home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



5. Производство авторского шоу как выпечка блинов

Каркас авторской программы совсем другой, чем у классического шоу. Нам больше не нужно графить лист на линейки. Утреннее авторское шоу строится по другому принципу – «блинному». Нарисуйте на листе бумаги несколько блинов, кругов. Каждый блин – это циферблат, в нем ровно один час. А шаг авторского шоу – проверено на себе – 15 минут. Это время, в течение которого можно невозбранно обсуждать одну тему, а затем ее надо либо сворачивать, либо менять эксперта, либо добавлять новый поворот, либо делать логическую паузу, давать перебивку – например, уходить на новости.

Ну вот, перед нами, допустим, три блина – три часа утреннего эфира, поделенные на четвертинки. В первой четверти каждого часа я заштриховываю по десять минут – столько занимает в утреннем эфире «Вестей FM» выпуск новостей с рекламой. В начале третьей четверти я еще заштрихую сектор в три минутки, здесь идут маленькие новости. Еще расставлю рекламу, поставлю трехминутный подкаст Мистера Паркера, то есть Михаила Кононенко, он его специально делает для утреннего эфира «Вестей FM», так исторически сложилось. Это та часть блинов, которая не моя. А все остальное – мое. Мне дают эту эфирную сковородку и говорят: «Здесь новости – не залезай, здесь реклама – не залезай». Все остальное – авторская кухня, можно делать все что угодно, и я исхожу только из размера сковородки и количества подручных материалов. Понятно, что первая четверть каждого часа почти целиком занята новостями – я тут просто-напросто не успеваю ничего, кроме как поздороваться, дать анонс того, что будет происходить в ближайший час в эфире, а также начать анонс главных событий дня, причем я их подаю так, как будто читаю свой собственный ежедневник, это так и называется – «Ежедневник». Там все то, что представляет интерес персонально для меня – от, не знаю, суда над каким-нибудь несчастным блогером, которому собираются впаять срок за экстремизм, потому что он местного начальника милиции козлом назвал, до открытия выставки на московском Винзаводе. Ну, еще я могу еле-еле успеть вякнуть о том, что меня на этом информационном фоне возмутило или восхитило. Но остальные четвертинки – девять штук – в моем полном распоряжении, и я их отдаю под мои страстные монологи, диалоги с моей соведущей Людмилой Шаулиной, опрос экспертов и разговоры по телефону со слушателями, то есть интерактив.

Вот и все. Не нужна ни напряженная работа эфирной бригады, не нужно сложной технической подготовки – нужна просто стабильность в последовательности выпечки блинов. Скажем, «Ежедневник» после первых экспериментов в эфире было решено продлить на вторую четверть часа, потому что люди доверяют частному, пристрастному выбору, им интересно узнать не просто сегодняшнюю вечернюю афишу в двух столицах (потому что нас слушают в Москве и в Петербурге), а что лично я считаю классным, а что отстойным. Но поскольку я обо всех театрах, кинотеатрах, выставках судить не могу, я в этой четвертинке часа звоню критику Илье Заславскому, и мы с ним болтаем. И спорим порой. Но это не монолог Заславского, это не, так сказать, информационное включение корреспондента, это диалог. Типа есть такой парень – Заславский, он нереально крутой по части театра, выставок и кино, я его уважаю и хочу с ним поболтать на тему, куда двинуть на неделе либо же в выходные. И за этим обсуждением проходит вторая четверть первого часа.

А затем две четверти подряд мы обсуждаем все, что связано с автомобилями. Потому что сегодня нет темы, на которую реагируют бурнее, нежели автомобильная.

Второй час, все его четверти, отводится обсуждению главной темы дня.

А структура третьего часа варьируется в зависимости от дня недели. По понедельникам мы обсуждаем вторую четверть часа публикации в Интернете, скандалы в Интернете, а третью и четвертую четверти делаем шоу «Отцы и дети» – это когда на обсуждение какой-то темы вытаскиваем в эфир разные поколения одной и той же семьи. Например, научный руководитель Высшей школы экономики Евгений Ясин – и его дочь Ирина Ясина. Режиссер Гарри Бардин – и его сын режиссер Павел Бардин. Это очень смешная рубрика, потому что она постоянно сбивается на «Дяди и племянницы», на «Мамы и дочери» и т. д. Но в любом случае принцип неизменен: мы берем двоих известных людей из разных поколений: скажем, Ольгу Свиблову (директора Мультимедиа Арт Музея, которая превратила Москву в одну из фотостолиц мира) и ее сына Тимку Парщикова. Актера Диму Харатьяна и его дочь Александру. Ирину Роднину и Александра Зайцева (но это не тот Александр Зайцев, с которым она первые Олимпийские игры выиграла, а ее сын от Зайцева, тоже Саша – между прочим, он гончар, делает глиняную посуду). Рубрика идет со скрипом, но мне было очень важно и очень интересно посмотреть, есть ли разница между поколениями, смотрят ли люди по-разному на одни и те же вещи просто потому, что ими прожито разное количество лет.

По пятницам же вместо «Отцов и детей» у нас «Завтрак туриста» – программа о том, куда можно поехать на выходные в пределах России.

Эта программа родилась из моего отчаяния, связанного с тем, что я гораздо лучше знаю западные страны, западные города (я могу с ходу рассказать, чем Модена отличается от Сиены!), но я и мой круг куда хуже знаем Россию. Та давайте же расскажем друг другу о своей собственной стране: что посмотреть, куда пойти и т. д. Для этого рассказа мы выбираем город, куда легко можно выбраться на выходные из Москвы или Питера: например, Суздаль, Владимир, Одессу, потому что Украина нами воспринимается как «своя», плюс туда не нужно ни визы, ни загранпаспорта[35]. В студию приходит кто-то из туркомпаний, которые рассказывают об отелях, ценах, ресторанах и т. д., а по телефону – кто-то из местных уроженцев, ставший звездой, плюс, например, местный чокнутый на родимом крае профессор-историк. То есть если мы обсуждаем, например, поездку в Ростов-на-Дону, то у меня в эфире будет режиссер Константин Серебренников, и я его буду пытать не только о том, хорош ли местный драмтеатр, но правда ли, что все отели с почасовой оплатой сконцентрированы на Левбердоне, Левом берегу Дона, и там по ночам, так сказать, скрипят уключины и раздается женский визг[36].

А связываю я все эти части, все эти кусочки блина, анонсом и комментарием главных ожидаемых событий дня. Для этого веду файл, который называется «Будущее», это стандартный файл перспективного планирования, который меня приучили вести в телевизионных «Вестях». Я использую несколько источников. Один – это собственное планирование «Вести FM» и планирование ВГТРК. Еще один важный источник – это администрации разного уровня, они тоже занимаются перспективным планированием. Второе – я читаю газеты «Ведомости. Пятница» и «Коммерсантъ-Weekend», там всегда есть анонсы событий, я читаю журнал «Афиша» и смотрю сайт «Афиши», а также журнал TimeOut – я вижу культурные события. Моя задача – иметь перед собой файл, который представляет смесь политических, социальных, культурных и прочих событий.

Выделение, подчеркивание самостоятельности отдельных частей шоу – очень важная вещь. В наши четвертинки блина можно включать какие-то отдельные самостоятельные подчасти. Хотя я никак не могу сделать рубрику, которая очень важна для меня. Я бы назвал ее «Пятиминутка интеллектуальной ненависти». Это рубрика, которая рассказывает о серьезных вещах, о научно-популярных книгах, например, потому что у нас вообще не знают массы имен, концепций, парадигм, которые сегодня растворены в европейской крови. К сожалению, в России (на самом деле в Советском Союзе, потому что, если верить парадигме Ричарда Пайпса, это одно и то же: единственное устойчивое положение в России – это автократия, к которой она неизбежно возвращалась) произошла катастрофическая вещь: мы знаем путь развития европейской мысли лишь до 1940-х годов, до мировой войны. Ну, чуть-чуть еще – 1950-х, когда эта мысль была еще и антифашистской. Мы знаем путь леваков, путь экзистенциалистов (слава богу, Сартр и Камю входят во все университетские учебники), но мы совершенно не знаем, чем занималась западная интеллектуальная мысль начиная с конца 1950-х. А там произошли колоссальные вещи, интеллектуальные революции.

У нас про того же Пайпса любители отечественной истории слыхом не слыхивали. У нас история до сих пор кажется людям жестко детерминированной вещью: причины-следствия, причины-следствия, но никто не пытается применить к истории принципы, например, квантовой физики с ее принципом неопределенности…

Мы очень плохо знаем естественные науки, их достижения. Не знаем на самом что ни на есть бытовом уровне. Мы продолжаем, например, многие вещи характеризовать как «ошибки». А, например, гены при репликации только тем и занимаются, что ошибаются, – механизм ошибок, или генных мутаций, заложен в природе. Представляете, как понимание механизма мутаций, его смысла, меняет наши взгляды на происходящее в нашей жизни? Мы-то считаем, что достижима безошибочность, что ошибка – это плохо, что стоит наказать за ошибку или поощрить за ее отсутствие, и все будет хорошо! У нас до сих пор существуют идиоты, которые считают, что «Википедия» – это плохо, что это для дураков и что умники пользуются только энциклопедиями, которые проверены целым штатом научных работников. Но «Википедия» действует по иному информационному принципу, в соответствии с которым можно обеспечить либо количество информации, либо ее качество. Мы можем сделать «Википедию» идеально выверенной, не содержащей ни одной ошибки, но это займет таких денег и времени, что «Википедия» не будет никому нужна. Это как принцип неопределенности Гейзенберга: у элементарной частицы мы можем определить либо импульс, либо координаты. Это значит, что мы не можем в принципе вычислить точную траекторию частицы, это невозможно, можем вычислить лишь степень вероятности, с которой по данной траектории частица будет двигаться. Я уже молчу о том, что в квантовой физике частица движется одновременно по всем возможным траекториям, а то, что мы называем реальной траекторией, есть результат взаимоуничтожения противоположных траекторий.


4.  Классическая верстка программы: запомните, чтобы забыть | Губин ON AIR: Внутренняя кухня радио и телевидения | 6.  Чем заправляться? Что читать?