под войсковую колонну 18 танковой дивизии, могла еще ввести в заблуждение простых пехотинцев. Но вот действия вряд ли. По теории вероятности хоть кого — то мы в уничтоженных гарнизонах пропустили. Вот те и пожаловались дядям с витыми погонами. А те посмотрели на карты, нашли узкое место, которое нам не миновать и собрали сюда всех кого нашли поблизости. Охранную роту с артиллерией на железнодорожных платформах.

Свои позиции немцы оборудовали умно. Даже очень. Они практически перекрыли нам дорогу на восток. Можно было бы попытаться обойти их. Но с севера куча поселков и пара городов, где точно есть немецкие гарнизоны. То, что мы их перебьем по отдельности, даже не сомневаюсь. Но вот к цели рейда уже спокойной не пройти. Вычислят и пустят по следу погоню. А в качестве загонщиков будет их авиация. Мы на своем транспорте цель отлично видная. Три десятка машин, транспортеров, танков и броневиков с прицепами просто так не спрячешь. Да и укрыться особо будет негде. Кругом поля и поселки с небольшими рощами, где укрыть колону места не хватит.

Можно уйти на юг в Пинские болота, но нам этого не надо. Достаточно быстро придется бросать технику и большую часть трофеев. Дорог там, наперечет и немцы быстро их перекроют. Значит бой с превосходящим противником с неясным результатом. А то, что немцев будет больше, я даже и не сомневаюсь. Они по такому поводу минимум полк и танковую роту с фронта снимут. Ну и без поддержки артиллерии не обойдутся — минимум артиллерийский дивизион припрягут. Ну и вдобавок еще пару эскадриль штурмовиков для полного комплекта пришлют. Что для общей обстановки на фронте хорошо, но вот для нас чревато.

Двигаться назад, уже смысла нет. Мосты мы за собой уничтожили. И осталась нам только одна дорога вперед через переезд, на восток. На оперативный простор. Я, то хотел по — тихому проскочить еще километров тридцать в сторону Слуцка, не получилось. Придется принимать бой. Ну да не бывает, худа без добра. Тут рядышком пара мостиков железнодорожных через речку Свидровку в районе сел Русиновичи и Гончары есть. И у села Городище. Неплохие такие. Крепенькие. По ним грузовые поезда в обе стороны хотят по линии Барановичи — Лунинец. А еще неплохой автомобильный мостик на дороге Русиновичи — Павлюковщина присутствовал. Понимая их значение и необходимость нас остановить немцы, народ и самопальный артпоезд из охраны станции "Рейтанов" и близлежащих сел сюда собрали. Вот только не знают они, сколько нас. Вот и облегчили нам задачу по уничтожению мостов.

Посланные зачищать лес от дозоров врага егеря и снайпера в лесном овраге ближе к с. Гончары нашли засадный немецкий взвод с группой местной полиции. Дождавшись подкрепления из штурмового взвода, его на ноль помножили. Не забыв пару человек прихватить в качестве языка.

От них мы и узнали, кто нам противостоит. Сборная солянка из нескольких взводов охранной роты, команды трофейщиков и ремонтников, взвода местной полиции. В Городищах стояло еще несколько взводов охранявших сборный пункт пленных и склад трофейной техники. Должно подойти еще подкрепление из Ляховичей и Слуцка.

Прикинув, что к чему отправил народ из второй роты под командой младшего лейтенанта Пономорева, в сопровождении пары танков, нескольких зениток и отделения саперов посмотреть, что к чему на мостах у Русиновичей. Заодно навести порядок в с. Гончары, разогнав там остатки гарнизона. Ну и подготовить горячую встречу немецкому подкреплению с фейерверками, салютом и водными процедурами.

Еще одну роту " штрафников" младшего лейтенанта Маслова с противотанковыми орудиями и зениткой направил к перекрестку дорог на Городище.

Мы же занялись теми, что были поближе. На переезде. Набольшую угрозу для нас представлял самопальный артпоезд с его артиллерийской батареей из двух 75 мм орудий, трех зенитных 20 мм автоматов и шести станковых пулеметов на платформах. Хорошо еще, что танки на платформу не закатили. Бронеплощадки сделали из шести обычных полувагонов, укрепив стены мешками с песком. Перекрывая трассу, немцы поставили поезд на самом перегоне. Насыть тут высокая, к поезду особо не подберешься. Кругом открытое пространство начинавшиеся от кромки леса и железнодорожных мостов, простреливаемое пулеметами, как из поезда, так и пехотой из окопов. Пехота тоже неплохо подготовилась для нашей встречи. Свою оборону она построила с опорой на железнодорожную насыть. Окопы полного профиля, видно еще наши рыли. Пара полуразрушенных ДЗОТов и две трофейных сорокапятки довершала их фортификации. Минометная батарея расположилась за насыпью.

Спешить с атакой я не стал. Гробить народ в лобовой атаке глупо. Тем более что по показаниям пленных немцы не знали, сколько нас и чем мы вооружены. В селах действовали наши небольшие группы силами до взвода. В общую колонну возвращались лишь для пересечения очередного водного рубежа. Поэтому немцы и не знали точно, сколько нас. После боя за аэродром снарядов к орудиям осталось мало, но жалеть их я не собирался. У нас были еще 82 мм минометы в грузовиках и 50 мм во взводах. А к ним мин хватало с избытком.

Орудия отработали по поезду. Хорошо так получилось. Сразу близкими разрывами накрыли паровоз. Внешних повреждений я на нем не увидел, но тронуться с места и маневрировать он уже не мог. Снайпера выдвинувшись вперед, начали отстрел пулеметчиков, противотанкистов и офицеров. С немецкими артиллеристами было сложнее. Грамотные и хорошо подготовленные были. Они сразу же начали контрбатарейную борьбу. Достаточно быстро нащупали, где мои орлы расположились. И одно из орудий вывели из строя, проредив расчет и повредив грузовик. Немецкие минометчики тоже решили поучаствовать в деле и стали обстреливать кромку леса. Пара снарядов в районе моего НП разорвались. Пришлось мне Филатову собой прикрывать. Ну, да и мои парни не пальцем деланные. Один из снарядов попал в склад боеприпасов у 75 мм орудия. Взрыв повредил пушку и зенитные автоматы. Значительно проредил расчеты пулеметчиков и артиллеристов. Вскоре замолчали и остальные огневые точки поезда. Экипаж оставил вагоны, перебравшись в окопы. Минометчикам тоже не повезло. Все же 82 мм миномет будет покруче 50 мм. И бьет подальше и вес мины больше. Да и 76 мм снаряд осколков куда больше дает. Вскоре немецкие минометы замолкли, как и сорокопятки. А потом началось избиение пехоты. Их конечно и раньше не забывали — минами закидывали, но тут на них просто ливень пролился. Накрывая пулеметные гнезда, дзоты и траншеи.

Прячась на дне траншеи от артогня, немцы прозевали появление из леса "панцерников" и пехотинцев под прикрытием танков, бронетранспортеров, самоходок и зениток. Поэтому и не смогли оказать достойного сопротивления. Хотя надо им отдать должное дрались за свои позиции до конца. Успели — таки поджечь два моих бронетранспортера и повредить одну из зениток. Но сила солому ломит. Зенитчики и танкисты патронов и снарядов для прикрытия пехоты не жалели. Пехота ворвалась в траншеи и занялась их зачисткой. "Панцерники" толстовством не страдали… Первыми драпанули местные полицаи. Следом за ними подалась и часть немцев. Некоторые из них укрывшись под составом, пытались организовать еще одну линии обороны и прикрыть отступающих. Но мои парни не дали это сделать. Прорвавшись к насыпи и вагонам, закидали немцев гранатами, завершая разгром.

В это время по дороге из Городищ выскочило три "БТ" с немецкими крестами на борту и редкая пехотная цепь из пары десятков пехотинцев и весело понеслись к нам во фланг. Красиво и завораживающе смотрелись летящие танки. Зря они это. Раньше надо было. Без разведки и с отставшей пехотой. Вот сходу и влетели под раздачу. Противотанковые расчеты во взводах не дремали, да и мои танкисты тоже. Подтверждением этому были три застывшие машины. Немецкая пехота, попав под огонь пятнадцати тяжелых МГ-15 и трех 13 мм пулеметов МГ-131, снятых с бомбардировщиков и установленных на самодельных станках, огребла по полной программе. Бойцы роты Маслова отыгрались за все свои мучения. Скосив наступающих словно траву и преследуя отступающего противника ворвалась в деревню. Вскоре оттуда раздались звуки боя.

Переезд от поезда освободили быстро. Паровоз от нашего огня практически не пострадал. Один из снарядов взорвался недалеко от него и уничтожил стоявшую рядом группу офицеров и паровозную бригаду. Именно поэтому поезд и не смог маневрировать. Два вагона и орудия на них были повреждены взрывами. Среди бойцов нашлось несколько человек, ранее работавших на железной дороге. Под их руководством поврежденные вагоны отцепили и откатили в сторону, освободив дорогу нашему транспорту.

Первыми в сторону Слуцка двинулась разведчики и танкисты Козлова с задачей захватить перекресток дорог у деревни Павлюковщина и провести разведку в сторону Слуцка до перекрестка дорог на Ганевичи. Следом за ними тронулась и остальная колонна.

По радио Пономарев доложил, что его рота не смогла захватить железнодорожный мост. По дороге к нему, на окраине леса, она встретила спешащую на автомашинах из Русиновичей в Гончары немецкую роту. Ему пришлось принять бой, который шел с переменным успехом. Сначала удалось значительно проредить и заставить отступать немцев, но к ним подошло подкрепление. В том числе несколько легких танков. И бой закипел с новой силой. Несмотря на наличие в группе Пономарева танков и зениток немцы слегка потеснили роту. Одну из "коробочек" он потерял. Пока удается сдерживать немцев на занятых ими позициях. Но долго это продолжаться не может. Если к ним подойдет артиллерия дело будет швах. По показаниям пленных они служили в охранном батальоне, что стоял гарнизоном в Ляховичях. Час назад их и местных полицейских подняли по тревоге и на автомашинах бросили сюда. В городе остались только зенитчики и железнодорожники, обслуживающие железную дорогу.

Да, инфа лучше некуда. Особенно по гарнизону Ляховичей. Городок не большой, но очень важный в плане снабжения немецких войск на фронте. Через него идут линии снабжения на Слуцк — Бобруйск и Лунинцу. Правда, от города до Барановичей всего около 22 километра. Минут сорок езды и при необходимости немцы быстро осуществят переброску к городу войск. Но блин очень уж заманчивая цель замаячила. Пока надо тут разобраться, что к чему. Помощь Пономареву нужно срочно оказать. Если немецкое командование решило что именно его рота это весь наш отряд, то бросит все свои силы на него. Ослабит внимание на дорогу Ивацевичи — Слуцк, что нам только на руку. И задачу по захвату мостов никто не отменял. Решение этого вопроса стояло передо мной. Два вагона поезда с их вполне исправным вооружением вполне могли справиться с этими задачами. Поручив лейтенанту Сафонову сформировать экипаж на трофейный поезд, взяв два взвода "штрафников" и минометчиков занять мосты и помочь роте Пономарева. Вскоре поезд тронулся в путь…

К этому времени практически вся колонна уже пересекла переезд и спрятавшись в перелеске ждала команды начать двигаться в сторону Слуцка. На поле боя остались лишь бойцы хозвзвода собиравшие трофеи и ремонтники пытавшиеся восстановить подбитые машины. Но судя по их печальному виду свои подбитые машины, мы потеряли полностью. Тоже касалось и "БТ". По сообщению Горохова два танка можно было бы попытаться восстановить, но требуется время и тягачи, а они все заняты. Так что эти танки для нас тоже потеряны. Единственное что удалось сделать, так это снять с них боекомплект и часть вооружения. Работы практически были закончены. Не дожидаясь доклада разведки, отправил колонну в сторону Слуцка. Ерофееву была дана команда, увести колонну в лес, укрыть ее там и дожидаться остальных. То, что немцы перекроют нам дорогу на Слуцк, я ни капельки не сомневался. Гарнизон там должен быть не менее полка, так, что сил для блокирования этого направления у них будет с избытком. Не сомневался я и в том, что немцы бросят на нас свою авиацию. Тут по близости два крупных аэродрома в Барановичах и Бобруйске и не воспользоваться ими было бы для немцев верхом некомпетентности. Во что я не поверю никогда. Немцы профессионально вычислили наш маршрут и быстро организовали встречу, перекрыв дорогу здесь и у Гончаров. А раз так — то надо в ближайшее время ждать налета авиации. По времени реагирования они в ближайшее время должны были появиться. Именно для такого сценария событий в колонне часть техники были с закрепленными на кабинах немецкими флагами. Ну да береженного, бог бережет. Пусть пока есть возможность, транспорт укроется в лесу. Боюсь только, что рота Пономарева попадет под раздачу. На его бронетранспортерах и танках таких опознавательных знаков нет…

Маслов захватил деревню. А в ней лагерь для военнопленных, пункт сбора и ремонта трофейной бронетехники, склады боеприпасов и продовольствия. Кроме того на путях удалось перехватить железнодорожный состав из полутора десятков грузовых вагонов. Охрана лагеря военнопленных и эшелона сопротивления практически не оказала. Нашлось всего несколько героев, пытавшихся прикрыть своих отступающих товарищей или отказавшихся отставлять свои посты. Освобождать пленных Владлен не стал. Оставив взвод для его охраны, продолжил наступать в сторону железнодорожного моста и просил заняться лагерем. Пришлось направить ему в помощь еще один взвод, а команду Петрищева в лагерь заниматься фильтром. Тем более что канцелярия лагеря досталась нам нетронутой. В ту же сторону отправился и лейтенант Мордасов с группой артиллеристов и "безлошадных" танкистов "приватизировать" сборный пункт трофейной бронетехники. По словам прибывшего от Маслова посыльного там стояло около тридцати наших танков и примерно столько же артиллерийских орудий разных калибров.

Так оно и оказалось. По дороге сюда я все удивлялся, почему на дороге нет нашей брошенной и подбитой бронетехники. Ведь сколько в нете было фоток с такой техникой снятой немцами, а ответ оказался прост. Немецкие трофейщики и ремонтники собрали и аккуратно разобрали по типам и маркам. На складе нас ждали полтора десятка Т-26, восемь Т-28 и десяток БТ различных годов выпуска и серий. Более двух десятков тракторов, тягачей, грузовиков и автомобилей различного назначения. Ровными рядами стояли артиллерийские орудия — Ф-22, полковушки, несколько А-19 и МЛ-20. Тут же под навесом стояли батальонные 82 мм и полковые 120–мм минометы. Все в рабочем и исправном стоянии. Рядом находились склад ГСМ и склад с боеприпасами, забитый ящиками со снарядами и патронами к советскому вооружению по самое не могу. Странно было, что немцы всем этим добром не воспользовались. Ответ на этот вопрос нашелся быстро. Пленные трофейщики пояснили, что восстановлением танков под руководством немцев занимались наши военнопленные. Они же сидели за рычагами атаковавших нас БТ. Воспользоваться остальным вооружением просто не успели. Не хватило времени заправить технику. По докладу оставленных Владленом часовых не подалеку располагались мастерские со своей стоянкой неисправной техники и вооружения. И чтобы я это оставил врагу! Да ни за что. Такие запасы мне самому пригодятся и ничего страшного, что не хватает экипажей и расчетов, найдем. У меня тут под боком лагерь для военнопленных есть. Из них кого надо найдем. Оставив Мордасова и подошедшего Горохова разбираться с трофеями, направился в лагерь для военнопленных.

Он располагался в скотном дворе местного колхоза. За колючей проволокой здесь содержалось порядка полутысячи человек. По докладу Петрищева после уничтожения охраны часть пленных пыталась разобрать ограждение и рвануть на свободу. Оставленные в качестве охраны лагеря бойцы Пономарева, в недавнем прошлом сами узники таких лагерей, с огромным трудом уговорами удержали периметр. Но население лагеря продолжало бузить и шуметь. Прибытие взвода Петрищева на бронетранспортерах еще больше накалило обстановку. И было отчего. Мои бойцы ходили в трофейном обмундировании. Чтобы отличать своих от чужих, использовались ленты белого цвета на рукавах. Но вот пленные за колючкой этого не знали и воспринимали бой охраны лагеря с мои бойцами как разборки между своими. А тут пришел взвод в полной немецкой форме и наших пограничных фуражках установил пулеметы и начали всех строить. Вызывая по несколько десятков человек для опроса и не возвращая их в лагерь. А затем мое появление на "Мерине" в сопровождении бронетранспортеров охраны и связи отрезвляюще подействовало на умы местного населения. Дабы не создавать ажиотажа и нервотрепки вокруг формы бойцов пришлось дать команду всем подразделениям кроме разведки переодеться в советскую военную форму.

С лагерной картотекой разобрались быстро. Опытные уже. Общие принципы ведения картотеки успели освоить и где, что искать знали. Задержка с фильтром была связана как раз с изучением условных знаков на карточках. Комендантские служащие уничтожить картотеку не успели. Слишком все быстро произошло. Здешняя охрана была представлена охранной ротой и местной белоповязочной шантропой. Для атаки нашего фланга немцы отправили несколько взводов, остальные держали пленных. Атака роты Маслова с ее крупнокалиберными пулеметами была столь стремительна, что местным было не до уничтожения бумаг лишь бы ноги унести.

Большинство пленных было из частей нашей 4–ой армии. В основном бойцы нашей 6, 42, 24 стрелковых дивизий, мотострелкового и танкового полков 30 танковой дивизии. В первую очередь выдернули из-за колючки всех "добровольных помощников". Немного всего- то около семидесяти человек. Разговор с ними был короткий…

Времени было ой как мало. Поэтому, не затягивая, занялись остальными. Тут самое главное было отсутствие отметок о добровольной сдаче в плен, помощи немецкому командованию и желание сражаться дальше. Поняв, что к чему, народ активно шел на сотрудничество. Очень помогло то, что среди массы пленных нашелся скрывавшийся от немцев комсостав. Даже целый политрук присутствовал. Разговор с товарищами командирами прошел по уже неоднократно накатанной схеме. Накат — откат. В итоге тот же результат что и всегда. Из прошедших фильтр бойцов, формируется штрафная стрелковая рота. Во главе нее становятся освобожденные командиры и политработники. Командовать им будет политрук Григорьев. Все технически подготовленных бойцы направлялись Мордасову, для формирования экипажей танков и расчетов орудий. Я хотел вывезти все, что только можно. Не откладывая дела в долгий ящик, Григорьев занялся формированием роты.

Маслов взял-таки мост, уничтожил ее охрану и отступающих к нему немцев. Рота потеряла двадцать человек убитыми и ранеными. Вот ему и пошло новое пополнение из лагеря.

Сафонов тоже оправдал доверие. Его десантная партия захватила оба моста и нанесла артиллерийский удар по немецкому батальону, атаковавшему роту Пономарева. Воспользовавшись этим, пономаревцы перешли в наступление и опрокинула немцев. На плечах отступающих, бойцы ворвались на станцию "Рейтанов" и вели бой с остатками гарнизона. Сама железнодорожная станция не пострадала. На путях был захвачен железнодорожный состав с армейским имуществом. Немцы оправдали мои самые негативные мысли. Прислали со стороны Бобруйска свою штурмовую авиацию. Целую девятку "лаптежников". Нас они проигнорировали. Мы по ним не стреляли. Вели себя тихо и спокойно. Мало ли что в деревне творится. Посчитав роту Пономарева основной частью отряда, построившись в круг, занялась им. Но нарвавшись на плотный огонь зениток и пулеметов, потеряв самолет, упавший за лесом, сбросили, куда придется, бомбы и ушли в сторону Барановичей. Правда, потери в роте все равно были значительными. Около сорока человек погибло и получило ранения различной тяжести. Погиб и Т-26 поддерживающий роту.

Козлов, из засады, расстрелял автомобильную колонну немцев, шедшую со стороны Павлюковщины к переезду у Городищ. Вторую колонну он разнес уже во взаимодействии с разведчиками и саперами. Три легких танка и десяток бронетранспортеров с пехотой в сопровождении нескольких мотоциклистов спешили со стороны Слуцка. Доспешились. Симпатичные костры и десятки трупов остались на дороге. Немецкие крупнокалиберные пулеметы доказали свою эффективность в борьбе с легкобронированной техникой. Прошивали борта немецкой бронетехники как картонные. Но и мы потеряли два легких Т-26. Пленные сообщили, что они из состава полицейского батальона, расквартированного в Слуцке и Клецке. Кроме них в Слуцке расположены пехотный и артиллерийские полки охранной дивизии, силы вспомогательной полиции, несколько тыловых подразделений, ремонтные подразделения и госпиталь. Пояснили они и о расположении концлагерей для военнопленных. Один из них располагался на улице Карла Либкнехта, на территории военного городка. Второй на северной окраине города. Там содержалось порядка двенадцати тысяч наших военнопленных. Немецкие полицаи рассказали и о расположении других интересных объектов в городе, в том числе гетто и гебитсткомиссариате.

Радовался ли я этим победам? Глупый вопрос. Конечно. Но червь сомнения грыз меня изнутри. Все это было похоже на поддавки. На нас бросали разрозненные силы. Мы их разбивали, теряли технику и проверенных людей. Главное теряли время, работавшее теперь против нас. Немцы знали, где мы и могли собрать свои силы в ключевых местах и заняться нами вплотную. Надо было найти решение, чтобы сорвать их планы. Отвлечь их от нас. Выиграть время. Потери в личном составе и технике мы компенсировали за счет захваченных складов и освобожденных пленных. А вот время….

Видимо настало время удара по Ляховичам и наносить его будут бывшие военнопленные. Народ мотивированный и злой. Оружием, боеприпасами, продовольствием и обмундированием мы их обеспечим, в том числе и тяжелым вооружением. Нам все равно все не увести. На чем туда добраться тоже найдем. Эшелон, стоящий на путях, частично загруженный металлоломом из нашей сгоревшей и разбитой техники вполне для этого подойдет. Артиллерию на нем можно комфортно разместить и личный состав. До определенного момента их будет поддерживать огнем летучка Сафонова. Задача у них будет простой — захватить железнодорожную станцию Ляховичи, уничтожить имеющийся там гарнизон, взорвать автомобильные и железнодорожные мосты через реку Ведьма. Затем, двигаясь в сторону Клецка, продолжить уничтожение автомобильных мостов. Этим практически полностью блокировалось движение по железнодорожной магистрали Барановичи — Лунинец и автомобильной дороге Барановичи — Тимковичи.

Рота Пономарева и часть захваченной бронетехники пойдут от Русиновичей напрямую к Клецку, уничтожая по пути все местные гарнизоны, колонны и мосты. Там соединяясь с ротой Григорьева, и дальше будут действовать совместно. Клецка. Пока немцы будут гоняться за ними мы успеем решить свои задачи.

После взятия Ляховичей летучка Сафонова отступит к Городищам, уничтожая мосты и железнодорожное оборудование — стрелки, водокачки и тому подобное. Здесь на переезде летучку придется уничтожить.

Рота Козлова, пополненная бронетехникой, вместе с разведчиками продолжат движение на Слуцк. Следом, дождавшись группу Сафонова, пойдем и мы с основной колонной. Очень уж нам надо попасть в район Слуцка. Согласно полученной из Москвы шифровки там нас ждет группа связи из Центра. Не забыл Серега, как пользоваться справочником по вермахту. Не зря я ее в Тамбове купил, и все время с собой таскаю.

Незаметно наступил вечер.

________________________________

Из телефонного разговора Барановичи- Пружаны состоявшегося поздним вечером 20 июля 1941 г. по закрытой линии связи.

— Приветствую. Я слышал, что удалось выйти на след "мясников"?

— В штабе операции надеются на это. При проверке информации о прохождении колонн подтвердилась информация о ложной колонне 18 танковой дивизии. Принятыми мерами сегодня ее блокировали в районе железнодорожной станции "Рейтанов" у населенного пункта Русиновичи. До батальона пехоты с танками, артиллерией и средствами ПВО. Связи со станцией и гарнизоном нет. Ближайшие гарнизоны и части приведены в готовность, перебрасываются подкрепления в Клецк и Ляховичи. Из Слуцка на помощь подразделениям ведущим бой с русскими выдвинут 3–й полицейский батальон. На аэродроме в Барановичах в готовности вылететь по первому требованию выделены два штафеля пикирующих бомбардировщиков. Сегодня они уже наносили удар. Летчики заявили об уничтожении колонны русских танков и автомашин. Они потеряли один самолет от огня русского ПВО. Внизу шел бой с применением танков и артиллерии. Здесь сложилось впечатление, что русские рвутся к Клецку и Несвежу.

— Диверсия против штаба 2–ой Танковой Группы?

— Вполне вероятно. С учетом того что им теперь должно быть известно их месторасположение. Для охраны штаба выделен дополнительно моторизованный батальон из состава дивизии СС "Дас Райх".

— Вилли, мне кажется, что в твоем голосе есть нотка сомнения. Или я ошибаюсь?

— Да. Ты прав. Я сомневаюсь что это "мясники". Мне думается, что это те, кто пытается увести нас с их следа. Возможно, я ошибаюсь, но это отвлекающий удар. Надо ждать удара здесь. Под Барановичами. Мы сейчас бросим свои силы отсюда для уничтожения и блокирования русских, а "мясники" и окруженные в здешних лесах, нанесут свои новый уже совместный удар сюда. Именно поэтому они не стали освобождать своих пленных на станции Лесная. Здешний лагерь значительно крупнее, тут есть чем поживиться и вооружить пленных. Кроме того не забывай о силах люфтваффе сосредоточенных на местном аэродроме. Одним ударом лишить нас штурмовой авиации — очень заманчивая цель. "Мясники" если судить по их действиям специализируются именно по таким ударам.

— То есть ты считаешь, что сейчас нельзя использовать части гарнизона для блокирования русских?

— Да. Русские именно этого и ждут. Для блокирования отряда имитирующего прорыв к Несвежу можно использовать маршевое пополнение и части охраны тыла 2–ой Танковой Группы и резервы корпусов наступающих на Могилев. Я надеюсь, что ты поддержишь мое мнение перед командованием.

— Я постараюсь донести твои мысли до командующего тылом группы армии "Центр" генерала фон Шенкендорфа. Он сегодня будет здесь проводить совещание. Кроме того переговорю обергруппенфюрер СС Эрихом фон дем Бах — Зелевски. Мне кажется, твои доводы достаточно убедительными, чтобы не ослаблять гарнизон Барановичей.

— Спасибо.

— Держи меня в курсе событий. Да, я хотел тебя предупредить. Службой радиоперехвата зафиксирован выход в эфир мощной радиостанции примерно в том районе где блокировали русский отряд. Там же очень активно работают еще несколько радиопередатчиков меньшей мощности. Думаю, в штабе операции найдутся возможности послать самолет для поиска их…

______________________________

Из книги воспоминаний Героя Советского Союза генерала — майора авиации в отставке Паршина Григория Ивановича "Огненное небо".

… В последней декаде июля 1941 года. наша авиагруппа значительно пополнилась. Батальоном была проведена успешная операция по захвату еще одного аэродрома противника в районе г. Барановичи. Часть самолетов удалось захватить не поврежденными, и они были перегнаны нашими пилотами за линию фронта.

Нельзя сказать, что летный и технический состав авиагруппы сидел без дела пока наши товарищи сражались в тылу врага. Решением Ставки нас окончательно закрепили за НКВД. Шло переформирование авиагруппы. Внутри нее произошло разделение на несколько авиаотрядов — транспортный, бомбардировочный, штурмовой и истребительного сопровождения. Часть захваченного у противника авиапарка пришлось передать в войска. В первую очередь это касалось истребителей и бомбардировщиков советских типов, а оставшиеся самолеты требовали ремонта и глубокого изучения личным составом. В группу пришло много молодых пилотов и авиационных специалистов. Вот мы все вместе и осваивали трофейную технику. Были трудности с обеспечением группы запчастями и топливом, необходимым имуществом. Многого не хватало того что наши специалисты вывезли с собой из тыла врага, быстро закончилось. В условиях отступления наших войск и эвакуации заводов найти замену вышедшим из строя деталям было очень сложно. Тем не менее, группа готовилась к боям.

Ситуация на фронте складывалась для наших войск не самым лучшим образом. В двадцатых числах июля Войска Группы Армий "Центр" вновь перешли в наступление. Захватив плацдармы на реке Березине, они прорвали Западный фронт и их моторизованные части двинулись на Могилев и Быхов.

Аналогичное положение сложилось и на Белорусском фронте. После тяжелых и кровопролитных боев немцами был захвачен Борисов. Моторизованные и танковые части 3–ей Танковой Группы врага устремились к Витебску. Наши войска активно оборонялись, стремясь остановить врага. Тяжелые бои шли за каждую высоту, населенный пункт, улицу и дом. Некоторые населенные пункты по несколько раз переходили из рук руки. Часто получался "слоеный пирог". Одна улица наша, другую контролируют немцы, а на третьей опять наши. Воинские части, попавшие под удар врага, перемешались. Установить с ними связь было сложно, не всегда командованию было понятно кто, где находится и что происходит на том или ином участке фронта. Какие наши части отступили, а какие еще обороняются. Делегаты связи по земле не могли добраться до частей. Поэтому для разведки и связи была задействована авиация.

Немецкая авиация действовала очень активно. Она работала с аэродромов Лида, Минск, Бобруйск и Барановичи. Ее самолеты постоянно висели над позициями наших войск. Она мешала переброске резервов. Наши же авиачасти не смогли полностью прикрыть избиваемые с воздуха войска. Сказались потери авиатехники и пилотов первых дней войны. Немецкие истребители гонялись за каждым нашим самолетом. Десятки самолетов и пилотов ведших разведку и выясняя обстановку на фронте были потеряны.

Ситуация на фронте менялась ежечасно. Командованию требовались объективные данные о происходящем. В этих условиях было принято решение использовать нашу авиагруппу для сбора сведений и разведки. В день, выполняя заявки РазведУпра, мы по несколько раз поднимались в небо. Не всегда эти вылеты проходили гладко. Немцы достаточно быстро разобрались, чьи самолеты летают над их войсками и стали охотиться за нашими машинами. Доставалось нам и от наших "соколов". Не разобравшись, что к чему, они, видя силуэт "Дорнье" или "Ю-88" стремились сбить одиночную машину. Пусть даже с красными звездами на борту. Так мы потеряли три самолета. Охота на наши машины продолжалась и на земле. Еще один самолет мы потеряли20 июля 1941 г. во время налета вражеских бомбардировщиков на аэродром "Кубинка". Тогда же погибло несколько летчиков из приютившего нас авиаполка. В связи с этим нам пришлось перебраться на новый аэродром. Ставший нам родным домом на несколько лет войны…

___________________________

Пригласив политрука, я поставил его подразделению боевую задачу. Видно было, что она ему не нравится. А кому понравится воевать с неслаженным подразделением. Но армия тем и отличается от гражданки, что приказы выполняются без обсуждения. Разложив карту, я показал ему примерный маршрут и мое видение его действий. За обсуждением плана нас застал Сафонов. Он на своей "летучке" доставил погибших и раненых из Русиновичей и заодно притащил захваченный эшелон. Железнодорожная станция и деревня была полностью в наших руках. На станции было освобождено тридцать наших военнопленных, которых Пономарев включил в состав своей роты. Не остался без трофеев и Сафонов. К своей летучке лейтенант присоединил еще пять вагонов и просил пополнить ее вооружением и личным составом, а то он свою пехоту оставил на охране захваченных железнодорожных мостов.

Дополнительное вооружение я пообещал. Пара орудий ему как раз подойдет, но он, услышав о захваченном складе, рассчитывал на большее. Минимум на пару танков и роту пехоты. Выслушав его аргументы, я согласился. Свои планы я строил в треугольнике Слуцк — Ляховичи — Городище Николай же предложил скорректировать их. Расширить треугольник, оставив Городище в центре ребра. Нанести его поездом удар по Ганцевичам и если получится то и по Лунинцу. Крупных гарнизонов немцев по линии быть не может, а раз так, то сопротивление могут оказать только в населенных пунктах. Мы же своим ударом полностью лишаем врага транспортной магистрали. Авантюра конечно, но перспективная. Тем более, что все танки мы увести не сможем. Механиков на все не хватит. Прикинув расклад по имеющейся броне, принял решение выделить два танка — один Т-28 и один Т-26. О том же попросил и Григорьев. Пришлось и ему выделять. Хоть и жаба меня душила, но пришлось на нее наступить. Эти трехбашенные и легкие танки лучше всего подходили для решаемых поездами задач. Уступил я им и часть зенитных автоматов перевозившихся на прицепе. В качестве десанта Сафонову пришлось отдать роту Маслова, усиленную минометчиками Буданцева. Кроме того с поездами отправлялись и две группы саперов и пограничников. Перед группами была поставлена особая задача, выполнить которую они должны были в случаи захвата городов. Цели и задачи групп были доведены только до старших групп отобранных лично Петрищевым из числа сержантов пограничников. От Григорьева и Сафонова я потребовал оказать группам необходимую помощь.

Я просил командиров поездов "не зарываться". Особенно Григорьеву с его сводным отрядом военнопленных. Подъехали, обстреляли, если есть возможность, высадили десант и захватили объект. Нет. То лучше потратить боекомплект и отступить. И главное держать небо. Немцы вечером только разведку провели штурманув роту Пономарева. Утром они за нас примутся в серьез.

Полночи шла подготовка поездов к операции. Укрепляли стенки вагонов мешками с песком, пытались усилить крышу вагонов листами железа, резали бойницы, загоняли танки на платформы, устанавливали зенитные пулеметы и минометы, грузили боеприпасы и продовольствие. До выхода в рейд поездов я успел смотаться к Козлову и Пономареву. Лично посмотреть и оценить обстановку в округе. По сообщению разведчиков, мотавшихся в сторону Слуцка, в районе деревни Синявка на ночь расположился немецкий пехотный батальон с артиллерийской батареей и танками в придачу. Он прикрыл собой мост через реку Нача и перекресток дорог на Клецк и Поначи. Высланная Пономаревым разведка в сторону Ляховичей противника не обнаружила. В город парни входить не стали, но наблюдателей оставили.

Сообщению о захваченных трофеях и освобожденных пленных парни очень обрадовались. Особенно Николай. Его полку прибыло. Пришлось его слегка обломать, сказав, что все БТ отдам под команду Пономареву и Григорьеву. Им для рейда они лучше всего подойдут. Козлову придется обойтись теми машинами, что у него остались, Т-26 и шестью Т-28. Для разгрома немцев и прорыва в сторону Слуцка самое то. Кроме того у этого куркуля появились и неучтенные трофеи. Две двоечки из разгромленной колонны.

Свой КП я оставил в Городищах. Радиосвязь со всеми подразделениями работа исправно. Мне даже удалось вздремнуть в полглаза под окружающий меня шум. Не то, что Никитину и Горохову с Козловым. Первый всю ночь гонялся между Городищами и Русиновичами, сопровождая "БТэшки" к Пономареву. Второй с ремонтниками и тыловиками грабил склады и производственную базу. Благодаря им у меня снова возник вопрос — "Где найти механиков на всю захваченную и отремонтированную технику?". В ремонтных мастерских нашлось несколько безбашенных БТ ранних серий, бросать их они никак не хотели. Козлов получив в свое распоряжение, кучу больших бронированных игрушек, устроил им смотр и проверку. Хорошо хоть под утро увел всю технику со стоянок. Артиллеристы тоже со своими песнями и плясками вокруг орудий спокойно жить не давали, стараясь утянуть все возможное. Особенно большое, крупнокалиберное и тяжелое используя для этого имеющиеся немецкие арттягачи и несколько тракторов СТЗ.


Глава 14 | Мы из Бреста. Рейд выживших | Глава 16