home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава 1

ВОЗВРАЩЕНИЕ

— Это и есть царский дворец, Михаил Васильевич? — с оттенком изумления в голосе спросил Афанасий.

Сложно сказать, показалось мне или он видел где-нибудь в Бахчисарае здания пороскошнее. А проверить не удастся. Спалил тамошние хоромы дотла Миних. По мне, и здешние палаты очень ничего. Общего, правда, с хорошо знакомым по фотографиям зданием Зимнего не имеют. Совсем другая архитектура.

— Он самый, — спрыгивая с замученного коня и потягиваясь до хруста, подтверждаю. Несчастное животное повернуло голову и жалобно заглянуло мне в глаза. — Приехали, — сообщил ему, похлопав по морде. — Закончились ваши мученья.

Шли мы всю дорогу одвуконь и не загнали лошадей исключительно по казачьей осторожности и рачительности. Но замучили до предела. А лошади подбирались специально для дальней дороги, свежие, выносливые. Просто гнали фактически без остановки.

— Генерал-майор Ломоносов к государыне, — заявил стоявшим у входа караульным, внимательно изучающим нежданных гостей. — Слова для входа не знаю, однако доложить по команде немедленно!

Через несколько минут появился офицер и торопливо направился в нашу сторону.

— Пропустить!

— С повышением, Рихтер, — приветствую старого знакомого. — За Хотин получили?

— Капитана, — с гордостью подтверждает. — Майора, — видя мое делано внимательное выражение лица, без особой помпы сообщает, — за командование измайловцами.

Видимо, так нынче называются государственные перевороты, в ходе которых берутся под стражу высшие чиновники государства. Нет, когда я прочитал крайне лаконичное послание: «Возвращайся немедленно, ты мне нужен», догадался о неких перестановках в эшелонах власти, но такого никак не ожидал. За эти годы моя воспитанница не только повзрослела, еще и научилась действовать.

Про смерть Анны Иоанновны мы узнали возле Тулы. Нечто подобное я подозревал с самого начала и очень удивился уверенности Андрюхи в том, что ничего существенного не произошло. Так что когда нам сообщили новость, мысленно похвалил себя за правильную идею. А вот дальнейшее оказалось изрядным сюрпризом. Судя по отрывочным слухам, Бирон намеревался оформить регентство, невзирая на явную противоправность подобных действий и наличие официальной наследницы. Многие министры не возражали. И все крайне удивились, когда поднятый Анной Карловной Измайловский полк произвел аресты. Это произошло всего два дня назад.

— Проследите за лошадьми, — попросил я солдат и сунул одному в руку серебряный рубль.

— Премного благодарны, — обрадованно пробасил тот. — Сделаем все. Не сумлевайтесь.

Мы шли по коридору за Рихтером, и многие при виде меня низко кланялись. В каком-то смысле приятно. Три года отсутствия не выбили из памяти придворных и слуг внешнего вида господина Ломоносова. И оказываемое уважение как бы не на порядок превышает прежнее. Хочется надеяться, не зря. Царице нужны преданные, и я лучшая кандидатура на любую должность. А на самом деле очень четкий показатель, как и поведение Рихтера. На мой счет отданы определенные распоряжения, и на Камчатку не загонят. Не напрасно, выходит, мчался, загоняя коней.

Если честно, так просто все бросить не мог. Поведение подобного рода пахнет откровенным дезертирством, да и долги имелись. В роте после разбойничьего нападения с целью похитить скифское золото осталось двадцать четыре человека в строю и девять тяжело раненных, при полном отсутствии офицеров. Потому помимо замены роты пообещал людям все прежние договоренности по оплате раскопок сохранить в силе. За убитых, если нет от них более ранних распоряжений, все суммы выделю раненым и искалеченным. Уж милостыню им теперь просить не придется. Сокровища отправил в Азов под охраной и сам заскочил туда.

Не поставить непосредственного начальника в известность о намерениях не мог. Будь это кто другой, наплевал бы, но Ломан всегда меня прикрывал и давал возможность экспериментировать. Подкинуть на прощанье подляну верх неблагодарности. Кстати, не прогадал. Получил отпуск с целью поправки здоровья. Контузия вдруг у меня обнаружилась и нервное подергивание. Дипломат Фридрих, даром что из военных. Пойди что не так, он к моим действиям отношения не имеет и был не в курсе намерений.

Недалеко от моих прежних покоев навстречу кинулся Санхец. Афанасий шагнул вперед, загораживая дорогу, пришлось отодвинуть, чтобы не смотреть в растерянное лицо врача.

— Две минуты, — сказал я новоиспеченному майору.

Рихтер, помедлив, кивнул и деликатно отошел, чтобы не мешать. Рядом застыл Груздин, зыркая по сторонам. У меня при виде его морды всегда стойкое ощущение: сейчас что-то стырит. И ведь ни разу не ловил, а все равно рожа продувная. Жулик. Но боец очень приличный, и даже Гена нехотя одобрил его присутствие в охране. Реально доказал, положиться можно.

Единственное, на здешнем фоне и в окружении придворных в богатых одеждах и слуг в ливреях, смотрится достаточно странно. На Кубани запорожские красные шаровары, где в каждой штанине можно спрятать по молодому поросенку, и кожаная жилетка, демонстрирующая голую волосатую грудь, не особо удивляли. Там кого хочешь встретить можно. А уж казаки иной раз оборванцы натуральные. Для дворца видок оказался изумительный. Особы женского пола независимо от статуса посматривают с хихиканьем. Не удивлюсь, если мимо скоро все пройдут для осмотра.

— Ты должен освободить меня от должности первого лейб-медика, — со страстным напором, без промедления потребовал Санхец.

— Я?

— Ты единственный, кто может мне помочь!

Они тут без меня совсем обалдели? Что за странные заходы?

— Императрица тебя послушает. — А в глазах определенно страх.

— В чем дело, Антонио?

— Я… она… они… — запинаясь, принялся с муками рожать и, будто прорвало, решился: — Перед смертью Анны Иоанновны ко мне в лабораторию зашли Анна Карловна с фрейлиной Менгден. Ну не мог я не пустить! — воскликнул с мукой.

Это ясно. Оправдывается. У нас четкий уговор: до технологии производства морфия никого не допускать, и, помимо твердо зафиксированного количества для армии и для лечения проверенным докторам, все остальное частями отдавать Липману для продажи. Не мог же я в Диком поле этим заниматься, а многие всерьез оценили удобство обезболивания и выгоду при операциях. Заодно и немалый доход нам обоим.

— Расспрашивали в подробностях о болезни императрицы, — еле слышно бормотал Санхец, — а сами все норовили нос куда не нужно сунуть. Не в первый раз. Разве я мог подумать, что здесь кроме простого интереса…

— Что? — не выдержав затянувшуюся паузу, спрашиваю.

— Мне показалось, что склянка с раствором морфия стояла не так, но я списал на случайность. Может, трогали из любопытства… А потом… Государыня просто не проснулась…

Господибожемой, вот это поворот! И как все тогда замечательно сходится, не хуже пазла. Каждый кусочек в свой вырез. Письмо отправлено до смерти императрицы, потому Андрюха и разводил руками, но маленькая девочка Лиза заранее о ней знала. Подменить склянку секундное дело. Общие принципы употребления наркотиков я ей объяснял. Достать при желании через Юльку или Таньку запросто могла. Передозировка — и ку-ку. Выросла девочка за эти годы и пошла много дальше необходимого. Хотя откуда мне знать про ее резоны? Или все это выдумки Санхеца, обделавшегося до мокрых штанов от смерти самой важной пациентки.

— Я ничего не понял, — говорю с каменной мордой, — и очень не советую распускать любые слухи, касающиеся Анны Карловны. А то ведь вина в любом случае лежит на враче, пусть посетитель чего-то там случайно переставил или уронил. Доктор обязан все сорок раз перепроверить и убедиться в точном выполнении назначений. Тем паче собственных. А уж происшествия, связанные с клеветой на высочайших особ, караются крайне жестко в любом государстве… Ты меня понимаешь, Антонио?

— Да, — кивнул он поспешно. Про Тайную канцелярию разве что дебил не в курсе. — Готов и дальше служить России, только помоги!

— Михаил Васильевич, — позвал барон Рихтер.

— Еще минута! Я эти глупости дальше не понесу, — говорю Санхецу, — и тебе не советую. Ошибся, с кем не бывает. Мы с тобой давние компаньоны и, надеюсь, друзья, постараюсь помочь.

Действительно, после смерти пациентки надо бы убрать от дворца, пусть вины никакой нет, но снимают и за меньшие прегрешения.

— Спасибо, спасибо! — со слезами на глазах вскричал он.

Нервы очень даже уместны в подобной ситуации, однако совсем расклеился с перепугу. По-любому отпускать за границу никакого резона. А вот отправить заведовать московским госпиталем, почему нет. Недалеко, достаточно ответственное и почетное назначение, и на глазах будет. Есть там кому за поведением присмотреть.

— Если меня не погонят, — нам обоим ясно, насколько лукавлю, проще было не звать, — и прежнее знакомство не осталось в голове ея величества Анны Карловны неприятным эпизодом, обязательно попрошу о милости. России хорошие лекари нужны, и работа для тебя непременно отыщется, пусть и не такая ответственная.

Поклон на прощанье, дружеское похлопывание по плечу, и я следую прежним курсом за Рихтером. Интересно все-таки, как встретят после столь долгой разлуки.

— Будьте готовы к приятному сюрпризу, — неожиданно подмигивая, произнес барон, когда разрешение на аудиенцию поступило и слуга распахнул дверь.

— Ну слава богу! — сказала Анна Карловна, вставая. — Прибыл.

Челюсть у меня не отпала исключительно по причине старой закалки парня из будущего. Действительно сюрприз, и немаленьких размеров. Могли бы и предупредить заранее. Всякое мог представить, но это уже переходит границы. Обязательно при случае Рихтеру подстрою нечто неожиданное в ответ. Мог предупредить, но не захотел!

— Действует! — со смехом заявила присутствующая здесь Юлия Менгден.

Натурально после привычных корсетов, фижм и длинных шлейфов смотрелись они обе случайно завалившимися на вечеринку подружками из будущего. Очередные попаданки. Нет, прекрасно знаю, откуда все это взялось. Царевна и до меня проявляла крайнюю нелюбовь к модным тяжелым одеяниям и затягиванию в броню из китового уса. Предпочитала разгуливать по своим апартаментам в простых крестьянских рубашках-сарафанах из легкой ткани, что неизменно заканчивалось регулярными скандалами и нравоучениями старших.

На этой почве мы с самого начала изумительно спелись. Ничего плохого в том не видя, для налаживания отношений попытался изобразить другие, более подходящие, с моей точки зрения, для подчеркивания женской фигуры модели. Любителем моды прошлых веков отнюдь не являлся и правильно изобразить фасоны не сумел бы. Получилась сборная солянка из фильмов про начало двадцатого века, собственных фантазий и платьев на выход в свет муттер. Простые и естественные формы, прямые линии, классический стиль. Что-то попер из одеяний Джеки Кеннеди, вроде ее таблеточных шляпок, что-то взял из нарядов иных актрис.

Многое тогда еще Лиза приняла на вооружение, приспособив прислугу для шитья, но за порог апартаментов это не выходило. Теперь Анна Карловна повернулась, демонстрируя себя со всех сторон. Если описать простым языком: деловой костюмчик секретарши. Юбка до щиколоток, чулки, блузка, сверху пиджачок.

Ну да, нечто такое, без вышивки, мелких складок и отделки я рисовал в числе прочего. Жакеты были однобортными и двубортными, с закругленными или острыми лацканами, с пуговицами до талии или ниже ее. Юбки строгие прямые, колоколом и широкие — в складку или расклешенные, даже юбка-брюки. Блузки строгие, как положено деловой женщине, но нескольких разновидностей.

По дресс-коду будущего обычно белый верх, черный низ, но у нас на все случаи жизни. Огромный выбор тканей и расцветок в тон и не обязательно. С разными кармашками, пуговичками, воротничками круглыми и прямоугольными. Короче, берется шаблон, и дальше начинаешь играть с параметрами и аксессуарами. Здесь ремень, тут подтяжки, спортивная рубашка.

Для меня было чистое развлечение, как бальное платье со строгими, изысканно простыми по форме линиями, но облегающее и с подчеркнутой талией, а также нижней частью, обтягивающей соблазнительно бедра. С цельнокроеными рукавами и расширенной юбкой, не стесняющей движений. С открытой спиной и вырезом спереди — округлым, треугольным или прямоугольным, либо с одним обнаженным плечом.

Можно сказать, все достижения слабого пола по привлечению противоположного изложил в сжатые сроки. Включая нижнее белье и верхнюю одежду для холодного времени года. От приталенной курточки с длинными рукавами до пальто с отделкой из меха. Целый альбом совместными усилиями создали.

Прежняя прическа тоже новой одежде не соответствовала. Теперь гладко причесана, волосы собраны в большой узел на затылке. Чем-то древнегреческим повеяло, и смотрится приятно. Тут без моих советов обошлись.

— Теперь, — с каким-то злорадством сказала новая владычица всея Руси, — моду стану диктовать я!

Ну, может, и есть в том смысл, оторопело подумал. Раздевать красоток точно станет значительно удобнее. А Париж… Что нам их глупости. Подражать станут своей царице, если захотят остаться возле трона. Здесь я точно двинул прогресс неведомыми темпами. В России многое изменится, но не станут ли европейцы в очередной раз смотреть на русских как на дикарей, не имеющих понятия о правильном расфуфыривании? А главное, я же теперь могу ходить на приемы без осточертевшего парика!

— Э… — сказал очень многозначительно, не находя более подходящих слов при взгляде на не слишком впечатляющую грудь.

— Да, — подтвердила Анна Карловна, — и бюстгальтер с поясом тоже.

Удобно и не мешает в отличие от жесткого корсета.

А орден за авторство нового и крайне передового стиля дадут? Думаю, мужики бы с удовольствием, а вот женщины… Занятный вопрос. Старые привычки так просто не изжить. Как бы в след плевать не стали.

— Ну, это сейчас не важно. Ты голоден?

— Поесть бы не мешало, я прямо сюда, не заезжая домой.

Она кивнула соглашаясь. Естественно, в первую очередь к ней.

— Пить не буду. С дороги и усталости развезет.

— Квас?

— Сойдет.

Распоряжения отданы, слуги забегали. Мы уселись за стол, включая нехорошо раздражающую Юлию. Почему она здесь, а другие фрейлины отсутствуют? Между прочим, приглашение к царскому столу накоротке в личных покоях — привилегия, и немалая. Остальные не допущены, или это касается исключительно нашей беседы? Плохо, когда приходится без подготовки, на слух работать.

— Ты изменился, — сказала моя царица, внимательно глядя, как я расправляюсь с молодой телятиной в соусе. Рыба с бараниной уже осточертели. Ну севрюга, ну и что? Возле Тамани и Азова ее хоть руками лови. — Похудел, построжел, и складки у глаз серьезные.

— Я все-таки побывал на войне и иногда участвовал в боях. Когда людей посылаешь на смерть, невольно взрослеешь.

Сказал и досадливо вздохнул. Не ко времени прозвучало. Можно подумать, хвастаюсь и указываю на опыт. Не самый приятный, но типа у тебя и такой отсутствует.

— И прекрасно! Теперь должен лучше осознать ответственность управляющего государством.

Это она уже меня принялась поучать? Положительно во дворце многое изменилось.

— На этом свете есть очень немного людей, которым я полностью доверяю, — сказала Анна Карловна, вежливо дождавшись, пока я забросил в глотку еще пару кусков.

Мне крайне не понравился взгляд, брошенный при этом на Юлию. Нас ставили на один уровень. Поймал себя на этом и невольно покачал головой. Ревную, что ли? Так пока отсутствовал, кто-то неминуемо должен был занять место в сердце и рядом. Хорошо еще не мужик, и мы с баронессой давно и хорошо знакомы. Если не начнет выеживаться, пытаясь оттеснить от царской милости, имеем шанс сработаться. С удовольствием оставлю на нее все придворные обязанности. Ей почет, мне спокойствие. Совершенно нет желания влезать в придворные склоки, связанные с назначением на должности при высочайшей особе. Тем более заботиться о поставках и дворцовых мероприятиях.

— Да-да! — видимо приняв на свой счет мой жест, горячо воскликнула Анна Карловна. — Эти все, — она неопределенно обвела рукой вокруг, — моментально бы предали. Бирон завел речь о регентстве до совершеннолетия моего сына…

Это мощно. Особенно при его отсутствии в природе.

— …и никто не возразил!

— Изменники, — с чувством сказала Юлия.

— У вас не было иного выхода, — говорю мягко, в душе жалея о невозможности продолжать есть. Неприлично все-таки, когда с тобой делятся переживаниями, а ты продолжаешь наворачивать не хуже хомяка. — И поступили правильно, единственно верным способом. Уговаривать и обещать не было ни времени, ни возможности.

— Вот! — с торжеством сказала царица, которую я помнил маленькой растерянной девочкой. Состоялось знакомство с новым образом, она готова поднять полки, но настоять на своем. Нынешний слабо совмещался с прежним. Кажется, воспитал как надо. Из куколки вылупилась бабочка. Только с острыми зубками. — Я смогла!

И тетю заодно травануть, мысленно соглашаюсь. План у тебя появился много раньше, хотя не думаю, что с самого начала настолько радикальный. Просто ждала ее смерти, тем более Анна Иоанновна серьезно болела. Мне ли не знать. Санхец особо не скрывал от меня ее проблемы со здоровьем.

— Но мало взять власть, надо еще ею правильно распорядиться, — говорила между тем новая Всемилостивейшая. — Я еще и потому не стала дожидаться, что тетушка и Бирон всерьез настроены были после поражения австрийских войск и начала мирных переговоров…

— Вена нарушила союзнические обязательства, действуя не поставив нас в известность! — возмутилась фрейлина.

Кажется, Юлия чувствует себя достаточно свободно и позволяет себе перебивать царицу. Силу набрала немалую. И это «нас». Занятная оговорка. Кого подразумевает? Россию, Петербург, прежнюю императрицу? Это не «мы». Мы тогда на троне не сидели. Тут скорее «их».

— Придет срок, и непременно припомним! — откликнулась Анна Карловна.

— Австрияки опасаются нашего усиления после взятия Хотина и Ясс!

— Договор о сепаратном мире уже фактически согласован. Россия остается одна в войне.

Очень неприятная новость. Пока еще не общедоступная.

— Мало того, Бирон обратился за посредничеством к нашим врагам — французам, толкавшим Османов на войну с Российской империей.

Вроде сами напрашивались, хотя возражать смысла никакого. Маркиз де Вильнев, посланник из Парижа, в Стамбуле подсуетился тоже. Все норовили уязвить побольнее русских за проигрыш в Польше. И потом, Бирон обратился? У него и полномочий таких не имелось. Сам напрямую никогда в политику не играл. Это Анна Иоанновна могла отправить предложение, пусть по его совету, и никто иной.

— Все наши завоевания и тяжелые потери — материальные и людские — могут оказаться сведенными на нет при таком положении, — гневалась Анна. — Они потребуют отказа от завоеванных земель и отступления к прежним границам.

Ну, знаете ли, это уже наглость. Не верится, что положение на той стороне много лучше. И самое главное, я зря старался, приводя новые земли в подданство? Через поколение снова вышибать ногаев с турками?

— Со Швецией очень обострились отношения. Еще одна война, очередной рекрутский набор и недовольство народа. Цены растут, только благодаря твоим золотым приискам до сих пор не поднимали серьезно налоги. Немалое подспорье для бюджета и армии вышло.

А вот это приятно. Хоть, конечно, и никакие не мои пуды драгоценного металла, однако же правильно поступил, настояв на геологической разведке через Академию наук. На пользу пошло, а никто первоначально не верил и лишь на самодурство кивали. Научные авторитеты возражают…

— Я не знаю, что делать, и мне нужны верные и преданные помощники. — Она протянула руку, и метнувшаяся в угол к шкатулке Менгден приволокла какие-то бумаги. Субординация соблюдена.

Я внимательно просмотрел, тем более этого от меня и ожидали. А что, недурственно. Согласно указу Анны Иоанновны от 1730 года обер-камергер ея величества переводится сразу из четвертого во второй класс и соответствует гражданскому чину действительного тайного советника или генерал-аншефа по военной иерархии, о присвоении коего звания тоже добавлено. Чин генерал-адъютанта с правом личного доклада, вице-президент Военной коллегии, подполковник Преображенского полка (тут, понятно, должность скорее почетная) и на закуску Президент Академии наук. Думаю, свободу рук по части образования получил без дополнительных просьб.

В конце каждого документа «Под подлинным подписано Ея Императорского Величества рукой — Анна». Забавно, но недолго и спутать в будущем историкам с предыдущей. Лично на моей шпаге имелась надпись «Виват Анна Великая!». Причем речь не о нынешней, а скончавшейся. Ну да это дело далекого будущего и никак не касается сегодняшних событий.

В целом, если это не фавор, то я не знаю, кто такой фаворит. Возможности открываются широчайшие. Главное, не наломать сразу дров. Прежде отдачи распоряжений провести серьезнейшую рекогносцировку по местам назначения. Государственный деятель обязан четко определить цель действий. Иначе и не увидеть правильного решения задачи. И не распределить обязанности правильно среди подчиненных. А в остальном все хорошо. Чем ближе ко двору и лично царственной особе, тем более эффективно идет работа.

— А это зачем? — без особого воодушевления спрашиваю.

Учил я тебя, учил… Кемскими волостями не разбрасываться…

— Имущество Бирона будет конфисковано, как и его родственников, — абсолютно равнодушным тоном отвечает Анна Карловна. — А ты человек не бедный, тем не менее постоянно будешь находиться при дворе, вести определенный образ жизни, принимать посетителей. Все это требует немалых сумм.

— Жалованье обер-камергера четыре тысячи рублей!

Между прочим, президент коллегии получал без надбавок от полутора до двух тысяч рублей, губернатор — восемьсот девять рублей в год.

— Четыре тысячи сто восемьдесят восемь рублей тридцать копеек, — подала голос уставшая от молчания Юлия. Не иначе бережливая немецкая душа проснулась.

— Этого мало, — железным тоном отрезала выросшая девочка Лиза. — И даже отписанного может не хватить.

А список натурально оказался достаточно длинным. Копорские деревни в Ингерманландии с годовым доходом в три тысячи рублей. Надеино Усолье, со всеми землями по обоим берегам Волги, бывшая вотчина Меншикова. Двадцать семь вдовьих и выкупленных Петром I имений, принадлежащих ранее Анне Иоанновне и подаренных Бирону вместе с двадцатью девятью личными имениями в Курляндии и Лифляндии с ежегодным доходом в тридцать две тысячи восемьсот сорок восемь талеров. Еще сто двадцать «ампта и мыз» в Курляндии с ежегодным официальным доходом в семьдесят восемь тысяч семьсот двадцать талеров. Два имения под Полтавой и Киевом с неясными финансовыми поступлениями. Тоже когда-то принадлежали Алексашке Меншикову и перешли по эстафете.

В целом подарок достаточно весомый. До госпожи Черкасской с ее десятками тысяч крепостных в приданое крайне далеко, однако очень многих я резко обогнал. Зависть окружающих в связи с ответственными назначениями и так обеспечена, волноваться особо не стоит. И потом я скромный, но дареному коню в зубы не смотрят.

— Благодарю за милость, — вскакивая и кланяясь, говорю. Без всякого ерничанья. Интонации она чувствует изумительно, убеждался в прошлом неоднократно. Это тетя ее все воспринимала прямо и тупо.

— Мы среди своих, — небрежно сказала царица, отмахиваясь. — Служи мне как прежде и в обиде не останешься.

— Хм…

— Да?

— «Как прежде» означает право говорить не очень приятные вещи?

— Закрывать уши от правды вредно для здоровья, — чуть усмехнувшись, отвечает мне, буквально цитируя мудрость воспитателя Ломоносова. — Только не на людях.

Я выразительно посмотрел на фрейлину.

— При Юлии можно.

— Мне нужно несколько дней, дабы разобраться с ситуацией. Пока необходимо срочно отослать письмо с настоянием тянуть переговоры, цепляясь к любой мелочи, и ничего не подписывать. Если с ходу, то мне представляется важным показать туркам тяжесть продолжения войны даже с одной Россией. Надо рассмотреть возможные действия. Уступки делать все равно придется, но на фоне создания активной обороны по Пруту уход к Днестру уже победа для османов. Обидно, но лучше отдать часть, чем потерять все.

Она кивнула соглашаясь.

— Три дня на подготовку предложений.

— Это невозможно!

— Пять, и не свыше! И говори прямо, что хотел. Сменить Миниха с командования? Хочешь показать, на что способен?

— Ни в коем случае! Коней на переправе не меняют.

— Он слишком много обещал и мало сделал. Или неправильно оценивает противника, или откровенно врет в надежде потрафить. Кроме того, практически все им недовольны. Убрать рано или поздно придется.

Хорошо «убрать» не в смысле «убить». Со словами типа «мочить», «тюкнуть» или «ухайдакать» старался ее не знакомить.

— Не сейчас. После мирного договора с приятной пенсией и должностью на Слободской Украине, к примеру…

Она понимающе улыбнулась, предложение граничило с издевательством.

— …Подальше от Петербурга. И не на меня менять. Свой опыт командования оцениваю достаточно трезво. Мой уровень — командир корпуса, не выше. Навыка управления большой армией не имею.

— Тогда что важное сказать хотел с глазу на глаз?

— Две вещи необходимы срочно. В кратчайшие сроки провести коронацию…

— А я о чем говорила? — возрадовалась Менгден. — Как можно скорее провести церемонию!

— Три месяца? — задумчиво спросила Анна Карловна.

— Чем скорее, тем лучше.

— Займись, — согласилась она.

Нормально. Инициатива наказуема. Одновременно я получаю немалую власть. От близости к императрице на торжествах многое зависит в положении, уважении. А мне фактически дают право распределять места.

— Мне понадобится корона.

Не понял. Зачем? Есть же от Анны Иоанновны. Впрочем, уточню потом. А ювелир в наличии имеется. Заказ высшего сорта!

— А второе?

— Рискуя вызвать неудовольствие всемилостивейшей государыни…

— Да говори уже, — требует с досадой.

— Страна нуждается в стабильности. Без наследника нельзя, иначе в случае, не дай бог, будет смута. Вам надо выйти замуж.

— За Антона? — Это почти крик души. — Я знаю, без наследника нельзя, но он ни рыба ни мясо.

— Фельдмаршал Миних писал, что Антон Ульрих находился рядом с ним в центре сражения и при взятии Очакова, — без особой уверенности вставила пять копеек Юлия, — пуля пробила его кафтан, одна лошадь под ним ранена в ухо, вторая убита.

— Да-да! — нервно вскричала Анна. — Он еще представил принца за мужество в бою и отрапортовал, что тот успешно овладевает воинским искусством и со временем «знатный и рассудительный генерал быть может». А то мы все не в курсе, как и для чего такие реляции отправляют!

И хотя в принципе она права, но обидно слышать. Так и мои заслуги недолго поставить под сомнение.

— А нужен ли вам рядом властный мужчина, — говорю тихо, — способный отстранить от управления и навязать свою волю.

Она замерла, уставившись на меня широко открытыми глазами.

— Жаль, — сказала уже спокойно, после долгого молчания, — не могу за тебя замуж выйти. Смелый ум, мужество, уважение к женщине. Ну-ну, не пугайся. Не в том я положении, чтобы рисковать вызвать всеобщее недовольство. Что могли простить Петру Великому, не спустят молоденькой девчонке. «Все могут короли, но не жениться по любви» — это ведь тоже из твоих уст не без намека в свое время прозвучало. Долг превыше всего. Что ж… Продолжение династии стране нужно, и придется рожать. Но вот права супруга совсем иное. Дети наследуют, муж нет. У Йоргена Датского это называлось принц-консорт. Надо бы выяснить, как официально юридически оформлялось.


Глава 14 ЗОЛОТО И ДАЛЬНЯЯ ДОРОГА | Построить будущее | Глава 2 ТРУДЫ ГОСУДАРСТВЕННЫЕ И ОТДЫХ ДОМАШНИЙ