home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава 4

22 июня 1941 года,

Западный фронт

На востоке появилась тонкая розовая полоска, в стремительно светлеющем небе бледнеют звезды. Но до настоящего рассвета еще полтора часа[10]. На немецкой стороне железнодорожного моста через Буг – легкая суета. Где-то в отдалении, миновав выездные стрелки станции Тересполь, пыхтит соляровым выхлопом «Панцерцуг № 28» – настоящий немецкий бронепоезд. Накануне ему поменяли колесные тележки – с узких европейских на большие, предназначенные для широкой русской колеи. На тепловозе кто-то из шутников повесил табличку с пассажирского поезда «Берлин – Москва».

Наконец суета прекратилась – солдаты штурмового взвода заняли исходные позиции. А по деревянному настилу моста к русскому берегу двинулись три человека. Им навстречу вышел из караульной будки пограничник с сержантскими треугольниками на петлицах. Парень широко зевнул и стал внимательно смотреть на приближающихся немцев. Его поза выглядела предельно расслабленной, винтовка у ноги, но внутренне боец был предельно собран – наступал тот самый час «Ч», к которому его, лейтенанта госбезопасности из ОСНАЗа, готовили два последних дня.

– Ишь топают, суки… – тихонько пробормотал мнимый пограничник, осторожно поправляя засунутый сзади за ремень пистолет со взведенным курком и патроном в стволе.

На верный «ТТ» осназовец надеялся больше, чем на винтовку, – предстоящее боестолкновение должно пройти на предельно малой дистанции, ведь немцам необходимо захватить мост целехоньким, бесшумно вырезав полусонную охрану. Они даже не догадывались, что весь штатный караул еще накануне заменили на настоящих волкодавов из войск Особого назначения. Штурмовики шли спокойно, нагло цокая по доскам настила подкованными сапогами.

– Ну-ну, топотуны, топайте, топайте… – поощрил врагов лейтенант, делая вид, что протирает заспанные глаза.

– Леша, не переигрывай! – тихо донеслось из глубины караульной будки – там прятался напарник. – Тут пост ответственный, часовой спать не будет.

Между тем немцы приблизились на двадцать метров. Лейтенант принял картинную стойку с вытянутой вперед винтовкой, словно позируя для плаката «Враг не пройдет».

– Стой, кто идет?!

Услышав громкую и отчетливую команду, фашисты слегка сбавили темп. Кто его знает, этого сумасшедшего фанатика – вдруг с перепугу стрелять начнет?

– Hey, russisch! Rufen Sie die Grenze Kommissar! Dringend![11] – проорал старший группы, продолжая идти вперед. Правда, уже гораздо медленней. И цоканье подковок не такое наглое.

– Чего? – удивился «пограничник». – Какого вам х… хм… комиссара? Сегодня выходной день, товарищ комиссар не принимает! Запишитесь на понедельник!

– Ты чего несешь, Леха?! – шипит из будки напарник.

– Спокойно! – вежливо улыбаясь подобравшимся уже на десять метров штурмовикам, тихо отвечает лейтенант. – Им все равно, что я несу: они уже покойники!

Цоканье подковок, звучащее размеренно и синхронно, вдруг сбивается с ритма – немцы готовятся к рывку. Прыгнуть, сбить с ног этого простофилю, воткнуть под лопатку нож, до времени спрятанный в рукаве.

Лейтенант Леха опережает их на секунду. Выпущенная из рук винтовка еще падает на настил, когда осназовец выхватывает из-за пояса пистолет и делает три быстрых выстрела, целясь в середину корпуса, как учил на занятиях старенький, еще из «тамошних» времен, инструктор. Немцы кулями рушатся на доски, у переднего вываливается из руки нож, у второго – пистолет.

– Стой, стрелять буду! – усмехается Леха, подбирая с настила винтовку. – Ложись, стреляю!

Из будки, как чертик из табакерки, выпрыгивает напарник с двумя «Наганами» в руках. Быстро подскакивает к немцам и четко выполняет контроль, прострелив каждому голову. Затем боец, сунув один из револьверов за пояс, свободной рукой быстро и сноровисто начинает обшаривать нагрудные карманы покойников, извлекая на свет солдатские книжки.

Еще секунда, и возле караульной будки остаются только трупы – осназовцы, выполнив свое задание, бесшумно растворяются в легком туманном мареве, покрывающем восточный берег. Не забыв, впрочем, подобрать трофейное оружие.

И только сейчас с западного берега неуверенно бахает несколько винтовок. Пули рикошетят от стальных ферм моста. Минута затишья – фашисты пытаются понять, что пошло не так. Но, даже разглядев своих убитых товарищей, продолжают выполнение заранее составленного плана. Вечная беда немецких военных – неспособность к импровизации.

Штурмовая группа бежит по мосту, но, как только солдаты пересекают невидимую черту государственной границы, по ним с двух сторон, косоприцельным огнем начинают работать четыре станковых и восемь ручных пулеметов. Затем к общему «веселью» присоединяются самозарядные винтовки Токарева. Никто из штурмовиков не добежал до конца моста – полсотни хорошо подготовленных бойцов буквально сметены автоматическим огнем. Тогда на сцене появляется «Deus ex machina» – панцерцуг. Спихивая с рельсов трупы своих солдат широким отбойником, бронированный монстр, ведя стрельбу из всего бортового оружия, довольно шустро переползает на восточную сторону. Вот колеса переднего броневагона почти касаются берега…

Вспышка бело-красного пламени под центральной секцией моста, кажущаяся в предрассветных сумерках еще более яркой, ослепляет наблюдателей с обоих берегов реки. Могучие стальные балки мостовых ферм натужно скрипят, постепенно складываясь, и вдруг мгновенно рушатся в воду. А следом за ними летит в темные волны Буга немецкий бронепоезд с нелепой табличкой на тепловозе.


Глава 3 | Разговор с Вождем | * * *