home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава 34

Вернувшись на базу «Зулу», мы с Фианом засели в наших апартаментах в мучительном ожидании моей операции. Я боялась до смерти: и провала, и успеха. Если все сработает, мне придется до конца дней существовать с искусственной сетью, контролирующей мою иммунную систему.

Всю жизнь я ненавидела судьбу за то, какой меня сотворили, и мечтала лишь о двух вещах. Полететь к звездам и доказать, что я такой же человек, как нормалы. Общество наконец готово принять инвалидов, признать их людьми, а не выродками, но после операции я уже не буду ни нормалом, ни инвалидом. Я получу вожделенные звезды, но останусь ли человеком?

Проходить через это «лечение» не хотелось, но надо. Слишком многое поставлено на карту, и выбора буквально нет. Если я передумаю, скажу, что не могу…

Вскоре генерал Торрек вернется к командованию «Инопланетным контактом». Он питал нежные чувства к моей бабушке. Я наследница ее славы, ношу ее имя, так что тоже ему небезразлична. Генерал никогда не воспользуется своими полномочиями и не велит сделать операцию без моего согласия, так что вынужден будет уйти с поста руководителя программы. Но занявшей его место Стоун придется отдать приказ и затем с этим жить.

Я никого из них не желала подвергать подобному кошмару, потому решила выдержать пытку многочасовым ожиданием и пройти через все добровольно. Фиан о своих чувствах не распространялся, но я по глазам видела, что ему еще тяжелее, чем мне. И пыталась занять время решением насущных проблем, чтобы ему было меньше мороки, если все закончится скверно.

Военным полагается записывать прощальное сообщение, которое в случае их гибели на действующей службе пошлют близким. Похоже, настало время записать мое. Я сомневалась, есть ли в этом смысл, ведь из-за секретности многого не могла раскрыть, но так хоть Фиану не придется всех обзванивать и сообщать дурную весть.

Я отправила запись в отдел военной канцелярии, который официально назывался «Моменты жизни», а неофициально – «Моменты смерти», ибо именно с ней-то сотрудники в основном и сталкивались. Затем прогнала Фиана в другую комнату и записала еще одно сообщение. Только для него.

– Это для майора Фиана Андрея Эклунда, так что, если вы не он, выключите немедленно. – Я подождала немного и продолжила: – Фиан, я плохо умею выражать эмоции, потому кое-чего тебе так и не сказала. Да и сейчас не могу сказать, просто не знаю, как это выразить словами. Действия даются мне лучше, и… Я помню каждое объятие. Каждую ночь. Помню каждый раз, когда мы смотрели наши дурацкие сериалы, а потом веселились, разыгрывая некоторые сцены. Я люблю тебя, и может, мы недолго пробыли вместе, но каждая секунда с тобой абсолютно, невероятно потрясна!

Я замялась. Будь я такой же хорошей, как Кэндис или Далмора, то сейчас добавила бы что-нибудь еще. Вроде: «Надеюсь, однажды ты встретишь другую и обретешь с ней счастье». Но я не хорошая. Я не хотела, чтобы Фиан обрел счастье с другой, даже с моим собственным клоном. Я хотела, чтобы он был счастлив со мной.

Нет, я еще не сдалась. Я собиралась бороться, и если выживу… Фиану хватило упрямства остаться рядом, когда он выяснил, что я инвалид. Может, хватит, и когда я стану… чем бы там ни было.

Так что я остановила запись, пометила сообщение как личное для Фиана и отправила в «Моменты жизни». Затем позвала Фиана обратно в комнату.

– Помнишь, я получила звонок от родителей прямо перед их гибелью?

Он кивнул:

– На нью-йоркском раскопе.

– Я сама мало что помню, сплошь размытое пятно, но все записала и, кажется, наконец готова посмотреть…

– Хочешь, чтобы я тоже это увидел?

– Мы уже миновали ту стадию, когда я что-то от тебя скрывала.

Мы устроились на диване, и Фиан меня обнял. Экран телика разделился на две части: с одной стороны мы увидели мужчину и женщину в военной форме, а с другой – девушку в черном бронекостюме со спущенным капюшоном. Ее волосы растрепались, на заплаканном лице застыло что-то среднее между страстным гневом и восторгом.

– Мы попали в сложную ситуацию, когда ты родилась, – говорила женщина с волосами, похожими на мои, только длиннее. – Тебя сразу спорталили в реанимацию Земной Больницы, а я осталась на лечении на военной базе в секторе Каппа. Твой отец…

– Меня срочно вызвали на задание в качестве замены командира неопланетного отряда, – подхватил мужчина. Его кожа была темнее, но лицо – мужская версия моего. – Они угодили в серьезные неприятности и уже потеряли одного командира, я не мог их бросить.

Я вновь поддалась тем же эмоциям, что испытывала тогда, но в то же время улавливала новые детали, которые в прошлый раз упустила. Теперь я знала о военных гораздо больше и поняла, что, судя по знакам отличия, мои родители – оба полковники. Когда я родилась, они были вместе, но затем отца отправили на срочное задание. И если неопланетники лишились командира, то это и впрямь нешуточная проблема. Нет, мой отец не мог их бросить.

– В правилах Земной Больницы сказано, что хотя бы один родитель должен жить на Земле, иначе ты попадаешь под ее опеку, – продолжила мама. – Когда я предложила перебраться на Землю, твоя сестра Джемелла была потрясена, но твой брат… Джексон заявил, что скорее покончит с собой, и я боялась, что он не шутит.

Я вспомнила, как Джексон убивался чувством вины на церемонии обручения. Он описал свое поведение в прошлом чем-то вроде детской истерики, но на самом деле все обстояло куда хуже.

– Я не знала, что делать. Никто не мог нас заменить, переехать должен был именно генетический родитель. Мы консультировались с юристами, но нам сказали, мол, Земная Больница руководствуется земными законами, так что…

Конец разговора – единственное, что я четко помнила. И я заплакала, услышав его вновь.

– В теории мы на задании еще по крайней мере месяца три, – сообщила мама, – но на этой планете возникли сложности, так что нам, скорее всего, придется убраться отсюда. Если так случится, может, позволишь нам навестить тебя на Земле?

Возникшие «сложности» на этой планете в отдаленном секторе Каппа переросли в настоящую катастрофу, убившую моих родителей. Запись закончилась, и грудь сдавила боль – не от крушения детской мечты о выдуманных родителях и счастливом финале, но от смерти двух настоящих и по-человечески несовершенных людей. Они бросили своего новорожденного ребенка, и это не назовешь правильным поступком, но иногда жизнь – сплошная неразбериха, и ты просто не в силах поступить правильно. Остается делать лучшее из возможного.

– Что теперь? – спросил Фиан.

– Я должна написать книгу. Лечение может… повлиять на мою память. Если так случится, я хочу знать, как и почему на это пошла. Конечно, времени на нормальную книгу не хватит, но я по крайней мере в силах рассказать историю под запись. – Я помолчала, тщательно подбирая слова. – Возможно, позже один из нас приведет все в должный вид и добавит окончание.

Фиан дал столь необходимое мне обещание, избежав слов, которые я слышать не хотела:

– Да, один из нас точно это сделает.

Следующие несколько часов мы обнимались, пока я наговаривала текст на свой глядильник, а если забывала что-то важное – Фиан меня прерывал. Иногда мы хохотали над какой-нибудь ерундой, вроде того, как Ворон застукал нас за разыгрыванием сцен из «Сталеи из Джунглей», или как я приперлась на церемонию обручения с коробкой сырного фуфле.

Наконец мы закончили с историей и оставшееся время провели в объятиях друг друга, не желая тратить драгоценные часы на сон. А потом… безопасники проводили нас в медицинский центр, в безликой белой комнате меня встретил врач и попросил прилечь на кушетку.

– Еще кое-что, – сказала я. – Если я справлюсь, то хочу первой увидеть, в кого превращусь. А до этого – никаких посетителей. Я не имею в виду врачей, но никого другого.

– Я вас понял, подполковник.

Врач что-то впрыснул мне в шею, отправляя в небытие. 


Глава 33 | Отлёт с Земли | Глава 35