home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



* * *

Окруженный небольшой березовой рощей замок Комбур в плане больше всего напоминал мальтийский крест: четыре могучие башни по десять метров в окружности, стоящие в полусотне метров одна от другой, соединялись по внутренним краям каменными стенами. Вот и вся крепость. Усадьба таежная и то изрядно больше размерами будет.

Зато четыре этажа, по четыре метра высотой каждый, позволяли ходить, не пригибаясь, даже самым могучим варварам, съезжающимся один за другим на берег раскинувшегося в сорока километрах от Рена Комбурского озера.

Относительно башен жилой корпус крепости казался совсем крохотным. Однако, как показывал опыт Битали, в мирное время именно башни легко заменяли целую гостиницу. Достоинством же здания между ними был просторный и высокий зал на третьем этаже, пригодный как для балов, так и для торжественных приемов, заседаний, концертов и всего прочего. А кроме того – столь же огромная подклеть, обширный прохладный подвал, способный вместить припасы для целой армии на год тяжелой активной войны. Если просто отсиживаться, гарнизону и на десять лет хватило бы.

– Когда-то, давным-давно, под нами находился стержневой камень, иногда называемый Камнем Сердца, – рассказывал долговязый Жан Печер, показывая замок неожиданным гостям. – Думаю, вам не нужно объяснять, что это за великое сокровище? Стержневой камень уходил далеко-далеко в глубину земли, к самому ее сердцу, и благодаря этому был могучим, неиссякаемым источником силы…

Французский маг, в день первого знакомства одетый в костюм типичного банковского клерка, с нежно-бежевой сорочкой и синим галстуком, у себя дома отказался только от зонтика и котелка, а в остальном был тем же напряженным чинушей, словно постоянно боялся увольнения.

– Как вы понимаете, едва только предки графов Шато обнаружили этот камень, на нем немедленно была возведена могучая, неприступная твердыня. Для восьмого века сей замок считался громадным, совершенным, неодолимым. Неприступным творением человеческого разума. – Хозяин шел по коридорам, распахивая дверь за дверью и показывая комнаты, кабинеты, светелки, боевые ярусы, душевые кабинки и туалеты, однако говорил о прошлом: – К началу Большой Войны граф Шато являлся одним из самых могучих и богатых чародеев. И разумеется, стал одним из самых ярых врагов Эдриджуна, желающего поработить подлунный мир. Терпеть чей-то диктат, оказаться равным в своих правах и власти с обычными духами и колдунами… Такого род Шато не мог представить себе даже в страшном сне…

Жан Печер остановился в одной из проходных комнат, стены которой были полностью скрыты резными панелями, и указал в угол, на щит с крыльями и двумя орлиными головами над ним, а не на поле. Но объяснять ничего не стал, пошел дальше, продолжая рассказ:

– Стержневой камень был огромной ценностью как для Совета Свободных, так и для Темного Лорда, а потому здесь, среди этих чудесных зеленых полей, назревала самая великая и кровавая битва современности. В замке и вокруг собрались многие тысячи сторонников Хартии, готовые защищать источник силы до последней капли крови, а перед ними, на полях к югу от озера, стояли десятки тысяч воинов Темного Лорда, намеренные захватить его любой ценой. И тут случилось невероятное! Камень лопнул. Может статься, маги Хартии высосали из него слишком много энергии, и он не выдержал напряжения. Может быть, у него просто вышло время. Но камень лопнул. Связь с сердцевиной земли оборвалась, источник силы иссяк. Замок стал бесполезен. И в тот же день армия Совета Свободных ушла. Погибать за никому не нужный клочок земли никто из сторонников Хартии не собирался.

Француз развел руками и воздел их к обшитому тисом потолку, словно призывая его в свидетели человеческого коварства.

– Эдриджун об этом, понятно, не знал и вскоре повел армию на штурм… Сопротивляться оказалось некому, и в считаные минуты замок был захвачен без каких-либо повреждений и потерь. Бескровная победа привела Темного Лорда в благодушное настроение, и он не казнил графа Шато за бунтарство, а просто превратил в кота. В драного черного кота, неотличимого от доходяг, пинаемых ногами на рынках и помойках. Спустя какое-то время кот удрал из клетки, и по сей день эта бессмертная тварь шляется по замку, орет дурным голосом, мяукает и творит всяческие гадости, каковые только может придумать. Посему, если кто-то из вас увидит в комнате или коридоре кота, то гладить его, чесать за ушком и вообще приближаться крайне не советую. Укусы не лечатся, царапины кончаются гангреной, наведенная им порча снимается с большим трудом и только сильными, опытными ведьмами. Всем понятно? – Печер остановился и оглянулся на гостей.

– А то! – немедленно подтвердила Юлиана.

– Убить не пробовали? – поинтересовался Битали.

– Если сможете, то удачи, кончайте. Никто горевать не станет. – Француз пошел дальше. – После победы Темный Лорд одарил замком наш род. Военной ценности он уже не представлял, взять его никто больше не пытался, тратиться на перестройки и усовершенствования смысла не было, так что наша твердыня по сей день стоит в том самом, первозданном виде. Наш замок стал просто центром богатых плодородных земель, что, в общем, тоже было неплохо. Однако к началу прошлого века неугомонные смертные изобрели трактора, комбайны, сеялки, косилки и молотилки. И чем дальше, тем меньше работников требовалось в полях. Лишние жители уезжали к заводам и рудникам, следом ехали те, кто их обшивает, кормит и поит, стрижет и бреет. Так что мой шумный многолюдный город стремительно превратился в тихую деревеньку, деревеньки усохли до хуторов, хутора исчезли вовсе… Понятно, что вслед за смертными разбежались все, кто делал им привороты и отвороты, гадал, лечил, портил или просто обманывал. Подати рухнули в бездну, двор опустел, и к моим землям стали с интересом приглядываться куда более богатые и многолюдные кланы из Сен-Мало, Динана и Понторсона.

Жан Печер прикусил губу, и Битали поспешил выразить сочувствие:

– Да, в наше время трудно остаться без денег и воинов. Соседи быстро на копья насадят и землю приберут.

– Давно бы прибрали, – согласился француз, – но каждый год я даю в замке большой бал, куда приглашаю всех соседей. И каждый год они могут наблюдать, как мы дружески болтаем с мечником Дедятой и еще несколькими моими знакомыми из диких северных земель, как обнимаемся, веселимся и поднимаем бокалы за вечную дружбу. И желание попробовать на зуб мои земли у всех баронов и графов на некоторое время пропадает. Здешние дворяне еще со времен Большой Войны помнят, каковы на вкус секиры варваров в умелых руках и чем кончаются ссоры с северянами. Проверять на прочность нашу дружбу с мечниками никто пока не рискнул.

– Ага, – кивнул Кро.

Теперь потомок Темного Лорда понял, каким образом Снежной королеве так быстро и с такой легкостью удалось получить в свое распоряжение замок в самом сердце французской Бретани. Над здешними крышами незримо реяли секиры таежных великанов, обеспечивая покой их обитателям. Рисковать столь драгоценной дружбой никому из местных магов не хотелось.

– Пришли, – толкнул резную двустворчатую дверь Жан Печер. – Это и есть знаменитая Красная спальня.

Жестом опытного гида он вскинул руку, предлагая оценить убранство.

Спрятанное почти под самой кровлей помещение имело размеры шагов двадцать в длину и ширину, – трехметровые потолки и два выходящих на озеро, больших витражных окна. Пол выстилал багряный ковер, стены закрывали резные панели красного дерева, потолок был обит вишней. Красный стол, красный туалетный столик, красные абажуры ламп из красной меди, обитые красным сукном стулья. Огромное ложе в центре накрывал развешанный на монументальных столбах алый балдахин. А застелена постель, конечно же, была темно-бордовым покрывалом.

– О-о-ф-фи-игеть! – душевно оценила обстановку Юлиана, настороженно стреляя зрачками из стороны в сторону.

– Мадам Снежана пожелала, чтобы самые лучшие покои замка были отведены вам, – сообщил француз. – Красная комната знаменита тем, что черный кот шляется здесь довольно часто, и поэтому здесь никто постоянно не живет. Даже низшие духи сюда стараются без крайней нужды не заглядывать. Однако эта опочивальня все равно считается наиболее красивой, просторной, удобной…

– В общем, коту нравится, – подвела итог рябая.

– Она в вашем распоряжении! – кивнул Жан Печер и удалился.

– Что ты про все это думаешь, Битали? – переступила порог Юлиана и медленно пошла вдоль стен. Похоже, багровое величие проклятого места произвело впечатление даже на нее.

– Да справлюсь я как-нибудь с этим котом, – пообещал потомок Темного Лорда. – Его явно перехваливают. Ни одного убитого им за столько веков! Думаю, это самый обычный призрак. Бесплотный и безопасный.

– Да я не о том! Я вообще… Про все. Про меня и тебя. Что нас ждет?

– Ты помнишь поговорку про сыр в мышеловке? – Битали подошел к самому окну, поправил сбившиеся карминные шторы.

– Хочешь сказать, я попалась в мышеловку?

– Нет, Юлиана, – покачал головой юный чародей. – Я хочу сказать, что ты тот самый сыр и есть.

– А ты тогда кто? – спросила из-за балдахина девушка.

– Пружина. Если повезет, успею защелкнуться еще до того, как тебя съедят.

– Надо будет почаще поить тебя кофе с имбирём. Чтоб мозгами не тормозил. Ух ты, смотри, тут есть камин! Камин есть, а вай-фая нет! Ну разве не козлы?

Замок Комбур стремительно оживал, наполняясь людьми и воинами. За воротами, перед въездом в парк, встали хмурые охранники, пугающие смертных невероятным ростом, крепким телосложением и непривычно большими, окладистыми бородами. Если бы они только знали, что немного дальше, за кронами деревьев, точно такие же великаны прогуливаются у крыльца, вдоль стен замка и на дальних подступах к зарослям не просто в свитерах или суконных куртках – а в стеганных прочной стальной проволокой и заговоренным конским волосом поддоспешниках и с двуручными секирами на плечах.

Надевать броню Дедята пока запретил. Решил, что это будет перебором.

Помимо бородачей в малолюдном прежде Комбуре появилось много хрупких и не очень улыбчивых рыжих женщин. Они гуляли, здоровались с местными жителями, заходили в кафе, покупали безделушки и часто делали ответные подарки – простенькие глиняные сувениры где в виде собачки, где веселой рожицы, где небольшой вазочки. Французы ставили их на прилавки, подоконники, иногда уносили домой. Смертные не знали, что такое «подклады» и «сторожевые амулеты», и потому не видели в этих предметах никакой опасности.

Впрочем, как раз смертным ничего не угрожало. Ведь они не прятались под мороками, не отводили глаза, не ходили сквозь стены – и потому не могли лишиться магического покрывала или вызвать тревожный свист разрушенного заклинания.

Возле озера и вокруг замка северные чародейки не скрывались, накладывая защитные заговоры на камни и деревья, развешивали амулеты или плели их из травы. Здесь, недалеко от Атлантики, несмотря на близкие Святки, газоны зеленели в полную силу, на деревьях шелестела листва, летали бабочки… Прибывшие издалека гости, привыкшие к совсем другому климату, на прогулках обходились платьями, свитерами или легкими плащами, с удивлением поглядывая на кутающихся в пальто горожан.

Помимо варваров и северянок, Битали видел в замке и людей привычного роста, темноволосых и с животиками, гладко бритых, встречал круглолицых упитанных женщин с большими зубами и путаными волосами. Это означало, что у Дедяты имелись союзники и среди местных магов. А может, это были вассалы и друзья Жана Печера.

На третий день обживания замка в ворота замкового парка въехало такси, описало печальный круг по усыпанной битым кирпичом дорожке и остановилось возле парадного крыльца.

Столь невероятное событие – машина смертных проникла сквозь охрану! – побудило спуститься вниз нескольких воинов и ведьм, и супругов Горамник, и Битали с Юлианой.

Такси выдержало долгую театральную паузу – потом вдруг распахнулись сразу все дверцы, и над крыльцом послышались радостные возгласы:

– Анита!

– Мама! Отец!

– Надодух, Цивик! Лорак! Дубус!

Вскоре все смешалось. На месте отъехавшей машины обнимались северяне, Битали с друзьями, рябая деваха – с ними же.

– Но откуда, как?! – наконец удивился потомок Темного Лорда.

– Святочные каникулы, дружище! – похлопал его по плечу Надодух. – Быстро же ты забыл школьный распорядок! Все единогласно решили отправиться к тебе на помощь. Даже Генриетта попыталась присоседиться, но мы ее, естественно, отослали искать директора. А вы тут как?

– Готовим новогоднее представление Огненной Девы. Так что вы вовремя. Юлиане нужен свежий амулет. А она верит только вам.

– Ну и зря, веснушка! – обняла рябую страшилку Анита. – Матушка колдует лучше всех нас, вместе взятых!

– Я уж лучше по старинке, подруга, – сморщила рожицу смертная. – Шкура у меня только одна, не то что у некоторых, рисковать неохота. Так что великую Снежную королеву я, понятно, уважаю… Но вы мастера уже проверенные.

– Но тогда нам нужен «статик», – посмотрела на маму отличница. – Место векового покоя и неизменности.

– Все готово, милая, – кивнула северянка. – Такое место есть.


Святочное шоу | Клятва Темного Лорда | * * *