home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава 7

ВНЕДРЕНИЕ НУЖНЫХ ИДЕЙ

— Помните ли вы, что это сотый номер с начала новых «Ведомостей»? — торжественно вопросил.

Точнее, сто второй, однако первые два я делал фактически самостоятельно. Совместный действительно можно посчитать так. И то не все разом приступили. Но это уже ладно.

— Прошел год, он оказался тяжелым и успешным. Про тиражи вы прекрасно знаете.

— Еще бы! — гордо подтверждают газетные «волки», чуть ли не хором.

— Финансы тоже в полном порядке. Не токмо самоокупаемся, еще и дополнительные средства за счет рекламы в немалом размере приходят.

Николас самодовольно ухмыльнулся. Он свое получил, как и газета. Похвала уместна.

— Короче, я подумал-подумал и добрался до двух интересных идей.

Кто угадает с трех раз?

— Юбилей положено обмыть, — опять чуть не хором.

На удивление спелись. Скорее всего, потому что нечего делить. У каждого свое отдельное направление, и пересекаются в основном при последнем просмотре газеты на ляпы. Леер — финансы, Небогатов — типография и механика, Вирен не станет писать о театре, а Епанчин о городских делах. Он смотрит выше, пытаясь замахнуться на редакционную статью. А я поощряю разделение труда и инициативность. Им в радость, а с меня лишнюю работу снимают. Тому же Епанчину дать тему — и потом лишь отредактировать. Я сам пишу по основным событиям, вроде взятия Данцига, а мелочь доверяю ему.

— Скажем так, отметить, что не отменяет некой алкогольной порции. Приглашаю домой на ужин и выпивку.

Тут они загудели радостно. Не часто такое случается. Фактически ни разу. Посещали меня неоднократно, угощение всегда присутствует, но чтобы не по делу и звал всех сразу, такого еще не происходило. Не люблю смешивать деловые отношения с личными. А то сидят с кислыми рожами и думают, как бы чего лишнего не сболтнуть. Пресловутый Петр специально людей поил до полного свинства. Все ждал — проговорятся.

— А вторая идея? — спросил Вирен. Он никогда ничего не забывает.

— Подведя итоги года, пришел к неожиданному выводу, — длинная пауза, — надо бы вам жалованье добавить за старание.

Вот теперь последовал радостный вопль. Странно, почему-то я ощущаю себя много старше, хотя особой разницы в возрасте у нас нет. Да и взрослыми они стали достаточно рано. Как раз в прежней жизни я подзадержался в детстве. И продолжал бы там находиться, не случись странного внедрения в Михайлу Ломоносова. А здесь жизнь обломала достаточно стремительно. Сам не заметил превращения. Или все дело в необходимости носить маску, чтобы не проколоться и не обратить на себя внимание? Так давно приросла намертво, и человек достаточно известный.

— Сколько? — быстро потребовал Дмитрий.

— Ну надо же проверить, сколько не жалко, — сказал, разводя руками. — И потом, вы обязаны петь мне хвалу независимо от размера поощрения, а не скаредно уточнять повышение.

— Почему творения и личность Ломоносова стали привлекательны для читающей публики? — вскочив, продекламировал Арсений. — Он был свой и близкий во всем, в привычках, манерах, традициях и обычаях, понятный в языке и вере.

— Ну-ну, — произнес я, невольно заинтересованный.

— Свободный помор ломает предначертанный ему путь, оставляет родной дом и выбирает мало кому понятную науку. Масштабом своей личности Ломоносов создает небывалый прецедент, доказав, что русские обладают недюжинными талантами и показывают нам на чаяния Великого Петра о возникновении собственной научной поросли.

Ну, дает. Интересно, с ходу импровизация или давно заготовку имеет?

— Образец личных качеств, даже физических, русского мужика…

А вот этот момент явно неуместен. Не то чтобы сильно задеваю, но не стоит и особо выпячивать.

— …пример личного творческого успеха…

— Достаточно. Молодец. — Он довольно ухмыльнулся. — Запиши и сохрани для некролога.

— Э? — Арсений даже подавился.

— Чего терять удачный текст, а я когда-нибудь непременно скончаюсь. Никто еще не сумел избежать прихода смерти.

Если только не я первый, почему не может случиться другой со схожей судьбой? Не ясно, за какие заслуги именно со мной так поступили. Неужели просто случайность? Душа угодила не по адресу. Для нее пространство и время не существуют. Тогда почему не помню ничего о конце той жизни?

— Будешь хранить «скелет» и добавлять очередные заслуги.

— Какая хорошая мысль, — пробормотал Арсений. — Можно ведь и на других, очень облегчает написание. — Он осекся.

Ну да, про высоких особ лучше помолчать. Это мне по фигу, а там могут усмотреть нечто нехорошее.

— А в целом зря старался, сверх выписанного не добавлю.

— Сколько?

— Имею я право слегка помучить неизвестностью? Вечером, не раньше. Пока есть чем заняться, а вы страдайте.

Уселся прямо на стол и принялся просматривать газету в последний раз. Редакционная статья — лично мое творчество. Со смаком расписал успехи русской армии, благо, помимо официальных реляций, частенько получаю письма напрямую от нескольких знакомых офицеров. Причем кое-кто из них присылает корреспонденцию по собственной инициативе. Достаточно было завести рубрику «Личные свидетельства из действующей армии», как отдельные капли посланий превратились в полновесный ручеек.

Армейский народ всерьез взялся за перья, обнаружив в себе вкус к подобным занятиям. Все лучше, чем пить сидя в осаде или в карты играть. Пару раз откровенно пытались через меня устроить хвастовство, в надежде, что кто-то из начальства заметит. Не мытьем, так катаньем. Подвиги из разряда «одним махом семерых побивахом». Я к реляциям официальным отношусь настороженно, а уж к мемуарам вдвойне. Без подтверждения от независимого источника вставлять не стану.

Тут важно обязательно ответить, поблагодарив, и не обещать лишнего. В связи со значительным поступлением не можем использовать все. Прошу великодушно извинить, опубликованы будут самые яркие, интересные публике моменты. Невозможно охватить полностью события, но непременно использую при описании боевых действий. Чем больше свидетельств с подробностями, тем лучше. Благодарю и прочее, прочее.

Реально не сам чаще всего пишу ответные послания, а по шаблону катают, я разве подписываю. Но такими темпами скоро придется брать специального человека для отдела. Сам перестал справляться. Пусть отсеивает никчемное сразу, не занимая моего времени.

Далеко не одни военные начали испытывать наклонность к эпистолярному жанру. Пишут жены, прося передать пламенный привет и предлагая свои кулинарные рецепты. Это еще одна рубрика в газете, лично мной организованная. Заставил кухарку излагать рецепты с упором на русские блюда и картофель. Причем обязал давать с точным указанием количества ингредиентов. Попервости ее вогнало в ступор требование, как нормальная женщина, она все больше на глаз и вкус использовала. Со временем приспособилась. Даже нравиться стало. Может быть, когда-нибудь издам еще и кулинарную книгу.

Заполнять полосы чем-то надо, а попробуй два раза в неделю парочку статей на актуальные темы сварганить. Здесь телеграфов с телефонами не имеется, новости идут крайне медленно. Ничего удивительного, что до меня старались заполнить переводами. Приходится крутиться по мере разумения. Те же заграничные известия в первую очередь о научных и географических открытиях. Как место остается, стараюсь нечто оригинальное пристроить. Сообщения с мест.

Письма со всех концов страны теперь приходят все чаще, и очень разные. Иной раз натуральный мусор, другие косноязычны в литературном плане и не умеют дать картинку. Была пара случаев, когда явно хотели свести счеты. Я тех людей не знаю, имея свидетельство одной стороны, впутываться в сомнительную историю не собираюсь. Есть государственные органы, туда и положено обращаться. А «Ведомости» сообщают лишь о судебных решениях, фиксируя реальное состояние и вынесенное постановление, а не выясняя, кто прав или виноват. Так прямо и написал в специальной заметке.

Собственно, одна из рубрик «Происшествия» и сообщала о таких вещах. Ну, естественно, еще и о новых зданиях, решениях городских начальников в Петербурге и Москве. С этим проще — имею налаженные связи в обоих городах. Об указах сообщаем. Не о всех, конечно, о самых важных. Например, в прошлом году опубликован об обязательном объявлении «утаенных при переписи душ». Штраф за одну «утаенную душу» составлял пять рублей. Пока до окраин дойдет, а ведь незнание не освобождает от наказания. Хотя фактически как прятали, так и скрывать будут. Оно хозяевам надо лишнее платить? Где-то в губернии когда еще появятся проверяльщики.

Худо-бедно, а процесс пошел. Первоначальный тираж в семьсот экземпляров, через полгода полторы тысячи. Сегодня две с лишним. Подписчиков восемь сотен. Эти получали с доставкой на дом, оплачивая годовую сумму сразу, с небольшой скидкой. Приходилось расплачиваться и за развозку, но дело того стоило. Люди втягивались в чтение и отдавали живые деньги сразу, а их можно использовать. Критически оценивая свою аудиторию, максимально можно получить еще на пару тысяч дополнительных экземпляров в продажу. На том все.

Конечно, есть еще приложения, которые тоже недурно расходились, особенно детское, но где я наберу столько материалов в будущем? Матиуш закончился, пошла викторина на знания с обещаниями трем первым, правильно ответившим на вопросы по тексту, призов, проверяя по почтовому штемпелю дату, но и это скоро закончится. А прекращать начинание нельзя.

Я пытаюсь пробудить в детях тягу к чтению и увеличивать количество грамотных. Не зря в качестве эпиграфа запузырил целиком стихи: «Не надо ждать, не надо звать, а можно взять и почитать!» Очень правильная тема. Если дети получат привычку находить в чтении наслаждение, да еще на русском языке, то вырастут они уже не на одних французских романах. К сожалению, так и не вспомнил автора предложения не звать сестричку. И не надо. Кому о нем рассказывать?

Итак, моя статья, подбивающая первые итоги и излагающая недавние события в хронологическом порядке.

Как и ожидалось, Станислав Лещинский устремился в Польшу, где его с нетерпением ждали. На стороне претендента в короли оказалось большинство польской шляхты и многие из сенаторов во главе с временным властителем государства — примасом, архиепископом Гнезно Федором Потоцким. Выборов, утвердивших французского ставленника на троне, с самого начала в Петербурге признавать не собирались, о чем сообщала заранее отправленная примасу грамота. Он, естественно, не стал обращать внимания на такие мелочи и продолжил гнуть свою линию.

В результате в первую очередь затрещали чубы у холопов. 31 июля 1733 года русский корпус под командой генерала П. Ласси вторгся через Курляндию в Польшу. Другой корпус под командой генерала А. Загряжского вступил в Литву со стороны Смоленска. Только 20 сентября, преодолевая страшную грязь осенних дорог, корпус Ласси вышел наконец к Праге — предместью Варшавы на правом берегу Вислы. В середине августа в Польшу вторглись и австрийцы.

Иностранные войска не очень стеснялись, снабжая себя продовольствием, лошадьми и фуражом за счет местных жителей. И не одни войска. Как сообщали мои информаторы, русские помещики «приезжают… в шляхетские местности и оныя разоряют и имения их грабят» якобы за укрывательство их беглых крестьян.

Кстати, историй о самой настоящей охоте, развернувшейся за беглыми мужиками, я скромно не стал печатать. Есть вещи, не идущие на пользу государству. Да и до понятия свободы слова в восемнадцатом веке еще не додумались. Меньше всего требовалась выволочка с самого верха и изгнание из редакторов. Согласно официальным сообщениям, мы за все платили и никаких грабежей не устраивали. Не было такого, и все!

Лещинского все равно избрали, причем, как всегда, не обошлось без вопля «вето!». Пришлось просить и уговаривать, пока великодушно, а скорее всего — за соответствующую сумму, не согласится ли шляхтич изменить мнение. Честное слово, я уважаю демократию. До определенных пределов. На низком уровне она великолепно себя проявляет, но происшедшее там и, главное, возможность одного-единственного придурка влиять на всю страну — это уже предел. Неудивительно, что иностранцы вмешиваются в тамошний бардак. Достаточно подкупить бесштанного — и любое предложение отвергается, сколь бы оно замечательно для государства ни было.

Тем не менее в данном случае не так уж не прав оказался гонористый шляхтич. Да и не он один сопротивлялся выборам Лещинского. Часть сенаторов и четыре тысячи всадников откололись от общей массы и ушли за Вислу. Но это уже никого не трогало. Примас произнес: «Так как царю царей было угодно, чтобы все голоса единодушно были за Станислава Лещинского, я провозгласил его королем Польским, великим князем Литовским и государем всех областей, принадлежащих этому королевству…»

Естественно, 22 сентября под «сенью дружеских штыков» двадцатитысячной армии Ласси была составлена конфедерация, а еще через два дня на поле у Грохова, что неподалеку от Праги, польским королем единодушно избран саксонский курфюрст, сын покойного. За Станиславом ничего, кроме моральной поддержки шляхты, не было. Боеспособность польского дворянского войска, мягко говоря, на весьма низком уровне. На что рассчитывали, изначально голосуя за примчавшегося из Франции неудачника, неизвестно. Разве на подмогу оттуда. Якобы с весны готовилась эскадра в Бресте — французском, конечно.

Поэтому Станислав, бросив Варшаву и саму Польшу, срочно понесся на побережье Балтики, где в сильно укрепленном Гданьске (Данциге) стал дожидаться прибытия союзных галлов. Уже 17 января 1734 года в Варшаве короновался Август III. Теперь должен был остаться только один. Два короля и для Польши многовато.

В начале 1734 года Ласси подошел к стенам Гданьска. Войск у него для осады сильной крепости было недостаточно, так как б'oльшую часть армии пришлось оставить в районе Варшавы и в Литве для подавления сопротивления конфедератов. Мелкие стычки происходили постоянно, и хотя по большей части регулярные русские войска с успехом подтвердили значительное преимущество, частенько приходилось распылять отряды, гоняясь за партизанящими сторонниками Лещинского.

Как писано мной: «Подлой народ очень хвалился храбро учиненною обороною, но разумнейшие о том весьма сожалеют, что они на обещания французского двора надеялись и оттого в великое разорение пришли». Думаю, реальность сложнее, и среди мятежников (они как раз считают себя патриотами) хватает лиц всех сословий. И многие винят в случившемся не далекого Людовика, а ближних русских, отбирающих имущество. Только у меня задача не оправдывать поляков, а прославлять наши войска.

Прибыл под Гданьск и фельдмаршал Миних. Полководец из него, по отзывам офицеров, паршивый. На пустом месте умудрился рассориться чуть ли не со всеми, однако по основному профилю инженер, и что такое «правильная» осада укрепленной крепости, не понаслышке знает. Начал с обстрела города артиллерией и захвата фортов, связывающих город с берегом моря и гаванью Вейксельмюнде. Дело шло не очень удачно. Если форт Зоммельшанц был взят без особых потерь, то штурм форта Гагельсберг провалился из-за нераспорядительности командующего. Войска бессмысленно простояли довольно долго под обстрелом, неся излишние потери.

Он умудрился дождаться прихода французской эскадры. Одна радость: двухтысячный десантный корпус бригадира Ла-Мотта де ла Пейруза не сумел прорваться к городу. Не очень понимаю смысл прибытия столь малочисленного контингента для помощи. В лучшем случае они смогли бы войти в Данциг, воздействовав на настроения жителей положительно, но снять осаду — никогда. И уж тем более не этим подразделением возвращать Лещинского в Варшаву. Пупок бы у них развязался. Впрочем, выяснить планы уже не выйдет.

Со слов информатора «Санкт-Петербургских ведомостей»:

«…Поутру в 9 часу атаковали французы с великою жестокостью из Вейхселминдских шанцов наши транжементы, и притом учинили данцигские жители из города вылазку с 2000 человек, которые при себе и пушки имели. С нашей стороны при сей акции очень мало побито, а из штаб- и обер-офицеров — никто. В лесу найдено много мертвых французов, и понеже наши до самых Вейхселминдских шанцов за ними гналися и никого не щадили».

В начале июня к устью Вислы подошла русская эскадра, а французский флот, испытывавший нехватку продовольствия и боеприпасов, снялся с якоря и ушел в море. 12 июня французы сложили оружие в Вейксельмюнде, а 28-го сдался и сам город.

Слава богу, пока еще никто политкорректностью не страдает. Можно не обращать внимания на недостаточно правильное обращение с бегущими. Или важность поставки продовольствия в осажденный город. А то случится гуманитарная катастрофа. Вот завезли бы продукты, французы еще бы год-другой постреляли по русским войскам. Или приехала бы еще одна эскадра. Это же неправильно — пользоваться преимуществом в численности!

Ну это я по старой памяти брюзжу, отрыжка двадцать первого века, здесь никто бы и не понял подобных слов и понятий. И внедрять не собираюсь. Намного проще жить и действовать, когда отсутствует лицемерие и прямо говорят об отношении к врагам. На войне не бывает хороших, и не стоит изображать из себя ангелов. Поэтому честно исполнил гимн доблестным русским войскам и вытер грязные ноги о никуда не годных французов, испугавшихся легких трудностей.

Вообще мне даже понравилось создавать газету. Все же я по жизни гуманитарий, подавляющая часть внедряемых технических штучек без серьезной помощи специалистов никогда бы не дошла до стадии изготовления. А этими статьями и мыслями, исподволь подкинутыми, я могу воздействовать на умы. Некоторые идеи много страшнее огнестрельного оружия, и от длинного языка страдает людей не меньше, чем на иной войне.

Нет у меня реальной власти, но не зря СМИ считали четвертой, после законодательной, исполнительной и судебной. Вершина — умение заставлять людей поступать по вашему желанию. Если вы добиваетесь этого, не применяя силы и не оскорбляя, если люди охотно выполняют то, что угодно именно вам, значит, ваша власть на недосягаемой высоте. А для правильной обработки умов нет ничего сегодня важнее прессы.

Да, наверное, мне далеко до настоящих акул пера и волков городских джунглей, расследующих таинственные происшествия. Только сравнивать окружающим не с чем! На безрыбье и рак в моем лице солидная рыба. Вот, скажем, в данном конкретном случае Станиславу удалось удрать. Без зазрения совести описал переодевание Лещинского в женское платье и блеянье девичьим голоском на посту, пусть на самом деле не имею о том понятия. Такие вещи запоминаются всерьез и надолго. Про Керенского все знают, хотя вранье самое настоящее. Ну и этот ничем не лучше. Надеюсь, так и останется в умах трусом и не имеющим чести.

Данцигу пришлось расплачиваться за свои художества. Миних, обозленный на город за бегство Станислава, наложил на жителей контрибуцию в миллион ефимков. Во столько же оценил и само бегство короля да еще 30 тысяч червонцев взыскал с жителей за колокольный звон, коим они приветствовали фальшивого монарха. Не знаю, оправдал ли себя финансово поход столь оригинальным завершением, но жители свободолюбивого города Гданьска еще долго будут плакать по своим богатствам.

Но дело-то в другом! Ну посадили русские войска в Варшаве саксонца. Пройдет лет двадцать, и ситуация повторится. Причем неизвестно, удастся ли на тот момент добиться согласия с австрийцами, получить невмешательство пруссаков и не обнаружится ли очередной враждебный России кандидат.

До тех пор, пока в Речи Посполитой не существует твердой власти и невозможно наладить с правительством постоянных союзных отношений, наличие у границ этого странного образования создает одни сплошные проблемы. Самое умное — почикать ее территорию, не дожидаясь прихода реформаторов, создающих сильную армию, или раздела без учетов интересов России.

Пруссаки уже зарились на практически бесхозные земли, и лишь возможность военных действий с Веной и Петербургом заставила их временно отступить. Давно пора вслух провозгласить необходимость объединения малороссов, белорусов с близким им по крови и вере русским народом. Ну а заодно и Литву. Там православных тоже полно, и море имеется.

Сразу убивается множество жирных зайцев. Польша ослабляется, Россия усиливается. Дополнительные порты и хлеб. Сегодня Варшава получает огромные прибыли от продажи зерна в Англию, мы этот поток перехватываем. Мало того, появляется возможность избавиться от части нелояльных польских магнатов вроде семейства Потоцких и конфисковать их земли. А это немало даже для государства. Попутно появляется возможность наградить своих верно служащих дворян. Деревнями или деньгами, не разбазаривая прежнего достояния.

Конечно, придется предложить нечто Пруссии и Австрии. Первой — северные территории Речи Посполитой, возьмет с удовольствием. Со второй напрашивается проблема. Но здесь есть занятный вариант привлечь к дележке еще и саксонцев. Коренные польские земли отдать Августу навечно, пусть аннексирует. И договор о союзе с Австрией. Россия как бы переходит на вторые роли, зато вместо глубоко сомнительного польского короля против Берлина возникает коалиция Саксонии с Австрией.

Сейчас Россия не может позволить себе резких шагов, ведь на высшем уровне уже решена война с Турцией. Отталкивать Вену пока нельзя, даже послали им корпус на помощь против французов, но после окончания… О! Какие существуют замечательные варианты. Только торопиться не надо. Без лозунгов, тихонько, постоянно повторяя некие вещи, пока люди не привыкнут воспринимать как само собой разумеющееся нечто вроде необходимости воссоединения братских народов под одним скипетром. Здесь нелишне будет вспомнить и про католическое угнетение, и про прежние восстания.

Самый смак, что я помню: раздел осуществился! И не один. Зачем-то дожидались очередного восстания и принимались дербанить, испытывая от этого занятия некое смущение. А по мне, чего стесняться? Собаке не режут хвост в три приема по частям из жалости. Один раз — достаточно. Важен только подходящий момент. А там существуют занятные способы. К примеру, потребовать абсолютного правового равноправия православных с католиками. Возмущение польских ксендзов обеспечено, и предлог вводить войска железный. А выходить необязательно. Надо ведь проследить за выполнением требования, не правда ли?

Ладно, все это дело достаточно далекого будущего. Пока довольно намеков. Едем дальше. Статья, новости заграничные, российские, городские. Сведения о Петербургском порте — названия судов, время прибытия, отплытия, груз. Это не мое предложение, однако удачно вышло.

Теперь реклама. Количество выросло на добрую треть — ощутимый дополнительный источник дохода. Развлечения, очередной кроссворд, причем не мое творчество, стабильно присылают, как и занятные рассказики из политической жизни. Судя по всему, автор один, надо бы познакомиться и попробовать завербовать на службу. До сих пор обходился без гонораров, наверное, и не нуждается. Очень полезное качество для сотрудника, а сведения весьма любопытные. Женщина вхожа в высокие сферы.

— Я доволен, — произнес вслух. Ребята уже замучились в ожидании. — Можно считать, нормально.

Они недовольно переглянулись. Кроме моей статьи, уже вообще ни к чему руки не прикладывал. Наконец-то все вышло на нормальный ход. Не требуется стоять за спиной и тыкать в недостатки, выдумывать на ходу новые рубрики и конкурсы. Работа стала привычной и хорошо знакомой для всех. Что не отменяет достаточно тяжелой нагрузки. Все же куча обязанностей по академии и в качестве личного секретаря ея высочества. Вечные посещения свадеб, крестин и именин. Когда совместно, иногда от имени Анны Карловны являюсь с подарком.

— В печать, и вечером ко мне. Фаршированную каштанами утку, горячие блины со сметаной и черной икрой, а также кристально прозрачную холодную водку гарантирую.


Глава 6 ИСПЫТАНИЯ ДЛЯ ВСЕХ | Врата учености | Глава 8 БЛАГОТВОРИТЕЛЬНОСТЬ