home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава 16

НОВЫЙ ПОВОРОТ

— В чем дело, Антонио?

— Такое случается, — отводя глаза, сказал Санхец.

— Что значит «такое»? — озверел я. — Она прекрасно себя чувствовала еще недавно.

За неимением УЗИ начало беременности мы вычислили достаточно приблизительно, но вряд ли несколько дней в ту или иную сторону особо важны. То есть сроки представляли достаточно точно. До конца пятого месяца живота практически не видно было. Есть Саша стала много, да и все какие-то странные вещи. В основном оливки — попробуй найти их зимой, — то почему-то лимон. Прямо с кожурой однажды сожрала, аж меня перекосило.

Умом я все понимаю, организм требует, и ребенку чего-то там важно получить дополнительно, ведь он питается через мать. А смотреть все равно удивительно. Счастье, что могу себе позволить выполнить любой каприз. Западноевропейские врачи меня чуть не открыто поносят, что не мешает им через Липмана приобретать морфий в любых предлагаемых количествах. Уже вторая партия ушла, и мы остались с ростовщиком вполне довольными сотрудничеством. Под предлогом сложности доставания он обдирает до нижнего белья глупцов, заодно поставляя им шприцы в немалом количестве. А это для меня дополнительный доход.

Пусть себе и дальше через третьи руки с наценкой приобретают, им же хуже, а я плакать не собираюсь. Уже пару раз подкатывали с предложениями Лесток и люди его пошиба. На что я с тупой мордой потребовал официального признания коллегией врачей моих достижений и для иностранцев принятия в тамошнюю Академию наук. Согласился даже на почетное членство. А без этого никак. Я люблю взаимность, и наживаться на себе не позволю. Надо было видеть их кислые рожи. Дают заряд бодрости на целый день.

Украсть уже пытались. К счастью, морфий храню дома в замурованном в стену сейфе. Не в лаборатории. Здесь при наличии кучи слуг и замка, изготовленного Нартовым из академии, подобраться тяжело. Когда штыри входят в проем, обитый железом, выворотить без шума дверь никому не удастся. Все равно стараюсь не держать сильно много морфия в запасе. Проще делать небольшими партиями, заодно и цена высокой держится.

— Я не знаю причины, — без особого удовольствия сознался он, — почему у нее вдруг начали опухать ноги. Вы, конечно, можете и даже обязаны пригласить других специалистов, однако…

Он не договорил. Я и так знаю. Санхец специализировался на акушерстве до попадания во дворец, и если он чего не знает в проблемах беременных, значит, этого никто не подскажет.

Происходящее сводило с ума. Саша внезапно стала похожа на оплывшую тетку с колхозного рынка. На ногах оставались белые, долго не проходящие вмятины. Ну а с недавних пор начались вещи похуже. Пропал аппетит, она стала ужасно рассеянной и жаловалась на быструю утомляемость. Больше всего это походило на сильнейший токсикоз, но он не случается так поздно.

— Мне приходилось такое видеть и раньше. Не очень часто. Симптомы напоминают отравление… — Я вскинулся. — Нет-нет, не подумайте чего. Конечно, дело не в злоумышлении.

— И?

— Как Богу будет угодно.

Чем дальше, тем хуже, перевел для себя. И шансов крайне мало.

— Причина в ребенке?

— Скорее у Александры Александровны имеется некая предрасположенность. Дитя не виновато.

Оно просто спровоцировало, нажав на спуск. Послужило катализатором, без труда расшифровал.

— Вы можете вызвать преждевременные роды?

— Нет! — Он натурально испугался. — Если бы раньше или на месяц позже. А сейчас может закончиться смертью обоих.

Господибожемой, давно к тебе не обращался и почти не просил. Помоги! Или хоть подскажи! Если внутренние органы — кровопускание не поможет. Переливание крови? Постараться — можно устроить прямое. Группа крови… Запросто получить аллергическую реакцию и гибель. Шансы почти равные. Это на крайний вариант. Нельзя лезть, не соображая в здоровье. Можно запороть все полностью. Врач не соображает, а я чем лучше? Звать других! Три, пять, десять. Вдруг кто подскажет правильный путь.

— Мне неудобно в данный момент напоминать…

— Да, я помню свое обещание, — подтвердил я без особого удовольствия, не до того сейчас. — Только обязательно проведите с полковыми лекарями подробный инструктаж о методике применения морфия.

Он посмотрел достаточно выразительно. Все одно проконтролировать не выйдет, и более того, непременно какую-то часть украдут. Среди военных врачей полно иностранцев. Зато совесть будет чиста. Все возможное сделал и не стал наживаться на страданиях солдат.

Не то чтобы очень большим альтруистом вдруг стал — иногда полезно сделать широкий жест. Такой поступок не останется незамеченным и в глазах многих перешибет в будущем нечто не вполне корректное. Я знал, на что шел, когда публично пообещал передавать военному ведомству почти сорок тысяч доз морфия в виде таблеток и инъекций под обязательство использовать для раненых. А война будет, в том уже никто не сомневается.

— Михаил Васильевич, — заполошно ворвалась Стеша.

— Чего тебе? — раздраженно спросил.

— Там ея высочество изволили прибыть.

— Кто? — не дошло.

— Анна Карловна.

Вот только Лизы мне сейчас для полного счастья и не хватает, переглядываясь с Санхецом, подумал. Надо идти встречать.

— Кто-то недужен? — встревоженно спросила Анна Карловна при обнаружении Санхеца.

Никак ей отчество не подходило. Еще пятнадцать не исполнилось, и смотрится абсолютной девчонкой. Даже грудь едва проклюнулась. Вот Юлия Менгден вполне сформировалась и на ее фоне смотрится взрослой девушкой, а по возрасту почти ровесницы. Фрейлина даже младше.

— Александра Александровна чувствует себя не очень хорошо.

— Мы как раз и приехали ее проведать, — сказала Анна Вторая, повергая меня в недоумение. Две минуты назад она не слышала о проблемах здоровья у Саши. И вообще как-то не очень часто навещает меня дома. Особенно так поздно. Скоро рассвет, ей вместе с остальной компанией положено почивать, а не разъезжать с визитами.

Стоп, стоп! Сегодня после обеда должен был состояться торжественный обед. Куча дипломатов и высоких государственных лиц. Ну меня в число самых приближенных пускают редко, по титулу и чину не вышел. В таких случаях возле хозяйки князь Трубецкой располагается. В последнее время он спихнул на меня практически все, помимо сумм на содержание двора царевны и присутствия на торжественных мероприятиях.

Так, безусловно, удобнее. За все неприятности отвечает секретарь Ломоносов, а оплачивает и соответственно решает, есть ли смысл в очередной вещи, он. За лишнюю бутылку вина готов удавиться. Ну оно и к лучшему. Не хватает еще вести чужие счета и отвечать за недостачу. Своих забот хватает.

Обычно торчу в зале в дальнем углу в компании молодых офицеров. Оно много приятнее и удобнее на предмет выпить и закусить. Гораздо свободнее себя чувствуешь, когда не пялятся, как на высоких особ. Короче, такого рода приемы редко высиживаю до самого конца. В качестве советника меня не подпускают, а чисто присутствие достаточно обозначить, не засиживаясь до закрытия банкета.

Никто не ждет от мелкого секретаришки громких заявлений и выступлений. Это в медицинско-деловом мире я стал заметен. В политике и государственных делах мнением не интересуются. Потому и при известии о плохом самочувствии жены не стал изображать верноподданного и тихонько смылся домой.

— Пройдемте, — предлагаю с поклоном. — Жена будет рада столь высоким посетителям.

Что-то явно произошло, и серьезное. Не стала бы Анна просто так нестись сюда без веской причины. Кажется, я совершил ошибку, плюнув на государственное мероприятие. Впрочем, и второй бы раз смылся без промедления. Самочувствие Саши волнует много больше самого важного государственного приема, пусть это и недипломатично.

Чувствовала она себе неважно, и визит сократился до кратчайшего срока. В основном чтобы не смотрелось насмешкой — пришли, развернулись и ушли. После достаточно краткого обмена вопросами и пожеланиями Анна вежливо попрощалась и удалилась. Собственно, я и не ждал особых откровений в этом смысле. Она чисто исполнила долг. С самого начала не за тем прибыла.

Ничуть не удивился, когда попросилась на разговор несколько смущенным тоном. Пригласил в кабинет и впервые задумался о сопровождающих. Помимо пруссачки, а без нее никуда, Юля и Танька. Несколько странный выбор свиты. Первая — ей наиболее близкая подруга, уж насколько могут быть у высоких особ бескорыстные фрейлины, а вот вторая — откровенная служанка и моя протеже. Личный агент, о чем прекрасно знает и нисколько не обижается. Главное, она другим в уши не надует, а от меня неприятностей не ожидается.

Таня зажгла свечи из «грузинского горного воска» и отодвинулась в дальний угол, в отличие от рассевшихся напротив меня остальных. Все же не ровня, но притом достаточно доверенная, раз позволяют торчать рядом.

— Государыня сегодня открыто при иностранных послах назвала меня наследницей, — сказала Анна-младшая после продолжительного молчания. Видно было, волнуется, но сдерживается, пытаясь не строчить на манер пулемета.

— Поздравляю, ваше высочество…

Она нетерпеливо отмахнулась:

— Не произноси пустых слов. Когда-нибудь это должно было случиться и на самом деле ничего абсолютно не значит. Завтра легко передумает или посчитает необходимым забыть о сказанном. Я ей не дочь — племянница.

Обещания — пыль, особенно такие. Тем более в ситуации, когда Анна Иоанновна скончается. Из могилы она не проследит за выполнением приказа. А девочка пока несовершеннолетняя. Назначат Бирона регентом — и вся недолга. Ни власти, ни возможности на что-то влиять. Хорошо, если не подсыплют мышьяка, чтобы не мешала. Вслух при свидетелях такого произносить нельзя. Притом очень сомневаюсь, что хоть кто-то из присутствующих это про себя не обдумывал.

— Других близких, — произнес с ударением на «близких», — родственников нет.

Елизавету Петровну в расчет в этом смысле брать не стоит. Уж ей путь наверх заказан с гарантией. Почему императрица до сих пор держит рядом, а не удавила или для разнообразия в Германию замуж не выдала, я не понимаю. Не очень дальновидно. Сама так решила или кто подсказал? Слухи ходят разные.

— И еще две новости дополнительно из ее уст. Я уж не соображу от позднего времени, какая из них хорошая и какая плохая.

Кажется, я перемудрил с попытками воспитания. Она принялась киношными штампами излагать. Было бы смешно в другой ситуации.

— И? — осторожно переспросил, угодив в очередную паузу. Вот мы и добрались до самого важного.

— Меня выдают замуж за Антона Ульриха Брауншвейг-Беверн-Люнебургского, — выдала она без запинки бесконечное имя.

Про разные варианты болтали давно. Называли в числе претендентов и прусского наследника. Похоже, прислушались к предложению Левенвольде, надеющемуся связать Австрийский дом с российским союзом. В общем, ничего нового. «Все могут короли, и судьбы всей земли…» М-да. Это сейчас лучше не озвучивать. Юмор с танцами в данный момент неуместен. А в принципе очень в тему.

Я посмотрел на гофмейстерину Адеркас.

— Второй сын герцога Фердинанда Альбрехта Брауншвейг-Вольфенбюттельского и родной брат второй жены датского короля Фредерика Пятого, — выдала та справку незамедлительно. — Если я правильно помню, девятнадцатый год идет.

Ну что изменится для России при таком женихе, желательно тщательно прикинуть. Добрые отношения с Данией — вещь приятная, однако и они отнюдь не гарантированы. Вон перед Первой мировой все монархи друг другу двоюродные были, и это совершенно не мешало воевать. Кстати, Ротшильды, вопреки обычным сказкам, поддерживали каждый свою страну, а не выступали единым фронтом. Личные и государственные интересы много важнее кровных уз. Оно и в семьях случается. Хуже свар, чем между родственниками, не обнаружить.

— Она сказала, что давно присмотрела принца, тем более что считаю себя взрослой. В последнее время стала строптива и излишне требовательна, норовя сунуть нос в не касающиеся ее дела.

А вот это уже камешек в мой огород. Или я перестарался с пропагандой государственной заботы, или чего-то крупно не просчитываю в мотивах старшей Анны. А это опасно.

— Мне страшно, — сказала царевна шепотом. — Он скоро приедет.

— Свадьба явно не завтра. А пока присмотритесь к жениху. Может, он не так уж и плох, — произнес я неловко. На такие темы мы еще не беседовали. — Да и жизнь, — продолжил после паузы, — не роман французский. Родители за нас решают. Кому и повезет. Вот ей-богу, мы с женой не в обиде на Анну Иоанновну.

Она непроизвольно покосилась вбок, где за стенкой находилась Саша.

— Такова доля женская, — сказала назидательно пруссачка. — От Бога нам положено в муках рожать, давая новую жизнь.

На лице Татьяны, сидящей сзади, было отчетливо написано, что она подумала. У госпожи Адеркас своих детей не имелось, и не ей о том вещать. Остальные оказались более сдержанными и чувств не проявили. Скорее всего, уже слышали по дороге, и вообще не в первый раз.

— Ты не понял, — сказала царевна. — Это, конечно, неприятно, но я боюсь иного. Ведь родись у меня ребенок, кто мешает его наследником объявить да Бирона регентом назначить в случае болезни тетушки. Она подпишет!

А вот эти разговоры как бы на измену родине не потянули. При свидетелях не опасается обсуждать. А зря. Хотя Катю Ушакову с собой не взяла. Выходит, тоже своего рода проверка. Видать, здорово припекло, раз открыто говорит. И обдумала на свой манер, со всех сторон, без спешки. Не сегодня в мозги стукнуло — давно обсасывала мысль и помалкивала.

— Брак состоится не сразу, — сказал я, медленно соображая. — Года три по минимуму до вашего вхождения в возраст. Что там за это время случится…

— Да, — со слезой в голосе подтвердила, — или ишак сдохнет, или эмир.

Рассказал на свою голову очередную басню.

— Замужество само по себе признание совершеннолетия, какие регенты?

— Как он скажет, так и будет, — с ожесточением ответила Анна.

В каком-то смысле она права, но пример разорванных кондиций перед глазами. Бирон в силе, пока его любовница жива. После смерти императрицы власть, на которую он опирается, утечет моментально.

— А ребенка от меня станут требовать непременно под предлогом сохранения династии. Уже сейчас открыто намекала. Будто корова племенная. И кормит, как на развод…

— Ну можно и в браке не беременеть, если не хочешь. Достаточно простой метод существует.

— Это как? — настороженно переспросила.

— Схема расчета благоприятных для зачатия ребенка дней строится на двух составляющих. В первую очередь важно определиться с циклом. Точное количество дней. Для женщин со стабильным… — Я осекся, обнаружив подавшуюся вперед Юлю с горящими глазами и поджатые губы гофмейстерины.

Эко же меня занесло, совсем голова не функционирует от усталости и мыслей о женских проблемах. Все про Сашу размышляю, нет бы сосредоточиться на настоящем. Нашел с кем на такие темы болтать, еще и в компании. Ладно бы тет-а-тет поделился мудростью будущего.

— Вряд ли эта тема подходит молодым девушкам, — сказал с неохотой. — Лучше ее обсудить с медиком или матерью. Они плохого не посоветуют.

— А ты почему вдруг отказываешься?

— А мне неудобно. Неприлично, и вообще… Прошу великодушно извинить.

— Я настаиваю, — с гордо вздернутым подбородком потребовала будущая царица.

Называется, влип. Положительно не в форме. Причем, откровенно говоря, я не в курсе, что там знают на этот счет в народе и дворцах. Должны же существовать какие-то способы предохраняться. Неужели до сих пор не додумались и травятся всякими гадостями?

Опять влез с неподходящими откровениями. Как бы церковная братия не заинтересовалась. Им такие вещи всю жизнь против нутра. Сознательно уклоняться от производства детей или делать аборт — все религиозные за грех тяжкий считают. И на кого ссылаться, если начнут настойчиво спрашивать? Мало того, не знаю никого, помимо парочки акушерок, — так зачем посторонних людей подставлять. Обойтись неведомыми бабами?..

— Это, выходит, крестьянки знают, — потребовала, ощутив мои затруднения, — а мне не положено?

А знают ли? Кажется, способ появился достаточно поздно, уже после Первой мировой. Сколько я записывал всякого разного, а иное достаточно любопытное всплывает случайно, в разговоре, по ассоциации.

— Ну, вы бы, мадам, сами объяснили, — бормочу умоляюще, обращаясь к гофмейстерине.

Ответный взгляд был странным. Заинтересованность, замешенная на негодовании. Это как моя бабушка однажды обнаружила мультик порнографический, изучая мои фильмы. Вставила, привлеченная неизвестным названием, и напоролось на крайне сомнительную тему. Она меня не засекла, тихо зашел, а я хорошо рассмотрел реакцию.

Сначала просто не сообразила, затем вместо гневных криков и возмущения досмотрела до конца, бурча под нос возмущенные комментарии. На людях точно бы не стала, а в одиночку не выключила. Потом я мультик тот больше не видел и спрашивать, куда делся, не стал. Выкинула, но сама внимательно изучила. Наверное, и с подружками обсудила ужасное падение нравов в среде современной молодежи и — хуже того — потакающих взрослых.

Так и эта. Хочется и колется. Тема действительно не самая ходовая, но чего ужасного. В избах в одной комнате живут нередко несколько поколений, и отношения тайной для детей не являются. А уж что делают животные, и вовсе всем известно. Другие времена, другие нравы. До ханжества викторианской Великобритании еще два века минимум. Все называют своими словами, а во Франции считается нормальным иметь жене любовника, а мужу открыто гулять.

Я тяжко вздохнул и принялся излагать концепцию зависимости женского цикла и благоприятных для зачатия дней, стараясь придерживаться нейтральных и медицинских выражений. Грета на этой почве была сильно подвинутая и обязательно сверялась с календариком. От таблеток она якобы полнела и не употребляла их. От презервативов мы отказались совместно. Я-то на сторону даже возможности бегать из интерната не имел, после закончившей учебу Мириам ни с кем не встречался, и можно было не опасаться подцепить что-то нехорошее.

Однако последствия другого рода в ее планы тоже не входили, и пришлось соответствовать, изучив правильное расписание. В опасные дни она категорически отказывалась, что возмущало и расстраивало тогда до глубины души: и так раз в неделю виделись. В результате я получил, судя по напряженным лицам, удивительно полезный опыт. Правда, сам его в здешнем мире ни разу сознательно не применил. Даже не попытался задуматься.

— Ну а вторая новость? — закончив не особо сложный рассказ и просидев пару минут в полном молчании, попытался я напомнить о себе.

Женский коллектив, включая Таньку, переваривал откровение, позабыв, с чего началось.

— А? — Анна выплыла из задумчивости с заметным усилием. — Ну я решила — на радостях, да при иностранцах, она на твою просьбу насчет гимназии для мещанского сословия согласится.

— И? — спросил, не ожидая после такого вступления ничего хорошего.

— Тетя сказала, что раз я себя чувствую настолько умной, чтобы обращаться с такими проектами, мне пора заняться крайне важным делом. Навести порядок в Академии наук. Полезно будет для воспитания. Поручила мне самой.

— Простите, что? — до меня натурально не дошло.

— Вскорости выйдет указ о назначении меня президентом академии, — ответила она, как о совершенно обыденном.

— Кого? — тупо переспросил.

— Меня, — ответила с извиняющимся видом. — Тетушка решила поставить на место, заняв все свободное время. Причем так, чтобы не оставалось сил на участие в политике.

Это явно ее мысли, не государыни.

— Мала еще нос совать. Сообразно дарованиям и весу подыскала важное, но совершенно безопасное для трона дело.

Между слов сквозило: из-за тебя, скотина. Сама бы не вздумала поднимать такой вопрос и надоедать Анне Иоанновне.

— И прописано там будет о приведении нашего российского храма наук в надлежащее государству состояние.

Обалдеть. Под такую формулировку, помимо увеличения дотаций на содержание и образование, можно много чего попытаться выбить. И ей общаться с Сенатом гораздо проще. Уровень другой. Натурально огромные возможности откроются.

— А какие права у президента? — осторожно спросил.

— А вот ты, Михаил Васильевич, и разберешься, — заверила с ехидством. — Заместителем поставлю. Главным после президента по канцелярии и финансам. «Директор» — слово хорошее, подойдет.

Я представил, сколько на меня свалится, включая дрязги и доносы, и энтузиазм немедленно поубавился. Ко всему придется забить на личные проекты, перепоручив их помощникам. Хорошо есть такой Андрюха, но он подвизается в роли ревизора и проверяльщика. Требовать от него давать творческие указания и решать внутренние проблемы не выйдет. Значит, опять не спать, решая возникшие сложности и затем разбираясь с бумагами академии.

— Нужен тщательно проработанный план, чего мы хотим добиться, — сказал я после размышления.

— И я о том же, — довольно согласилась Анна. — Суток достаточно? Мало. Три дня тебе на предварительный проект. — Не дожидаясь ответа, поднялась.

Мы все автоматически вскочили. Сидеть в присутствии высокой особы этикет не позволяет.

Молодец, мысленно похлопал в ладоши, прощально склоняясь. Поставила задачу и пошла отдыхать. Сам внушал: дай высказаться подчиненным — и только затем принимай решение. Найди подходящего человека и воспользуйся его трудом. Вот она и обнаружила. Далеко ходить не надо.

— Всегда к вашим услугам.

Татьяна отработанным жестом накинула ее высочеству на плечи шаль. Помогла одеться. Анна кивнула и улыбнулась. Не подруга, однако и не по обязанности благодарит. Слуг обычно мало замечают.

— Положительно, Михаил Васильевич, вы кладезь странных идей, — сказала тихо госпожа Адеркас, задержавшись на пороге последней. — Знаете, сложно увидеть незаурядного человека рядом. Вы привыкаете к нему и редко удивляетесь. Тем более все эти подозрительные околомедицинские штуки, которых врачи не уважают. Вроде на пользу, но сомнительно. А сейчас вы меня удивили всерьез.

— Надеюсь, не в плохую сторону.

— Эта ваша дикая идея насчет браслета или ожерелья с разного цвета камнями для подсчета дней. Поначалу подумала — бесстыдство. Нет, у вас как-то иначе работает ум. Непривычно.

Еще бы. До такого додумались в начале двадцатого века, и совершенно непонятно — почему не могли сообразить раньше. Однако не нравятся мне подобные заходы. Неизвестно, какие выводы воспоследуют в результате.

— Пока ваши идеи не во вред моей воспитаннице, я на вашей стороне, — твердо пообещала дама, относительно успокоив.

Закладывать ближайшему попу не станет. Но где вред, а где польза в подобной ситуации — дело, зависящее исключительно от точки зрения. Рожать от нелюбимого несколько раз — по мне, тоже не очень приятно. А так у женщины появится своего рода оружие. И если у аристократов семьи станут чуток меньше, ничего ужасного. Меньше поместья дробиться станут, и легче пробиваться наверх неродовитому.

И не надо показывать на красавиц, выходящих замуж за богатых уродов. Все равно когда баба захочет, найдет от кого родить. Важнее то, что простые люди размножаться не перестанут. За неимением пособий и социального страхования — дети будущие кормильцы. Чем больше их на старости лет, тем лучше. Но для девок точно лучше не нагулять нежеланного ребенка на стороне.


Глава 15 КРЕЩЕНИЕ | Врата учености | Глава 1 ГОСУДАРСТВЕННАЯ МАХИНАЦИЯ