home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Дискуссия с аудиторией

Из зала. Дмитрий, вы привели пример, как неправильно сделана новость. Как ее сделать правильно? При условии, что ни один депутат, ни один из местных общественных деятелей не готов говорить об этом! Получается, что общественно важная новость остается без освещения? У журналиста нет возможности выдать ее в эфир!

Губин. С этой проблемой, кстати, сталкиваются и наши коллеги из Би-би-си. Например, имея точную информацию о том, что выборы в Ираке свободными быть никак не могут, журналисты не имеют возможности это сказать. У них просто нет местного источника, который отважится заявить: «С моей точки зрения, парламентские выборы, намеченные на ближайшие выходные в Ираке, являются полной профанацией».

Классическая схема известна, Вы сами ее обрисовали. Мы находим две точки зрения и сообщаем: «Депутат N считает так-то, депутат Z считает так-то». Баланс соблюден, мнения противоречат одно другому, но они оба представлены. Мы их можем выпускать в эфир. Это замечательная схема, но в Ираке она не работает, потому что там люди высказывать личную точку зрения боятся.

В текстах журналистов Би-би-си существуют две фигуры речи, которые меня очень смешили поначалу, а потом перестали смешить, потому что я понял, зачем они нужны. Первая фигура речи называется correspondents say, «корреспонденты сообщают» – на первый взгляд идиотская формула. Вторая – specialists say, «специалисты говорят». И когда журналист Би-би-си хочет высказать личную точку зрения: «Я наблюдаю, анализирую ситуацию и понимаю: выборы не будут свободными», – он вместо этого говорит: «Correspondents say» или «Specialists say». Он высказывает свою точку зрения, но никто не может обвинить Би-би-си в том, что она навязывает свою точку зрения. Нам это может показаться фиговым листом. Но в ситуации, когда мы вынуждены выбирать между фиговым листом и ничем не прикрытым достоинством, предпочтительнее все-таки фиговый лист[53].

Второе, что делает Би-би-си, если у них в распоряжении только одна точка зрения. Обязательно в отводке, но иногда и в подводке ведущий новостей своим голосом объявляет: «Существует иная точка зрения, состоящая в том, что проводимые в ближайшее время в Ираке выборы делают политическую ситуацию в стране гораздо лучше той, которую мы наблюдали при прежнем режиме».

Сергей Мерцалов[54]. Позвольте, я вернусь к примеру с депутатом. На мой взгляд, правильное решение в той конкретной ситуации заключалось вот в чем. Безусловно, следовало рассказать, что депутат внесла такой законопроект. И потом в конце новости нужно было добавить, что сама Валентина Петрова попадает под действие этого закона. Но от второй части этой фразы – «Таким образом она решила свои материальные проблемы» – конечно, нужно было воздержаться. Мы себя обезопасим, сообщение будет составлено из реальных фактов: факт, что она внесла законопроект, факт, что она подпадает под этот закон, – к нам нет никаких претензий. Любой человек с нормальным серым веществом поймет, о чем идет речь.

Губин. Я согласен, но тогда меняется концепция новости. Здесь новость заключается в том, что депутат решила поправить свое материальное положение за счет налогоплательщиков.

Алексей Михалев[55]. Я так понял, что речь идет о выпуске новостей радио «Премьер» по поводу инициативы депутата Ог-ной. Я бы хотел пояснить. Во-первых, в соответствии с законом «О средствах массовой информации» журналист освобождается от ответственности за распространение недостоверных сведений, если они предоставлены государственными органами в ответ на журналистский запрос[56]. Да, действительно, вначале была инсайдерская информация, наш информатор сообщил нам этот факт. Но потом, после инсайдерской информации, мы все-таки обратились в канцелярию Законодательного собрания с запросом. И получили официальное подтверждение: действительно, депутат Ог-на выступила с такой инициативой, предложила внести поправку в закон о статусе депутата, которая позволяет ей лично приватизировать квартиру. То есть у нас было подтверждение из двух источников, и мы имели официальный ответ на наш запрос.

Губин. Речь идет принципиально о другом. Может быть, мы действительно друг друга не понимаем. Новостью в вашем сообщении было то, что депутат собирается поживиться за счет налогоплательщиков, что у него есть конкретный умысел на этот счет. А умысел может быть доказан только в суде. Между тем, факт, имеющий доказательство, заключался в том, что депутат Ог-нова внесла такой законопроект в местное Законодательное собрание. Все.


Из зала. У меня есть контраргумент. Некий депутат рекомендует в столовых школьных заведений заменить поваренную соль на цианистый калий. Есть об этом свидетельство школьного повара и провизора. Я считаю, что журналист об этом все-таки обязан известить общество. Потому что это важно.

Губин. Только с указанием источника. Но вы не имеете право говорить, что некий депутат в вашем округе поставил своей целью истребить всех детей. И что зовут его Ирод по этой причине.


Из зала. Это все понятно. Но цианистый калий по определению вызовет смерть, вот в чем дело.

Губин. Понимаете, вы исходите из ситуации, что слушатель глуп и что он не знает, что такое цианистый калий. Почему вы так считаете? Почему вы считаете, что слушатель не сделает выводов сам?


Из зала. Говорить о свободе слова, по-моему, – это привилегия сытых и богатых. Человек, который зарабатывает 4000–5000 в месяц, боится потерять работу каждый день из-за того, что он скажет не то в эфире. Его уволят, и он потеряет те самые 4000 в месяц.

Губин. Послушайте, если вы начнете работать наемным убийцей, то будете получать куда больше. Но вы же не идете на это? Тогда почему вы занимаетесь уничтожением свободы слова за свои маленькие деньги? Может быть, потому, что вы говорите себе: «Ничем другим я заниматься не могу. Поэтому я вынужден терпеть любые условия». Ребята, ну а почему вы считаете, что больше ни на что не годны?!


Из зала. Вы сейчас напоминаете Чернышевского: вопросы задаете, а ответить не можете.

Губин. Я вам отвечаю. Ответ состоит в том, что у вас есть выбор. Вы можете уйти. А вот почему вы зарабатываете мало, задайте этот вопрос себе сами. Может, вы боитесь уехать в другой город, может, вы боитесь уехать в другую страну? Может, вы боитесь найти новую профессию? А почему вы боитесь сменить свою работу? Только честно задайте себе эти вопросы!


6.  Несомненная польза жестких корпоративных правил | Губин ON AIR: Внутренняя кухня радио и телевидения | 7.  Хочешь быть свободным? Будь им! (Вместо заключения)